Эмотивные разноуровневые стилистические средства как способ объективации эмотивной компетенции Г. Гессе (42518)

Посмотреть архив целиком














Эмотивные разноуровневые стилистические средства как способ объективации эмотивной компетенции Г.Гессе



План работы


1. Фонетические средства эмотивности компетенции Г.Гессе

2. Лексические средства эмотивности компетенции Г.Гессе

3. Синтаксические средства эмотивности компетенции Г.Гессе



1. Фонетические средства эмотивности компетенции Г.Гессе


Интонационно-синтаксические, фонетические, ритмические начала ХП обращены к внутреннему слуху читателя (Хализев, 1999: 231-232).

Наряду с акустико-фонетическим важным аспектом художественной речи является интонационно-голосовой аспект. Субъективно окрашенный и выразительный письменный текст несет на себе след интонации, которая ощутима прежде всего в синтаксисе высказывания (см. 3.3.3.). Излюбленный писателем тип фразы, чередование предложений разного рода, отклонения от синтаксического "стереотипа" эмоционально-нейтральной речи (инверсии, повторы, риторические вопросы, восклицания, обращения) - все это создает эффект присутствия в ХТ живого голоса. Интонационно-голосовая выразительность речи придает ей особое качество - колорит непреднамеренности и импровизационности.

Интонация как важнейшее средство эмоциональной речи способна придать эмоциональность практически любой фразе, т.е. обладает определенной автономностью. Типично эмоциональные синтаксические конструкции, а также эмоционально нагруженная лексика обязательно требуют соответствующей интонации (Ш.Балли, 315; Долинин, 1978: 235).

Фонологический уровень, включающий маркеры эмоциональной информации, способствует в ХТ адекватной передаче эмоций персонажей / повествователя, одновременно демонстрируя нам эмотивную компетенцию ЯЛ автора. В произведениях Г.Гессе доминирует субъективированный тип повествования, наиболее приближенный к литературной разговорной речи, отличающийся непринужденностью. Один из наиболее излюбленных приемов повествования - несобственно-прямая речь (внутренняя речь персонажей, их мысли).

Закономерностью эмотивного текста является эмотивно-просодическое оформление (Шаховский, 1987: 151- 154). Велика роль просодии в контекстной семантизации нейтральных слов, не говоря об эмотивах. Это можно наблюдать на примере разнообразных эмоциональных ситуаций, в которых отдельные нейтральные слова (например, местоимения) приобретают особый акцент:

Wir spielten jedes mit des andern Fingern, und mich ueberlief bei jedem leichten Druck ein Schauer von Glueck.

"Helene!"

"Ja?"

"O du!"

Und unsere Finger tasteten aneinander, bis sie stille wurden und ruhig ineinaderlagen (Die Marmorsaege).

Благодаря эмоциональному контексту предложение "O du!" не только выражает эмоцию, но и позволяет квалифицировать интонацию, с которой оно произносится, как интонацию восхищения.

Эмоции в речи обязательно сопровождаются падением или подъемом интонации, замедлением темпа, снижением или повышением громкости, а также появлением пауз перед использованием эмотивного элемента, что находит отражение и в наличии графических маркеров эмоций:

"Ja, ich muss dir was sagen, Karl", fing das Maedchen an. "Heut muessen wir einander adieu sagen. Es hat halt alles einmal sein Ende."

"Aber was denn - - warum - ? "

"Weil ich jetzt einen Brauetigam hab - "

"Einen - - - "

"Sei ruhig, gelt, und hoer mich zuerst. Siehst, du hast mich ja gern gehabt, und ich hab dich nicht wollen so ohne Huest und ohne Hott fortschicken. " (Der Lateinschueler).

В данном примере на эмоциональный характер речи, проявляющийся в падении и подъеме интонации, замедлении темпа, снижении или повышении громкости, а также наличии длительных пауз, свидетельствующих о замешательстве, растерянности персонажа, указывают графические маркеры эмоций (точка, тире, вопросительный знак); элизия окончания в первом лице единственного числа и в повелительном наклонении (ich hab; hoer); особый звуковой эффект, игра звуками создается за счет использования словесной пары ohne Huest und ohne Hott, связанной аллитерацией (звуки [h], [t]) и приобретающей интонационную значимость.

По мнению А.В.Пузырева, высокая частотность звука или звукосочетания в тексте является высокозначимой, она связана с выражением (восприятием) чувств и эмоций и образует основу заразительности текста (Пузырев, 1995: 163, 229). Такая фонетическая особенность проявляется в нижеследующем примере:

"Da kennen Sie vielleicht auch unsern Freund Wispel? frage ich jetzt und sehe ihm gerade in die Augen. Ich kann schwoeren, er war’s, aber meinst du, er haette mit einer Wimper gezuckt? Nichts dergleichen! Wi - Wips - Wipf - sagte er nachdenklich und tut, als koenne er den wildfremden Namen absolut nicht aussprechen."

