Ефросинья Полоцкая (8450)

Посмотреть архив целиком

Ефросинья Полоцкая

Знаменитая православная святая - преподобная Ефросинья Полоцкая.

Она была дочерью князя Георгия Всеславича и его жены Софии. По житию преподобной, составленному для "Четий Миней митрополита Макария (1481-15631)", источнику, весьма близкому по времени к жизни святой, известно, что в 12 лет Предслава, как ее нарекли родители, пришла в монастырь к своей тетке игумений Романовой и сообщила о желании принять постриг. По летописи, князь Роман Всеславич умер в 1116 году; приход Предславы в монастырь, следовательно, произошел позднее, когда вдова Романа сама приняла ангельский образ и стала игуменией. Основываясь на этих скудных данным можно предположить, что Предслава родилась в 1102-1104 годах, а детство ее пришлось на 1102-1116 годы.

Житие повествует, что Предслава с детских лет проявила большую любовь к книжному образованию и сердечной молитве. Когда родители начали думать о ее замужестве, двенадцатилетняя Предслава им ответила: "Что будет, если мой отец захочет отдать мене в супружество; если будет так, от печали этого мира нельзя будет избавиться! Что содеяли наши роды, бывшие прежде нас? Женились и выходили замуж, и княжили, но не вечно жили, жизнь их прошла и погибла их слава, словно прах, хуже паутины. Но древние жены, взяв мужескую крепость, пошли следом за Христом, Женихом своим, и предали тела свои ранам, мечам - главы свои, а иные хотя и не склонили шеи свои под железом, но духовным мечом отсекли от себя плотские сласти, отдали тела свои посту, и бдению, и коленному поклонению, и возлежанию на земле - и они памятны на земле, и имена их написаны на небесах, где они вместе с ангелами непрестанно Бога славят. А сия слава есть прах и пепел, словно дым рассеивается, словно пар водяной погибает!"

Не следует иронично улыбаться прочитав про двенадцатилетний статус будущей невесты. В те времена это было в порядке вещей. "Русские люди имеют следующий обычай, - писал посетивший Русь в 1578 году австрийский принц Даниил фон Бухау, - девицы прежде достижения совершеннолетия вступают в брак на 10 году возраста, юноши на 12 или 15". У Предславы подобный случай представился в 12 лет. Слышала она как-то, как отец говорил матери: "Нама уже лепо дати Предславу за князь!". Предслава пришла в ужас: она помнила книги, которые читала, помнила речи наставников-монахов: житие князей "мимо течет и слава их погибе, аки прах и хуже паутины...", жизнь эта "не вечноваша", не останется для вечности, для спасения души.

Княжна тайно бежала в монастырь к тетке игумении, умоляя ее "причесть к ту сущим инокиням под игом Христовым". "Смятеся" старая игумения, - повествует Житие, - ибо она видела "юность ее и возраст ее цветущий".

Были у игумении, естественно, и другие опасения, - гнев отца двенадцатилетней княжны. Суров был князь. Несомненно имелись у него на Предславу свои планы, династические браки всегда имели очень важное влияние на политику государства. А тут дочьпошла на перекор воле отца. Списывать такой поступок на излишнюю религиозность Предславы не стоит, хотя все могло быть. Вполне возможно, что предполагаемый жених был отнюдь не молод и красив, если не сказать покрепче. А может, за ним ходила слава этакой "синей бороды". Было от чего сбежать в монастырь. Недаром тетка очень опасалась гнева князя. Расправа могла быть быстрой и беспощадной. Житие передает следующий диалог:

"Чадо мое! - скорбно восклицала игумения, - како могу се сотворити? Отец твой, уведав, со всяким гневом возложит вред на голову мою, и еще юна еси возрастом, не можеши понести тяготы мнишескаго жития, и како можеши оставити княжение и славу мира сего?". Но чадо твердо знало, чего желать: "Отпеща же блаженная отроковица: "Госпоже и мати! Вся видимая мира сего красна суть и славив, но вскоре минует, яко сон! .

Столь разумное утверждение двенадцатилетней девицы убедило игумению: "Удивишеся разуму отроковицы, - свидетельствует Житие, - удивишеся любви ея к Богу, повеле воле ея бытии, огласив ю иерей, остриже ю и нарече имя ей Евфросиния и облече ю в черные ризы...".

Принять такое решение игуменья была не в состоянии. К разрешению спора подключили епископа Полоцкого Илию. Епископ имел большое влияние на князя и дело было полюбовно улажено. С благословения Полоцкого епископа Илии Ефросиния стала жить при Софийском соборе, занимаясь переписыванием книг: "начала книги писать своими руками, и прибыль отдавала нуждающимся". Вероятно, при соборе работали талантливые мастера-книжники, так как большая библиотека все увеличивалась, а для создания даже одной книги необходима была работа целой мастерской и не за малое время.

