Убедительность судебной речи (42406)

Посмотреть архив целиком

7



Содержание


Введение 2

1. Убедительность судебной речи 3

1.1. Логика рассуждения 3

1.2. Тезисы, аргументы, демонстрация 5

1.3. Методы убеждения 9

Заключение 14

Список литературы 15



Введение


Умение убеждать условие успеха.

Можно ли научиться говорить убедительно? Безусловно, но это требует большой работы над собой. Цицерону принадлежат слова: «Поэтами рождаются, ораторами становятся». Окупятся ли труды по освоению риторики? Вне всякого сомнения, ведь умение убеждать - необходимое условие успеха в жизни. Умеющий убеждать идет от победы к победе (в малом и в большом), а не умеющий - обречен на неуспех. «Красноречие - это дар, позволяющий нам овладеть умом и сердцем собеседника...» (Ж. Лабрюйер). Убедив собеседника, мы делаем его своим союзником и соисполнителем своих желаний.

Чтобы содействовать формированию убеждения судей и присяжных заседателей, судебные ораторы должны сделать свою речь убедительной, а это предполагает высокий уровень ораторского мастерства. В данной работе рассмотрены вопросы убедительности судебной речи, ее логичности, отмечены логические ошибки и речевые средства, подчеркивающие логичность речи.

Основным качеством судебной речи является убедительность — обоснованность всех тезисов и выводов. Убедить значит логическими доводами доказать или опровергнуть какое-либо положение, вызвать уверенность в том, что истинность тезиса доказана, то есть склонить судей к принятию данной точки зрения. Важными факторами убедительности речи являются убежденность оратора в правоте своей позиции по делу и высокая культура его мышления.



1. Убедительность судебной речи


1.1 Логика рассуждения


Убежденность появляется из знания материалов дела. М.Г. Казаринов, например, в одной из речей сказал: «Суд возложил на меня задачу защиты; убеждение мое в невиновности подсудимого сильно облегчило мне исполнение моей обязанности». Эта мысль выражена и в речи О.В. Дервиза: «... Я исполняю сегодня свой профессиональный долг с глубоким убеждением в правильности моей правовой и моральной оценки действий Васильевой»1. Убежденность оратора ведет к необходимости убедить суд.

Юристу крайне важно владеть логикой рассуждения уметь обосновывать свою правоту и логически доказывать несостоятельность тезисов оппонента. Для того чтобы правильно построить рассуждение, чтобы придти к истинному выводу из истинных посылок, необходимо знание сформулированных логикой основных законов мышления закона тождества, закона противоречия, закона исключенного третьего и закона достаточного основания. Любой акт мышления должен соответствовать законам логики. Это имеет большое значение для повышения эффективности мыслительной деятельности оратора, для предотвращения возможных ошибок. Нельзя построить осмысленное высказывание вопреки логическим правилам или игнорируя их.

Закон тождества выражает основное свойство мышления его определенность; он гласит: каждая мысль в процессе данного рассуждения должна иметь одно и то же определенное, устойчивое содержание, сколько бы раз она ни повторялась. Закон противоречия учит последовательности в мышлении и речи, непротиворечивости мыслей, так как две противоположные мысли об одном и том же предмете, взятом в одно и то же время, в одном и том же отношении, не могут быть одновременно истинными. Знание закона противоречия важно для того, чтобы в процессе рассуждения можно было придти к верному выводу. Его использование помогает обнаруживать и устранять противоречия в показаниях подсудимых, свидетелей, в доводах истца или ответчика, в рассуждениях обвинителя и защитника. По закону исключенного третьего, из двух противоречивых суждений одно должно быть истинным, другое ложным, а третьего не дано. Этот закон, как и закон противоречия, не допускает противоречий в мыслях; он требует четких, конкретных ответов, особенно там, где необходимо категоричное решение вопроса, и является основой для косвенных доказательств и опровержения. Закон достаточного основания требует, чтобы истинность каждого выдвигаемого в речи положения была доказана фактами: всякая правильная мысль должна быть обоснована другими мыслями, истинность которых доказана. Суждения и выводы не могут быть необоснованными. Это важнейшее требование, предъявляемое к речи участников судебных прений. Так, адвокат, выдвигая тезис о невиновности своего клиента, вынужден привести необходимые доказательства, обосновать истинность своего утверждения. В обвинительном приговоре должны быть приведены доказательства, достаточные для его вынесения. Таким образом, законы формальной логики учат тому, что мысль должна быть выражена ясно и точно, рассуждение должно быть последовательным, непротиворечивым и обоснованным. Отклонение от законов логики, неумение вести доказательное рассуждение значительно снижает убедительность речи, ведет к логическим ошибкам, затрудняет выяснение дела, а иногда приводит к ложным выводам и к несправедливому приговору.

