Осуществление прав по бумагам на предъявителя (38068)

Посмотреть архив целиком



При совершении операций с предъявительскими ценными бумагами на практике возникает целый ряд вопросов, не получивших разрешения в действующем российском законодательстве. В статье будут рассмотрены вопросы, связанные с осуществлением прав, выраженных в бумагах на предъявителя.

1

Являясь одним из видов ценных бумаг, предъявительские бумаги характеризуются следующими признаками:

1) они легитимируют своего держателя в качестве субъекта подтвержденных ими прав одним фактом предъявления бумаги обязанному лицу и этим отличаются от ордерных, именных и обыкновенных именных ценных бумаг, легитимационное действие которых основано не только на предъявлении бумаги, но и на некоторых иных юридически значимых фактах, различных для каждого вида этих бумаг;

2) они выписываются без указания имени лица, обладающего правом, выраженным в документе, и этим отличаются от остальных ценных бумаг, которые составляются либо на имя, либо приказу определенного лица;

3) они передаются простым вручением бумаги новому держателю и этим отличаются как от ордерных ценных бумаг, передаваемых посредством индоссамента, так и от именных и обыкновенных именных ценных бумаг, передача которых совершается соответственно путем трансферта и цессии;

4) они представляют собой бумаги, обладающие свойством публичной достоверности [1], и этим отличаются от обыкновенных именных ценных бумаг, которые такого свойства лишены.


Будучи объектом права собственности и других вещных прав, предъявительские ценные бумаги могут воплощать в себе обязательственные, вещные или корпоративные права.

К числу корпоративных бумаг принадлежат предъявительские акции, в которых выражено право членства в акционерном обществе [2]. Нашему законодательству неизвестны бумаги на предъявителя с исключительно вещно-правовым содержанием. Однако оно допускает предъявительские коносаменты, которые соединяют в себе природу обязательственно-правовой и вещно-правовой бумаги. Коносамент подтверждает право требовать выдачи груза после завершения перевозки.

Вместе с тем коносаменту присущи вещно-правовые функции, так как передача вещного права на представленные им товары осуществима лишь посредством передачи самого этого документа. Отсюда следует, что коносаменты являются носителями не только обязательственных, но и вещных прав, в силу чего они могут быть отнесены как к обязательственным, так и к вещным ценным бумагам. Основную массу предъявительских ценных бумаг составляют бумаги, воплощающие в себе обязательственные права. Таковы, например, депозитные и сберегательные сертификаты на предъявителя, банкноты, предъявительские облигации, банковские сберегательные книжки на предъявителя и т. п.

М. М. Агарков считает, что помимо корпоративных, вещных и обязательственных бумаг существуют и такие ценные бумаги, в частности чеки, в которых содержится управомочие на совершение действий, затрагивающих чужую правовую сферу [3]. Уязвимость подобной трактовки содержания чека состоит в том, что она не сообразуется с установленным порядком передачи именных чеков. В тех случаях, когда законодательство разрешает передачу именного чека, передача чековой бумаги и воплощенного в ней права осуществляется в порядке общегражданской цессии (п. 2 ст. 146 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 382 ГК РФ цедирование возможно только в отношении обязательственных субъективных прав. Между тем, по мнению М. М. Агаркова, чек удостоверяет не право требования, а правомочие совершить одностороннее действие - получить от своего имени (чекодержателя), но за чужой счет (чекодателя) платеж от третьего лица (плательщика). Однако такого рода правомочия, как явствует из смысла и текста п. 1 ст. 382 ГК РФ, цессии подлежать не могут. Отмеченное обстоятельство свидетельствует об ошибочности рассматриваемой конструкции чека и дает основание утверждать, что содержанием чековой бумаги может служить лишь обязательственное субъективное право.

2

Право, выраженное в ценной бумаге на предъявителя, следует вещному праву на бумагу. Поэтому носитель вещного права на предъявительскую бумагу вместе с тем является и субъектом выраженного в ней права. Он и только он есть акционер по предъявительской акции, управомоченный по вещно-правовой предъявительской бумаге, кредитор по обязательственно-правовой бумаге на предъявителя.

