Проблемы несостоятельности (банкротства) юридических лиц (37962)

Посмотреть архив целиком

39






Глава I. История института банкротства в России.


    1. Банкротство в дореволюционной России.

В ноябре 1992 года, после принятия Верховным Советом Российской Федерации Закона « О несостоятельности (банкротстве) предприятий», впервые в российской экономике постсоциалистического периода появились общие контуры института банкротства. Данный институт является новым для отечественной системы правового регулирования предпринимательских отношений лишь в относительном смысле. В дореволюционной России более века существовало и широко применялось развитое законодательство о несостоятельности (банкротстве). Истории известно о существовании нескольких проектов Уставов о несостоятельности (1740, 1753, 1763, 1768 гг.), которые, не став законами, тем не менее, имели ограниченное применение на практике, а также два конкурсных устава – 1800 и 1832гг., которые применялись весьма широко. Однако традиции того российского законодательства в настоящее время практически полностью утеряны.

В русском праве (как и в западноевропейском) личная ответственность за банкротство первоначально определялась фактом несостоятельности; корни этого видятся еще в эпохе, когда несостоятельные должники поступали к своим кредиторам. С течением времени потеря свободы в пользу частного лица уступает место наказаниям государственным. При этом начинает учитываться степень вины несостоятельного должника.

Дореволюционное уголовное право России различало понятие несостоятельности и банкротства. Несостоятельность выступала как родовое понятие, а банкротство являлось выделенным из него видовым понятием.1

Несостоятельность должника может быть, по терминологии дореволюционных русских юристов, «несчастная», «неосторожная», либо «злостная», «злонамеренная». «Несчастная» несостоятельность признавалась тогда, когда должник становился неоплатным не по своей вине, а вследствие непредвиденных обстоятельств, как, например, стихийное бедствие, начало военных действий, несостоятельность лиц, должных ему. В случае «несчастной» несостоятельности наступившее банкротство не влекло уголовной ответственности. Только в случае, когда судом установлены признаки «неосторожной» или «злостной» несостоятельности, лицо привлекалось к уголовной ответственности за банкротство.

Уголовное законодательство дореволюционной России выделяло банкротство «корыстное» или «тяжкое», и «расточительную несостоятельность» или просто банкротство. Под «корыстным» банкротством понималось умышленное сокрытие собственного имущества должником, впавшим в несостоятельность, с целью получить имущественную выгоду, избежав платежа кредиторам. К «корыстному» банкротству относилось только такое сокрытие имущества, которое было совершено при наступлении юридической несостоятельности или фактического состояния неоплатности, которое должно привести к несостоятельности.

Наказуемость «корыстного» или «тяжкого» банкротства различалась для производящих торговлю и не производящих ее: первые подлежали ссылке на поселение, вторые – лишению свободы на срок от 1,5 до 2,5 лет (статьи 1163, 1166 Уголовного Уложения 1885 года).

Простое банкротство по законодательству дореволюционной России выражалось в двух видах:

  1. впадение в несостоятельность вследствие расточительности, то есть в чрезмерности, по состоянию имущественных средств виновного, расходов, производимых им лично для себя, по дому или торговым операциям (например, на рекламу) и даже на благотворительные дела;

  2. в несоблюдении обычных мер осторожности, необходимых для сохранности своего имущества (например, нестрахование груза) или в легкомысленном ведении дел, что и привело к неоплатности.

Преступность этого деяния определялась тем, что виновный не соблюдал элементарных требований, которые должен соблюдать каждый добросовестный хозяин, чем и подверг опасности имущественные интересы доверившихся ему кредиторов. Наказывалось простое банкротство тюремным заключением на срок от 8 до 16 месяцев, как гласил закон «по требованию и усмотрению заимодавцев» (ст. 1165 Уголовного Уложения).

В годы Советской власти факты банкротства предприятий не фиксировались. Осуществление социалистическим государством через банки плановой аккумуляции, распределения и использования денежных ресурсов позволяло долгие годы существовать нерентабельным, неплатежеспособным предприятиям за счет других прибыльных организаций, способных платить кредиторам по своим обязательствам.

В результате централизации планового и административного руководства народным хозяйством в СССР исчезли не только органы и механизмы банкротства, но и сами понятия о них.














1.2. Развитие банкротства как средства оздоровления экономики в современных условиях.

В условиях формирования рыночных отношений положение большинства предприятий перестает быть стабильным, при этом общая нестабильность неуклонно растет. Предприятия должны самостоятельно принимать решения о том, в какой форме могут продолжать свою хозяйственную деятельность, искать покупателей, поставщиков материалов, разрабатывать коммерческую стратегию выживания и так далее.

Усложнение управленческих проблем, вызванное множественностью задач, их все возрастающей сложностью и новизной, требует воссоздания, а подчас разработки заново механизма выхода из банкротства предприятий с учетом специфических особенностей развития рыночных отношений в современной России.

Юристы, занимающиеся институтом банкротства, убеждены, что законодательство о несостоятельности (банкротстве) в странах с рыночной экономикой необходимо для «развития экономики, основанной на конкуренции и непрерывных структурных изменениях. Оно способствует воспитанию дисциплины и соблюдению правил делового оборота в области финансового управления, а также предназначено для того, чтобы содействовать реконструкции неэффективных предприятий либо их цивилизованному выводу из рынка. В принципе, подобные процессы оздоравливают экономику, освобождая ее от аутсайдеров, что способствует структурной перестройке и обновлению производства. Таким образом, законодательство о банкротстве является важной составляющей законодательной базы рыночной экономики, либо экономики, находящейся в переходном периоде, и обеспечивает гарантии как местным, так и иностранным инвесторам, что в конечном счете способствует экономическому развитию страны».1