Логическая операция доказательства (то есть обоснования истинности какого-либо положения) включает в себя три взаимосвязанных элемента: тезис, аргументы, демонстрацию.



1.2 Тезис, аргументы, демонстрация


Чтобы обеспечить логичность рассуждения, следует помнить, что центральным пунктом каждого доказательства является тезис положение, истинность которого следует доказать. Его обоснованию подчинено все содержание речи. Однако тезис должен быть достоверным, иначе обосновать его не удастся. Доказательное рассуждение требует соблюдения двух правил по отношению к тезису2:

1) логическая определенность, ясность и точность тезиса; отсутствие логического противоречия;

2) неизменность тезиса, запрещение менять его в процессе данного рассуждения.

Четкостью формулирования тезисов отличались речи В.Д. Спасовича: Ставлю как тезис, который я должен доказать и который я надеюсь доказать, тезис, в полной истине которого я глубоко убежден и который для меня яснее белого дня, а именно: что Н. Андреевская, купаясь, утонула и что, следовательно, в смерти ее никто не виноват. В.И. Царев основной тезис обвинительной речи по делу братьев Кондраковых сформулировал так: ... Я заявляю, что объективная истина по разбираемому нами делу установлена конкретно и точно: разбойное нападение на Кривошееву А.С. и Кривошееву А.Р., их изнасилование и убийство совершены братьями Кондраковыми.

Как доказать правильность своей мысли? Логическими доводами, использованием убедительных аргументов, компетентных мнений, имеющих целью вызвать убеждение. Убедительность судебной речи во многом зависит от качества аргументов. Судьи оценивают правильность мыслей прокурора и адвоката прежде всего по степени значимости и ценности фактического материала. Только сила аргументов, их убедительность имеют значение для полного внутреннего убеждения судей.

Какие требования предъявляются к аргументам? Какими качествами должны они обладать для того, чтобы убедить слушателей? Аргументы должны быть истинными, достоверными и не должны противоречить друг другу. Истинность их проверена практикой. Они должны быть достаточными для доказательства. Достаточность аргументов это не количество их, а весомость, когда из них необходимо следует тезис. Риторика учит: доказательства следует не столько умножать, сколько взвешивать; отбрасывать аргументы, которые могут быть опровергнуты.

Веские аргументы можно найти в речи С.А. Андреевского по делу Мироновича. Адвокат доказывает невиновность Мироновича, подробно анализируя: 1) данные экспертизы; 2) случайность позы Сарры Беккер: «Главное положение, что вся драма убийства происходила на кресле, рухнуло. Выяснилось, что Сарра принесена на кресло из другого места, положена на него почти мертвой; борьбы здесь не было, потому что чехол остался неподвижен и пятна крови спокойно просачивались с чехла на материю кресла»; 3) спокойное, естественное поведение Мироновича, уехавшего утром после убийства взыскивать деньги с должников: «Ведь если бы он убил, он знал бы, что касса была всю ночь отпертой, что она и теперь открыта, что, может быть, из нее уже все растаскано и он теперь нищий, что там следы его ужасного дела... Где же тут до Порховникова? Откуда бы взялась прежняя энергия преследовать должников?»