Некоторые авторы, смешивая понятия "субъект права по бумаге" и "надлежащим образом легитимированный держатель бумаги", объявляют кредитором по обязательственно правовой предъявительской бумаге каждого ее владельца как такового. Последовательное развитие этого взгляда приводит к следующим неприемлемым выводам:

1) в противоречие высшим основам правопорядка лицо, укравшее обязательственную бумагу на предъявителя, становится носителем подтвержденного ею права;





2) вопреки требованиям добросовестности должник обязан чинить исполнение по бумаге даже в том случае, если у него есть достаточные доказательства того, что предъявитель приобрел бумагу неправомерным путем.

Неудивительно поэтому, что теория, считавшая субъектом права по предъявительской ценной бумаге любого ее держателя, не получила ни широкой поддержки в литературе, ни законодательного признания (см., например, 793 Германского гражданского уложения).

В связи с изложенным обнаруживается несостоятельность п. 1 ст. 145 ГК РФ, который определяет субъекта права, удостоверенного предъявительской ценной бумагой, указанием на то, что это право может принадлежать (а стало быть, и не принадлежать) предъявителю такой бумаги. Приведенная формулировка лишена какого бы то ни было практического значения, поскольку она не дает ответа на вопрос, кто выступает субъектом права по бумаге на предъявителя. Как уже отмечалось, вытекающее из предъявительской бумаги право всегда принадлежит носителю вещного права на бумагу, что и следовало бы отразить в п. 1 ст. 145 ГК РФ.

3

Лицо, обладающее вещным правом на предъявительскую ценную бумагу, вправе потребовать исполнения по бумаге, предъявив ее эмитенту. В случае утраты бумаги управомоченный лишается возможности реализовать выраженное в ней право до тех пор, пока вновь не обретет владения документом. И наоборот, тот, кто неправомерно завладел чужой бумагой на предъявителя, получает возможность осуществить право по бумаге, не будучи носителем права на нее, а следовательно, и субъектом подтвержденного ею права. Таким образом, реализовать право по бумаге на предъявителя может как управомоченное (например, собственник бумаги или его представитель), так и неуправомоченное на это лицо (например, владелец бумаги, укравший ее у собственника). В первом случае мы имеем дело с правомерным, во втором - с неправомерным способом осуществления права по бумаге.

Ввиду того, что предъявительская бумага легитимирует своего держателя в качестве субъекта выраженного в ней права одним лишь фактом предъявления бумаги должнику, последний управомочен чинить исполнение по бумаге любому предъявителю без дальнейшей проверки его легитимации. При этом обязанное лицо не должно спрашивать, распоряжается ли предъявитель своим или чужим правом, пользуется ли он бумагой правомерным или неправомерным способом. В тех случаях, когда должник отказывается от исполнения, ссылаясь на то, что предъявитель не представил доказательств своей управомоченности, он считается допустившим просрочку со всеми вытекающими отсюда последствиями (ст. 395, 405 ГК РФ).







Если обязанное по бумаге лицо совершает исполнение неуправомоченному предъявителю, оно освобождается от лежащей на нем обязанности и приобретает право собственности на переданную ему бумагу, хотя предъявитель и не был управомочен на распоряжение ею [4]. В этом случае истинно управомоченный, потерявший вследствие неправомерных действий неуправомоченного предъявителя свое право на бумагу и связанное с ним право по бумаге, может предъявить к нему в зависимости от конкретных обстоятельств либо требование о возмещении убытков (вреда) (ч. 1 ст. 444 ГК РСФСР), либо требование о выдаче полученного им от должника имущества (ст. 301, 305 ГК РФ), либо требование из неосновательного обогащения (ст. 133 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик) [5].

4

Обязанное по бумаге лицо может отказаться от исполнения, если оно в состоянии доказать, что предъявитель не имеет права распоряжаться документом (например, вследствие того, что он украл бумагу или приобрел ее недобросовестно от неуправомоченного отчуждателя).

В нашем законодательстве это положение было сформулировано применительно к обязательственным ценным бумагам в п. 2 ст. 32 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, который гласил:

"Отказ от исполнения обязательства, выраженного ценной бумагой, возможен при доказанности, что бумага попала к ее держателю неправомерным путем". Однако приведенная формулировка не давала решения того же вопроса в отношении ценных бумаг, в которых выражены не обязательственные, а иные, в частности корпоративные, права.


Случайные файлы

Файл
35154.rtf
4056.rtf
ref-14333.doc
130174.rtf
185872.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.