Проблема ограничения административных деликтов от преступления (419)

Посмотреть архив целиком

3



Запорожский институт государственного и муниципального управления





Кафедра уголовного права






РЕФЕРАТ

на тему:

Проблема отграничения административных деликтов от преступления


Выполнил : ст. 4 курса юр. факультета

Белоусов А.С.

Самчук Т.В.


Проверил : ст.преподаватель

Бурак Т.В.
















1998 г.

ПЛАН:


1. Введение;

2. Разграничение преступлений и административных проступков;

2.1 Гуманизация уголовного права;

2.2 Правовые критерии разграничения преступлений и административных проступков;

3. Соотношение административных правонарушений с преступностью;

4. Различие административного правонарушения и преступления.























ВВЕДЕНИЕ


Розгляд справ про адміпістративіи правопо­рушення

На розгляд районних (міських) та окружних судів надійшло 427690 справ про адміністративні правопору­шення (на 3871, або 0,9%, менше). У розглянутих спра­вах визнано винними 381847 осіб, що складає 88,9% від загального числа осіб, щодо яких винесено постанови або рішення (у 1996 р. — 89,7%). Число осіб з розрахун­ку на 100 тис. населення, до яких застосовано судами адміністративні стягнення, дещо зменшилося — 757 проти 780 в 1996 р.

Серед адміністративних правопорушень, справи про які розглядаються судами, переважали: дрібне хуліганство — 37,5%, дрібні розкрадання державного або колективного майгіа — 10,9%, злісна непокора за­конному розпорадженню чи вимозі працівника міліції або його образа — 14,0%, керування транспортними за­собами особами, які перебувають у стані сп'яніння, — 7,7%, розпивання спиртних напоїв у громадських місцях — 7,5%, торгівля з рук у невстаноадених місцях — 5,1%. Інші ввди адміністративних правопору­шень у загальній їх структурі складають незначну част­ку. Характерним є те, що аналогічні співвщноіиення ма­ли місце й у 1996 р.

Значно зросла кількість розтлянуіих судами справ про адміністративні правопорушення, пов'язані із засто­суванням законодавства про працю, зокрема про пору­шення вимог законодавства про працю та про охорону праці (ст. 41 КпАП) — з 13 до 202, невиконання розпо­рядження державного або іншого органу про працевла­штування (ст. 188' КпАП) — з 1 до 19, невиконання за­конних вимог службових осіб державної інспекції праці Міністерства праці України (ст. 1886 КлАП) — з 3 до 79.

Зільшилось більше як у два рази число осіб, визна­них винними у вчиненні правопорушень, передбаче­них ст. 44 КпАП (незаконні вироблення, придбання, зберігання, перевезення, пересилання наркотичних за­собів або психотропних речовин без мсти збуту в неве­ликих розмірах) та ст. 126 КпАП (керування транспорт­ними засобами особами, які не мають права керу­вання).

Зросла на третину кількість осіб, на яких накладено адміністративне стягнення за розпивання спиртних на­поїв у громадських місцях (ст. 178 КпАП), за невико­нання обов'язків щодо виховання дітей (ст. 184 КпАП), за порушення правил адміністративного нагляду (ст. 187 КпАП).

Зменшилась вдвічі кількість осіб, притягнутих до адміністративної відповідальності за дрібне розкрадан­ня державного майна (ст. 51 КпАП) та за дрібну спеку­ляцію (ст. 157 КпАП).

Зберігається тенденція до зменшення кількості при­тягнутих до відповідальності за ст. 208' КлАП за пору­шення встановленого порядку вивезення за межі Ук­раїни товарів народного споживання та інших ма­теріальних цінностей: накладено адміністративні стяг­нення на 188 осіб, що майже в чотири рази менше у порівнянні з 1996 р., коли їх число становило 728.

Продовжує зростати кількість визнаних винними в корупційних діяннях, інших правопорушеннях, пов'яза­них з корупцією, а також у неправомірному викорис­танні державного майна. Так, за ст. 184' КпАП притягну­то до вщповщальносгі 693 посадові особи (на 54,7% більше). За вчинення правопорушень, передбачених статтями 7—11 Закону «Про корупцію», накладено адміністративні стягнення на 1925 осіб (проти 575 у 1996 р.). Винесено постанови про закриття справи щодо 3050 осіб, що складає дві третини вщ загальної кількості осіб, щодо яких винесено постанови (рішення). Передано прокурору, органу попереднього слздства чи дізнання 151 справу з цього числа. Сума накладеного штрафу становила 555,1 тис. грн., стягнуто 300,4 тис. грн. Встановлено матеріальні збитки на суму 79,6 тис. грн., відшкодовано — 63,7 тис. грн.

Практика застосування адміністративних стягнень характеризується такими даними: штраф накладено на 199 976 правопорушників (52,4%), арешту пщдано 150180 винних (39,3%), виправні роботи застосовано до 7624 осіб (2,0%), позбавлено спеціального права 7890 правопорушників (2,1%).

З числа осіб, винних у порушенні, передбаченому ч. 2 ст. 130 КлАП, позбавлення права керування транс­портними засобами застосовано до 7889 осіб (25,6% проти 17,9% у 1996 р.); сплатне вилучення транспортно­го засобу, передбачене ч. 5 ст. 121 КпАП, лише до 28 (1,0% прота 1,3% у 1996 р.).

Присуджено до стягнення 17 694,9 тис грн. штрафу, стягнуто 9230,3 тис. грн., що становить 52,2%1996 р. — 74,2%). Встановлено матеріальних збитків, завданих правопорушеннями, на суму 3375,2 тис грн., відшкодовано — 689,9 тис грн., що складає 20,4% від суми спричиненої шкоди (в 1996 р. — 30,3%).


Управління узагальнення судової практики та аналізу судової статистики Верховного Суду України
































РАЗГРАНИЧЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ И АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРОСТУПКОВ

В связи с подготовкой нового уголовного законодательства особую актуаль­ность приобретает проблема разграничения административных проступков и пре­ступлении. Ее научное рассмотрение важно теперь не только с точки зрения вы­яснения общетеоретических критериев отличия проступка от преступления, но и в аспекте непосредственного законодательного ее решения. Речь идет о радикальной реформа действующего уголовного законодательства, с тем чтобы оно в полной мере соответствовало требованиям правового государства, принципам уго­ловной политик и адекватно отражало объем деяний, которые представляют реальную общественную опасность, действительно являются преступными и пото­му диктуют необходимость применения к виновным уголовной репрессии.