"Grossartig!" jubelte Waiblinger. "Das sieht ihm gleich, dem Windbeutel, dem Vogeldunst! (Im Presselschen Gartenhaus)

Wispel - nicht mit einer Wimper zucken - Wi - Wips - Wipf - wildfremden Namen - Windbeutel - цепочка маркированных фонетическим элементом [wi] слов представляет собой краткий сюжет эпизода, его основное содержание: бывший друг персонажей Wispel, не моргнув глазом (nicht mit einer Wimper gezuckt), солгал, отказавшись признаться в том, что он и есть Wispel, при этом испытывая трудности в произнесении (Wi - Wips - Wipf-) этого, якобы совершенно чужого для него имени (den wildfremden Namen), чем заслужил отрицательную оценку ветрогона (Windbeutel). Думается, что такое использование фонетических элементов является намеренным и свидетельствует о высокой эмотивной компетенции Г.Гессе.

В ходе исследования установлено, что персонажам Г.Гессе свойственна элизия безударного окончания -е не только в 1-м лице единственного числа и в повелительном наклонении, но и в кратких формах прилагательных, наречий (heut, boes, mued), а также в безударных слогах (betrunkne, grade, vor ihrem innern Blick, unsre, andres, andre, andrerseits, Zuercher Freunde, eigne Schritte, beinah и т.д.), что соответствует нормам разговорной речи немецкого языка.

Элизия встречается и в речи высокообразованных персонажей, например, пожилого наборщика из рассказа "Tragisch", который в домодернистский период был очень уважаемым и "почти известным" писателем, ратующим за чистоту литературного языка: Ich weiss, dies ist dahin. Wie sie auf Borneo und all jenen Inseln den Paradiesvogel, den Elefanten, den Koenigstiger ausgerottet haben, so haben sie all die holden Saetze, all die Inversionen, all die zarten Spiele und Schattierungen unserer lieben Sprache vernichtet und ausgerissen. ...Ach, Herr Doktor, da faengt man einen Satz, aus alter Gewohnheit, mit ‘Obschon’ oder mit ‘Einerseits’ an, und vergisst, ...biegt in eine andre Konstruktion ein..." Данный фонетический элемент сквозит и в ответной тираде главного редактора: "Еs ist unsre Bestimmung...", и в письменной речи издателя Мундауфа из рассказа "Aus dem Briefwechsel eines Dichters": "...wir Fachleute sind andrer Ansicht und halten es fuer eine bedeutende, ja meisterhafte Leistung".

Высокая частотность данного фонетического элемента (нами проанализированы повести и рассказы Г.Гессе, написанные в период с 1900 по 1955 годы), выявленная нами не только в речи малообразованных (Tine из рассказа "Der Lateinschueler", Helene из рассказа "Die Marmorsaege"и др.), но и у высокообразованных персонажей, в речи автора "вторичного", "изображенного" в тексте, позволяет предположить, что эта фонетическая особенность была свойственна и ЯЛ Г.Гессе (автору-человеку, по М.М.Бахтину).

Интонационные конструкции не только позволяют выражать эмоции непосредственно через интонацию, но и представлять их косвенно, используя указания на характер высказывания (лексикологическая фонетика). Заметим, что характерной особенностью идиостиля Г.Гессе наряду с представлением эмоции через эмотивный синтаксис (имплицитное описание эмоций) является также употребление лексических номинаций, позволяющих однозначно квалифицировать эмоцию или их комплекс в минимальном, узком контекстном окружении.

Эмоции, сопровождающие движение голоса (эмоциональные фонацемы), обозначаются эмотивными элементными номинациями, которые в совокупности с номинациями, обозначающими производство речи, образуют сложный элемент ситуации. Для эксплицитного способа описания эмоциональных фонацем Г.Гессе наиболее характерны лексические детерминанты, наполняющие следующие модели (Заметим, что структура модели отражает только знаменательные части речи; эмотивный элемeнт номинации, независимо от его состава, будем обозначать Em):

EmV: lebhaft / erfreut / schluchzend / schmerzlich / gereizt / bekuemmert / bestuerzt / voll Reue rufen; heftig schelten; freundlich / sanft / rauh / leise und voll Guete sagen; guetig / bittend anfangen; aergerlich meinen; ruppig / naiv fragen; froehlich lachen; unbekuemmert / duester fortfahren; sehr kuehl und ein wenig hochmuetig bitten; etwas duester / etwas freundlicher / uebergenau artikulierend sprechen; zornig / verzweifelt schreien; wuetend herausstossen; heftig unterbrechen;

prpEmNV: mit froehlich lauter Stimme fortfahren; mit Gleichmut antworten; mit Eifer zusagen; mit einer einschmeichelnden Stimme / mit einer trauernd sanften Stimme / mit veraechtlicher Stimme sagen; mit einem wimmernden Klagelaut zusammensinken; mit Grabesernst und hohler Stimme sprechen; mit kuenstlich fester Stimme / mit derselben hoeflichen und beinah herzlichen Stimme antworten; sich mit einem Wutschrei werfen; im behaglichsten Ton erklaeren; mit muehsam gedaempfter, vor Zorn und Aufregung keuchender Stimme berichten; mit tiefem Brustton rufen (в эмоциональной ситуации, описывающей упрямство); mit drolligen Fragen gehen; mit hellem Kichern einstimmen; beklommen / in froher Spannung fragen;


Случайные файлы

Файл
46026.rtf
169242.rtf
81659.rtf
150632.rtf
73921.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.