Пасхалов Клавдий Никандрович (70835-1)

Посмотреть архив целиком

Пасхалов Клавдий Никандрович (1843-1924)

Александр Репников, Москва

«Только благодаря Самодержавию возможно... отрезвление народа русского, что сделано одним взмахом Царя-Самодержца. Во Франции и Англии с завистью смотрят на нашу власть единодержавную... Говорили: Самодержавная Россия – тюрьма для человека. Но нигде не живется так свободно личности, как в России»

О Клавдии Никандровиче Пасхалове до сих пор нет ни одного специального исследования, за исключением двух небольших энциклопедических статей [i1]. Мало кто в сегодняшней России даже среди специалистов слышал об этом правом деятеле. В ряду монархических публицистов, творивших на рубеже веков, его имя, как правило, упоминается рядом с именами С.Ф. Шарапова, А.Г. Щербатова, С.Н. Сыромятникова.

В советской историографии упоминания о Пасхалове можно встретить в трудах В.С. Дякина, А.Я. Авреха, Ю.Б. Соловьева. Его характеризуют как «одного из видных представителей черной сотни» [ii2]. А.Я. Аврех отмечал, что «Пасхалов для черносотенцев был примерно тем же, кем был князь П.А. Кропоткин для анархистов: патриархом и теоретиком одновременно» [iii3]. В постсоветской историографии имя Пасхалова и его эпистолярное наследие были открыты доктором исторических наук Ю.И. Кирьяновым, опубликовавшем в 1993 и 1995 годах в историческом альманахе «Минувшее» [iv4] и журнале «Источник» [v5] переписку Пасхалова с правыми деятелями. Однако за последующее десятилетие никаких новых публикаций и работ на эту тему не появилось, хотя упоминания о Пасхалове можно встретить в исследованиях В.В. Кожинова [vi6] и М.Н. Лукьянова [vii7].

К.Н. Пасхалов родился в 1843 году в дворянской семье, жившей в Калужской губернии. Семья была очень одаренной. Отец – боевой кавказский офицер. Мать Анна Никаноровна Пасхалова (урожденная Золотаева) (1823-1885) была поэтессой. Ее второй муж – писателем. Старший брат Клавдия — Виктор Никандрович был выпускником Московской и Парижской консерваторий, известным композитором, автором романсов, многие из которых были написаны на стихи, сочиненные матерью. Вячеслав Викторович Пасхалов (внук Анны Никаноровны) впоследствии тоже стал композитором, а его двоюродная сестра Анна Александровна Пасхалова-Чегодаева (1869-1944), была певицей и драматической актрисой. Другая двоюродная сестра Вячеслава Викторовича — Алевтина Михайловна Пасхалова (1878-1953), прославилась на подмостках русской оперы.

Испытавший влияние, несомненно, творчески одаренной семьи, Клавдий Пасхалов поначалу попытался найти себя на литературном поприще. В его художественных произведениях затрагивались вопросы землеустройства и крестьянского быта. Эта тема всегда была интересна Пасхалову, но ему не суждено было стать писателем. В 1875 году он поступил на службу в Министерство финансов и работал в особой канцелярии по кредитной части. В 1882 стал членом совета Крестьянского банка. Его жизненный путь – это путь не столько государственного чиновника, сколько публициста и активного общественного деятеля. Несмотря на преклонный возраст, Пасхалов был активным участником монархического движения начала ХХ века. Он являлся членом Русского Собрания [viii8], был членом «Кружка москвичей» и состоял почетным членом Русского монархического союза. Пасхалов также был избран почетным членом Калужского отдела Союза Русского Народа. Он неоднократно выступал в роли организатора и участника монархических съездов. На Втором Всероссийском Съезде Русских Людей в Москве (апрель 1906) был председателем финансово-экономического отдела. Он был среди делегатов Третьего Всероссийского Съезда Русских Людей в Киеве в октябре 1906.

Здесь необходимо сделать еще одно уточнение. В некоторых публикациях сообщается, что Пасхалов принимал участие в 5 Всероссийском Съезде Русских Людей (т.н. «Восторговский съезд») в Москве осенью 1909. В 5-м Съезде К.Н. Пасхалов участия не принимал. Осенью 1909 г. в Москве проходил съезд, называвшийся просто Съезд русских людей. «Восторговским» этот съезд был назван в энциклопедии «Русский Патриотизм», что не совсем корректно. Правильно называть его «Московским», поскольку в нем не принимали участие представители СРН (дубровинцы, марковцы), и он не получил статус всероссийского и нумерации 5-й.

В 1908-14 гг. Пасхалов входил в состав редакционной комиссии многотомной «Книги русской скорби», которая издавалась Русским Народным Союзом имени Михаила Архангела в 1908-1914 гг. и содержала биографии «мучеников и борцов за идею православия, самодержавия, царя и русской народности, погибших в результате террористических актов».

