Эволюция и генетика человека в контексте эпохи (76466-1)

Посмотреть архив целиком

Эволюция и генетика человека в контексте эпохи

(Н.К.Кольцов, Г.Г.Меллер и И.В.Сталин)

В.В.Бабков

Доминирующие интересы Германа Германовича (как он называл себя в России) Меллера – радиационные воздействия на структуры наследственности, социалистическое переустройство общества, преодоление наследственной природы человека – все они указывают на характернейшие черты европейской цивилизации последних столетий, которая заменяет веру в Творца верой во всемогущество человеческого разума, придает особую значимость прогрессу и свободному развитию индивидуума, подчеркивает роль индуктивных знаний. Тенденция культуры этого типа к полной независимости отдельных ее сторон – искусства, науки, философии, религии, морали, права – проявляется в разобщенности отдельных ориентаций (эстетической, этической, научной, религиозной) каждого участника ее интеллектуальной жизни.

Однако богатая натура Меллера до известной степени ограничила эту разобщенность: он последовательно прилагал возрожденческий тезис о преодолении человеком природы и к лабораторной генетике, и к устройству общества, и к наследственной природе человека [1]. Он вполне логично вывел из этого тезиса связь между большевизмом и евгеникой как в письме И.В.Сталину от 5.V.1936, так и книге "Выход из мрака" [2]. С его мнением следует согласиться на том основании, что большевики и евгенисты имели одну и ту же доминанту – стремление к вмешательству в существующие иерархии, социальные и биологические.

Замечу, что естественно сложившиеся работающие иерархические системы полицентричны, это полииерархические системы, они предполагают возможность дополнения их новыми иерархиями на основе иных признаков, т.е. в некоторой мере открытые [3]. (В биологии этому взгляду соответствует представление, что наименьшей жизнеспособной структурой является биогеоценоз, а не видовая популяция или экосистема. Лабораторная проверка математической теории борьбы за жизнь Вито Вольтерра в лабораторных опытах Г.Ф.Гаузе провалилась – да и не могла быть успешной – именно из-за того, что это положение не принималось в расчет [4].) Грубое вмешательство в такую систему, если оно далеко зашло и не может быть компенсировано, приводит к возникновению искусственной закрытой моноиерархии (корректней говорить о квазииерархии, так как она поддерживается не внутренней структурой, а воздействием извне – например, искусственным отбором или террором); здесь уже речь идет о гибели исходной системы.

Однако нет нужды переоценивать роль частных мнений ученых: мы не должны упускать из виду, что евгенические и социальные мероприятия осуществляются государством и обществом, а не отдельными учеными. Что же до профессиональной области Меллера, то здесь он тщательно соблюдал иерархию – филогенетическую: он подвергал тератологическому и летальному воздействию мух дрозофил, которые принадлежат к вершине подцарства беспозвоночных – классу насекомых и весьма далеки от подцарства позвоночных, класса млекопитающих и их вершины – человека.

Письмо Меллера посвящено социалистической евгенике. Он критикует нацистскую идею чистоты расы и капиталистическую евгенику (которые "создают искусственную иерархию рас и классов") как псевдонаучную основу вмешательства в естественные биосоциальные иерархии человека и противопоставляет им свой "позитивный, или, как я хотел бы назвать его, "большевистский" взгляд". Поэтому следует кратко коснуться спектра значений, вкладываемых в слово евгеника, и особенно первоначального смысла слова.

Понятие "евгеника" ввел в 1883 г. пионер математической статистики Фрэнсис Гальтон (1822-1911), применив идею отбора своего кузена Чарльза Дарвина к человеку. Проблему "nature - nurture" Гальтон решал в пользу природы, т. е. наследственности. "Евгеника есть наука, которая занимается всеми влияниями, улучшающими качества расы", – писал он в книге "Исследования человеческой способности и ее развития" [5], – и говорил о расах животных, растений, особенно человека. Надо оговориться, что наукой евгеника все же не стала: она была движением, в том смысле, как мы говорим о зеленом или феминистическом движении, – иногда с сильным и качественным научным моментом (в Британии евгеника дала основу математической генетике популяций [6], в России – основу генетике человека и медицинской генетике [7] и косвенно экспериментальной генетике популяций [8]); кое-где с добротной моралью, но без особой науки ("пуэрикультура", забота о младенчестве и материнстве во Франции [9]); а порой и с низкой моралью, опиравшейся на фальшивую науку (именно евгенисты дали рациональное обоснование "акту Джонсона" – расистскому закону США 1924 г. об ограничении иммиграции из Европы "низших рас", особенно цыган и евреев [10]).