Начало возрождения института несостоятельности в нашей стране было положено принятием в 1992году указа президента №623 «О мерах по поддержке и оздоровлению несостоятельных государственных предприятий (банкротов) и применения к ним специальных процедур». Однако на практике этот указ имел весьма ограниченное применение из-за содержавшихся в нем ошибок. Указ должен был действовать до момента принятия Закона «О банкротстве», который и был принят в ближайшее время- 19 ноября 1992года. Однако постепенно практика применения Закона РФ «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» выявила существенные его недостатки. Несомненно, он имел и положительный эффект. Прежде всего, появилась принципиальная возможность признания банкротом нерентабельных хозяйствующих субъектов. Количество рассмотренных арбитражными судами дел увеличилось со 100 в 1993г до 1035 в 1996г., а в 1997году, по данным Федеральной службы по делам о несостоятельности было 3700 банкротств предприятий.1 И тем не менее, прогнозы о волне банкротств с принятием закона 1992 года не сбылись. Вероятно, здесь следует говорить как об экономических и организационных, так и о чисто правовых причинах нечастого обращения предприятий и организаций, выступающих в роли должников и кредиторов, в арбитражные суды с заявлениями о возбуждении дел о своей собственной несостоятельности либо о банкротстве контрагентов по договорным обязательствам. Одной из причин служит неблагоприятные условия для работы законодательства о банкротстве – это общий кризис неплатежей, поразивший нашу экономику. В условиях, когда все должны всем, каждому участнику экономических отношений трудно, а иногда и невозможно дать объективную оценку финансовому состоянию конкретного контрагента по договорному обязательству. Такая оценка может быть дана лишь в ситуации, когда общим правилом имущественного оборота является своевременная оплата проданных или поставленных товаров, выполненной работы, оказанных услуг. Только лишь на таком фоне определение неплатежеспособности отдельных предприятий, задерживающих оплату, представляется легко решаемой задачей.

В ряду организационных причин нельзя не назвать проявление обычной российской проблемы: Закон 1992 года «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» «был введен в действие без всякого механизма его реализации».1 Так, закон предоставил возможность применения «прокредиторской» и «продолжниковской» системы, не указав, как это должно реализовываться на практике. В частности, порядок рассмотрения дела по заявлению должника ничем не отличается от порядка рассмотрения такого же дела по заявлению кредитора, впрочем так же, как и все процедуры банкротства, применяемые к должнику.

Говоря о недостатках Закона 1992 года, необходимо выделить и то, что само понятие и признаки банкротства, которыми оперировал Закон, не отвечают современным представлениям об имущественном обороте и требованиям, предъявляемым к его участникам. Как известно, согласно указанному закону под несостоятельностью (банкротством) понималась неспособность должника удовлетворить требования кредитора по оплате товаров (работ, услуг), включая неспособность обеспечить обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды, в связи с превышением обязательств должника над его имуществом или в связи с неудовлетворительной структурой баланса должника (ст. 1 Закона от 19.11.1992).

Кроме того, представляется принципиально неправильным абсолютно одинаковый, одномерный подход ко всем категориям должников при применении к ним процедур банкротства, как это имело место в ранее действовавшем законодательстве. Закон не делал никаких различий между юридическим лицом и индивидуальным предпринимателем; между крупным (зачастую градообразующим) предприятием и посреднической организацией, не обладавшей собственным имуществом; торговым предприятием и крестьянским (фермерским) хозяйством; промышленным предприятием и кредитной организацией. Одинаковыми были признаки банкротства таких должников, применяемые к ним процедуры и т.п., хотя было совершенно ясно, насколько различны последствия их применения.

Существенным недостатком прежнего закона была так же неприспособленность его к многообразию ситуаций, в которых могут оказаться должник и его кредиторы. К примеру, арбитражным судам нередко приходилось сталкиваться со случаями, когда руководитель организации-должника отсутствует и место его нахождения установить невозможно, когда должник не располагает имуществом, необходимым даже для покрытия судебных издержек и т.п. Во всех аналогичных случаях арбитражный суд должен был, как предписывал закон, объявить должника банкротом, открыть конкурсное производство и для его осуществления назначить конкурсного управляющего. Естественно, ни один из кредиторов не соглашался перечислить на депозитный счет арбитражного суда денежную сумму, необходимую для выплаты конкурсному управляющему вознаграждения (хотя бы в порядке аванса). Решения арбитражного суда о банкротстве таких должников в принципе было невозможно реализовать, поэтому суды хранили такие дела в сейфах, а должники, признанные банкротами, продолжали числиться в реестре юридических лиц.1

Огромное количество пробелов, содержащихся в Законе 1992 года послужило причиной принятия многочисленных подзаконных актов. Достаточно сказать, что к моменту принятия нового закона в области несостоятельности (банкротства) действовало уже свыше 30 указов Президента Российской Федерации, постановлений Правительства Российской Федерации и ведомственных нормативных актов.

Таким образом, практика реализации процедур банкротства в первые годы действия этого Закона складывалась неоднозначно.

Во-первых, коммерческие кредиторы оказались не готовы применять процедуры банкротства к несостоятельным должникам для реализации своих интересов. Монополизированная структура российской экономики того периода ставила любого кредитора, которому должник отказывался платить за поставленную продукцию, сырье, материалы и прочее, перед вопросом: если сегодня обанкротить должника, то с кем работать завтра? В результате число арбитражных процессов по делам о банкротстве в 1993-1994гг было ничтожно мало и не соответствовало реальным потребностям российской экономики. Например, в первом полугодии 1994 года в арбитражных судах по всей стране рассматривалось лишь 128 заявлений о признании предприятий несостоятельными; 30 из них были признаны таковыми1 (для иллюстрации отметим, что только в Курской области в 1999 – 2000 годах банкротами было признано 107 предприятий). В то же время участились случаи, когда недобросовестные организации, чувствуя полную безнаказанность, намеренно отказывались от оплаты поставленной им продукции. Крупнейшие из таких организации стали теми отправными точками, от которых пошли волны неплатежей по всему народному хозяйству.

Во-вторых, стало очевидно, что полномасштабная реализация, соответствующая фактическому состоянию платежеспособности российских предприятий, повлечет крупные негативные социальные последствия, в результате чего у государства может просто не оказаться необходимых ресурсов для решения возникающих в связи с этим проблем. К тому же своевременное выявление кризисных симптомов в финансовом состоянии организаций и осуществление комплекса мер, направленных на предотвращение их реального банкротства, может привести к существенно меньшим последствиям как в социальном, так и в экономическом аспектах.

Вместе с тем, государство не может самоустраниться от процессов банкротства и связанных с ним проблем, поскольку их последствия неизбежно затрагивают его интересы и влияют на политическую и экономическую стабильность общества. Поэтому государство должно осуществлять регулирование и контроль этих процессов, располагая для этого необходимыми ресурсами и организационными возможностями.

