Прибалт: слово и представление (22315)

Посмотреть архив целиком

"Прибалт": слово и представление

Изучением этнических стереотипов в последние годы занимаются психологи, социологи, этнологи, лингвисты, историки. Смысл этих исследований не замыкается в рамках академической науки: спокойный и объективный разговор о том, как видят друг друга представители разных народов, способствует преодолению застарелых национальных комплексов, формой концептуализации которых и являются этнические стереотипы. Эти стереотипы всегда в той или иной степени отрицательны - потому уже, что в них фиксируется внимание на отличиях чужого от своего. Даже объективно положительные качества, становясь элементом этнического стереотипа, трактуются как недостатки (вспомним хотя бы пресловутую немецкую аккуратность в рамках русского стереотипа немца).

Этнические стереотипы - явление неоднородное. Имеет смысл различать в частности два их типа: контактные и политические. ЭС первого типа в изобилии присутствуют в речи и сознании жителей контактных областей (карелы в Тверской губернии, китайцы на Дальнем Востоке и т.п.). Контактные стереотипы связаны и с народами, живущими в рассеянии - евреями, татарами, армянами и пр. Совсем другое дело, например, англичане и японцы, с которыми простые русские люди практически не встречались. Между тем, стереотипное представление и о тех, и о других, сформированное литературой и политикой существует.

Эстонцы, латыши, литовцы - разумеется, пользуются определенной репутацией у соприкасающихся с ними русских, однако за пределами зоны непосредственного контакта мы обнаруживаем размывание этих образов до полной неразличимости, объединение их в рамках одного стереотипа, которому в современной русской разговорной речи соответствует слово прибалт.

Слово это было впервые зафиксировано лексикографами в 1970-х гг.1, Оно квалифицировалось как разговорное и определялось так: представитель одного из народов, населяющих Советскую Прибалтику (Латвию, Литву, Эстонию).

Уже из приведенных в словаре примеров употребления с определенностью следовало, что слово существует в русской речи довольно давно. Во всяком случае, даже такой вполне ответственный и консервативный носитель языка, как писатель Л.В.Успенский - автор многих книг по культуре русской речи - счел возможным использовать это слово в воспоминаниях о событиях первой половины 1940-х гг. Но не было ли это анахронизмом? Во всяком случае, бесспорно анахронично использование этого слова в переводе книги Р.Масси "Николай и Александра": "Рассеянные по этим просторам, жили сто тридцать миллионов подданных царя. В это число входили не только славяне, но также прибалты, евреи, немцы, грузины, армяне, узбеки, татары".

Разумеется, слово относится к разговорному пласту лексики и, более того, сохраняет социолингвистическую маркированность (городское просторечие). Это, между прочим, заметно и в его словообразовательной структуре: нулевой суффикс непродуктивен в образовании личных наименований в книжной речи (ср.: американец, армянин, прибалтиец / американ, армян, прибалт). Поэтому, видимо, оно так долго и не попадало в советские словари. Любопытно, что слово прибалт не встречается в произведениях С. Довлатова, хотя прибалтийская тема более чем характерна для этого писателя и слово прибалтиец он употребляет.

Существенно в приведенном словарном определении и указание на Советскую Прибалтику, причем существенно не только в пространственном, но и во временном плане. Ни в Российской империи, ни в Советском Союзе до 1940 года слова прибалт не было, как не было и соответствующего этнического стереотипа.

В XIX в. латыши, литовцы и эстонцы вряд ли объединялись в сознании носителей русского языка и эти этнонимы вызывали совсем разные ассоциации. Литвином мог быть назван не только литовец, но и поляк и белорус. Ср. также былинный топос Литва поганая, выражающий типовое эпическое значение 'чужая языческая земля' без конкретной географической привязки2. Эстонцы шли через запятую с финнами - в контактной зоне, в которую входила и столица империи, русские встречали и тех, и других. Латыши более отчетливо, чем литовцы и эстонцы противопоставлялись остзейским немцам. Ср. у Достоевского в "Преступлении и наказании": Тяжело за двести рублей всю жизнь в гувернантках по губерниям шляться, но я все-таки знаю, что сестра моя скорее в негры пойдет к плантатору или в латыши к остзейскому немцу, чем оподлит дух свой и нравственное чувство свое связью с человеком, которого не уважает и с которым ей нечего делать, - навеки, из одной своей личной выгоды!

Впрочем, неразличение латышей и литовцев все же встречается. В дневнике москвича Н.П.Окунева (январь 1919) читаем: "Из Вильны телеграфируют, что на основании решения Р.-к. правительства Литвы все ЧК на территории Литвы упраздняются. Для латышей это очень типично, они так рьяно служат в русских ЧК, а своих таковых иметь не желают"3.