Н.И. Холев, защищая Максименко, обвиняемую в отравлении мужа мышьяком, логично и убедительно анализирует обстоятельства дела: Главный вопрос: выздоровел ли Н. Максименко к 18 октября (к дню смерти)? Проанализировав симптомы брюшного тифа, сроки течения болезни, показания свидетелей, оратор приходит к выводу: 18 октября болезнь была в периоде полного ее развития (Это подтвердило и вскрытие). Далее. Подробнейшим образом исследовав прижизненные симптомы отравления мышьяком и посмертные явления, приводя научные данные и мнения ученых, делает вывод: признаков отравления мышьяком не было.

Веские, убедительные аргументы мы найдем в речах А.Ф. Кони, П.А. Александрова, в речи Н.П. Карабчевского в защиту Криунабывшего капитана парохода «Владимир», в речи И.М. Кисенишского по делу о катастрофе парохода «Адмирал Нахимов». Особенно необходимы веские доводы в пользу применения той или иной статьи уголовного закона.

В античной риторике аргументы делились на внутренние, то есть логические, и внешние: факты, документы и др., которые веско и убеждающе действуют сами по себе. Кроме того, выделялись иррациональные доводы. Их наиболее распространенные виды: призыв к жалости и симпатиям; обращение к авторитетам, традициям, к чувству почтения; это так называемые аргументы к состраданию, к лицу, а не к существу вопроса; они используются вместо объективной оценки преступления. Большое значение в таких случаях имеет красноречие оратора, его уверенный тон, пафос речи. Такие аргументы находим в речах Ф.Н. Плевако, напр.: «Плевако... вспомнив слова обвинителя, сказал голосом, идущим из души в душу: «Вам говорят, что он высоко стоял и низко упал, и во имя этого требуют строгой кары, потому что с него должно «спроситься». Но, господа, вот он перед вами, он, стоявший так высоко! Посмотрите на него, подумайте о его разбившейся жизни разве с него уже не достаточно спрошено? Припомните, что ему пришлось перестрадать в неизбежном ожидании этой скамьи и во время пребывания на ней. Высоко стоял... низко упал... ведь это только начало и конец, а что было пережито между ними! Господа, будьте милосердны и справедливы...» Так Ф.Н. Плевако защищал и священника. Психологами доказано, что на процесс убеждения значительное влияние оказывает субъективное отношение слушателей к предмету речи.

Итак, оратор определил целевую установку речи, сформулировал тезис, подобрал аргументы. Теперь следует подумать о расположении их в речи, о способе и методе аргументации о демонстрации. Демонстрация, или способ доказательства, это форма логической связи между аргументами и тезисом. Это логическое рассуждение, совокупность умозаключений при выведении тезиса из аргументов. Продемонстрировать значит показать, что тезис логически обосновывается аргументами и поэтому является истинным.

Обоснование тезиса может осуществляться путем прямого или косвенного доказательства. Прямое доказательство ведется непосредственно с помощью аргументов, без привлечения каких-либо противоречащих тезису допущений: дается прямая ссылка на аргументы, факты, подтверждающие что-либо, ссылка на общепринятую норму. В речи судебного оратора прямое доказательство используется, когда роль аргументов выполняют показания свидетелей, письменные документы, вещественные доказательства. Информационные доказательства (показания свидетелей, письменные документы) должны быть обязательно проверены, и их достоверность должна быть доказана.

Прямое обоснование может принимать форму дедуктивных умозаключений, индукции или аналогии.

Индуктивный метод предполагает изложение от частных фактов к установлению общих положений, это логический переход от аргументов к тезису. Особенно важно, чтобы оратор приводил впечатляющие конкретные факты. Индуктивный метод нередко используют при анализе экспериментальных данных, при оперировании статистическими материалами. Аргументами здесь являются, как правило, фактические данные.

Дедуктивный метод состоит в том, что частные положения логически выводятся из общих положений, правил, законов. Оратор опирается на те или иные известные научные положения, истинность которых не вызывает сомнения, или на нормы права и другие оценочные стандарты.