20 сентября 1993 года в соответствии с постановлением Правительства РФ №926 было создано Федеральное управление по делам о несостоятельности (банкротстве) и финансовому оздоровлению при Госкомимуществе России, основными задачами которого стали разработка и осуществление комплекса мер, направленных на эффективную реализацию законодательства о несостоятельности, а также на предотвращение негативных последствий реальных банкротств предприятий и организаций.

Дальнейшая судьба этого органа складывалась следующим образом. Выйдя в марте 1997 года из состава Госкомимущества и получив самостоятельность, управление стало называться Федеральной службой по делам о несостоятельности. А уже с сентября 1999 года – Федеральной службой России по финансовому оздоровлению и банкротству. В настоящее время значение службы оценивается специалистами достаточно высоко. ФСФО выполняет важную общественную функцию; не дублируя другие ведомства, служба заняла пустовавшую ранее нишу. У ФСФО свое, отличное от других органов направление деятельности, свои функции; служба использует особые механизмы.1

Основной задачей ФСФО России является проведение государственной политики по предупреждению банкротств, а также обеспечению реализации процедур банкротства, осуществляемых в отношении несостоятельных организаций. Однако теперь компетенция службы не ограничивается, как раньше, кругом государственных предприятий и распространяется на организации вне зависимости от их форм собственности.

Среди функций ФСФО отчетливо просматриваются как функции, направленные на обеспечение реализации процедур банкротства, так и функции, имеющие главной целью финансовое оздоровление неплатежеспособных организаций. Такое разделение выглядит весьма условным, поскольку общепризнанно, что процедуры, предусмотренные законодательством о банкротстве, являются одними из самых эффективных процедур финансового оздоровления организаций или какой-либо части их бизнеса и представляют собой не что иное как реализацию принципа нового старта («fresh start”)1.

Наиболее важной из всех функций службы является создание организационных, экономических и иных условий, необходимых для реализации процедур банкротства.

Дальнейший этап развития законодательства о банкротстве представлен принятием в 1998 году нового Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», который значительно отличается от действовавшего ранее, и включает в себя целый ряд положений, являющихся новыми для российской правовой действительности. ФЗ от 8.01.98 «О несостоятельности (банкротстве)» не является, однако, отредактированным вариантом Закона РФ от 19 ноября 1992 года, поскольку «в его основу заложена совершенно иная идеология, основанная на отказе от принципа неоплатности долга при определении критерия банкротства»2. В основу критерия банкротства законодатель в новом Законе заложил принцип неплатежеспособности.

Кроме вышеуказанного Закона за последние годы был принят еще целый ряд законодательных актов, регулирующих правоотношения связанные с банкротством. Среди них особое место занимают два Федеральных закона – ФЗ от 25 февраля 1999 года «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» и ФЗ «Об особенностях несостоятельности (банкротства) субъектов естественных монополий топливно-энергетического комплекса» от 24 июня 1999 года.




























1.3. Федеральный Закон от 8 января 1998 года «О несостоятельности (банкротстве)»: общая характеристика и сравнительное правоведение.

Итак, с 01.03.98г. введен Федеральный Закон «О несостоятельности (банкротстве)». По мнению отечественных и зарубежных специалистов новый закон оценивается как дальнейший шаг России в направлении рыночной экономики, дает возможность реабилитации должника и допускает его ликвидацию с соблюдением прав всех участников процедур банкротства. Закон, по словам руководителя ФСНБ Г.Таля, закрепляет для самого банкрота возможность возобновления бизнеса, а для кредиторов – максимальное возмещение его требований1.

Принятие нового закона вызвано острой необходимостью реформирования прежнего, не отвечающего объективной действительности, законодательства о банкротстве. Так, понятие и признаки банкротства, содержащиеся в прежнем законе, не просто перестали отвечать современным представлениям об имущественном обороте и требованиям, предъявляемым к его участникам, а не были в достаточной степени продуманы и обоснованы законодателем. В нем под несостоятельностью (банкротством) понималась неспособность должника удовлетворить требования кредиторов по оплате товаров (работ, услуг), включая неспособность обеспечить обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды, в связи с превышением обязательств должника над его имуществом или в связи с неудовлетворительной структурой баланса.

Для признания юридического лица несостоятельным было необходимо установить его неоплатность, для этого в каждом случае производства по делу о несостоятельности требовалось проводить анализ баланса должника, и только если величина долгов превышала величину активов, возможно, было вынесение решения о признании несостоятельности. В противном случае суд должен был прекратить производство по делу о несостоятельности; это происходило даже в тех случаях, когда юридическое лицо в течение многих месяцев, а иногда и лет не удовлетворяло предъявленные ему требования по обязательствам кредиторов и обязательным платежам. Кроме того, анализ структуры баланса представлял собой достаточно сложный и трудоемкий процесс.

Такой подход допускал, что участниками имущественного оборота могли быть лица (организации, предприниматели), неспособные оплачивать полученные ими товары, работы, услуги, в силу чего неплатежеспособными становились их контрагенты по договорам.

С другой стороны, создавались условия, когда более-менее юридически грамотные руководители коммерческих организаций, не опасаясь банкротства, могли довольно долго использовать предназначенные для этих целей денежные суммы в качестве собственных оборотных средств, - лишь общая сумма кредиторской задолженности не превысила стоимость активов этой организации. Действовавшие легальные понятия и признаки банкротства защищали недобросовестных должников и тем самым разрушали принципы имущественного оборота.1

После вступления в силу нового Закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», должник - юридическое лицо или предприниматель – может быть признан банкротом в случае его неплатежеспособности, но наличии у него имущества, превышающего общую сумму кредиторской задолженности, является свидетельством реальной возможности восстановить его платежеспособность и, следовательно, может служить основанием для применения к должнику процедуры внешнего управления, а значит возможности спасения бизнеса и предотвращения причинения вреда кредиторам.