В ходе реформы намечается значительная гуманизация уголовного права. При этом предполагается перевести целый ряд составов преступлений в разряд админи­стративных проступков, расширить сферу применения материальной ответственно­сти и мер общественного воздействия. В порядок дня поставлен, в частности, вопрос о том, сохранять ли уголовную ответственность за определенные админи­стративные проступки, совершенные просто повторно или повторно после приме­нения мер административного взыскания или же исключить их из числа преступ­ных и уголовно наказуемых деяний. Такого рода деяния предусмотрены в 25 статьях УК Украины (в УК РСФСР 1926 г. и в действующем УК в редакции 1960 г. было 5 таких статей). В некоторых статьях УК стран СНГ в ка­честве условия признания административных правонарушений преступными дея­ниями предусмотрено альтернативно с административной преюдицией применение мер дисциплинарного или общественного воздействия за предыдущее правонару­шение.

В литературе везде поставлен вопрос о правомерности признания уголовно наказуемыми повторных административных правонарушений и об основаниях их декриминализации. Но проблема в целом еще остается неисследованной. В на­стоящей работе также рассматриваются лишь ее отдельные стороны.

В советском уголовном законодательстве была установлена и неуклонно рас­ширялась уголовная ответственность за упомянутые деяния, что видно уже из приведенных данных по УК Украины. Эта тенденция сохранилась и после приня­тия в 1980 г. Основ законодательства Союза ССР и союзных республик об адми­нистративных правонарушениях, а затем и кодексов союзных республик об ад­министративных правонарушениях, хотя законодательство позволяло принципиально по-иному подойти к решению вопроса о соотношении проступков и преступлений, административных и уголовно-правовых запретов. Встает вопрос: имеются ли до­статочно объективные основания для такого решения?

Представляется очевидным, что в период господства административно-команд­ной системы гипертрофировались роль и значение уголовной репрессии в борьбе с преступностью и другими антиобщественными явлениями, игнорировались ленин­ские указания о доминирующей роли убеждения, необходимости сочетания убеж­дения и принуждения. Стереотипы сложившейся на этой основе деформированной уголовно-правовой политики и соответствующего ей уголовно-правового мышления неизбежно находили в застойные времена отражение в уголовном законодательстве. Справедливое требование решительной и бескомпромиссной борьбы с преступными проявлениями и правонарушениями, приобретавшими распространенный характер, зачастую воспринималось односторонне, лишь как требование расширения сферы уголовной репрессии. Путь к достижению цели казался довольно простым, быст­рым и вместе с тем эффективным: если лицо повторно совершает правонарушения, не подчиняется административному запрету, то его необходимо подвергнуть более строгой мере государственного принуждения — уголовному показанию, применение которого должно привести к желаемому результату. При практическом осуществлении запретов возникало и углублялось противоречие между поставленной целью и правовыми средствами ее достижения, ограниченными возможностями уголовном репрессии, которая играет хотя и важную, но все же вспомогательную роль в решении сложной задачи преодоления преступности.

Уголовная репрессия, не базирующаяся на определенной системе социальных факторов, не опирающаяся на поддержку со стороны широких масс, не может привести к желаемым результатам. Уголовное законодательство, построенное без учёта научно обоснованных принципов уголовной политики может вести лишь к искусственному расширению сферы уголовной ответственности и судебной репрес­сии. Рудименты старого, деформированного правового мышления ещё до конца не преодолены ни в законодательстве, ни в практике борьбы с преступлениями и другими правонарушениями. В постановлении ЦК КПСС "О ходе выполнения по­становлении ЦК КПСС по вопросам борьбы с пьянством и алкоголизмом", в частности, подчеркивается, что делу борьбы с пьянством наносит огромный вред ориентация на запретительные, волевые методы, перехлёсты, забегание вперед. Эти и другие отмеченные в постановлении причины несмотря нa массовое привлечение нарушителей антиалкогольного законодательства к административной и уголовной ответственности привели к росту самогоноварения, спекуляции спирт­ным, токсикомании и наркомании.

Важный шаг по пути формирования нового уголовно-правового мышления, новых подходов к борьбе с преступностью, правильного определения в ней места и роли уголовной репрессии сделан на наш взгляд, в основных принципах уголовной политики, которые должны быть воплощены в новом уголовном законе. В УК, в частности, записано, что, опи­раясь на поддержку трудовых коллективов, общественных организаций, всех тру­дящихся, государство осуществляет комплекс экономических, социальных и правовых мер, направленных на предупреждение преступлении, на воспитание граждан в духе непримиримости к любым нарушениям законности, готовности активно участвовать в охране правопорядка; в борьбе с преступностью должны быть в полной мере использованы авторитет общественного мнения и сила закона, и эта борьба осуществляется на принципах законности, демократизма, неотврати­мости ответственности за правонарушения, справедливости и гуманизма.

Изложенные положения должны, как представляется, быть отправными при решении вопроса об исключении повторных административных проступков из числа преступных и уголовно наказуемых деяний.

Было бы неправильно считать, что криминализация антиобщественных про­ступков всегда необходима в целях усиления эффективности борьбы с ними, а декриминализация неизбежно будет вести к её ослаблению.

Проанализируем правовые критерии разграничения преступлений и административных проступков. Основным из них является различная степень обществен­ной опасности этих деяний.

Из сопоставительного анализа ст. 1 и 7 УК Украины и ст. 1 и 9 КоАП Украины видно, что и преступления, и административные правонарушении посягают на одинако­вые по своему характеру объекты, и именно в этом прежде всего состоит их общественная опасность материальный признак, определяющий их социальную сущность. Задачи уголовного и административного законодательств состоят в охра­не от посягательств одних и тех же объектов. Видимо, принципиальное различие между преступлением и административным правонарушением заключается в различной степени их общественной опасности. Эта степень определяется интенсив­ностью посягательства, реально наступившими или потенциальными общественно опасными последствиями. Преступления - более общественно опасные деяния, чем административные проступки. Единая сущность преступлений и административных правонарушений подтверждается еще и следующим обстоятельством. Не является преступлением действие или бездействие, хотя формально и содер­жащее признаки какого-либо деяния. предусмотренного уголовным законом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности (ст. 7 УК Украины). По существу тот же принцип выражает и в ст. 22 КоАП Украины: при малозначительности совершенного административного правонарушения орган (должностное лицо), уполномоченный решать дело, может освободить нарушителя от административной ответственности и ограничиться устным замечанием. Очевидно, что правонарушение может быть признано малозначительным, если оно вовсе лишено общественной опасности или если его общественная опасность ничтожно мала.

