Главная любовь Маяковского (1400-1)

Посмотреть архив целиком

Главная любовь Маяковского

Валентин Домиль

У Маяковского было три больших любви. И все они, перефразируя известное изречение Толстого, были по-своему несчастливы.

По всему, и по звучанию стихов, и по эмоциональному резонансу, по удивительной, несмотря ни на что, привязанности, особое место занимает Лиля Юрьевна Брик - главная любовь поэта.

С Маяковским Лилю Юрьевну Брик познакомила её младшая сестра Эльза (будущая французская писательница Эльза Триоле - В.Д.).

В 1915 году она привела к Брикам своего приятеля поэта Владимира Маяковского.

Маяковский только что написал поэму "Облако в штанах" и охотно читал её, пользуясь любой возможностью.

Брики коллекционировали знаменитостей. А Маяковский искал признания. Утверждал себя.

Поэма произвела фурор.

- Мы подняли головы, - вспоминала Лиля Юрьевна, - и до конца вечера не спускали глаз с невиданного чуда.

Маяковский тоже был поражен. Сражен наповал хозяйкой дома Лилей Юрьевной Брик.

Он сказал, что хочет посвятить ей свою поэму. И получив согласие, тут же осуществил задуманное. Вывел посвящение на титульном листе.

Лиля Юрьевна могла произвести сильное впечатление. В ней было нечто заставлявшее мужчин терять голову. Этакая, как сказали бы сейчас, сексапильность. Неотразимая и всепобеждающая.

Проявилась она довольно рано. В подростковом возрасте. В 13-летнюю Лилю влюбился её учитель словесности. Учитель обладал литературным даром. Он что-то писал.. И Лиля выдавала его литературные опусы за свои. Купаясь в славе и в неумеренных восторгах родственников и их знакомых.

От греха подальше Лилю отправили к бабушке, в Польшу. Там потерял голову её дядя. Настолько потерял, что попросил отца Лили, адвоката Юрия Александровича Кагана, дать согласие на брак с племянницей.

Однажды юную Лилю увидел Шаляпин. И, поддавшись её очарованию, тут же пригласил на свой спектакль.

Поэтому, когда в 1912 году Лиле сделал предложение выпускник юридического факультета Осип Брик, её родители были рады до чрезвычайности.

Брак оказался крепким. Вопреки совместному проживанию с влюблённым Маяковским. Вопреки другим увлечениям Лили Юрьевны, довольно многочисленным и не закамуфлированным. Потом женщины Брика. С одной их них, некой Жемчужниковой, Брик, по сути, состоял в браке. Лиля Юрьевна дружила с ней. И после смерти Осипа Брика в 1945 году, многие годы помогала денежно

Брик много значил в жизни Лили Юрьевны. Она писала:

- Я любила, люблю и буду любить Осю больше чем брата, больше чем мужа, больше чем сына. Про такую любовь я не читала ни в каких стихах. Эта любовь не мешала моей любви к Володе.

Похоронив Осипа Брика, Лиля Юрьевна сказала:

- Когда умер Володя, когда умер Примаков (Примаков В.М., советский военоначальник, репрессирован в 1937 г., муж Л.Ю.Брик - В.Д.) - это умерли они, а со смертью Оси умерла я.

Причем, Лиля Юрьевна утверждала это, с появлением Маяковского в её отношениях с Осипом Бриком не было ничего сексуального. Никакой любви втроём, никакого любовного треугольника.

Хотя, Андрею Вознесенскому она говорила совершенно противоположное:

- Я любила заниматься любовью с Осей… Мы тогда запирали Володю в кухне. Он рвался, хотел к нам и плакал.

Говорила ли? Было ли это? Бог весть. Свои чувства к Лиле Юрьевна Маяковский проявлял очень шумно. Володя не просто влюбился в меня, - делилась своими воспоминаниями Л.Ю. Брик, - он напал на меня. Это было нападение. Два с половиною года не было спокойной минуты - буквально.

Маяковский неистовствовал в стихах, заполненных до предела любовью и ревностью.

Он посвящал в перипетии своих отношений с Лилей Юрьевной и "атакующий класс", в целом; и знакомых, как своих, так и семьи Брик.

Можно лишь удивляться стойкости Л.Ю. Брик, которая держала в течение почти трех лет на известном расстоянии раскаленного до бела поэта; стараясь интуитивно нащупать возможность одновременного пребывания в двух качествах - музы вдохновляющей на безумства и просто любящей женщины, которую эти гиперболизированные до предела страсти чисто по-человечески пугали. Только в 1918 году, - писала Брик, - с смогла с уверенностью сказать о нашей любви. Маяковский больше любил, чем был любим. Из стихов, из писем, из воспоминаний близких людей складывается противоречащая плакатному имиджу поэта ситуация, в которой агитатор, горлан и главарь, вёл себя с любимой женщиной, как робкий неумелый мальчик. Подлизывался, капризничал, мельтешил. Свои письма к Лиле Брик Маяковский неизменно подписывал "щен". Письма изобилуют невероятным количеством сладких эпитетов, больше приличествующих разомлевшему от первой любви гимназисту.

