Полежаев Александр Иванович (78941)

Посмотреть архив целиком

Полежаев Александр Иванович

(1804, по др. данным 1805 или 1806–1838), русский поэт. Родился 30 августа (11 сентября) 1804 (по др. данным 1805 или 1806) в селе Покрышкино (по др. данным в селе Рузаевка) Инсарского уезда Пензенской губ. Внебрачный сын пензенского помещика Л.Н.Струйского и его дворовой Аграфены Федоровой, выданной после рождения сына за мещанина г.Саранска Ивана Полежаева, вскоре исчезнувшего. Мать через несколько лет умерла, оставив малолетнего сына. В августе 1816 Полежаев был перевезен в Москву, где обучался в пансионах (при губернской гимназии и в частном пансионе швейцарца Визара, иронически охарактеризованном в поэме Сашка).

По тогдашнему законодательству «незаконнорожденный» Полежаев не мог быть принят в университет и в сентябре 1820 стал вольнослушателем словесного отделения Московского университета. Сошелся с либерально-демократическим разночинным студенчеством, в среде которого в 1827 сложился тайный революционный кружок братьев Критских, по делу которых позднее привлекался и Полежаев. Оппозиционным настроениям поэта способствовала нужда: помощь Струйских внуку была недостаточной, из-за безденежья приходилось часто прерывать учебу.

Впервые в печати Полежаев выступил в 1826 в журнале «Вестник Европы» со стихотворным переводом из легендарного кельтского барда Оссиана (в интерпретации Дж.Макферсона) Морни и тень Кормала. Антимонархическим пафосом, политической злободневностью (отклик на события 1825) проникнуто торжественно-обличительное стихотворение Полежаева Валтасар – вариация на тему 5-й главы Книги пророка Даниила, повествующей о гибели восточного деспота.

Наряду со стихами, опубликованными в «Вестнике Европы» и альманахах, Полежаев создал несколько повестей в стихах, ходивших списками в студенческой среде, в т.ч. поэму Сашка (1825), пародийно стилизованную в манере только что вышедшей в свет первой главы Евгения Онегина А.С.Пушкина («Мой дядя человек сердитый...»), полную дерзкого юмора, остроумных и едких характеристик общественных явлений и лиц, сатирических выпадов против университета и других институтов самодержавия, в которой главный герой – студент-повеса, плебей, наблюдательный насмешник и озорник вместе со своими друзьями, служителями «буйственной» свободы, веселым разгулом протестует против ханжества религиозной и светской морали и всего лицемерного социума («Но ты, козлиными брадами / Лишь пресловутая земля, / Умы гнетущая цепями, /Отчизна глупая моя! / Когда тебе настанет время / Очнуться в дикости своей, / Когда с себя ты свергнешь бремя / Своих презренных палачей?»).

В июне 1826 рукопись Сашки была доставлена Николаю I, который заставил автора прочитать поэму вслух, заключив слушание резюме: «Это все еще следы, последние остатки; я их искореню!», и 28 июля приказал только что окончившего университет Полежаева отдать в солдаты. Служба в Бутырском пехотном полку в Москве, подземный каземат при Спасских казармах в 1828 (по делу кружка Критских, одному из членов которого Полежаев передал текст вольнодумно-бунтарской песни К.Ф.Рылеева и А.А.Бестужева-Марлинского Близ Фонтанки-реки), участие в боях на Северном Кавказе, в районе крепости Грозная, в горах Дагестана и Чечни (1829–1833), когда в октябре 1831 за «отличное мужество» он был безуспешно представлен к производству в офицеры, недолгие передышки в походах и на стоянках в казачьих станицах, – все это стало биографическим фоном нового, зрелого этапа творчества Полежаева, напитанного скорбью изгнанничества и отверженности в сочетании с элегической, в т.ч. религиозной, медитативностью и мятежностью (Песнь пленного Ирокезца, 1826–1828, – «Я умру! / на позор палачам / Беззащитное тело отдам! / Но, как дуб вековой / Неподвижный от стрел, / Я недвижен и смел / Встречу миг роковой!»), проникнутого мотивами атеистическими (поэма Арестант, 1828), предвосхищающими поэзию М.Ю.Лермонтова философско-«демоническими» (стих. Демон вдохновенья, 1833; Духи зла, 1834) и сатирико-инвективными (стих. Четыре нации, 1827; послание другу Полежаева Александру Петровичу Лозовскому, 1828, опубл. в 1829–1830, впоследствии сохранившему большую часть литературного наследия поэта). В этих произведениях «поэтизмы», сменяемые намеренной огрубленностью, простонародной, даже вульгарной лексикой, и смирение, перебиваемое пылким эротизмом, в совокупности создавали образ страдающего и страстного лирического героя, тяготеющего к импровизации и исповеди, склонного к саморефлексии и экспрессии в рамках романтического противопоставления «существенности», «внешности» – идеальному и духовному.