То есть несостоятельность (банкротство) в новом Федеральном Законе есть неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Должник - юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам или исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязанности не исполнены в течение трех месяцев с наступления даты их исполнения. Что касается должника-гражданина, то для его признания банкротом необходимо также, чтобы сумма задолженности по его обязательствам превысила стоимость принадлежащего ему имущества. То есть для физических лиц закон устанавливает критерий неоплатности. При этом условием возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) является неспособность уплатить в течение указанного срока 500 минимальных размеров оплаты труда – юридическими лицами и 100 минимальных размеров оплаты труда – физическими лицами. Следует отметить, что если сумма требований каждого кредитора менее указанного размера, они могут объединить свои требования и совместно обратиться в арбитражный суд с заявлением, если общая сумма их требований будет больше указанного размера. Все кредиторы, чьи требования вошли в общую сумму заявленного требования, будут иметь одинаковые процессуальные права, которые закон предоставляет кредитору-заявителю.1

Таким образом, «в основе понятия банкротства лежит презумпция, согласно которой участник имущественного оборота (юридическое лицо), не оплачивающий полученные им от контрагентов товары, услуги, работы, а также не уплачивающий налоги и иные обязательные платежи в течение длительного срока (более трех месяцев), не способен погасить свои обязательства перед кредиторами».2 Чтобы избежать банкротства, должник должен либо погасить свои обязательства, либо представить суду доказательства необоснованности требований кредиторов, налоговых или иных уполномоченных государственных органов. Таким образом, при определении критериев несостоятельности (банкротства) принимаются во внимание лишь денежные обязательства должника и его обязанности по уплате обязательных платежей в бюджет и внебюджетные фонды.

Нужно отметить, что современное российское законодательство о банкротстве, в том числе и новый Закон, не дифференцирует понятия «несостоятельность» и «банкротство». Между тем существует мнение, что банкротство является несостоятельностью, сопряженной с виновным поведением должника, направленным на причинение вреда кредиторам.1 Такова была, как отмечалось ранее, позиция российского дореволюционного права; под банкротством понималось «неосторожное или умышленное причинение несостоятельным должником ущерба кредиторам посредством уменьшения или сокрытия имущества». Ученые приходили к выводу, что банкротство – «деликт своеобразный: он слагается из двух элементов, из которых один (несостоятельность) – понятие гражданского права, другой (банкротское деяние) – понятие уголовного права.2

Наверное, употребление понятия «банкротства» в значении несостоятельности при виновном причинении вреда должником кредиторам могло бы способствовать большей терминологической ясности.

Анализируя Федеральный Закон 1998 года, отметим некоторые его особенности. Так, по принятой концепции соотношения реорганизационных и ликвидационных процедур и норм, защищающих должника и кредитора, Закон является нейтральным с некоторым уклоном в сторону защиты должника. В отношении последовательности данный закон структурирован – делится по этапам в соответствии с применяемыми к должнику процедурами: предупреждение банкротства в арбитражном суде, наблюдение, внешнее управление, конкурсное производство, мировое соглашение. Законодателем установлены особенности процедур в отношении отдельных категорий должников в силу специфичности их деятельности или значимости для экономики. Это градообразующие предприятия, сельскохозяйственные организации, кредитные организации, страховые организации.

Несомненным новшеством для российской практики является банкротство граждан, в том числе и индивидуальных предпринимателей, предусмотренная, однако, в новом Законе.

Таким образом, Закон РФ «О несостоятельности (банкротстве)» 1998года имеет существенное значение для развития рыночной экономики, а также самого законодательства, регулирующего экономические правоотношения; а кроме того, соответствует основополагающим моментам законодательства стан с развитой рыночной экономикой и действующим международным нормам в области несостоятельности. Однако уже первые годы его применения на практике выявили ряд существенных недоработок, смысл и содержание которых мы раскроем позже.

Подведем основные итоги Главы I.

Итак, институт банкротства не является новшеством для российской правовой системы. Развитие его проходило поэтапно. Первый этап – банкротство в дореволюционной России. Истории известно о существовании нескольких проектов Уставов о несостоятельности (1740, 1753, 1763, 1768гг.), которые, не став законами, тем не менее, имели ограниченное применение на практике, а также два конкурсных устава – 1800 и 1832гг., которые применялись весьма широко. Второй этап – советское конкурсное право в период нэпа, когда нормы о несостоятельности были включены в Гражданский кодекс РСФСР 1922 года, затем в Гражданско-процессуальный кодекс в 1927 году. Конкурсное право этого периода существенно отличалось от дореволюционного. Процесс о несостоятельности был весьма сокращен (часто в ущерб качеству), проводился не кредиторами (практически не имевшими никаких прав), а государственными органами.

Со свертыванием нэпа применение института несостоятельности на практике прекратилось, в связи с чем через некоторое время соответствующие разделы были исключены из кодексов, а также из учебников по гражданскому праву и процессу «как не имеющие практической значимости». Советское право отказалось от регулирования отношений, связанных с несостоятельностью, поскольку существование этого института совершенно несовместимо с монополией государственной собственности и господством плановых начал в экономике.

Третий этап развития конкурсного права – возрождение института несостоятельности. Первая такая попытка была предпринята в связи с Указом Президента РФ от 14 июня 1992 года №623 «О мерах по поддержке и оздоровлению несостоятельных государственных предприятий (банкротов) и применения к ним специальных процедур». Однако Указ имел большое количество ошибок и недоработок, поэтому нашел весьма ограниченное применение на практике и совсем недолго просуществовал. Его заменил принятый 19 ноября 1992 года Закон «О несостоятельности (банкротстве) предприятий», который, несмотря на все свои недостатки и пробелы, имел и положительный эффект.

Следующим этапом развития законодательства о банкротстве стало принятие ныне действующего Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)», который внес немалое количество новелл и высоко оценивается как отечественными, так и зарубежными специалистами. Однако и здесь имеются свои неточности и недоработки, которые проявились на практике и требуют исправления и устранения.













Глава 2. Основные процедуры банкротства, предусмотренные в Федеральном Законе РФ «О несостоятельности (банкротстве)» и их применение на практике (на примере Курской области).


2.1. Внесудебные процедуры законодательства о несостоятельности.

Закон делит применяемые к должнику процедуры на два вида: судебные и внесудебные. Если судебная процедура признания должника несостоятельным обязательно предусматривает решение и последующий контроль арбитражного суда, то внесудебная процедура позволяет должнику путем переговоров с кредиторами избежать судебного процесса и признания должника несостоятельным по суду. Результаты переговоров могут быть различными. Должник может договориться со всеми или частью кредиторов об отсрочке или рассрочке причитающихся кредиторам платежей или уменьшении долга, что дает ему возможность продолжить свою производственную деятельность, в которой кредиторы часто заинтересованы. С конца 1993 года началось развитие регулирования досудебных процедур предупреждения несостоятельности (банкротства). На этой правовой основе Федеральным управлением по делам о несостоятельности (банкротстве) (сейчас эта организация называется Федеральная служба России по финансовому оздоровлению и банкротству) была развернута работа по мониторингу финансового состояния предприятий и организаций и профилактике их банкротств.