Демонстрация в форме аналогии это обоснование тезиса, в котором формулируется утверждение о свойствах единичного явления. Аналогия состоятельна лишь тогда, когда два явления сходны между собой не в любых, а лишь в существенных признаках. На основе аналогии эксперты делают выводы из трассологических и дактилоскопических экспертиз.


1.3 Методы убеждения


Метод избирается судебным оратором в зависимости от материалов дела.

Косвенное доказательство (доказательство от противного) ведется путем выдвижения антитезиса (допущения) и установления его ложности. Затем на основании закона исключенного третьего делается вывод: поскольку тезис и антитезис исключают друг друга, то ложность антитезиса означает истинность тезиса. В качестве примера косвенного способа доказательства можно привести речь А. Ф. Кони по делу об утоплении крестьянки Емельяновой ее мужем, речь А.И. Урусова по делу Волоховой, речь Я.С. Киселева по делу Бердникова.

Нередко судебный оратор использует косвенные улики, о трудностях пользования которыми говорил еще Н.П. Карабчевский; он же удачно сформулировал требования, предъявляемые к ним: «Косвенные улики, в отличие от прямых, могут быть очень тонкие, очень легковесные сами по себе, но одно внутреннее качество им обязательно должно быть присуще: они математически должны быть точны. Точны в смысле своей собственной достоверности, качества и размера. Другое непременное условие: чтобы эти малые сами по себе величины давали все-таки некоторый реальный итог, чтобы они составляли собой одну непрерывную цепь отдельных звеньев». Чтобы косвенное доказательство стало достаточным для вынесения обвинительного приговора, необходимо соблюдение следующих условий3:

1) факт косвенного доказательства должен находиться в причинной связи с исследуемым преступлением, то есть являться либо одним из условий, вызвавших преступление, либо обстоятельством, сопровождавшим преступление, либо следствием совершения преступления;

2) обоснование тезиса путем косвенного доказательства всегда требует установления нескольких улик по делу, находящихся в соответствии между собой, в определенной связи.

Очень эффективным является метод видимой поддержки, когда выступающий вначале не противоречит, не возражает процессуальному оппоненту, даже, кажется, приходит ему на помощь, приводя новые аргументы в его пользу (как это сделал Я.С. Киселев в речи по делу Бердникова). А затем после формулы Но так ли это, уважаемые судьи?, или Однако на самом деле это не так, или Да, все это так, однако, или В действительности это вовсе не так следует контрудар, то есть оратор приводит цепь аргументов в подтверждение правильности своей точки зрения. Это способствует убедительности речи.

Искусство аргументации предполагает также умение опровергать. Опровержение это логическая операция, направленная на разрушение ранее состоявшегося процесса аргументации; это критика тезиса, установление ложности, несостоятельности или ошибочности тезиса процессуального оппонента, следственных органов, подсудимого и т.д.

Прямое опровержение тезиса строится в форме рассуждения, получившего название «сведение к абсурду». Условно допускают истинность выдвинутого оппонентом положения и выводят логически вытекающие из него следствия: Допустим, что оппонент прав и его тезис является истинным, но в этом случае из него следует... Если окажется, что это следствие противоречит объективным данным, то его признают несостоятельным. Далее делается вывод о несостоятельности тезиса.

Подвергаются проверке и критике доказательства, которые даны оппонентом в обоснование его тезиса. Неточное изложение фактов, сомнения в правильности доводов переносятся и на тезис. В случае установления ложности аргументов тезис безоговорочно считается необоснованным.

Опровержение демонстрации состоит в том, что показывают, что в рассуждениях оппонента нет логической связи между аргументами и тезисом. Для окончательного опровержения следует доказать несостоятельность содержания самого тезиса. Приведем пример опровержения.