Особая тема – «Полежаев и Кавказ». Казачий фольклор питал его стих. Ночь на Кубани, Казак, Русские песни, стилизованные под народные распевы, и вошедшие в российский культурный быт стихотворения Архалук и известный с музыкой А.А.Алябьева и А.Л.Гурилева Сарафанчик. Военные будни отразились в поэмах Эртели (1830) и Чир-Юрт (1832), почти документальных в своей натуралистической подробности описания. Лирические стихотворения Герменчугское кладбище, Акташ-Аух, Мертвая голова раскрывают передают сострадание поэта покоряемым народам Чечни и Дагестана, мечты о том времени, «когда воинственная лира / Громовый звук печальных струн / Забудет битвы и Перун / И воспоет отраду мира». Окрашенные байронизмом, близкие декабристской поэтике тираноборческие мотивы звучат в психологических поэмах Полежаева на исторические сюжеты Видение Брута (1833) и Кориолан (1834, опубл. в 1838), в стих. Вечерняя заря (1826–1828, опубл. в 1829), Живой мертвец (опубл. в 1830), Цепи (опубл. в 1831), Рок, Песнь погибающего пловца, Ожесточенный (все опубл. в 1832), где героем, как правило, выступает «неизменный друг свободы», поэт, вступающий в безнадежно-трагический конфликт со всевластными притеснителями («Бессилен звук в моих устах, / Как меч в заржавленных ножнах»).

При этом Полежаев порывает с укоренившейся в русской литературе традицией кавказской экзотики, делая постоянным романтическим персонажем своей лирики не скучающего или эстетствующего путешественника, но солдата в шинели с «ратной сумой», впервые введя этот образ в отечественную поэзию (от имени солдат было им также написано в манере декабристских агитационных песен стихотворение Ай, ахти! Ох, ура, опубл. в 1925).

В 1833 поэт-солдат возвращается в Москву, где радость активной литературной работы («Одно под солнцем есть добро – неочиненное перо) отравлена новыми доносами и преследованиями, в т.ч. цензурными, искажающими или задерживающими его книги (сборники Разбитая арфа, опубл. под назв. Арфа в 1838; Часы выздоровления, опубл. в 1842).

Развившаяся в годы службы чахотка, жестокое наказание розгами, которому поэт был подвергнут за самовольный побег на несколько дней из полка, вызвали резкое ухудшение здоровья. В сентябре 1837 Полежаев был отправлен в Лефортовский военный госпиталь, где спустя несколько месяцев скончался, получив перед смертью долгожданный приказ о производстве в чин прапорщика. А.И.Герцен, вместе с Н.П.Огаревым способствовавший распространению стихов Полежаева и сведений о нем за рубежом, с горькой иронией писал: Николай I «за чахотку произвел Полежаева в офицеры».

Одна из самых трагических фигур русской культуры, обозначивший «мост» от декабристов к М.Ю.Лермонтову и Н.А.Некрасову, от «дворянского» к «разночинному» этапу развития гражданской поэзии, известный также переводами французских просветителей и романтиков, Полежаев был высоко ценим Н.А.Добролюбовым и В.Г.Белинским (отмечавшим, однако, определенную склонность поэта к риторике и романтическим шаблонам в духе В.А.Жуковского, натуралистическую незрелость его бытописания, недоработанность стиха) и уже во второй половине 19 в. получил достойное его творчества признание.

Умер Полежаев в Москве 16 (28) января 1838.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.polezhaev.net.ru



Случайные файлы

Файл
152468.doc
24521-1.rtf
23013.rtf
37246.rtf
90647.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.