Телевидение и его роль в жизни России (38746)

Посмотреть архив целиком

Телевидение и его роль в жизни современной России






План



Введение

Пришествие телевидения

Перспективы развития телевидения.

Особенности и стиль Российского телевидения

Недостатки телевидения.

Заключение

Литература























В начале было Слово...
Евангелие от Иоанна, гл. 1, ст. 1.



Введение



Ушедший XX в. подарил человечеству атомную энергетику, искусственные спутники, персональные компьютеры и множество других научно-технических достижений, крупных и мелких. Среди них важнейшую роль для решения информационных, культурных, пропагандистских и даже военных задач играет телевизионное вещание (помните, во время известных событий в Косово в апреле–мае 1999 г. телецентры Югославии были признаны «оборонными объектами» и поражены ракетами НАТО наряду с заводами, электростанциями, бензохранилищами и мостами).

Развитие идей электрической передачи изображений с самого начала было интернациональным. К началу ХХ в. в одиннадцати странах было выдвинуто не менее двадцати пяти проектов (из них пять – в России) под названиями «телефотограф», «электрический телескоп», «телефот» и т.п. В основе их лежали три физических процесса: 1) деление передаваемой картинки на элементарные участки и последующее преобразование их в последовательность электрических сигналов; 2) передача этой последовательности на приемный пункт; 3) восстановление из принятого сигнала видимого изображения. Возможность осуществления этих процессов была подготовлена фундаментальными физическими открытиями, такими, как фотоэлектрический эффект (Г.Герц, А.Г.Столетов), электромагнитные волны (Дж.Максвелл, Г.Герц), «светоносные явления» – преобразование электричества в свет (В.В.Петров и др.). Как яркое и непревзойденное явление культурной и духовной жизни современного общества телевидение несет человечеству великие блага свободы, просвещения, возможности обмена информацией, мнениями, сближает народы. Благодаря земным и неземным - в буквальном смысле слова – возможностям телевидение доставляет на дом информацию с другого конца света, от близких и дальних соседей. Рождается новая эпоха общения между людьми.

О благах телевидения написано и сказано немало. Но серьезный исследователь этого феномена обязан разглядеть в его будущем развитии и социальные опасности, недооценка которых может нанести, и уже наносит заметный вред общественному прогрессу.



Пришествие телевидения


Пришествие телевидения в послевоенные годы явилось третьей аудиовизуальной революцией, если первой считать изобре­тение кинематографа в конце прошлого века, а второй — приход синхронного зву­ка на рубеже 20 — 30-х годов. Датировка этой революции связана, разумеется, не с техническим фактом изобретения виде­ния на расстоянии — «телевидения» — еще в довоенный период. Этот факт ско­рее относится к предыстории того явле­ния, которому суждено было сыграть ре­шающую роль в истории человечества в XX веке, ибо ТВ было знаменательно не столько самим фактом видения на рас­стоянии — это был такой же трюк, как и раннее ярмарочное кино, — и не своими чисто коммуникативными возможностя­ми, по сей день не реализованными (сколько все эти годы говорили о видеоте­лефонах, но они так и не вошли в быт, в отличие от многих других технических новинок), а фактом массового распро­странения, у истоков которого лежит не только, я бы даже сказал — не столько, кинематограф, сколько периодическая печать

Социокультурная роль телевидения в полной мере обнаружила себя в тот период, когда телевизионная аудитория из точечной или экспериментальной превратилась достаточно быстро в массовую, а затем — всеобщую. В США этот процесс «пошел» с начала 50-х годов, в Западной Европе — во второй половине того же де­сятилетия. У нас в стране решающими; оказались годы 60-е, но истоки восходили ко все той же «оттепели».

Что же сделало возможным качест­венный, абсолютно неосознанный совре­менниками скачок в сфере массового соз­нания?

Во-первых, это генерализация непо­средственного (неопосредованного пе­чатным текстом и неподвижными фото­графиями газет) общения с множеством самых разных людей в самых различных обстоятельствах Конечно, неопосредо-ванность эта была иллюзорной, между зрителем и телевизионным изображени­ем стояла сложнейшая техническая струк­тура, но она, как таковая, не осознава­лась и выводилась за скобки. Если обра­титься к классической и, пожалуй, по сей день оставшейся единственной в своем роде книжке Владимира Саппака «Теле­видение и мы», то в центре феномена те­левидения на ее страницах мы находим именно межличностное общение со все­ми вытекающими отсюда эмоциями, вплоть до очевидной влюбленности авто­ра в Валентину Леонтьеву Конечно, вза­имность этих чувств была условной, од­нако достаточно обратиться к эволюции образов телевизионных ведущих, вплоть до Светланы Сорокиной или нынешних «медиатических» политических деятелей, чтобы убедиться в том, какой сильной подчас бывает магия личности с экрана, личности, делающей вид, что она любит именно тебя.

Вторым, несколько более поздним открытием было расширение границ ми­ра. Конечно же, для узкого круга читаю­щей и пишущей публики в советской Рос­сии заграница всегда существовала если не реально, то виртуально. Особенность эта была не только нашей. В свое время, еще в 20 — 30-е годы, американские со­циологи заметили, какую решающую роль в изменениях обычаев, нравов, даже тра­диции, не говоря о манере поведения, сыг­рал голливудский кинематограф, обра­щенный к жителям замкнутых мирков провинциальных городов США.