11 марта 1912 года Клавдий Никандрович был принят Николаем II. Уходя от самодержца Пасхалов, по его словам «чувствовал вовсе не счастье… а конечную безнадежность, как будто я покинул постель отчаянно и неизлечимо больного человека. Да оно так и есть. И он, и все, что его окружает, больны недугом «русского» либерализма, который и приведет нас к гибели» [ix9]. Отмечу, что относительно даты приема Пасхалова императором в историографии произошла путаница. В работе А.Я. Авреха описываются обстоятельства визита 11 марта 1912 года [x10]. В статьях Ю.И. Кирьянова и А.Д. Степанова указана другая дата – 11 марта 1913 года [xi11]. Эта дата приводится и в многотомном издании документов «Объединенное дворянство: Съезды уполномоченных губернских дворянских обществ…» [xii12]. Письмо Пасхалова от 18 марта 1912 года Д.А. Хомякову свидетельствует, что встречу с императором нужно датировать 1912 годом. В более поздней публикации Ю.И. Кирьянова также указан 1912 год [xiii13]. Можно сделать вывод, что путаница в датах возникла из-за опечатки в статье, помещенной в энциклопедии «Политические партии России», и затем перекочевала в другие издания.

Еще в 1913 году Пасхалов предсказывал неизбежность новой большой войны: «для России создалось теперь такое положение, что столкновение ее с Австрией является неизбежным. Хочет или не хочет она войны, а таковая будет, если только Россия не откажется добровольно от своего мирового значения и сама не станет членом славянской федерации под скипетром Габсбургов, чего, конечно, предположить нельзя… Удастся ли русскому колоссу устоять на ногах или же он рухнет и рассыпавшись на составные части, послужит образованию новых государственных организмов, это зависит всецело от мудрости и искусства его государственных людей» [xiv14]. С началом первой мировой войны Пасхалов стал активным борцом с «немецким засильем», был одним из инициаторов и активных участников Саратовского Совещания уполномоченных монархических организаций (27-29 августа 1915), на котором его избрали в состав депутации для Высочайшего приема. Однако в Петрограде представители совещания получили отказ в просьбе о встрече с царем, что произвело на Пасхалова удручающее впечатление. 15 декабря 1915 г. он жаловался А.А. Ширинскому-Шихматову: «еще грустнее то, что Царь, за права Которого мы распинаемся, очевидно, гневается на нас. Это ясно из отказа принять депутацию с Иконой и из молчания на нашу верноподданническую телеграмму. За что? Ведь в нашем выступлении не имели места никакие соображения личных выгод, и ничего, кроме оплевывания, от печати и общества мы не получили. Мы ведь шли ”против течения”» [xv15].

В ноябре 1915 он принял участие в созванном сторонниками Н.Е. Маркова Совещании Монархистов («Петроградское совещание»), где выступал в прениях по вопросам борьбы с Прогрессивным блоком и немецким засильем, а также был избран членом Совета Монархических Съездов.

Пасхалов участвовал в организации Нижегородского Всероссийского Совещания уполномоченных монархических организаций и правых деятелей в ноябре 1915 года, на котором преобладали «дубровинцы». Как патриарх правого движения он был избран председателем этого совещания и выступил с речью в начале его работы. В отчете о заседаниях отмечалось, что в своей речи Пасхалов особо подчеркнул преимущества российского самодержавия: «Только благодаря Самодержавию возможно было отрезвление народа русского, что сделано одним взмахом Царя-Самодержца. Во Франции и Англии с завистью смотрят на нашу власть единодержавную, там не могут провести такой меры столь быстро и решительно. Там парламент, конституции, республики – вот причина этого. Говорили: Самодержавная Россия – тюрьма для человека. Но нигде не живется так свободно личности, как в России. И мы видим теперь, что за эту «тюрьму» все, даже инородцы, проливают свою кровь» [xvi16].

На Нижегородском Совещании Пасхалов был также избран в состав Президиума Монархического движения. Пасхалов, подобно В.А. Грингмуту, с гордостью принимал наименование «черносотенцы» и 31 октября 1915 писал Н.А. Маклакову: «…может быть и лучше, если наш съезд окажется в полном смысле «черносотенным». Тем меньше будет поводов к разладу, который неизбежно происходил между корифеями монархического хора» [xvii17].

О жизни Пасхалова после октября 1917 года практически ничего не известно. Накануне и в годы мировой войны, а также после падения самодержавия он жил в маленьком селе Колосово близь города Алексина Тульской губернии. Он, естественно, не принял новую власть, но избежал репрессий и умер своей смертью в 1924 году.

Список литературы

[xviii1] Кирьянов Ю.И., Пасхалов К.Н. // Политические партии России. Конец XIX – первая треть XX века. Энциклопедия / Отв. ред, В.В. Шелохаев. М., 1996. С.453; Степанов А.Д., Пасхалов К.Н. // Святая Русь. Большая Энциклопедия Русского Народа. Русский патриотизм / Гл. ред., сост. О.А. Платонов, сост. А.Д. Степанов. М., 2003. С.546-548.


Случайные файлы

Файл
151696.rtf
407.doc
referat.doc
145297.rtf
22360.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.