Нельзя согласиться с мнением, что с закреплением в ст. 9 КоАП Украины понятия административного правона­рушения (проступка) снят дискутировавшийся ранее вопрос о разграничении проступка и преступления по степени их опасности, что только преступление представляет общественную опасность, а проступок этим качеством не обладает. Реально оценивая социальный вред административных проступков, мы неизбежно будем приходить к выводу о том, что они общественно опасны.

Нельзя также согласиться с мнением, что общественная опасность преступле­ния "- это опасность для всего общества в целом, административные же проступки характеризуются лишь общественной вредностью, а общественно опасными они являются только в своей совокупности. На наш взгляд, и преступления, и ад­министративные проступки в своём реальном выражении посягают не на всю со­вокупность общественных отношений, не на весь правопорядок, но только на те или иные стороны этих отношений. Общественную же вредность следует понимать как общественно опасные последствия совершенного деяния (реальный или потен­циальный вред). Она - только составной элемент или показатель общественной опасности.

Разграничить административные проступки и преступления можно и должно лишь по степени их общественной опасности. Задача эта сложная — особенно в случаях, когда речь идет о сходных по характеру проступках и преступлениях, но она должна решаться в точном соответствии с законом, ибо только таким пу­тем можно избежать необоснованного установления уголовной ответственности за административные правонарушения, совершенные повторно или при других отягчаю­щих обстоятельствах. Будучи совершенным даже при определенных отягчающих обстоятельствах, административный проступок не может квалифицироваться как преступление, если его качественная определенность и степень его общественной опасности не выходят за границы проступка. Если же степень его опасности существенно повышается и достигает уровня преступления, то он должен призна­ваться таковым и влечь за собой уголовную ответственность.

Возникает вопрос: увеличивает ли повторное совершение административного проступка, в том числе после наложения административного взыскания, общест­венную опасность деяния и личности нарушителя настолько, чтобы повлечь за собой изменение юридической природы самого проступка и служить основанием для признания его преступлением и, следовательно, для применения к виновному уголовного наказания? На этот вопрос следует ответить отрицательно. В ст. 36 КоАП Украины повторное в тече­ние года совершение однородного правонарушения, за которое лицо уже подвергалось административному взысканию, и, более того, совершенно правонарушения лицом, ранее совершившим преступление вполне обоснованно отнесены лишь к обстоятельствам, отягчающим ответственность за административное правонаруше­ний. Этому положению общесоюзного административного закона не соответствуют нормы республиканских УК, в которых предусмотрена уголовная ответственность за административные проступки, совершенные повторно после наложения админи­стративного взыскания. Подобной коллизии норм быть не должно. Повторное совершение административного проступка, даже если за предыдущий проступок лицо подвергалось административному взысканию, не может служить основанием для признания его преступным. Преступление не есть сумма проступков. Следует со­гласиться с мнением о том, что наличие административного взыскания за пред­шествующий проступок относится только к личности нарушителя, не повышает степени общественной опасности деяния и, стало быть, не может служить основа­нием для превращения последующего проступка в преступление: сколько бы раз лицо ни совершало административного правонарушения, каждое из них - всего лишь проступок, и по направлению умысла оно не может составлять единого целого и переходить в другое качество.

Кроме того, согласно общему принципу права лицо, подвергнутое в установ­ленном законом порядке наказанию, не может быть вновь наказано за то же дея­ние. С общепризнанным правовым положением о том, что уголовной ответственности и наказанию подлежит лишь лицо, совершившее преступление (ст. 3 УК Украины), не согласуются нормы с административной преюдицией.

Обратим внимание и на следующие моменты. Административное взыскание мо­жет быть наложено не позднее двух месяцев со дня совершения правонарушения; если лицо, подвергнутое административному взысканию, в течение года со дня окончания исполнения взыскания не совершило нового административного правонару­шения, то это лицо считается не подвергавшимся административному взысканию (ст. 38 КоАП Украины). Этими же положениями необходимо руководствоваться и при применении сущест­вующих уголовно-правовых норм с административной преюдицией, хотя такой подход и не согласуется с постановлениями уголовного закона о давности привлече­ния к уголовной ответственности, освобождении от уголовной ответственности и наказания, погашении и снятии судимости и др.

Если в будущем уголовном законодательстве вопрос об исключении уголовной ответственности за повторное совершение административных правонарушений бу­дет решен положительно, то потребуется внести существенные коррективы и в административное законодательство. В этом случае необходимо будет предусмотреть более строгие меры административного взыскания за правонарушения, совер­шенные повторно после применения таковых или при наличии других квалифици­рующих обстоятельств. Образцом для конструирования соответствующих норм могут послужить нормы, предусмотренные Указом СССР «О внесении за наруше­ния, совершенные повторно и повлекшие создание аварийной обстановки, повреж­дение транспортных средств, грузов и т. д. (ст. 2, 4 Указа).

Если же обнаружится, что предусмотренные в действующем административном законодательстве санкции недостаточны для пресечения отдельных правонаруше­ний, представляющих повышенную общественную опасность, может быть поставлен вопрос о расширении пределов действующие санкций и установлении новых более строгих видов административных взысканий, например увольнения от должности, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной работой и др. (скажем, в отношении лиц, неоднократно нарушавших правила тор­говли спиртными напитками, виновных в незаконном отпуске бензина и т. п.).