К началу 1997 года было обследовано финансовое состояние около 16 тысяч предприятий и организаций, относящихся к сфере внимания Федерального управления, из которых около 4 тысяч были признаны неплатежеспособными. В отношении неплатежеспособных организаций принято более 3 тысяч решений. Характерно, что к концу 1997 года основная их доля приходилась на решения об отмене Акта о неплатежеспособности в связи с восстановлением платежеспособности организации и по иным аналогичным причинам.1

По мнению многих специалистов, значительная роль в восстановлении платежеспособности организаций принадлежит досудебным процедурам. К ним относятся не только мероприятия по восстановлению платежеспособности конкретного субъекта хозяйственной деятельности, по устранению причин, повлекших возникновение неплатежеспособности организаций как в отдельной отрасли, так и в экономике в целом. В зарубежных странах достаточно широко применяются внесудебные процедуры несостоятельности, осуществляемые как по инициативе должника, так и кредиторов.2

В некоторых странах предпочитают поощрять именно внесудебные процедуры реструктурирования долгов как формы реорганизации несостоятельного предприятия. Достаточно мягкие добровольные формы внесудебной реорганизации или ликвидации несостоятельных предприятий применяются в Австралии, Австрии, Великобритании, Ирландии, Сингапуре, Японии». Более жесткие, принудительные внесудебные процедуры несостоятельности применяются в Канаде, Италии, Франции, Новой Зеландии и США. В реформированном Законе о банкротстве Германии предусмотрено, что основные решения в ходе производства по несостоятельности принимаются не судьей по делам о банкротстве, а собранием кредиторов, на котором голоса распределяются в соответствии с реальной стоимостью прав требования. Можно сказать, что добровольное внесудебное урегулирование проблем между должником и кредитором используется повсеместно, хотя оно только поощряется, но ни в коем случае не навязывается.

По мнению западных экспертов по несостоятельности, при существующем положении вещей в странах с переходной экономикой, к каким относится и Россия, когда не хватает знаний и опыта в судебных разбирательствах по коммерческим вопросам, предпочтение должно отдаваться внесудебным процедурам, целесообразно привлекать судебные органы к решению проблем несостоятельности в крайних случаях и гораздо

шире практиковать процедуры банкротства внесудебные. 1

Однако, во времена действия старого Закона на практике этого не происходило. Так, анализ объявлений «Вестнике Высшего Арбитражного Суда» показывает, что количество объявлений о добровольной ликвидации ничтожно мало. Например, по Иркутской области за четыре года была проведена лишь одна правильно, в соответствии с Законом 1992 года добровольная ликвидация под контролем кредиторов.

С принятием же нового Закона уровень банкротств в России, разрешаемый внесудебными процедурами за последние годы динамично развивается, поскольку создана нормативная база для проведения внесудебных процедур, введена гражданско-правовая и уголовная ответственность за неправомерные действия, законодательно закреплен контроль Государственным органом за участниками делового оборота, начато создание института специалистов по банкротству, все большее количество хозяйствующих субъектов вовлекается в сферу действия законодательства о несостоятельности, понимая необходимость банкротства в обществе. Дополнительно в Федеральный Закон «О несостоятельности (банкротстве)» введена новая глава «Предупреждение банкротства» со статьями: «Меры по предупреждению банкротства» и «Досудебная санация», с изъятием «Санации» из реорганизационных судебных процедур. Это возлагает определенную ответственность и понуждает учредителей юридических лиц, федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления принимать своевременные меры по предупреждению банкротства организаций. Это может быть и санация, и соглашение кредиторов с должником на заключение мирового соглашения. Эти положения Закона дают возможность решить вопросы банкротства без вмешательства арбитражного суда.

Остановимся подробнее на одной из предупредительных процедур – досудебной санации. В рамках досудебной санации происходит полное погашение требований по обязательствам и обязательным платежам. Для погашения всех требований должнику предоставляется финансовая помощь. Оказывать такую помощь может практически любое лицо, в том числе и учредители (участники) собственника имущества унитарного предприятия, кредиторы.

Очевидно, что финансовая помощь не может предоставляться безвозмездно. Закон предусматривает возможность принятия должником или иными лицами обязательств в пользу лиц, предоставивших финансовую помощь, но не указывает, какого рода обязательства могут принять на себя должник или иные лица. Скорее всего, это могут быть обязательства как финансовые, так и не имеющие финансового характера.

Если досудебная санация проводится за счет средств федерального бюджета и государственных внебюджетных фондов или за счет средств бюджетов субъектов Российской Федерации, местных бюджетов и соответствующих внебюджетных фондов, то условия ее проведения устанавливаются соответственно федеральным законом о федеральном бюджете на текущий год и федеральными законами о бюджетах государственных внебюджетных фондов на текущий год либо органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления в соответствии с законом.

Специалисты уверены, что оказание финансовой помощи государством должникам является недопустимым, так как это противоречит принципу конкуренции.1 Более того, законодательство многих государств запрещает оказание помощи предприятиям государством посредством их финансирования в любой форме.

Вместе с тем ученые приходили к выводу, в соответствии с которым на переходном этапе для экономики России указанная процедура является необходимой.

Для принятия решения о проведения досудебной санации необходима проверка финансового состояния должника, поскольку финансовая помощь оказывается тем должникам, относительно которых можно сделать вывод о возможности в течение определенного периода времени восстановить их платежеспособность. Анализ финансового положения должника по договоренности с его кредиторами может быть проведен аудиторской фирмой.

Следует отметить, что действующее законодательство очень слабо и поверхностно регулирует порядок проведения этой реорганизационной процедуры. Потенциального участника санации, вероятно, отпугивают нормы, определяющие лишь его обязанности, да еще и устанавливающие солидарную ответственность всех участников санации независимо от их отношения к выполнению своих обязанностей. Думается, что закон должен подробно регулировать содержание соглашения участников санации, и в особенности в части определения их прав в случае достижения результатов санации – восстановления платежеспособности предприятия-должника.

На практике же досудебная санация применяется крайне редко. Например, в Курской области данная процедура еще не проводилась.

