Подземное хозяйство: правовое регулирование (30674)

Посмотреть архив целиком


Подземное хозяйство: правовое регулирование


За последние годы рыночные отношения стремительно распространились на многие сферы экономики, прежде для них официально закрытые. Не избежали этого процесса и отношения недропользования. Для их регулирования был принят Федеральный закон "О недрах", последняя редакция которого относится к 2000 году. Согласно этому закону к изучению и разработке недр допускаются как государственные, так и частные предприятия, в том числе иностранные компании (последний процесс, несомненно, испытывает трудности в связи с тем, что иностранцы в РФ не могут быть собственниками земли). Все недра земли остаются в собственности государства, и за их разработку полагается определенная плата. Предполагается, что месторождения полезных ископаемых (МПИ) должны сдаваться для разработки на конкурсной основе и предоставляться тем претендентам, которые предложат за них наивысшую цену.

Условия разработки МПИ и взимания платежа за изъятие полезных ископаемых из недр должны фиксироваться в лицензии, которая в определенной мере выполняет роль договора между собственником недр и горнодобывающим предприятием (ГДП) - предполагаемым разработчиком МПИ. Этот же документ определяет многие другие отношения сторон, причем сторона, представляющая собственника недр, выступает не только как хозяйственный партнер ГДП, но в определенных рамках также как административная инстанция. Например, она заботится о безопасности горных работ.

Недра Земли ценны не только тем, что содержат полезные ископаемые. Под землей размещаются многие необходимые людям сооружения. Вторичное применение получают некоторые сохраняющиеся горные выработки; используются также естественные пустоты.

Изучение недр необходимо не только для обнаружения скрывающихся там богатств, но и для прогноза проявления таящихся там стихийных сил. Оно помогает лучше понять строение и происхождение Земли, более рационально использовать подземное пространство. Вместе с тем в Законе (как и в законодательстве о подземном хозяйстве в целом) поиск и разведка полезных ископаемых именуются "недропользованием". Но хозяйские меры по управлению недрами, в том числе по их изучению, не приносят непосредственной пользы тому, кто этим занимается. Наоборот, они требуют немалых затрат, которые, возможно, не окупятся в будущем. Поэтому термин "недропользование" для этих отношений не подходит.

Вопрос о терминологии заслуживает внимания, ибо используемые в Законе (а вслед за ним и в литературе) специальные термины не всегда являются однозначными, да и понятными. Кроме того, нередко их нельзя назвать и общепринятыми. В некоторых случаях языку Закона не хватает правовой четкости. К этому присоединяются некоторые другие недостатки: неясный (в некоторых пунктах) язык, неполная согласованность между отдельными положениями, нерешенность ряда вопросов, которые оставлены как бы "на потом". При таких обстоятельствах особую важность приобретает научное толкование Закона. Оно способно не только разъяснить некоторые его "темные" места и увязать между собой отдельные положения, но также указать на пробелы и предложить пути их решения.

Часть этих задач взял на себя составленный под редакцией профессора С. А. Боголюбова "Комментарий к Федеральному закону "О недрах" (издательство "Норма", М., 2001. 400 с.). Авторы "Комментария" - в основном ученые Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации - не ограничились анализом текста только самого Закона. Они привлекли исторические материалы, иностранный опыт, научную литературу, сопоставили ряд устанавливаемых Законом правовых институтов с аналогичными институтами, известными в смежных отраслях российского права. Это делает их работу ценной не только в практическом отношении - ее можно рассматривать и как научный задел для будущего правотворчества в области подземного хозяйства.

Некоторые из высказанных в "Комментарии" идей заслуживают дальнейшего развития.

Россия - федеративное государство. Придание государственного статуса ее регионам означает, что заинтересованные стороны, как Россия, так и каждый отдельный регион, могут и должны пользоваться имущественными правами в отношении недр. Однако проблема заключается в том, что недра, как и другие природные ресурсы, не разделены в натуре. Фактически существует что-то вроде совместной собственности на недра Федерации и каждого ее субъекта. Так, доходы от передачи МПИ в разработку делятся между сторонами в той или иной пропорции. В то же время затраты на геологические работы практически целиком несет РФ. Это создает ситуацию "неравновесия" во взаимоотношениях сторон. Неудивительно, что Закон при решении вопросов управления недрами в некоторых случаях дает РФ больше прав, чем заинтересованным регионам.