Вместе с тем в уголовном законе должны быть установлены новые, более чёткие критерий отграничения преступлений от сходные административных проступ­ков, т. е. должны быть учтены такие обстоятельства, которые, значительно повы­шая степень общественной опасности правонарушения, действительно превращают его в преступление (например, изготовление самогона без цели сбыта в крупных размерах, самовольное использование транспортных средств в корыстных целях, если оно причинило существенный или значительный ущерб или сопряжено с извлечением наживы в крупном размере и т. д.). С этой точки зрения правильно, как нам представляется, разграничивается административное правонарушение и преступление в виде нарушения правил пожарной безопасности. Нарушение или невыпол­нение правил пожарной безопасности считается административным проступком, а нарушение правил пожарной безопасности, повлекшее за собой возникновение пожара, причинение вреда здоровью людей или крупный ущерб,- преступлением.

По нашему мнению, в случае декриминализации рассматриваемых и некоторых других деяний, предусмотренных в действующем уголовном законе, перевода их в разряд административных правонарушений, установления более четких кри­териев разграничения проступков и преступлений новое уголовное законодатель­ство станет более стабильным, менее подверженным всякого рода изменениям, за­частую обусловленным неблагоприятной социальной конъюнктурой, периодическими вспышками тех или иных правонарушений. Отпадет также необходимость выде­лять в число преступных деяний уголовные проступки. Предлагаемые меры повы­сят предупредительную и воспитательную роль и административного, и уголовного законодательства, чтo будет способствовать и усилению эффективности борьбы с правонарушениями.

В законе о судоустройстве установлено, что на районный (городские) народные суды (народных судей), судей по административному и исполнительному производству при этих судах возлагается рассмотрение дел об административных правонарушениях, отнесенных в их ведение законодательством Украины. Представляется, что указанные суды и судьи могли бы рассматривать и дела о деяниях, которые предлагается перевести из разряда преступных в разряд административных правонарушений. Судебное рассмотрение таких дел явилось бы важной гарантией законности и обоснованности применения административных взысканий.
























СООТНОШЕНИЕ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЙ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ

Вопрос о месте каждой нормы в системе отраслей права необходимо решать с учетом результатов социологических исследований. В противном случае возмож­но, в частности, необоснованное отнесение нормы к уголовному кодексу или кодек­су об административных правонарушениях, что исказит действительную картину социальной жизни. Правовая норма в таком случае не сможет достичь той цели, которую ставил перед собой законодатель.

Праву действительно присуще «своеобразное сочетание нормативности, с од­ной стороны, и динамизма - с другой». От законодателя требуется обеспечить разумное соотношение стабильности, изменчивости и относительной самостоятель­ности права вообще и конкретной нормы в частности. Эффективна та правовая норма, которая в наибольшей степени соответствует не только объективным инте­ресам общества, но и интересам личности. Любая правовая норма должна служить целям борьбы с правонарушениями и в то же время способствовать исправлению и перевоспитанию правонарушителей. С этой точки зрения интересно проанализи­ровать данные проведенного автором исследования, цель которого - выявить зако­номерности, определяющие переход (перерастание) административных правонару­шений в преступления. Для изучения была взята группа лиц, которые совершили нарушения административного характера. Было изучено 2000 материалов об адми­нистративных правонарушениях. Выбор группы диктовался тем, что законодатель­ством установлены уголовно-правовые санкции за повторное совершение в течение года ряда административных правонарушений. Эта мера, казалось бы, должна настораживать лиц, совершивших впервые административные правонарушения, удерживать их от опрометчивых поступков, вызывать в них стремление в течение года ни в чем не провиниться. Короткий промежуток времени между совершением проступка и преступления свидетельствует о том, что установка виновного на продолжение своей антиобщественной деятельности вплоть до совершения преступ­ления не была поколеблена принятыми административными мерами наказания.

При проведении исследования применялся в основном метод анкетирования: использовались анкеты двух видов. В анкетах первого вида отражались данные о самом факте административного правонарушения и о личности его совершившего; анкеты второго типа отражали данные о преступлениях, совершенных теми же лицами. Группа лиц, совершившие преступления после наложения взыскания за правонарушение, выявлена официальным путем через МВД.

Исследованные административные правонарушения можно с известной долей условности разделить на три вида: насильственные - мелкое хулиганство; корыст­ные - нарушения правил торговли на колхозных рынках, торговля с рук в не­установленных местах, мелкая спекуляция, нарушение порядка занятия кустарно-ремесленными промыслами; нейтральные - появление в общественных местах в пьяном виде, потребление наркотических веществ без назначения врача и нарушение ­правил дорожного движения пешеходами и иными его участниками. Указанные правонарушения посягают на интересы общества в разных сферах и в целом формируют общее представление об административных правонарушениях. Как известно, все перечисленные деяния (кроме нарушения правил дорожного дви­жения пешеходами) при повторном совершении наказываются в уголовном порядке. Оказалось, что после совершения административного правонарушения 24,8% из числа правонарушителей (т. е. почти каждый четвёртый) совершают уголовно на­казуемые деяния.

Все сказанное позволяет сделать следующие выводы.

1. Как правило, около 1/4 общего количества лиц, совершивших администра­тивные правонарушения, впоследствии совершают преступления. Исключение со­ставляют пешеходы, нарушившие правила дорожного движения (10% из них впо­следствии совершают преступления), и лица, совершившие мелкое хулиганство (30%).

2. Лица, совершившие административные правонарушения, впоследствии со­вершают преступления обычно двух видов - насильстенные и корыстные.

3. Характер административного правонарушения существенно влияет на харак­тер совершенного впоследствии преступления. Так, если административное право­нарушение было насильственным (мелкое хулиганство), то потом чаще совершает­ся насильственное преступление; если корыстным, то соответственно корыстное.

Приведенные данные необходимо осмыслить и учесть при разработке будущих УК. Возможны два варианта построения уголовного кодекса: первый - максимально сузить действие уголовно-правовых норм, выведя за рамки УК максимальное количество деяний и переведя их в Кодекс об административ­ных правонарушениях. Второй вариант - сохранить в уголовном законодательстве нормы о преступлениях разной степени общественной опасности при максималь­ном разнообразии способов реагирования на них.

Думается, не следует ставить цель всемерного сокращения количества норм Особенной части УК. К вопросу о том, какие нормы можно перенести из Уголов­ного кодекса в Кодекс об административных правонарушениях, надо относиться осторожно. Не всегда целесообразно решать его, руководствуясь лишь одним кри­терием - общественной опасностью деяния. Важно четко определить конкретные признаки, которые позволяют отнести деяние к кругу уголовно наказуемых.