Приведенный ниже перечень почерпнут всего из одного письма направленного Маяковским Л.Ю. Брик:

- … милый, замечательный, прекрасный, чудный, детка, удивительный, котик, киса, солнышко, рыжик, котенок, лисичка, сладкий, обаятельный, восхитительный, маленький, красавица, обворожительный, потрясающий, фантастический, звездочка.

Даже в годы близости; они включают период с 1918 по 1925 годы; Л.Ю. Брик никогда не принадлежала Маяковскому безраздельно.

Кроме мужа Осипа Брика, у Лили Юрьевны было несколько любовников. Маяковский знал об их существовании и вынужден был терпеть.

Его попытка отстоять свой приоритет в декабре 1922 года была жестоко подавлена. Маяковский был осужден на двухмесячную разлуку.

Переносил он её мучительно. Ни с кем не общался, плакал, писал покаянные записки и стихи.

Были ещё какие-то попытки сближения, Какие-то встречи…

Любовная агония длилась до 1925 года. После чего отношения между Маяковским и Л.Ю. Брик стали сугубо дружескими.

И Маяковский принял поразительное решение. По согласию с семьей Брик, он поселился вместе с ними в Гендриковом переулке на Таганке и жил там с 1926 по 1930 гг.

По этому поводу много и зло сплетничали. Особенно доставалось Брикам. Считались, что они "паразитировали на Маяковском".

Всё не так просто. Здесь, как писал один из самых оригинальных исследователей творчества Маяковского Ю. Карабчиевский, имело место "… некоторое соглашение, долговременный деловой союз, смесь подлинной страсти, трезвого расчета и взаимовыгодных обязательств… каждый получал свою долю.

Без имени Маяковского, без его денег Брики, скорее всего, были бы мало примечательной московской литературной семьей.

Но и Маяковскому, человеку недостаточно образованному, не умевшему и не желавшему работать над серьезной литературой была нужда помощь эрудированного Осипа Брика.

Осип Брик правил рукописи Маяковского, делал заготовки для его революционных поэм, обладая политическим нюхом, что-то советовал.

И, наконец, это, пожалуй, главное, Маяковский не мог жить без Лили Брик. Она была ему необходима, если не как любовница, то как единственный близкий человек. Как муза, наконец.

Маяковский неукоснительно придерживался взятых на себя обязательств.

Умирая, он с некоторой долей экстравагантности переложил свои заботы на плечи правительства. Попросив устроить "сносную жизнь" своей семье, в которую вместе с матерью и сёстрами включил Лилю Брик.

И правительство пошло ему на встречу. В своём постановлении от 23 июля 1930 года оно признало наследниками Маяковского, помимо матери и двух сестёр, Лилю Юрьевну Брик. Как бы узаконив тем самым их отношения.

Была определена большая по тем временам пенсия - по 300 рублей каждому. Кроме того, авторские права Маяковского разделили на две части. Половина досталась Лиле Юрьевне.

Отечественное литературоведение не одобряло Л.Ю. Брик - "пиковую даму советской поэзии", связывая с её именем все-то, что не укладывалось в канонизированный образ поэта.

Дескать, не будь Лили Юрьевны, Маяковский бы не тратил время на создание малоценной с общественной точки зрения любовной лирики, а написал ещё одно "Хорошо". Не отвлекаясь, с большей энергией реагировал на происходящие в стране события. И, наконец, умер естественной смертью, а не покончил с собой. Чего "от лучшего и талантливейшего поэта нашей советской эпохи" никак нельзя было ожидать.

Маяковскому, как говорится, виднее.

В общежитейском смысле Л.Ю. Брик была далеко не безупречна. Как и главная муза русской поэзии Н.Н. Гончарова, кстати.

Но если в своих оценках недоброжелатели Н.Н. Гончаровой руководствовались теми же общежитейскими критериями: не осознала в полной мере, не блюла себя, как следует, и в силу этого способствовала; всё плохое приписываемое исследователями Л.Ю. Брик, связывается напрямую с её национальностью. Это она "ослепительная царица Сиона евреева" олицетворяла собою тлетворное еврейское влияние. Это она концентрировала вокруг себя тех, кто сбил с правильного пути и довёл до самоубийства большого русского поэта.

Вот, что писал по этому поводу по горячим, так сказать, следам Я. Смеляков:

Ты б гудел,

как трёхтрубный крейсер

в нашем общем многоголосье,

но они тебя доконали,

Эти лили, и эти оси.

Дальше, больше:

Для того ль ты ходил как туча,

медногорлый и солнцеликий,

чтобы шли за саженым гробом

вероники и брехобрики.

Хороший был поэт Я. Смеляков. Я сам в лёгком подпитии пел архипопулярную в годы моей молодости песню на его стихи:

- Если я заболею, к врачам обращаться не стану…


Случайные файлы

Файл
73962-1.rtf
70350.rtf
18944-1.rtf
ref-18311.doc
663.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.