В.И. Царев, обосновывая обвинение В. Кондракова в убийстве, опровергает его показания, выстраивая систему доказательств: «Позвольте, товарищи судьи, перейти к анализу показаний В. Кондракова. Суть их сводится к тому, что 4 апреля он якобы в Великодворье не был, а ездил в Туму наниматься в пастухи. Стремясь убедить суд в правдивости своих показаний, Кондраков детально рисует эту поездку. Кого только он не встретил тогда в Туме! Здесь и женщина с рассадой, и девушка в красном пальто, и пассажиры с поросятами в корзинах, и играющие в футбол ребята, и милиционер, подозрительно посмотревший на него.

Если рассматривать эти показания просто по-житейски, то как раз такая детализация и убеждает в их неправдоподобности. Трудно себе представить, чтобы человек во время поездки по своим делам стал фиксировать свое внимание па подобных фактах, а главное, помнить о них. Но тогда зачем это навязчивое перечисление? Расчет простой: придать достоверность своим показаниям относительно поездки 4 апреля в Туму. Ведь факты проверить невозможно. Но в деле имеются веские доказательства, свидетельствующие о том, что Кондраков 4 апреля в Туму не ездил. Я имею в виду записки, которые он пытался передать брату. Вот текст записок: «Говори, встречал одного мужика на вокзале в Великодворье, он предложил все это сделать. 13 воскресенье, говори, что ты поехал в Великодворье к Тольке, я буду говорить поехал в Туму наниматься в пастухи. В Курлове садились вместе. В Великодпорье ты сошел, я поехал дальше в Туму. Коля, что будет, не знаю. Напиши мне записку, положи там, где возможно. Коля, свидетели показывают на тебя... Коля, если знал бы я, что ты, гад, так продал своего брата, зачем все ты рассказал про меня. Меня никто не опознал, на меня никто не показывает. Я пока в сознанку не иду».

В письме к матери он умоляет ее найти подставных свидетелей, которые могли бы подтвердить факт его пребывания в Туме 4 апреля. Содержание этого письма таково:

«Здравствуй, мама, прошу тебя найти мне свидетелей, человека два. Это будет достаточно, чтобы меня освободили. Чтобы эти люди, когда возьмут в милицию, могли подтвердить, что меня видели 4 апреля, в воскресенье, в Туме на вокзале в 3 часа дня. Уговори Саньку Марьину и еще сходи поговори с Нинкой тети Луниной и ее мужем, пусть они подтвердят, что я ехал вместе с ними в одном вагоне до Тумы 4 апреля, в воскресенье, чтобы они так показывали, как я пищу. Мама, съезди в деревню, уговори тети Матрены дочку, пусть она подтвердит, что тоже меня видела на вокзале в Туме 4 апреля, в воскресенье. Мама, вес силы приложи: найди свидетелей и уговори их. Мама, на меня никто не показывает. На брата Колю показывают три человека, что видели его с каким-то мужиком». Лица, на которых Кондраков ссылается в письме, установлены и допрошены. Они не подтвердили его алиби и заявили, что в Туму 4 апреля не ездили...

Какие дополнительные доказательства дают мне основание утверждать, что Кондраков Виктор приезжал 4 апреля в Великодворье? Кондраков Николай сообщил, что в пути следования к поселку Великодворье в поезде 4 апреля его брат Виктор был оштрафован ревизором за безбилетный проезд. Добытые в результате проверки этого факта доказательства показания ревизора Кузнецова, постановление о наложении штрафа на В. Кондракова, квитанция об уплате штрафа Кондраковой Матреной матерью подсудимых явились серьезными уликами против Кондракова...»

П.А. Александров в речи по делу Сарры Мадебадзе талантливо проанализировал доказательства, положенные в основу обвинения, и успешно опроверг их. Мастерами опровержения доводов процессуального оппонента были Н.П. Карабчевский, А.И. Урусов, В.Д. Спасович.

Различие между доказательством и опровержением состоит в том, что в доказательстве обосновывают истинность мысли, а в опровержении ложность. В то же время доказательство ложности какого-либо тезиса является доказательством истинности противоречащего ему утверждения.