В начале XX в. вполне в ходу было прилагательное прибалтийский (например, в выражении прибалтийские губернии, сменившем выражение Остзейский край)4, однако слово Прибалтика, видимо, еще не употреблялось. Тем меньше шансов на распространение оно имело в 1920-30 гг., поскольку сама эта словообразовательная модель (Причерноморье, Приморье, Приамурье, Прибайкалье) не использовалась по отношению к зарубежным территориям. Неслучайно слово Прибалтика вытесняется сейчас из употребления словом Балтия.

После аннексии Литвы, Латвии и Эстонии слова Прибалтика и прибалтийский начинают использоваться очень широко.

Самая ранняя из известных мне фиксаций слова прибалт относится к июлю 1941 года. В недавно опубликованном протоколе допроса арестованного генерала Д.Г. Павлова читаем: "...на левый фланг Кузнецовым (Прибалтийский военный округ) были поставлены литовские части, которые воевать не хотели. После первого нажима на левое крыло прибалтов литовские части перестреляли своих командиров и разбежались"5. Заметим, что в данном контексте слово соотносится с названием Прибалтийского военного округа и означает, судя по всему, военнослужащих этого округа безотносительно к их этнической принадлежности.

В официальных советских текстах латышей, литовцев и эстонцев, желая объединить их общим именем, называли "братскими народами Советской Прибалтики", а в менее торжественных контекстах - "прибалтийскими народами". Что же касается рассматриваемого здесь слова "прибалт", то оно получило распространение совсем в другой коммуникативной среде. Едва ли не чаще всего встречается оно в 1940-50-е годы в контекстах, связанных с ГУЛАГом. Приведем некоторые примеры: "В целом же среди двухсот заключенных преобладают украинки и прибалты, сопротивляющиеся присоединению к СССР (Н. Семпер (Соколова) - Дружба народов,1997, 3 , с 110); Оставались в лагере еще люди войны, каратели и коллаборационисты. И хотя "катушка" была теперь в 15 лет, прежний закон "обратной силы не имел", они досиживали свои 25-летние срока. Было немало оуновцев и "лесных братьев"-прибалтов, немало верующих, особенно иеговистов (Л. Ситко. Дубровлаг при Хрущеве. Новый мир, 1997, 10 с.148); Когда нас привезли в Воркуту, был январь, шестидесятиградусные морозы...Разбежались по баракам. Украинки с украинками, прибалтки с прибалтками. Завтра в пять утра развод.(Письмо И.Гогуа от 24 апреля 1949 г.// Ирина Червакова. Песочные часы. История жизни Ирины Гогуа в восьми кассетах, письмах и комментариях. - Дружба народов, 1997, 5, с. 104); Большинство ссыльных в Нижне-Шадринске и его окрестностях составляли прибалты, они работали на лесоповале. Основное же население - так называемые чалдоны. Они произошли от ссыльных каторжников....ссыльных кулаков они считали братьями по несчастью, прибалтов изменниками, а уж интеллигентов - истинными врагами (Е.В.Баева. Трудные годы. Воспоминания // Наука и жизнь, N 5, 1999, с. 44); А скажи крымскому татарину, калмыку или чечену - "тридцать седьмой" - он только плечами пожмет. А Ленинграду что тридцать седьмой, когда прежде был тридцать пятый? А повторникам или прибалтам не тяжче был 48-й - 49-й? И если попрекнут меня ревнители стиля и географии, что еще упустил я в России реки, так и потоки еще не названы, дайте страниц! Из потоков и остальные сольются. А.Солженицын. Архипелаг ГУЛАГ); К тому ж за это время семью У., как и семьи многих прибалтов, выселили в Сибирь (там же).

Видимо, не будет большим преувеличением утверждение, что слово прибалт в первые 15-20 лет своего бытования означало в первую очередь не представителя какого-то народа, а определенную категорию заключенных и стояло в одном ряду с такими словами, как каэр, троцкист, кулак, "повторник", "фашист" и т.п.

После смерти Сталина, когда открылись ворота лагерей, слово это разлетелось по всей стране, теряя при этом лагерные коннотации. Общность судьбы прибалтийских народов определила их специфическое положение в Советском Союзе, а знакомство советских людей с особенностями жизни в Прибалтике, осознание ее культурно-психологических особенностей в сочетании с комплексом советских историко-политических мифов сформировали обобщенный образ, стереотип прибалта.

По соматическим характеристикам прибалт (мужчина) представляется высоким сильным блондином. "Я так думаю: очень мужественны американские пастухи - ковбои и северные богатыри - скандинавы, прибалты, этакие супермены. Недаром же, когда в фильме нужен образ мужчины "мужчинистого", то приглашают актера оттуда, из Прибалтики. (Н. Мордюкова. Записки актрисы); ...Прибалты - это сказка. Обнаженные мускулистые торсы крупных мужчин. Топоры в руках. Ветры, навек построенные хутора... Могучие и прочные люди, и устои их непоколебимые. (Там же)


Случайные файлы

Файл
116080.rtf
kursovik.doc
101021.rtf
101659.rtf
93957.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.