"В глазах образованных людей, - отмечал секретарь польского короля Стефана Батория Р.Гейденштерн, описывая разгром Полоцка Баторием в 1570 году, - почти не меньшую ценность, чем вся остальная добыча, имела найденная там библиотека. Кроме летописей, в ней было много сочинений греческих Отцов Церкви...". Все это хранилось в Софийском соборе!

Действительно, в средние века переписка книг была очень трудоемка и дорога; книги хранили, боясь пожаров, в каменных зданиях и чаще всего в храмах. Древние болгарские рукописи, понятные на Руси без переводов, Византия здесь охотно распространяла. В Киевской Святой Софии, например, была размещена ценнейшая библиотека Болгарского царя Симеона - трофей императора Иоанна Цимисхия, в 972 году захватившего большую часть Болгарии. Его сын Василий II Болгаробойца передал добычу отца в качестве приданого своей сестре Анне, выходившей замуж за Владимира Святого. Древнеболгарские книги расходились по крупным городам и монастырям Руси, по в большинстве случаев погибли в междуусобных войнах и пожарах. Лишь в нескольких городах книги сохранялись: в Полоцке, в частности, библиотека не пострадала до самого похода польского короля Стефана Батория в 1579 году.

В 1128 году печатные работы видимо наскучили молодой монахине и она ударилась в строительство. Житие объясняет сей поступок просто: "чудо" и приводит следующее:

Как-то во сне она увидела, как "ангел повел ея в Сельцо" на окраине Полоцка и произнес: "Зде ти подобает быти!". В ту же ночь ангел явился и епископу Илии, сказав: "Веди ю, рабу Божию Евфросинию в церковь Святаго Спаса, нарекомое Сельце, - место то свято есть!".

Епископ Илия, которому в ту же ночь также было подобное видение, благословил официально, при многочисленных свидетелях, преподобную Ефросинию на основание женского монастыря, определив место обители - Сельцо, где была церковь Спаса и место погребения Полоцких епископов. Можно предположить, что, призывая Евфросинию в Сельцо, владыка надеялся, что она выстроит каменную церковь Спаса и возведет монастырь.

Полоцких князей епископы почитали: перевод Евфросинии а эти места был важным решением, принять которое можно было лишь вместе с княжеским семейным советом. И совет состоялся: на нем были дядя преподобной Полоцкий князь Борис Всеславич, ее отец и именитые бояре. Речь полоцкого епископа Илии, произнесенная со всею осторожностью, сводилась к следующему: "Се отдаваю Евфросинии место Святаго Спаса при вас, да по моем животе никто не посудит моего даяния...".

Основанный Ефросинией Спасо-Преображенский монастырь получает широкую известность в полоцких землях. В обители на месте бывшей деревянной церкви Ефросинией начато строительство каменного собора. Этот собор, построенный окончательно в 1161 году, сохранился до нашего времени. В монастыре святая учила молодых инокинь переписыванию книг, пению, вышиванию и другим ремеслам. Существует несколько версий пострижения в монахини сестер Ефросиньи.

По одной из них двоюродая сестра Ефросинии, дочь князя Бориса Звенислава, вступила в эту обитель, отдав монастырю "все свои вещи золотые и многоценные ризы", и приняла иноческий постриг под именем Евпраксии. "Так начали они жить в монастыре в единомыслии, в молитвах к Богу; и были, словно единая душа в двух телах".

По другой - первым деянием молодой игумении, судя по Житию, было пострижение у нее в монастыре двух сестер Гордиславы и Евпраксии, что вызвало на этот раз бурный гнев родителей. "На се ли вас родих, - восклицал, по свидетельству Жития, возмущенный отец. - На се ли вас мати воспита!..".

Разные летописи говорят разное, но сходятся в одном: одна из новообращенных была Евпраксия. Значит сие можно принять за исторический факт.

Но вернемся к строительству. Закончив Спасо-Преображенский монастырь Ефросинья начала построение Богородицкой церкви, при которой открыла мужской Богородицкий монастырь. Для этой обители и церкви преподобная приобрела с дозволения Константинопольского патриарха Луки чудотворную Одигитрию Эфесскую (икону Божьей Матери), одну из трех написанных, согласно преданию, самим евангелистом Лукой (впрочем, различные предания и традиции приписывают кисти евангелиста различные иконы Богородицы). "Видел же царь {константинопольский] любовь ее и послал в Эфес семь сот оружников своих, и принесли они икону святой Богородицы во Царьград. Патриарх же Лука собрал епископов и весь собор во Святую Софию и, благословив, дал икону слуге преподобной Ефросинии; тот же с радостию взял и принес госпоже своей Ефросинии". Несовсем понятно про какую икону идет речь. Она так таинственно появилась и так же таинственно исчезла. Икона могла быть также не Эфесской, а Царьградской Божией Матери. К сожалению, до сих пор не вполне известна судьба этого образа. Некоторые ученые даже склоняются к тому, что теперь эта икона известна под названием Ченстоховской (самая знаменитая католическая икона Польши).


Случайные файлы

Файл
114004.rtf
30765.rtf
2550.rtf
71591-1.rtf
112645.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.