Арбитражное соглашение и условия его действительности (26592)

Посмотреть архив целиком












Арбитражное соглашение и условия его действительности



Общеизвестно, что в международной предпринимательской практике принято решать споры и разногласия без обращения к судебным процедурам. Суд часто становится так называемым последним средством, после применения которого на деловых отношениях сторон можно ставить точку. Альтернативным государственному суду и весьма распространенным способом разрешения частноправовых конфликтов во внешнеэкономической деятельности является негосударственное арбитражное (третейское) разбирательство.

Если вы избрали альтернативный государственному способ разрешения спора и решили рассмотреть его арбитражном суде, необходимо знать о том, какие сложности и неожиданности могут вас подстерегать в этом процессе.

Заключив арбитражное соглашение, стороны добровольно принимают на себя обязательство решать свои споры в негосударственном арбитражном порядке, а также добровольно подчиниться арбитражному решению. Это традиция, заметим - вполне правильная, отражающая суть и принципы арбитража. Однако реалии таковы, что главной задачей проигравшей стороне видится соблюдение своих имущественных интересов, уход от взыскания, а не сохранение своего лица перед партнером, в связи с чем возможны случаи, когда контрагент даже при наличии арбитражного соглашения обращается в хозяйственный суд, ссылаясь на отсутствие арбитражного соглашения либо на его недействительность.

Действительность арбитражного соглашения пожалуй, ключевой вопрос третейского разбирательства. Ни один третейский суд не будет работать, если у вас нет действительного арбитражного соглашения (в отличие, кстати, от государственного суда, который может принять дело в рамках своей компетенции и при отсутствии такого соглашения).

В соответствии с п. 3 ст. II Конвенции о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений, принятой в Нью-Йорке 10.07.1958 г. (далее - Нью-Йоркская конвенция), "суд Договаривающегося Государства, если к нему поступает иск по вопросу, по которому стороны заключили соглашение, предусматриваемое настоящей статьей, должен, по просьбе одной из сторон, направить стороны в арбитраж, если не найдет, что упомянутое соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено".

Таким образом, Нью-Йоркская конвенция достаточно четко определяет случаи, когда арбитражное соглашение является недействительным, когда оно утратило силу и когда оно не может быть исполнено.

Как свидетельствует белорусская судебная практика, в частности, п. 15 постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 02.12.2005 № 31 "О практике рассмотрения хозяйственными судами Республики Беларусь дел с участием иностранных лиц", хозяйственный суд рассматривает спор по существу при наличии заключенного между сторонами данного спора арбитражного соглашения независимо от заявления ответчиком ходатайства о передаче спора на разрешение третейского суда, если сочтет, что арбитражное соглашение недействительно.

При этом хозяйственному суду следует оценить действительность арбитражного соглашения, в частности: соблюдена ли письменная форма арбитражного соглашения; соблюдены ли правоспособность и дееспособность сторон; добровольность волеизъявления; не утратило ли оно силу (не был ли спор по этому же предмету спора уже рассмотрен хозяйственным судом) и может ли оно быть исполнено (достаточно ли четко определен арбитражный орган), а также относится ли предмет спора к компетенции арбитражного (третейского) суда.

Исходя из белорусской судебной практики и учитывая мнение известных юристов (В. Хвалея, С. Н. Лебедева, А. И. Минакова и др.), выделим наиболее общие основания признания арбитражного соглашения недействительным.

Так, арбитражное соглашение может быть признано недействительным в случае, когда оно:

- заключено с пороком воли (под влиянием обмана, заблуждения, насилия и т.д.);

- совершено лицом, не обладающим необходимой правоспособностью или дееспособностью;

- совершено без соблюдения установленной законом формы;

- не содержит в себе все существенные условия, установленные для арбитражного соглашения, в том числе не содержит явно выраженного намерения передать спор на разрешение арбитража;

- заключено по вопросам, которые не могут являться предметом третейского разбирательства;

- противоречит императивным нормам применимого законодательства об арбитраже


Порок воли при заключении арбитражного соглашения


Недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или вследствие стечения тяжелых обстоятельств не вызывает сомнения. В соответствии со ст. 180 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее - ГК) такая сделка может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. В то же время недействительность сделки не влечет недействительности включенной в нее арбитражной оговорки (ст. 4 Регламента Международного арбитражного суда при Белорусской торгово-промышленной палате, утвержденного постановлением Президиума БелТПП 06.06.2000 г.). Согласно ст. 22 Закона Республики Беларусь "О международном арбитражном (третейском) суде" арбитражная оговорка, являющаяся частью договора, рассматривается как соглашение, не зависящее от других условий договора.