РАЗЛИЧИЕ АДМИНИСТРАТИВНОГО ПРАВОНАРУШЕНИЯ И ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Законодательством предусмотрено наличие нескольких видов правонарушений. Это преступления, административ­ные и дисциплинарные проступки, гражданско-правовые де­ликты. В зависимости от этого установлены и различные ви­ды юридической ответственности. Наиболее суровой является уголовная. Она наступает за совершение преступлений - дея­ний, которые представляют общественную опасность. Однако большинство правовых предписаний и запретов не столь серь­езны, чтобы за них привлекать человека к уголовной ответст­венности. С учетом этого введена, и частности, администра­тивная ответственность. Она не так сурова, как уголовная, применяется обычно органами государственного управления или единолично судьей и не влечет судимости.

Во многих случаях юридическая квалификация правона­рушения -преступление это или административный просту­пок - не вызывает трудностей. Убийство, разбой, измена Ро­дине - всегда относятся к числу преступлений. А безбилетный проезд в общественном транспорте, небрежное хранение пас­порта и потеря его, без сомнения, относятся к разряду адми­нистративных проступков. Но есть деяния, которые в зависи­мости от ряда обстоятельств могут рассматриваться либо как административный проступок, либо как преступление. Так, если управление автомобилем в нетрезвом состоянии не при­вело к аварии - то это проступок, а если такие действия име­ли тяжкие последствия - это деяние рассматривается уже как преступление. Значит, есть административные правонаруше­ния, которые «близко» стоят к преступлениям. В подобных случаях законодатель проводит определенные разграничи­тельные линии между ними. Иначе нельзя юридически пра­вильно оценивать близкие, но не тождественные противоправные деяния. Вот о таких «смежных» правонарушениях и пойдет речь.

Что общего между административными правонарушени­ями и преступлениями и что их разделяет?

Преступлением, говорится в ч. 1 ст. 7 УК Украины, признается предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние (действие или бездействие), посягающее на общественный строй Украины, его политическую и экономическую системы, социалистиче­скую собственность, личность, политические, трудовые, иму­щественные и другие права и свободы граждан, а равно иное, посягающее на правопорядок общественно опасное деяние. Согласно ст. 9 КоАП Украины таковым признается посягающее на государственный или обществен­ный порядок, социалистическую собственность, права и свободы граждан, на установленный порядок управления проти­воправное, виновное (умышленное или неосторожное) дейст­вие, за которое законодательством предусмотрена админист­ративная ответственность. Из сопоставления этих двух ста­тей видно, что преступления и административные правонару­шения имеют общие черты (признаки) и существенные раз­личия.

До принятия КоАП Украины было распространено мнение, что их общим объектом является «порядок государственного управ­ления» или что все они совершаются «в сфере государствен­ного управления», в то время как круг объектов преступлений значительно шире и охватывает самые различные обществен­ные отношения. Однако анализ законодательства показыва­ет, что лишь часть административных проступков совершает­ся в сфере управления и направлена против его порядка. Дру­гие наносят ущерб собственности (мелкое хищение государст­венного или общественного имущества, потрава посевов), третьи идут вразрез с принципами и правилами хозяйствова­ния (мелкая спекуляция, незаконная продажа пушнины), четвертые направлены против общественного порядка и об­щественной безопасности (мелкое хулиганство, нарушение противопожарных правил), пятые вредят здоровью населения (нарушение санитарно-гигиенических и санитарно-противоэпидемиологических правил) и др. Большинство проступков, таким образом, совершается в тех же областях общественной жизни, что и преступления.

Преступления и проступки - противоправные деяния (действия или бездействия). В этом тоже их сходство. В боль­шинстве случаев проступком является уже само нарушение правовой нормы, но иногда им признается невыполнение предписания органа, должностного лица об устранении нару­шенных правил. Как уже отмечалось, проступок может выра­жаться в действии или бездействии. В первом случае лицо де­лает то, что запрещено законом (например, совершает мел­кое хищение). Пример противоправного бездействия - невы­полнение родителями и лицами, их заменяющими, обязанно­сти по воспитанию и обучению несовершеннолетних детей (ст. 184 КоАП Украины).

Преступление тоже может быть совершено путем действия или бездействия. Убийство является действием. Примером противоправного бездействия может служить неоказание по­мощи больному (ст. 112 УК Украины).

Субъектом (т. е. тем, кто совершает) и проступка, и пре­ступления является физическое, вменяемое лицо, достигшее определенного возраста. В части 1 ст. 12 УК Украины говорится: «Не подлежит уголовной ответст­венности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло отдавать отчета в своих действиях или руково­дить ими вследствие хронической душевной болезни, времен­ного расстройства душевной деятельности, слабоумия или иного болезненного состояния». Не подлежит ответственно­сти, как известно, и лицо, совершившее преступление в со­стоянии вменяемости, но до вынесения обвинительного при­говора заболевшее болезнью, лишающей возможности отда­вать отчет в своих действиях. Аналогичным образом решается вопрос и применительно к проступкам. Важно отметить, чем отличается первый случай от второго: в первом нет самого преступления или проступка, а во втором он был, однако ли­цо, его совершившее, не подлежит ответственности, так как нет смысла наказывать человека, находящегося в болезнен­ном душевном состоянии.

По общему правилу субъектом проступка и преступления может быть лицо, достигшее 16-летнего возраста (ст. 12 КоАП Украины и ч. 1 ст. 10 УК Украины). Однако законода­тельство допускает привлечение к уголовной ответственно­сти лиц, совершивших деяния, предусмотренные некоторыми статьями УК, уже с 14 лет за особо тяжкие преступления: умышленное убийство, нанесение телесных повреждений, причинивших расстройство здоровья, разбойное нападение и др.

