Кафка Ф. - Конвульсии и гибель маленького человека в сетях обезличенных, отчужденных сил (79029)

Посмотреть архив целиком

Кафка Ф. - Конвульсии и гибель "маленького человека" в сетях обезличенных, отчужденных сил

"Превращение" я прочитала впервые до того, как мы начали изучать творчество Франца Кафки. Не скрою, меня несколько поразил сюжет его произведения. Что-то подобное я встречала, мне кажется, только однажды, когда столкнулась с творчеством Эдгара По. И на меня произвело впечатление не столько само превращение, сколько подробности, с которыми автор описал его. Ему удалось настолько точно передать ощущения героя, его чувства, его поведение, что я смогла представить себя в роли чудовищного насекомого. Ужас, кошмар, в который превратилась его прежде тихая и спокойная жизнь, прошли перед моими глазами, как кинолента завораживающего фантастического фильма.

Но есть деталь, которую мне не удалось заметить при первом прочтении новеллы. Я не увидела самого главного — той "морали", которую пытался донести до читателя писатель. А ведь это то, с чем я и мои современники сталкиваются каждый час, каждую минуту. Это трагедия "маленького человека".

Да, Грегор Замза был "маленьким человеком". И он жил своим "маленьким счастьем". У него была семья. У него была сестра, которую он любил и ценил. У него была, наконец, цель в жизни — накопить денег для того, чтобы сестра поступила в консерваторию. Но случилась беда. Внезапно, утром обычного дня, он осознал, что его, Грегора, уже нет. Вернее, что он уже не он... И исчезает все: исчезает любящая семья, работа, цель жизни — все, для чего он жил, за что боролся. Он стал беспомощным. Теперь он не может зарабатывать деньги, не может говорить, отвратительно себя чувствует. Но не в этом его трагедия. Он остался один, один в целом мире, — вот трагедия героя. У каждого из нас есть люди, которых мы любим, есть люди, которые нас любят, есть люди, которые нам необходимы и которым необходимы мы. У Грегора Замзы тоже были такие люди, но с ним случилось несчастье, и все отвернулись от него.

Очень тяжело чувствовать, что ты не такой, как все, и поэтому даже родственники отворачиваются от тебя. Больно осознавать, что осложняешь и делаешь невыносимой жизнь близких. Но еще больнее думать, что они ненавидят тебя, не желая даже видеть безобразное существо.

Вот как Франц Кафка описывает физические страдания своего героя: "...Грегор — будь что будет — втиснулся в дверь. Одна сторона его туловища поднялась, он наискось лег в проходе, один его бок был совсем изранен, на белой двери образовались безобразные пятна...". Автор очень подробно описал издевательства отца над бедным существом, в которое превратился его сын. И мне кажется, что, описывая физическую боль своего несчастного героя, писатель пытался показать его моральную катастрофу. Я думаю,. что не на двери образовались эти "безобразные пятна", а в чистой душе Грегора открылись неизлечимые раны. И не тело героя обливалось кровью, а душа, которая чувствовалаи в то же время отказывалась понять поведение отца, сестры и матери.

Но вот, наконец, семья освободилась от камня, обременявшего ее. Грегор умер. Было ли это ударом для близких? Тяжело ли было осознать смерть одного из членов семьи? "Ну вот, — сказал господин Замза, — теперь мы можем поблагодарить Бога", — вот реакция отца на сообщение о смерти сына. Нормально ли это? Бездушно? Жестоко? Франц Кафка достиг своей цели. Каждый читатель задумался над этими вопросами. И нашел для себя единственно верный ответ. Я тоже нашла его, вот он: каждый человек должен постараться сделать хотя бы кого-нибудь из своих близких действительно счастливым, позаботиться о судьбе кого-нибудь, кроме себя. И тогда, я верю, меньше будет на нашей планете "маленьких людей", слез и трагедий одиночества.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.5ka.ru







Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.