Выход из создавшегося положения видится в цивилизованном разделе недр между Россией и каждым из ее регионов. Именно такова практика многих современных федеративных государств, такая практика развивалась в 20-х годах и в РСФСР - до того времени, пока многие права тогдашних союзных республик не были узурпированы группой ведомств СССР, нацеленных на ускоренную индустриализацию страны.

Проблема усугубляется еще и тем, что собственность на недра порой сочетается с собственностью на земную поверхность. Это означает, что раздел МПИ должен определить и раздел соответствующих земель (и наоборот). Но раздел МПИ может внести существенные коррективы в бюджетные отношения между Россией и частью ее регионов (так, некоторые нынешние дотационные регионы могут перейти на положение самообеспеченных и даже "донорских" единиц). Потребуется уточнять налоговое законодательство - в том смысле, предоставлять ли России право облагать доходы своих субъектов от обладания недрами, и наоборот (впрочем, в таком уточнении нуждаются отношения сторон во многих отраслях государственного хозяйства). Тем не менее нельзя откладывать проблему управления природными ресурсами РФ и ее субъектами на неопределенное время. Как ни сложна эта проблема, надо приступать к ее решению.

Нынешнее законодательство о недрах "разрывает" право на недра и право на поверхность земли. Это позволяет признавать недра во всех случаях государственной собственностью. Однако фактически допускаются исключения, когда дело касается малоценных (так называемых общераспространенных) полезных ископаемых непромышленного значения вроде торфа, сапропеля, песка, глины, камня, некоторых подземных вод. Могут ли такие МПИ поступать в собственность того, кто владеет землей, - этот вопрос должно решить будущее законодательство.

Отдельный вопрос возникает в отношении так называемой попутной добычи, которая (как показывает ее название) происходит при разного рода земляных работах, в том числе при геологоразведочных. Попутно добываемый грунт или иные малоценные полезные ископаемые поступают в распоряжение либо заказчика работ, либо их исполнителя. Однако нередки случаи, когда ни одна из сторон не проявляет интереса к добытым материалам, и они не только пропадают для народного хозяйства, но и оказываются источником загрязнения окружающей среды. Указанные отношения целесообразно регулировать согласованным образом как в горном законодательстве, так и в законодательстве о капитальном строительстве*(1).

Наряду с МПИ рыночной ценностью является относящаяся к ним геологоразведочная документация. Последняя становится производственным секретом того, кто ее добыл и за чей счет были произведены поисковые или разведочные работы (данные о строении земной коры, хотя они также добываются с помощью геологических работ, не считаются производственным секретом).

В РФ государственной собственности на недра (как и на другие природные ресурсы) присуща "нерыночная" черта, которая выражается в том, что одни и те же государственные органы выступают одновременно и в качестве хозяйствующих субъектов, и в качестве властных структур. Поэтому у их договорных контрагентов порой возникает недоверие к этим органам, поскольку они имеют возможность в любой момент повести себя не как участники договорных отношений, а как административные инстанции, которые способны в приказном порядке навязать другой стороне нужное им решение.

Чтобы снять такие опасения, надо признать, что исполнительные (административные) органы власти в заключаемых ими хозяйственных договорах выступают исключительно как хозяйствующие субъекты и поэтому не вправе прибегать к административным методам для урегулирования возникающих спорных ситуаций. Уместно вспомнить, что в Постановлении Совета Народных Комиссаров РСФСР времен нэпа о порядке сдачи в аренду государственных предприятий частному сектору (от 5 июля 1921 года) оговаривалось, что договор аренды "может быть расторгнут не иначе, как по суду".

Конструкция договорных отношений полезна и целесообразна также тогда, когда требуется возместить контрагенту стоимость разработанной им геологической документации или затраты, произведенные им на создание горных выработок, которые он передает государству. Понятно, что такие расчеты должна (и способна) производить государственная хозяйственная организация, а не стоящий за ней орган управления*(2).

Закон допускает положение, при котором от горнодобывающего предприятия государство может потребовать двойную плату за геологоразведочную документацию - за ту, которая ему предоставляется, и за ту, которая будет создана в результате новых независимых разведок, призванных восполнить запас истощаемых полезных ископаемых того же рода. Эта вторая плата ведет свое начало с 70-х гг., когда она служила суррогатом цены за МПИ, которое предоставлялось в распоряжение ГДП. Но в нынешних условиях такой суррогат потерял смысл (если даже признать, что когда-то он его имел). Поэтому институт специального платежа, за счет которого предполагается проводить геологоразведочные работы для восполнения теряемых запасов, должен быть пересмотрен.


Случайные файлы

Файл
65207.rtf
33055.rtf
154708.rtf
91600.rtf
168807.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.