Статус адвоката в Великом княжестве Литовском (36072)

Посмотреть архив целиком











Статус адвоката в Великом княжестве Литовском



Содержание


Введение

1. Адвокатура и суд в ВКЛ

2. Поручение адвокатам ведения дел в суде

3. Требования к лицам, которые могут быть адвокатами и ограничения к занятию адвокатской деятельностью

4. Действия суда в случае неявки адвокатов

Заключение

Список использованных источников



Введение


История Беларуси берет начало в глубине тысячелетий. Консолидация населения на нынешней ее территории, становление социально-экономических и политических институтов происходили в русле развития восточнославянской, общеевропейской и мировой цивилизации. Белорусы, как и другие пароды, могут гордиться как своим прошлым, так и достигнутым уровнем развития культуры, просвещения, искусства и науки, демократическими принципами общественного и государственного устройства.

Геополитическое положение белорусских земель, находящихся в центре Европы, на пересечении торговых путей с севера на юг и с запада на восток, отсутствие естественных оборонительных рубежей предопределили с давних времен постоянную борьбу за земли соседних государств. Все это сказывалось на исторической судьбе белорусского этноса. Мужественному и трудолюбивому народу Беларуси пришлось познать на своем пути не только радость творческого трудового созидания и боевых побед над врагами, но и горечь разрушений и поражений. На протяжении веков он вынужден был в кровавой борьбе с захватчиками защищать свою землю и свое право на жизнь.

В наше время, в условиях нового историко-политологического и философского осмысления прошлого, растет интерес людей к историческим знаниям. Это происходит потому, что любовь к Родине зиждется на знании прошлого своего народа, на желании раскрыть и осмыслить во всей полноте жизнь своих предков, которая во многом уже скрыта в глубине минувших эпох. Одной из проблем, оказавшихся в центре нынешних острейших общественно-политических дискуссий, является понимание прошлого, настоящего и будущего белорусской государственности. В качестве принципиальнейших рассматриваются вопросы о сущности, содержании белорусской государственности, роли ВКЛ в истории Беларуси.

В соответствии с целью работы необходимо дать сжатое, концентрированное и непредвзятое изложение важнейших процессов, явлений и событий белорусской истории, которая должна быть действительно учительницей жизни. При этом необходимо использовать наиболее важные и ценные достижения науки, новые знания, современный опыт и на этой основе осмыслить исторический процесс во всей его сложности и противоречивости, добиться максимального соответствия оценок и выводов исторической правде и объективной действительности. Особое внимание необходимо уделить проблемам политической и правовой истории Беларуси в период Великого княжества Литовского, положению адвокатов в судебном процессе. При этом осветить их в тесном единстве с социально-экономическим и культурным развитием.



1. Адвокатура и суд в ВКЛ


Вначале работы надо заметить, что суд был детищем шляхты, и она всегда с чрезвычайным вниманием относилась к делу суда. Это понятно тем более, что литовские шляхтичи были великими сутягами, возбуждали множество самых разнообразных дел. Интерес к суду выражался и тем, что при литовско-русских судах выработалось сословие адвокатов и при том весьма многочисленное. Многие из молодых людей, окончив учение в Кракове или в Вильне, а нередко и в Италии, из разных видов государственной и общественной деятельности предпочитали так называемую «палестру». Это была корпорация молодых людей, посвящающих себя юриспруденции. Беря на себя обязанности адвокатов, патронов, пленипотетов, или умацованных, эти люди являлись ходатаями по разным частным делам и в то же время кандидатами на судейские должности по выборам, проходя, таким образом, практический стаж судебной деятельности. Люди малосостоятельные имели от этой должности средства к существованию. Во время судебных прений адвокаты выступали с длинными речами, в которых пестрели ссылки не только на литовско-русское право, но и на римское, саксонское. Многие речи представляли собой действительно хорошие образцы судебного красноречия. Практика выработала искусных судебных ораторов, говоривших красноречиво и убедительно[2,c.158]. С другой стороны, вырабатывались искусные практики-юристы, которые умело пользовались малейшим промахом своего противника, умело истолковывали артикулы Литовского статута и затягивали дело, если это было им выгодно. Иногда самый простой акт, например, акт займа денег, притом на незначительные суммы, вдруг разрастался в обширное дело, разрасталась и сумма иска. В этом случае самую существенную роль играли «позвы», которыми обжалованная сторона призывалась на суд; малейшая неправильность позвы давала адвокату [возможность] уклониться от суда или затянуть дело. В истории юридического образования, однако, можно наметить две эпохи — более раннюю и позднейшую, следствия которой стали сказываться в половине 17 в. Так как юристы получали образование большей частью в Краковской академии, частью в Вильне, то и характер этого образования зависел от обстановки названных школ. Но со времен преобладания иезуитов в деле просвещения юридические факультеты стали падать. Сухая схоластика стала заменять изучение теории и римского права. Правда, при таких условиях вырабатывались иногда очень хорошие практики, даже не проходившие высших школ, но это обстоятельство имело существенное неудобство. Оно отражалось, между прочим, на порче юридического языка. Точный и красивый язык Литовского статута в трактовке адвокатов и судей стал превращаться в язык, испещренный множеством иностранных слов: польских и особенно латинских. В судах почти создается особый условный язык, довольно малопонятный для непосвященных. Акты писались непременно на русском языке, но целые фразы встречаются написанные русскими буквами, в которых латинские слова переплетаются с русскими, иногда сохраняя латинское окончание, иногда принимая русские флексии. Эти латинские термины приняли совершенно условное значение, вовсе не соответствуя настоящему латинскому языку, и только поседелый писарь какого-нибудь суда мог точно разобрать, о чем идет дело[2,c.158].