И преступлениям, и проступкам присущ такой признак, как виновность. Понятие вины и в административном праве, и в уголовном едино: психическое отношение лица к своему поведению и его последствиям; вина имеет формы умысла и неосторожности. Умысел налицо в случае, если человек со­знает противоправный характер своего поведения, предвидит вредные последствия и желает их либо сознательно допускает наступление таких последствий. Например, мелкое хищение всегда совершается умышленно. Нарушение будет квалифи­цироваться как совершенное по неосторожности, если лицо предвидело возможность наступления вредных последст­вий, но легкомысленно рассчитывало на их предотвраще­ние либо не предвидело возможности наступления тако­вых, хотя должно было и могло их предвидеть. Так, безби­летный проезд на транспорте пассажира, Имеющего проезд­ной билет, но забывшего его дома, не избавляет его от штрафа.

И проступки, и преступления причиняют вред. Правда, не все проступки сопряжены с реальными вредными последстви­ями и содержат лишь возможность их наступления. Взять, например, нарушения противопожарных правил. Лица, ви­новные в этом, подвергаются административной ответствен­ности даже тогда, когда пожара или иных реальных вредных последствий не было. Но все же вред налицо - нарушается ус­тановленный в обществе правопорядок, тормозится нормаль­ное осуществление функций государства.

И в уголовном законодательстве существуют нормы о составах преступлений, которые не содержат указаний на наступление реальных вредных последствии, но их очень мало. Для административного права - это типичная кар­тина.

Долгое время административная ответственность наступа­ла за нарушение общеобязательных правил (торговли, сани­тарных, противопожарных, валютных и т. д.). Теперь ее диа­пазон шире. Например, ст. 1853 КоАП Украины применяется за действия, связанные с неуважением к суду. Неуважение к суду, говорится в ней, выразившееся в злостном уклонении от явки в суд свидетеля, потерпевшего, истца, ответчика либо в неподчинении указанных лиц и иных граждан распоряжению председательствующего или в нарушении порядка во время судебного заседания, а равно совершение кем бы то ни было действий, свидетельствующих о явном пренебрежении к суду и установленным в суде правилам, влекут наложение штрафа в размере до 100 руб. или административный арест на срок до 15 суток. Штраф может быть наложен за воспрепятствование явке в суд народного заседателя (ст. 1855 Ко­АП Украины), непринятие мер по частному определению (постановлению) суда или представлению судьи (ст. 1856 КоАП Украины).

Характерно также увеличение «потолка» штрафных санк­ций за административные проступки. Например, в 1977 г. в РСФСР была установлена административная ответствен­ность за мелкое хищение государственного или общественно­го имущества; за такие действия виновные могли быть под­вергнуты тогда штрафу в размере до 50 руб. В 1982 г. штраф за мелкое хищение был увеличен до 100 руб., а в 1986 г. — до 200 руб. Введены повышенные размеры штрафа за повторные незаконные операции с иностранной валютой и платежными документами — до 200 руб., занятие проституцией—до 200 руб.,. за азартные игры — до 300 руб., организацию азартных игр — до 500 руб., нарушение порядка организации и прове­дения собраний, митингов, уличных шествий и демонстра­ций —до 1000руб.

Уголовное законодательство тоже предусматривает штраф в качестве одной из мер наказания. И здесь прослеживается тенденция увеличения размеров штрафа.

Итак, административные проступки и преступления име­ют ряд общих черт и «пограничных» зон. А что их разделя­ет?

Прежде всего, если говорить обобщенно, такой признак преступлений, как общественная опасность.

Преступления наиболее вредны для общества, и степень их вредности столь велика, что у них формируется новое ка­чество - общественная опасность: эти деяния либо подрывают основы общественного и государственного строя, либо причи­няют весьма существенный вред наиболее важным обще­ственным отношениям. Именно данное качество и обуслови­ло тот факт, что подобные деяния объявляются преступлени­ями. Проступки, как это следует из ст. 9 КоАП Украины, не являются общественно опасными.

Чтобы верно решить вопрос о том, является ли данное пра­вонарушение преступлением или проступком, нужно во мно­гих случаях сопоставить соответствующие нормы уголовного и административного законодательства. При этом следует прежде всего иметь в виду, что КоАП Украины закрепил прин­цип: «Административная ответственность за правонаруше­ния, предусмотренные настоящим Кодексом, наступает, если эти нарушения по своему характеру не влекут за собой в со­ответствии с действующим законодательством уголовной от­ветственности» (ст. 9). Кроме этой общей нормы, надо учи­тывать и те указанные законодательством конкретные критерии, с помощью которых можно отличить «смежные», про­ступки и преступления.

Одним из таких критериев является наличие или отсутствие тяжких последствий. Так, если нарушение Правил дорожного движения повлекло гибель людей или иные тяжкие последствия, то такое нарушение рассматривается как пре­ступление (ст. 215, ст. 217 УК Украины), когда же таких последствий нет - то как административный проступок (ст. 124 КоАП Украины).

Иногда для квалификации нарушения обязательных пра­вил в качестве преступления достаточно того, чтобы оно хотя и не повлекло, но могло повлечь тяжкие последствия. Так, нарушения правил хранения, пользования, учета или пере­возки взрывчатых и радиоактивных веществ, а также пере­сылка их по почте или багажом, если эти действия могли по­влечь тяжкие последствия, рассматриваются как преступле­ния (ст. 221, ст. 2285 УК Украины). Если же последствия реально на­ступили, то уголовная ответственность усиливается.

Критерием может быть и точно определенный законом размер причиненного материального ущерба. Так, незакон­ная порубка леса в полезащитных, почвозащитных, берегозащитных лесах, в государственных заповедниках, курортных лесах, лесах зеленой зоны вокруг городов и промышленных предприятии, если ущерб превышает от 50 до 120 размеров минимальной заработной платы, расценивается - как преступление, а на меньшую сумму - как административный проступок (ст. 160 УК Украины).

Правонарушения нередко разграничиваются и по признаку повторности деяния или ранее имеющему место факту применения административной ответственности или даже мер общественного воздействия за аналогичные деяния.

На повторность деяния как один из критериев разграниче­ния административного проступка и смежного с ним пре­ступления указано, например, в ч. 1 ст. 215 УК Украины, которая предусматривает уголовную ответственность за управление транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, осуществленную повторно в тече­ние года.