Непродуманная налоговая политика, поспешность в приватизации, неготовность руководителей хозяйствующих субъектов жить в условиях рыночной экономики привели к спаду производства, кризису неплатежей, сокращению рабочих мест, росту социальной напряженности. В настоящее время подъему многих, даже перспективных, предприятий препятствует огромная кредиторская задолженность перед поставщиками, бюджетом, трудовым коллективом. Ни один инвестор не будет вкладывать средства, зная, что его деньги пойдут на погашение долгов предприятия. Во всех случаях проще обанкротить предприятие, вывести имущество законным или незаконным способом, а затем на основе материальных ценностей и денежных средств, «вырученных» с предприятия, создать новое и вложить в него.

Если говорить о ситуации в Курской области, то большинство всех банкротств, осуществляемых здесь, являются криминальными, то есть в банкротстве того или иного предприятия заинтересованы криминальные элементы общества. Естественно, что инвесторам, дорожащим своей репутацией, не к чему связываться с криминалом, и это, несомненно, является еще одной причиной для непроведения санации.






















2.2. Судебные процедуры в законодательстве о банкротстве и особенности их проведения (наблюдение, внешнее управление, конкурсное производство, мировое соглашение).

а) наблюдение

Новый Федеральный Закон «О несостоятельности (банкротстве)» принципиально изменил ситуацию в плане последовательной защиты прав должника, с одной стороны, и кредиторов с другой.

Период наблюдения – особая процедура конкурсного процесса, поскольку является одной из новелл нового Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 8 января 1998 года.

Вводится наблюдение с момента принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (ст.56 Закона о банкротстве); в определении о принятии заявления говорится о введении наблюдения и назначении временного управляющего.

Цель этой процедуры – защита имущества должника, обеспечение его сохранности, а также проведение анализа финансового состояния должника. Кроме того, при осуществлении наблюдения устанавливается также наличие признаков фиктивного либо преднамеренного банкротства.

Поскольку критерием несостоятельности является неплатежеспособность, то в течение некоторого времени после подачи заявления о признании должника банкротом невозможно выяснить, имеет должник средства, чтобы расплатиться со всеми кредиторами, то есть является ли должник оплатным или неоплатным. В это время должник имел возможность распорядиться имуществом. Это могло привести к злоупотреблениям с его стороны, а, следовательно, к ухудшению положения кредиторов.

Но кредиторы в случае явной опасности злоупотреблений со стороны должника могли ходатайствовать о применении определенных мер в соответствии с АПК РФ: наложении ареста на имущества должника, запрещении совершать определенные действия и так далее. Однако на практике такие меры использовались, как правило, только на этапе ликвидации должника. Применение таких мер непосредственно после подачи заявления кредитором приводило к проблемам, которые в большинстве случаев делали невозможным обеспечение интересов заявителя. Так, АО «Ром-икс» подало заявление о признании несостоятельности ТОО «Стар», одновременно направив ходатайство об обеспечении требований путем наложения ареста на имущество должника. Арбитражный суд Курской области, вполне оправданно, принял заявление о несостоятельности, но отказал в наложении ареста, мотивировав это тем, что применение такой меры сделало бы невозможным продолжение деятельности ТОО. С другой стороны, недобросовестные кредиторы, имевшие цель разорить должника, посредством законных мер в ряде случаев добивались этого. Таким образом, в данной ситуации, по мнению некоторых авторов, «можно наблюдать ярко выраженный дисбаланс интересов кредиторов и должника, который невозможно было преодолеть».1

Наблюдение решает эту проблему, поскольку в течение периода наблюдения вопросами защиты имущества должника и обеспечения интересов кредиторов занимается независимый субъект – временный управляющий, который контролирует процесс функционирования предприятия, если это отвечает интересам должника и кредиторов.

Наблюдение вводится после принятия арбитражным судом заявления о несостоятельности должника. Кроме того, закон также предусматривает, что с момента принятия арбитражным судом заявления наблюдение не применяется по отношению к должнику, находящемуся в процессе ликвидации; отсутствующему должнику; должнику – индивидуальному предпринимателю. Также невозможно осуществление наблюдения в отношении кредитных организаций.

Наблюдение вводится независимо от того, по чьей инициативе возбуждено производство по делу о банкротстве. Процедура означает невозможность предъявления имущественных требований непосредственно к должнику без направления их временному управляющему, а также удовлетворения требований участников должника – юридического лица о выдаче доли (пая) в имуществе должника в связи с выходом из состава его участников (в случае выхода участника, его требования должны быть предъявлены к временному управляющему и рассмотрены в общем порядке).

Введение наблюдения влияет на производство дел, связанных со взысканием денежных средств и другого имущества должника, а также на исполнительное производство по уже вынесенным судебным решениям, причем различный правовой режим устанавливается для вступивших и не вступивших в законную силу судебных решений. Если на момент введения наблюдения дело находится в производстве суда (общей юрисдикции, арбитражного, третейского), то продолжение судебного разбирательства зависит от кредитора по конкретному требованию. Производство по делу, связанному со взысканием имущества должника, может быть приостановлено по ходатайству кредитора. В случае отсутствия ходатайства производство по делу продолжается и завершается вынесением решения. Однако это решение не может быть исполнено немедленно. Правда, наличие судебного решения, подтверждающего требование кредитора, переводит это требование в разряд установленных, что избавляет арбитражный суд от необходимости проверять его обоснованность. Для кредитора признание его требования установленным означает, что арбитражный управляющий наверняка примет это требование, поскольку установленные требования не могут по каким бы то ни было причинам им отклонены (п. 4 ст. 4 Закона).

В случае приостановления судебного разбирательства по ходатайству кредитора он должен обратиться со своим требованием к временному управляющему. Если решением по делу, связанному со взысканием имущества должника, принято и открыто исполнительное производство, принципиальное значение имеет момент вступления этого решения в законную силу.

В случае вступления его в законную силу после начала наблюдения приостанавливается исполнение любого решения. Если же решение вступило в законную силу до начала наблюдения, некоторые решения подлежат исполнению: о взыскании задолженности по заработной плате, о выплате вознаграждений по авторским договорам, алиментов, а также о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью, и морального вреда.