Таким образом, для того чтобы признать арбитражное соглашение недействительным по такому же основанию, как и основную сделку, необходимо доказать невыгодность арбитражного соглашения для одной из сторон. Учитывая же самостоятельность арбитражного соглашения, недействительность основной сделки не влечет недействительность арбитражного соглашения.

В соответствии с точкой зрения А. А. Костина арбитражное соглашение, какую бы форму оно ни принимало, не только не является "рядовым" условием контракта, но и во многом не зависит от последнего, обладая особым, автономным статусом 1 .

В пользу этой точки зрения говорит и разный предмет двух договоров. Основной контракт опосредует экономическую суть правоотношений сторон, определяет содержание и объем их материально-правовых прав и обязанностей, в то время как арбитражное соглашение направлено на установление способа разрешения споров и поэтому не касается материальных прав и обязанностей сторон.

Таким образом, подписывая внешнеторговый контракт, содержащий арбитражную оговорку, стороны как бы подписывают два отдельных договора, каждый из которых обладает своим правовым режимом.

Из этого следуют два важных практических вывода. Во-первых, автономность арбитражного соглашения подразумевает, что признание основного контракта недействительным - оспоримым или ничтожным - не влечет за собой ipso facto недействительность арбитражного соглашения. Это положение широко признано в законодательстве и практике большинства государств. В первую очередь следует упомянуть п. 1 ст. 16 Закона Российской Федерации "О международном коммерческом арбитраже" (основанный на идентичной ст. 16 Типового закона ЮНСИТРАЛ). Схожие нормы содержатся в разделе 7 Английского закона об арбитраже 1996 г., п. 2 ст. 1697 Судебного кодекса Бельгии, п. 3 ст. 178 Федерального закона о международном частном праве Швейцарии и т.д. Не обошел вниманием этот вопрос и Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ 1976 г. (п. 2 ст. 21). Что касается крупнейших международных арбитражей, то они отразили это положение в своих регламентах.

Как отмечал С. Н. Лебедев в своей фундаментальной работе о международном коммерческом арбитраже, наиболее удачной конструкцией является квалификация автономности арбитражного соглашения в качестве "позитивной правовой нормы" 2 .

Говоря о всеобщем признании принципа автономности (autonomy, separability, severability), надо сразу оговориться, что ни в Нью-Йоркской конвенции, ни в Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже, подписанной 21.04.1961 г. в Женеве (далее - Европейская конвенция), этот принцип в чистом виде не закреплен. Отсюда многими авторами делались попытки истолковать положение ст. V (п. 1а) Нью-Йоркской конвенции как устанавливающее возможность применения к арбитражному соглашению права, отличного от права, применимого к основному контракту, и, следовательно, косвенно подтверждающее автономность арбитражного соглашения 3 . Если принять эту точку зрения, то следует допустить и возможность применения положений конвенции по аналогии, которая должна толковаться как единое целое, ибо непосредственно в ст. V Нью-Йоркской конвенции говорится об основаниях отказа в приведении в исполнение решения, которое недействительно по праву, избранному сторонами, а если оно не избрано, то по праву страны, где решение вынесено.

Как отмечал профессор А. И. Минаков, становление принципа автономности арбитражного соглашения условно можно разделить на два этапа. На первом этапе автономность была необходима для того, чтобы арбитраж мог самостоятельно оценить действительность основного контракта. Оспаривание же действительности самого арбитражного соглашения находилось в ведении государственного суда 4 .

В последующем под автономностью подразумевали также и то, что арбитраж может решать вопрос о действительности самого арбитражного соглашения.

Согласно этому подходу сторона, желающая оспорить арбитражное соглашение и ссылающаяся в обоснование своих требований на недействительность основного контракта, имеет мало шансов на то, что суд воспримет ее аргументацию. Она должна доказать, что недействительность последнего имеет столь серьезные последствия, что содержащееся в нем арбитражное соглашение подвержено тем же самым порокам.


Случайные файлы

Файл
87922.doc
90-1.rtf
18256.rtf
99418.rtf
63719.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.