В других случаях для привлечения к уголовной ответст­венности необходимо совершение тождественного правонару­шения, а при том условии, когда применение за первое нару­шение мер административного воздействия. Так, жестокое обращение с животными, повлекшее их гибель или увечье, а равно истязание животных, совершенное лицом, к которому в течение года была применена мера административного взы­скания за такие же действия, влечет уголовную ответствен­ность и наказывается исправительными работами на срок до 6 мес. или штрафом до 40 минимальных размеров заработной платы (ст. 2071 УК Украины). Организа­ция азартных игр (в карты, рулетку, "наперсток" и другие) на деньги, вещи и иные ценности лицом, к которому в течение года применялись меры административного взыскания за такое же нарушение, наказывается лишением свободы на срок до 3 лет, или исправительными работами на срок до 2 лет, или штрафом от 60 до 160 минимальных размеров заработной платы, с конфискацией имущества или без таковой (ст. 143 УК Украины).

При разграничении близко стоящих административного проступка и преступления учитывается иногда и применение за первое нарушение мер общественного воздействия. Так, ст. 156 УК Украины предусматривает уголовную ответствен­ность за нарушение работниками магазинов и предприятий общественного питания правил торговли водкой и другими спиртными напитками, совершенную течении в течение года после применения мер административного или общественного воздействия.

Многие ученые-юристы считают, что повторное соверше­ние административного правонарушения, даже если за предыду­щее данное лицо подвергалось административному взысканию, не должно служить основанием для признания его преступ­ным. Факт применения административного взыскания за предшествующий проступок, говорят они, относится только к личности нарушителя и не повышает степени общественной опасности второго деяния, а потому и не должен служить ос­нованием для квалификации его как преступления. Ведь сколько бы раз одно и то же лицо не совершало администра­тивные правонарушения, каждое из них - всего лишь про­ступок и не может переходить в другое качество. Преступ­ление - это категория, на которую свойства личности пра­вонарушителя влияния не оказывают. Поэтому вполне обоснованно, на наш взгляд, они ставят вопрос об исключе­нии из уголовного кодекса тех деяний, уголовная ответствен­ность за которые связана с административной преюдицией (повторностью), и о переводе их в разряд административ­ных правонарушений. Но это пока лишь теоретическая позиция.

Действующим законодательством большое значение иногда придается форме вины - совершенное умышленно деяние рассматривается как преступление, а объективно такое же, но происшедшее по неосторожности, - как административное. Так, ст. 159 УК Украины признает преступлением только умышленную потраву посевов и повреждение полезащитных и иных насаждений, причем причинивших значительный ущерб, а те же действия, совершенные по неосторожности, считаются проступком. За нарушения законодательства о труде установлена административная ответственность в виде штрафа до 10 минимальных размеров заработной платы (ст. 41 КоАП Украины); умышленное же на­рушение должностным лицом законодательства о труде вле­чет, согласно ст. 133 УК Украины, уголовную ответствен­ность - исправительные работы до 1 года или увольнение от должности. По нашему мнению, следовало бы шире приме­нять в законодательстве такой критерий, как форма вины, при отграничении административного проступка от смежного с ним преступления. Лица, совершившие по неосторожно­сти даже серьезные по последствиям правонарушения, обыч­но не нуждаются в перевоспитании, и вряд ли справедливо подходить к ним с такой же строгостью, как к тем, кто совер­шил правонарушение умышленно.

При разграничении административных проступков и пре­ступлений иногда выделяется «злостное нарушение» тех или иных правил. Под злостностью в уголовном праве понимается обычно совершение нарушения после применения к данному лицу мер административного воздействия. Несколько иначе решается этот вопрос в административном законодательстве. Например, злостное неповиновение законному распоряже­нию или требованию работника милиции или народного дружинника понимается как продолжение противоправного по­ведения его или неподчинение, выраженное в дерзкой форме, свидетельствующей о явном неуважении к органам, охраняю­щим общественный порядок. Если же неповиновение сопря­жено с насилием и сопротивлением, то это уже преступление, предусмотренное ст. 188 УК Украины.

При разграничении некоторых административных проступков и преступлении учитываются место, время, обстановка совершения правонарушения. Так, нецензурная брань во время торжественных встреч, собраний и митингов квалифицируется как не мелкое, а уголовно наказуемое хулиганст­во (ст. 206 УК Украины).

Важным моментом иногда является способ совершения правонарушения. Например, мелкое хищение, как сказано в законе, считается административным проступком, если со­вершено путем кражи, присвоения, растраты, злоупотребле­ния служебным положением, но не путем применении каких-либо насильственных приемов (ст. 51 КоАП Украины). Если воспрепятствование свободному осуществлению граждани­ном или группой граждан права участвовать в референдуме вести агитацию сопряжено с применением насилия, обмана, угрозы или подкупа, то такие действия рассматриваются как преступление, влекущее наказание лишением свободы на срок до 5 лет или исправительными работами до 2 лет (ст. 1291 УК Украины). Под ч. 2 ст. 1291 УК Украины подпадают действия должностных лиц государственных и обществен­ных органов и организаций, членов инициативных групп или комиссий референдума, совершенные путем подлога документов референдума, фиктивных записей в подписных листах, заведомо неправильного подсчета голосов, наруше­ния тайны голосования и наказываются лишением свободы на срок от 1 до 5 лет или исправительными работами до 2 лет либо наложенном штрафа от 7 до 15 минимальных размеров заработной платы. Такие же действия но совершенные другими способами, квалифицируются как административные правонарушения (по ст. 1864 КоАП Украины) и влекут наложение штрафа на граждан в размере от 3 до 6 минимальных размеров заработной платы.

Мотив и цель - тоже один из признаков, определяющих водораздел между проступком и преступлением. Если изготовление

самогона производилось, например, с целью сбыта, то это преступление, а если такая цель отсутствует, то адми­нистративный проступок.

Статья 180 КоАП Украины предусматривает администра­тивную ответственность за доведение несовершеннолетнего до состояния опьянения его родителями или иными лицами, а в ст. 2081 УК Украины говорится об уголовной ответственности за такое «доведение» несовершеннолетнего лицом, в служеб­ной зависимости от которого подросток находится. Здесь сходные проступок и преступление разграничиваются по ха­рактеру отношений виновного и жертвы.