Поскольку должник ограничивается в распоряжении своими средствами, после введения наблюдения определение об этом направляется в банки и иные кредитные организации, с которыми должник имеет договор банковского счета (данные о счетах должника предоставляются самим должником либо запрашиваются в налоговых органах), в суд общей юрисдикции, главному судебному приставу по месту нахождения должника, в налоговые и иные уполномоченные органы.

Введение наблюдения, как уже было сказано выше, влечет за собой появление в деле о банкротстве особой фигуры – временного управляющего. Временный управляющий действует параллельно с руководством должника, поскольку осуществление рассматриваемой процедуры не является основанием для отстранения руководителя должника и иных органов его управления, которые продолжают осуществлять свои полномочия, правда, с некоторыми ограничениями. Деятельность управляющего происходит в двух основных направлениях: во-первых, это контроль за действиями руководства должника ( в том числе обеспечение сохранности его имущества ); во-вторых, изучение финансового состояния должника с целью определения возможности и целесообразности проведение реорганизационных либо ликвидационных процедур.

Временный управляющий имеет возможность контролировать процесс функционирования предприятия без его прекращения, если это отвечает интересам должника и кредиторов. Функции руководителя и временного управляющего строго разграничены. Вопрос об устранении руководства должника всегда был одним из самых важных. С одной стороны, неграмотное руководство является причиной сложностей должника, с другой - иногда эти сложности бывают следствием внешних причин, которые не связаны с количеством управления. Однако, руководитель должника лучше, чем управляющий, разбирается в специфике производства, особенностях работы и сбыта выпускаемой работы данного предприятия, поэтому управляющий сталкивается с необходимостью привлечения руководства, к вынесению конкретных управленческих решений.

Мировой практике известны две основные системы: внутреннего управления, когда должником управляет прежнее руководство ( например, в США ), и независимого - с привлечением профессионального управляющего ( Великобритания)1.

В российской практике будет применять смешанную систему управления: «руководитель, не причастный к возникновению финансовых проблем должен действовать наряду с арбитражным управляющим как в процедуре управления, так и в процессе применения других (последующих) процедур банкротства2.

Законом установлены ограничения полномочий руководителя и иных органов управления должника. Только с согласия временного управляющего они могут совершать сделки, связанные:

  • с передачей недвижимого имущества в аренду, залог, с внесением его в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных обществ и товариществ или с распоряжением таким имуществом иным образом;

  • с распоряжением иным имуществом должника, балансовая стоимость которого составляет более 10% балансовой стоимости активов должника (указанные ограничения не распространяются на совершение сделок должником – профессиональным участникам рынка ценных бумаг, если это сделки с ценными бумагами клиентов должника, которые совершаются по поручениям клиентов, подтвержденным в течение наблюдения);

  • с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и гарантий, уступкой прав требований и переводом долга, а также с учреждением доверительного управления имуществом должника.

Только с согласия временного управляющего может быть принято решение об участии в ассоциациях, союзах, холдинговых компаниях, финансово-промышленных группах и других объединениях юридических лиц, однако в случае необходимости суд может расширить этот перечень: не исключается введение запрета совершать любую сделку без согласия временного управляющего.

Временный управляющий назначается арбитражным судом. Закон о несостоятельности устанавливает определенные требования к порядку выдвижения кандидатуры управляющего и его назначения. По общему правилу он должен иметь статус индивидуального предпринимателя, обладать специальными знаниями и не иметь заинтересованности в отношениях должника и кредиторов. Временными управляющими не могут быть назначены лица: 1) осуществлявшие ранее управление делами должника – юридического лица ( за исключением случаев, когда с момента отстранения указанного лица управления делами должника прошло не менее трех лет ); 2) в отношении которых имеются ограничения на осуществление соответствующей деятельности ( дисквалифицированные лица ); 3) имеющие судимость.

Однако в Курске был случай, когда кредиторы АОЗТ «Гевис» подали на апелляцию в Курский областной арбитражный суд по той причине, что внешнего управляющего Дацких С.А. отсутствовала лицензия на осуществление данной деятельности и аттестата антикризисного управляющего.

Кандидатура временного управляющего выдвигается кредиторами. Обращает на себя внимание следующее положение: должник лишен права выдвигать кандидатуру временного управляющего, хотя как правило, должник более, чем кредиторы заинтересован в восстановлении платежеспособности. При отсутствии предложений кредиторов арбитражный суд выбирает из числа лиц, зарегистрированных в арбитражном суде в качестве арбитражных управляющих. По закону арбитражный управляющий должен иметь соответствующую лицензию, которая дается государственным органом по делам о банкротстве и финансовому оздоровлению.

Законом установлены случаи, когда к кандидатуре временного управляющего предъявляются дополнительные требования. Это касается управления имуществом должника – профессионального участника рынка ценных бумаг: управляющий помимо лицензии должен иметь аттестат, выдаваемый государственным органом РФ по регулированию рынка ценных бумаг.

Полномочия временного управляющего возникают в полном объеме с момента его назначения. Определение арбитражного суда о его назначении не может быть обжаловано. Временный управляющий действует до: 1) утверждения арбитражным судом мирового соглашения; 2) принятия судом решения об отказе в признании несостоятельности; 3) принятия судом определения о введении внешнего управления; 4) принятие решения об открытия конкурсного производства; 5) удовлетворения судом ходатайства временного управляющего об освобождении его от исполнения обязанностей.

В последних трех случаях временный управляющий обязан функционировать до назначения соответственно внешнего, конкурсного или нового временного управляющего.

Вознаграждение временного управляющего регламентируется ст.22 Закона. Статья содержит большое количество норм, отсылающих к федеральным законам и иным правовым актам, которые в настоящее время не приняты. Эти нормы касаются максимального и минимального размера вознаграждения управляющего, порядка его выплаты, условий и порядка заключения договора арбитражного управляющего со специализированным фондом при государственном органе по делам о банкротстве и финансовому оздоровлению, гарантирующего получения управляющим минимального вознаграждения.