В случае телевидения это воздействие было еще сильнее, и как бы ни «причесы­валась» действительность внутренняя и ни форсировалась неприглядность жизни «на стороне», главным был глобальный эффект существования большого мира, не сводившегося отныне к литературным образам и набившим оскомину идеологи­ческим прописям.

Повторю, речь в данном случае идет не только о процессах внутри нашей стра­ны, но о некоторых глобальных сдвигах в мировосприятии значительных масс на­селения земного шара Дело в том, что пришествие телевидения нарушило мо­нополию элит и интеллигенции (той са­мой читающей и пишущей публики) на широту кругозора. Отныне ребенок, под­росток, юноша или девушка, любой чело­век, в том числе и даже в первую очередь не имеющий никакого отношения к ин­теллектуальному труду, мог без особых усилий вырваться в широкий мир

В пределах нашей системы этот про­цесс многократно усиливался за счет не­скольких факторов. Первый из них — от­носительная либерализация политиче­ского режима, позволившая расширить контакты с внешним миром «Оттепель» для телевидения пришлась очень кстати

Нельзя забывать и о том, что первым шагом в освоении дальнего тогда еще за­рубежья явилось победное шествие Советской Армии по Европе. Опасность для сталинского режима представлялась столь могучей, что он вынужден, был тут же поставить преграду на пути «космопо­литизма» И, думается, если бы не было телевидения, эта плотина просуществова­ла бы значительно дольше.

Не будем забывать о том, что сенатор Маккарти пытался сделать практически то же самое в США, и в те же 60-е годы его победа обернулась угрозой тотального поражения, из которой, правда, капита­листическая система вышла окрепшей, а наша — еще более уязвимой.

По сути же своей речь шла о встреч­ных процессах, в совокупности приводя­щих к ощущению своеобразного единства мира, вне зависимости от социального происхождения людей, от их пола, возрас­та, сферы занятий и мало ли там чего еще. Именно с помощью телевидения массовая культура стала всеобъемлющим общемировым явлением, по отношению к которому могли теперь самоопределять­ся самые различные общественные и ху­дожественные течения.

Этот «переворот в мозгах» имел дале­ко идущие последствия и с точки зрения форм художественного мышления, и с позиций глобального соотношения сил.

Телевидение постепенно, на протя­жении 50 — 60-х годов, превращалось в общий фон всего того, что происходило у тебя на глазах. Хотел ты этого или не хо­тел, ты соотносил свои непосредственные жизненные ощущения с телевизионной еще не картиной, но картинкой мира. В силу этого и художественные направле­ния стали самоопределяться по отноше­нию к этой картинке. Кинематограф час­тично был ассимилирован телевидением, а частично пытался оттолкнуться от него, уходя в зрелищность сначала, в 50-е годы, неудачно, затем в 70 — 80-е — с триумфом или в интеллектуализм, обращаясь к мо­лодежи и интеллигенции, к той самой чи­тающей и пишущей публике, которая де­монстративно презирала малый экран.

Эстетские и художественные авангардистские направления, начиная с поп-арта, подражали формам популярной культуры, а в конце 60-х — начале 70-х го­дов и вовсе растворились в постмодернистском море, образцом для которого, ес­тественно, стало телевизионное вещание. Хочется подчеркнуть, что все эти про­цессы проходили как бы вне собственно телевидения. Само по себе, за редкими прозрениями, оно воспринималось как средство массовой информации и пропа­ганды, политическое оружие («четвертая власть») или же просто как источник све­дений об окружающем мире, пусть на но­вом уровне достоверности. Реально в хао­тическом брожении того, что можно было бы назвать причудливой смесью общест­венного сознания и коллективного бес­сознательного, наличие экрана-зеркала стремительно меняло многие ориентиры, причем происходило это вне, помимо и даже против воли корпорации вещателей. Существовавшая в те годы в боль­шинстве стран мира, за исключением США, государственная монополия на те­левизионное вещание, казалось бы, долж­на была свести «на нет» подрывной эф­фект малоуважаемого «ящика». Однако сегодня очевидно, что именно он стал ка­тализатором стремительной трансформа­ции множества взаимосвязанных соци­альных, культурных и художественных процессов, которые привели к принци­пиально новому соотношению сил в ми­ровой культуре. Одним из признаков этих изменений стал кризис чтения, когда письменное слово впервые за несколько веков уступило часть своих функций зву­козрительному ряду. То, что лишь наме­чалось в кинематографе, оказалось воз­можным с пришествием телевидения, по­ставившего коммуникативный процесс с головы на ноги. Если в кино возобладал игровой полнометражный фильм как форма вымысла и преимущественно ху­дожественное явление, то на телевидении во главу угла стала коммуникация как та­ковая, допускающая и художественные формы, но отнюдь не сводимая к ним. И нынешняя структура телевизионных про­грамм в многоголосии экранов свиде­тельствует о том, что расширение функ­ций звукозрительного ряда идет стреми­тельными темпами, буквально в геометрической прогрессии, «заглатывая» все новые и новые сферы действия естественного языка.


Случайные файлы

Файл
69888.rtf
90433.rtf
124435.rtf
1776.rtf
95261.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.