Как правило, опровержение и доказательство регулярно и последовательно присутствуют в каждой судебной речи, что определяется ее убеждающим характером. Например, М.Г. Казаринов логично и убедительно осуществлял защиту адвоката Л.А. Базунова. Он выдвигает антитезис:

Три адвоката, утверждает обвинение, убедили свою клиентку Ольгу Штейн бежать от суда. Какие же мотивы могли руководить адвокатами? и опровергает его, доказывает его несостоятельность. Далее выдвигает тезис: У кого должна была зародиться мысль о побеге от суда? Конечно, у того, кому судебный процесс угрожал тяжелыми последствиями, у самой Ольги Штейн. Подробно анализируя ее жизнь, ее поведение, привычки, страх перед наказанием, адвокат делает вывод:

Вот мотивы, которые могли побудить к бегству Ольгу Штейн. И аргументирует вывод: И что именно по своей воле она бежала, подтверждается ее же искренними, дружескими письмами к Пергаменту из Америки. Вот что читаем мы... Я выявил вам, господа присяжные заседатели, чувства, побудившие Штейн уехать из России. Чувства эти говорили так властно и красноречиво, что никакие речи и убеждения адвокатов не могли ни в малейшей мере влиять на ее решение.

Как располагать аргументы в речи? Они должны быть упорядочены так, чтобы отвечали способу мышления. Но не надо забывать о принципе усиления. Риторика рекомендует вначале приводить сильные аргументы, затем доказательства средней силы, в конце один наиболее мощный аргумент. Следует, избегать нисходящего порядка доказательств.

Завершить демонстрацию можно конструкциями: Из всего сказанного следует…; вот почему я считаю (лучше утверждаю, убежден) таким образом, из всего сказанного можно сделать вывод и другими подобными.



Заключение


Русские судебные ораторы весь материал для опровержения и доказательства умели расставлять по своим местам и обстоятельно анализировать его. Поэтому их речи всегда убедительны.

Судебный оратор, убежденный в правильности своей позиции по делу и владеющий правилами мышления, сумеет сделать речь убедительной.

Убедить значит логическими доводами доказать или опровергнуть какое-либо положение. Это чисто логическая задача. На практике эти речи рассматривают как агитационные, в которых любыми методами логическими и иными оратор убеждает согласиться с ним в спорном вопросе. Но хотя такая речь стремится определить образ мышления и поведения, она не представляет собой призыва к непосредственному действию.

Предмет речи вопросы факта (что представляет правду, а что нет) или вопросы поведения (что надо делать, а что не надо). Показать, что данный кандидат будет президентом Соединенных Штатов, значит убедить по вопросу факта. А доказать, что он должен стать президентом, значит убедить по вопросу политики. Призывать же в речи к голосованию за кандидата выходит за ее пределы и составляет цель речи, побуждающей к действию.

Как и всякая речь, она должна быть интересной. Но ее интересный характер в самом вопросе или в его спорности. Интерес, который оратор должен вызвать, если он еще не возник у слушателей, можно определить вопросом: «Чему же верить?» или «Что делать?» Две основные ошибки сопутствуют выбору предмета речи: или обращаются к теме, не представляющей реального или потенциального интереса, или обсуждают вопрос, который не в состоянии разрешить или хотя бы помочь его разрешению.


Список литературы


  1. Ивакина Н.Н. Основы судебного красноречия (риторика для юристов): Учебное пособие. – М., 2000.

  2. Русский язык и культура речи: Учебник/Под ред. В.И. Максимова. – М., 2003.

  3. Сопер П. Основы искусства речи. – М., 1992.

  4. Шейнов В.П. Риторика. – Мн., 2000.

  5. Шкатова Л.А. Этика речевого поведения в разных сферах общения. – Челябинск, 1992.


1 М.: Ивакина Н.Н. Основы судебного красноречия (риторика для юристов). – М., 2000. – С. 78.

2 Сопер П. Основы искусства речи. – М., 1992. – С. 49.

3 Шейнов В.П. Риторика. – Мн., 2000. – С. 53-54.