В целях защиты интересов кредиторов и сохранения имущества должника закон наделяет временного управляющего широким кругом прав и обязанностей. Временный управляющий имеет право получать любую, в том числе конфиденциальную, информацию о деятельности должника, которую ему обязано предоставить руководство. Это право связано с обязанностью управляющего проводить анализ состояния и деятельности должника. согласно Закону (п.1 ст.60) временный управляющий вправе предъявлять в арбитражный суд от своего имени требования о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности сделок в отношении ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником с нарушением требований, установленных ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Из обязанностей временного управляющего принимать меры по защите имущества должника, установленной п.2 ст.20 и п.1 ст.61 Закона, следует, что временный управляющий вправе обращаться в арбитражный суд с исковыми заявлениями о признании недействительными сделок, совершенных должником как до, так и после введения наблюдения с нарушением общих требований закона к действительности сделок ( §2 Гл.9 ГК РФ). Таким образом, очевидно, что временный управляющий вправе заявлять о признании недействительными двух категорий сделок должника: во-первых, совершенных с нарушением п.п.2 и 3 ст.58 Закона и, во-вторых, признаваемых недействительными в соответствии с §2 главы 9 ГК РФ.

В юридической литературе высказывается мнение о том, что иски о признании недействительными сделок должника не должны рассматриваться в деле о банкротстве1. Представляется, что такой подход правомерен по отношению только ко второй категории сделок ( совершенных с нарушением общих норм); и сделки же заключенные с нарушением норм закона о банкротстве, логично будет признавать недействительными в рамках производства по делу о банкротстве. При необходимости временный управляющий может обращаться в арбитражный суд с ходатайством об отстранении руководителя должника от должности, а также о принятии дополнительных мер по обеспечению сохранности имущества должника и об их отмене. Сохранность имущества должника – основная цель деятельности временного управляющего. Поэтому принятие мер его обеспечению не только право, но и главная обязанность управляющего. Кроме того, он должен проводить анализ финансового состояния должника, определять наличие признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, устанавливать кредиторов должника и размеры их требований, уведомлять кредиторов о возбуждении дела о банкротстве. В обязанности временного управляющего входит также проведение первого собрания кредиторов.

Временный управляющий составляет отчет, в который включаются сведения о финансовом состоянии должника и предложения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника. отчет необходимо представить в арбитражный суд по окончании наблюдения.

В случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения временным управляющим своих обязанностей он может быть привлечен к ответственности в соответствии со ст.21 Закона. Степень ответственности дифференцируется в зависимости от убытков должника или кредиторов в связи с действиями управляющего. Если никто из указанных лиц не понес убытков, временный управляющий может быть отстранен от исполнения своих обязанностей. Если же убытки были, это является основанием, во-первых, для отзыва лицензии арбитражного управляющего ( соответствующее решение принимает государственный орган по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению, оно может быть обжаловано в арбитражный суд ) и, во-вторых, для привлечения к гражданско-правовой ответственности ( возмещение убытков ). Однако на примере Курской области такие случаи еще не встречались, потому что, если временный управляющий не справляется со своими обязанностями, то он, поставив в известность ФСДН, пишет заявление о снятии его с этого дела. А об ответственности никогда не могло быть и речи.






1 Телюкина М.В. Соотношение понятий «несостоятельность» и «банкротство» в дореволюционном и современном праве // Юрист. 1997. №12. С.18.


1 Витрянский В.В. Реформа законодательства о несостоятельности (банкротстве)//Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. Специальное приложение к №2. 1998. С.79.


1 Докучаев Д.Н. Россия вступает в эпоху цивилизованных банкротств // Известия. 1998. 28 февраля.


1 Белых В.С. Концепция банкротства: законодательная модель и реальность // Российский юридический журнал. 1995. №3. С.25.


1 Постатейный комментарий к Федеральному Закону «О несостоятельности (банкротстве)»/Под общей ред. В.В.Витрянского. М.: «Статут». 2000. С.15.


1 Банкротство: проблемы, нормативные акты, методические материалы и комментарии, разбор практики, ответы на вопросы (Сборник). – М.: «Начала-Пресс», 1995. С.29.


1 Таль Г.К. Направление совершенствования законодательства о несостоятельности (банкротстве) // Сборник

докладов и выступлений на IV международной научно-практической конференции. Современная практика арбитражного управления / Под редакцией Г.К.Таль, Г.Б.Юн, В.В.Григорьев. Санкт-Петербург, 30 июня-2 июля 2000г., с.15.

1 Республика Татарстан: формула финансового здоровья (Т.3). Казань: «Библиотека кризис-менеджера». 2000. С.64.


2 ПФРФ Письмо от 23.04.98. №09-28/2029 о ФЗ от 8 января 1998года «О несостоятельности (банкротстве)».


1 Республика Татарстан: формула финансового здоровья (в 3-х томах). Казань: Изд. Дом «Образование». 2000, с.20.


1 Витрянский В.В. Новое законодательство о несостоятельности (банкротстве) // Хозяйство и право. №3. 1998. С.18.


1 П.5 Письма ВАС РФ от 25.04.1995 №С1-7/ОП-237.


2 Витрянский В.В. Новое законодательство о несостоятельности (банкротстве) // Хозяйство и право. №3. 1998г. С.20.


1 Телюкина М.В. Соотношение понятий «несостоятельность» и «банкротство» в дореволюционном и современном праве // Юрист. 1997. №12. С.23.


2 Трайнин А.Н. Несостоятельность и банкротство. СПб., 1913. С.27.


1 Кулаков Г.Ф. Об отдельных вопросах, возникающих в практике рассмотрения споров, связанных с ликвидацией предприятия // Вестник ВАС РФ. 1997. С.74.


2 Степанов В.В. Несостоятельность (банкротство) в России, Франции, Англии, Германии. М.: «Статут». 1999. С.43.

1 Степанов В.В. Несостоятельность (банкротство) в России, Франции, Англии, Германии. М.: Изд-во «Статут». 1999. С.18.


1 Белых В.С. Концепция банкротства: законодательная модель и реальность // Российский юридический журнал. 1995. №3; Федотова Г.А. Концепция законодательства о несостоятельности (банкротстве) предприятий // Хозяйство и право. 1993. №7.


1 Телюкина М. Наблюдение как процедура банкротства // Хозяйство и право. 1998. №9. С.35.

1 Степанов В.В. Несостоятельность (банкротство) в России, Франции, Англии, Германии. М.: Изд-во «Статут». 1999. 59с.

2 Витрянский В.В. Новое законодательство о несостоятельности (банкротстве) // Хозяйство и право. 1998. №3. С. 22.

1 Никитина О.А. Процедура наблюдения // ВВАС РФ. Специальное предложение к №2. 1998.


Случайные файлы

Файл
180754.rtf
13710-1.rtf
92267.rtf
8739.rtf
114024.rtf