Евгеническое движение Гальтона состояло из исследовательской программы, целью которой было раскрытие фактов наследственности человека и относительной роли наследственности и среды, и программы социальных действий, направленных на улучшение человеческого племени. Здесь различаются позитивное и негативное направления. Одно долженствует способствовать бракам, дающим ценное для общества одаренное и здоровое потомство; другое стремится препятствовать бракам, дающим дефективное и больное потомство, нежелательное для общества [11]. Гальтон тяготел к позитивному направлению: сливки профессионального среднего класса Британии, его круг общения, включал одаренных и не всегда обеспеченных людей. Он пропагандировал поддержку государством молодых пар с выдающимися природными качествами и аргументировал, что такие действия будут не благотворительностью нищим, а ценным вложением капитала. (Любопытно, что среди сторонников этой идеи, кажется, только двое применили ее на практике, т.е. родили многочисленное потомство и документировали развитие признаков потомков: Р.Фишер в Британии и А.С.Серебровский в России.)

Фокусом негативной евгеники стала "индианская идея" (по названию штата, где впервые был принят закон): принудительная стерилизация лиц, которых суд признавал, подчас на произвольной основе, нежелательными для общества. К 1935 г. законы о принудительной стерилизации были приняты в 26 штатах США (еще в 10 ожидали принятия, и только 12 штатов этот закон отвергли). В Калифорнии к 1935 г. было стерилизовано на этой основе 12 000 человек [12]. Аналогичные законы обсуждались, но встретили сильную оппозицию в Британии, Скандинавии, Франции. В Европе такой закон был принят только в гитлеровской Германии, вслед за законом, запрещавшим браки между арийцами и евреями. Насильственной стерилизации подвергались душевнобольные немцы: ради очищения расы. (Но когда закон перестал применяться, тотчас был достигнут изначальный уровень душевнобольных в населении, – иными словами, восстановилась естественная биологическая иерархия.) Подобную практику и ее наукообразное обоснование как раз знал Меллер, и именно это он имел в виду, критикуя "пустую болтовню о "евгенике", обычную для буржуазных "демократий", и лживое учение о "расовой чистоте", которое служит национал-социалистам орудием в классовой борьбе" (см. также [13]). Вскоре после начала второй мировой войны произошла трагическая история: в 1940 г. большая группа германских евреев, в надежде воссоединиться с американскими родственниками и спастись от угрозы концлагеря, зафрахтовала пароход "Сент-Луис" до Нью-Йорка. Служба иммиграции и натурализации США запретила им въезд в страну на основе закона 1924 г. и вернула пароход с пассажирами в Германию, прямо в руки нацистов [10].

Коснемся русского контекста. Вера во всемогущество разума человека, очевидная необходимость мобилизовать все возможные производительные и творческие силы нации после мировой и гражданской войн, атмосфера пореволюционного взрыва разнообразных интересов и колоссального числа проектов восстановления национальной экономики – таковы предпосылки возникновения русского евгенического движения, существовавшего в 1920-1930 гг. Обсуждение возможностей евгеники, совпавшее по времени со стартом и быстрым развитием генетических исследований в России, шло в рамках мощных традиций русской медицины и биологии. Возглавлявшие движение Юрий Александрович Филипченко (1882-1930) и Николай Константинович Кольцов (1872-1940) обладали достаточным влиянием для поддержания в нем высоких научных стандартов и этических норм. Любое отклонение от строгого научного мышления в сторону недостаточно обоснованных фантазий встречало их жесткую критику.

Ю.А.Филипченко [14] основал при Петроградском университете первую в России кафедру генетики. Интерес к изучению количественных признаков статистическими методами, будучи обращен на человека, привел его к организации Бюро по евгенике (с его печатным органом - "Известиями" [15]) в качестве подразделения Комиссии по изучению естественных производительных сил России при Российской академии наук. Филипченко занялся учетом интеллектуального потенциала страны [16], провел обследование ученых Петрограда и статистический анализ членов Императорской Академии наук в Санкт-Петербурге за 80 лет [17]. Он выступал против мер негативной евгеники и за количественную политику народонаселения. Евгеническая программа Филипченко, включавшая изучение наследственности человека путем анкетных обследований, генетическое и евгеническое просвещение, подачу советов евгенического характера, исключала вмешательство в структуру естественных иерархий. В контексте сегодняшних представлений она должна быть определена как медико-генетическая программа.


Случайные файлы

Файл
16638.rtf
19519.rtf
23935.rtf
82233.rtf
146583.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.