Таким образом, правильная квалификация «смежных» деяний возможна лишь на основе тщательного анализа соответствующих норм уголовного и административного права в их взаимосвязи. Причем нужно иметь в виду, что разграничи­тельные линии между двумя видами правонарушений опре­деляются государством с учетом конкретных исторических и социально-экономических условий. Поэтому одно и то же правонарушение может в разной обстановке (например, во время войны, стихийного бедствия или в обычное время) рас­сматриваться то как преступление, то как проступок. Прак­тика законодательной деятельности знает немало примеров изменения юридической квалификации одного и того же про­тивоправного действия или бездействия путем перевода из числа уголовных преступлений в разряд административных проступков.

В 70-е годы тенденция сужения сферы уголовной и расши­рения административной ответственности получила и другой способ реализации. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 февраля 1977 г. "0 внесении изменений и допол­нений в уголовное законодательство Союза ССР" допустил освобождение от уголовной с привлечением к административ­ной ответственности лиц, которые совершили преступления, не представляющие большой общественной опасности, если будет признано, что исправление и перевоспитание правона­рушителя возможны и без применения к нему уголовного на­казания. Однако такое право суда было ограничено ст. 51УК Украины, где сказано, что освобождение от уголовной ответственности с привлече­нием к административной допускается лишь по делам о пре­ступлениях, за которые законом предусматривается наказа­ние в виде лишения свободы на срок не свыше 1 года либо бо­лее мягкое наказание. В подобных случаях административное взыскание стали налагаться за совершение преступления, а прекращение уголовного дела производиться с перспектив­ной замены мер уголовного наказания мерами администра­тивного характера. Позднее в законодательство было вве­дено понятие «деяние, содержащее признаки преступле­ния». Следовательно, это не административные проступки, а что-то среднее между преступлением и административ­ным проступком.

В юридической литературе в последние годы некоторые ученые-юристы предлагают наряду с преступлениями и ад­министративными проступками четко выделить в законе тре­тий вид противоправных деяний - уголовных проступков. Слово «уголовный» означало бы, что речь идет всё же о пре­ступном деянии, а слово «проступок» свидетельствовало о том, что эти деяния близки к аморальным поступкам и к дис­циплинарным, и административным проступкам. Малозначительные преступления, утверждают они и сейчас, "носят как бы полупреступный характер" и "санкции для них тоже сме­шанные - наполовину наказания, наполовину - меры об­щественного воздействия".

В итоге была выдвинута идея создания Кодекса уголовных проступков - нормативный акт, в который входили бы статьи о малозначительных преступлениях, т. е. не представляющих большой общественной опасности, установить за них меры воздействия, лишенные свойств уголовного наказания, и взять за основу следующий критерий отграничения преступ­лений от уголовных проступков: то, что влечет по действую­щему законодательству 1 год лишения свободы или более мягкие меры наказания, отнести к уголовным проступкам, а более серьезные оставить в рамках Уголовного кодекса. Меры наказания за уголовные проступки должны быть более стро­гими, чем за административные, но менее строгими, чем за преступления: кратковременный арест от 1 года до 30 дней; штраф в размере от 3 до 160 минимальных размеров заработной платы и т. д. Дела об уголовных проступках, писали авторы этой идеи, должны рассматри­ваться единолично судьей.

В дальнейшем круг деяний, предлагаемых к включению в разряд «уголовных проступков», был расширен: ими должны признаваться малозначительные преступления, некоторые административные правонарушения, близкие к преступлени­ям и при определенных условиях перерастающие в преступ­ления, часть дисциплинарных проступков и некоторые из де­яний, ныне считающихся лишь аморальными. Одновременно вносилось предложение «перевести» в уголовные проступки некоторые преступления, не представляющие большой обще­ственной опасности и совершаемые по неосторожности. Пре­дусматривались упрощенный порядок расследования дел о та­ких нарушениях (протокольная форма) и особые санкции за них, назначаемые судьями.

Действительно, создание такого Кодекса позволило бы ре­шить ряд практических вопросов и прежде всего не приме­нять уголовной ответственности за малозначительные право­нарушения, считающиеся ныне преступлениями, ввести ус­коренное и более простое производство по таким делам. Од­нако идею не применять мер уголовного наказания за мало­значительные противоправные деяния, на наш взгляд, лучше было бы реализовать иным, с юридической точки зрения, спо­собом, т. е. без издания Кодекса уголовных проступков. Уже теперь во многих случаях трудно провести грань между неко­торыми преступлениями и административными проступками. Предлагаемая же новая - трехчленная - классификация про­тивоправных деяний еще более затруднила бы юридическую квалификацию правонарушений: во многих конкретных слу­чаях пришлось бы решать вопрос, что представляет собой данное деяние - преступление, уголовный проступок или ад­министративный проступок. Той же цели можно достичь, по нашему мнению, путем дополнительного перевода ряда дея­ний, относящихся сейчас к числу преступлений, в разряд ад­министративных проступков.

В настоящее время завершается разработка нового уголов­ного законодательства. В ходе его реформы намечается зна­чительная гуманизация ответственности. Предполагается решить вопрос о переводе ряда противоправных деяний, предус­мотренных сейчас Уголовным кодексом, в разряд админист­ративных проступков. Такое решение обеспечило бы отнесе­ние к числу преступных только таких деяний, которые дейст­вительно представляют серьезную общественную опасность. Ведь одной из причин подготовки нового уголовного законо­дательства является засоренность ныне действующего запре­тами на малозначительные правонарушения, борьба с кото­рыми вполне могла бы вестись мерами административными и дисциплинарными, а также мерами общественного воздейст­вия. Одновременно предполагается установить повышенную административную ответственность за те деяния, которые бу­дут из преступлений переведены в ранг проступков (напри­мер, можно было бы увеличить размер штрафа за те или иные правонарушения, чаще назначать исправительные работы и административный арест, скажем, до 30 сут.). Такая рефор­ма, идущая по пути сужения сферы уголовного наказания, соответствовала бы целям более дифференцированного под­хода к различным категориям правонарушений и нарушите­лей.

В перспективе уголовная ответственность будет нее чаще выступать крайней мерой борьбы лишь с наиболее опасными противоправными деяниями. Сфера же административной ответственности за счет этого расширится.



Случайные файлы

Файл
110280.rtf
31089-1.rtf
23516.rtf
28730-1.rtf
25321-1.rtf