С формальной стороны литовско-русское судоустройство отличалось многими хорошими сторонами. И, тем не менее, при приложении к практической жизни суды оказывались бессильными и с многими отрицательными сторонами. Шляхта бесконечно любила судиться, но ее любовь к правде была совсем особенная: шляхта менее всего признавала святость закона и, пользуясь силой, вовсе не считала себя обязанной подчиняться декретам судов и даже декретам Главного трибунала. Поэтому, если потерпевшему удавалось добиться восстановления своих прав, т.е. получить декрет суда, то это еще далеко не означало, что за этим последует и удовлетворение. На практике выходило, что суд представлял выигравшей стороне самой следить за выполнением декретов и требовать удовлетворения от стороны, проигравшей процесс. Но, конечно, выигравшая сторона тогда только имела успех, когда она обладала физическим превосходством, средствами и влиянием. При таких условиях только сильные не боялись суда. Неудивительно поэтому, что судебные книги переполнены целым рядом заявлений о неподчинении судебным декретам, несмотря на строгость судебных кар, налагавшихся на всякого, не подчиняющегося суду. Неудивительно поэтому, что сильные люди могли безнаказанно совершать преступления. В 1580 г. в Вильне гетман литовский Криштоф Радзивилл был возмущен москвитянином Владимиром Заболоцким, потому что последний будто бы не снял при встрече с гетманом шапки. На улице произошла перебранка. Когда отец Криштофа, воевода виленский, узнал о ней, то потребовал, чтобы сын отомстил Заболоцкому. Месть оказалась чрезвычайно простой: люди Криштофа Радзивилла напали на Заболоцкого и его слуг и убили его. Великий князь Стефан Баторий, знавший лично Заболоцкого, был очень огорчен, рассердился на гетмана и недели две не позволял ему появляться в своем присутствии. Когда Радзивилл был допущен к королю, то он публично принес извинение в том, что вследствие некоторых обстоятельств в течение последних дней не мог быть у короля. На том дело и кончилось. Один из потомков того же Радзивилла, Карл Радзивилл, будучи еще сравнительно молодым человеком, в 1760 г. выдвинул своего собутыльника, некоего пана Володковича, в качестве депутата от Новогрудского воеводства в Виленский трибунал. Такой судья не сделал чести избравшим его. В Минске, спьяна, Володкович допустил дебош во время заседания Трибунала, за что суд вместо следовавшего ему тюремного заключения приговорил Володковича к смерти и немедленно выполнил свой приговор. Карл Радзивилл немедленно собрал свое войско и подступил к Минскому замку, но было уже поздно, приговор был приведен в исполнение. Вот картина того, как относились сильные люди к решениям суда. Так как в действительности суды не могли в отношении многих лиц привести свои декреты в исполнение, то они очень охотно прибегают к особого рода осуждениям — к приговору к баниции и инфамии[2,c.158].

Когда суд и истец видели, что с противником нельзя ничего сделать, суд объявлял его банитом, т.е. изгнанником из отечества, лишенным прав гражданства. Баницийный лист издавал по представлению Трибунала сам король. Целые книги исписаны этими баницийными листами, но едва ли кто-нибудь из осужденных в действительности оставлял отечество, разве только слабые или не находившие защиты у сильного. Даже возные, которые обязаны были вручить королевский лист осужденному, избегали этой неприятной обязанности и тихонько втыкали королевский декрет в большие ворота замка, а сами поспешно удалялись. Банит же по-прежнему проживал у себя в имении, делал наезды на своих соседей, превращая, таким образом, суд в чистую комедию.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.