Жизнь и творчество А. Белого (76623-1)

Посмотреть архив целиком

Жизнь и творчество А. Белого

Андрей Белый — Борис Николаевич Бугаев (14.10.1880 — 8. 1.1934) — родился и вырос в семье крупного российского математика, профессора Московского университета Николая Васильевича Бугаева. Круг его общения был чрезвычайно интересен. Уже учась в университете, Белый ежедневно посещал семью Михаила Сергеевича и Ольги Михайловны Соловьевых — родителей своего друга Сергея. “Не чайный стол — заседание Флорентийской академии”, — с благодарностью вспоминал Белый дом Соловьевых, где бывали старший брат Михаила Сергеевича философ Владимир Соловьев, его сестра, поэтесса Поликсена Соловьева, философ Сергей Николаевич Трубецкой, историк Василий Осипович Ключевский, позднее — В. Брюсов, Д. Мережковский, 3. Гиппиус... Именно здесь, в семье Соловьевых, были поддержаны первые литературные опыты Бориса Бугаева. Михаил Сергеевич помог Борису Бугаеву сочинить псевдоним “Андрей Белый” (белый — священный, утешительный цвет, представляющий собою гармоническое сочетание всех цветов — любимый цвет Владимира Соловьева). В 1990 году

Б. Бугаев окончательно решает стать писателем. В этом году создана первая из четырех его “симфоний” — “Северная” или “Героическая”. Писатель впоследствии признался, что, называя свои первые прозаические опыты “симфониями”, он и сам толком не знал, что это такое. “Симфонии” А. Белого больше схожи с сонатами. Слово “симфония” было для Белого своего рода символом. Тема “вечного возвращения” — одна из центральных жанро- и сю-жетообразующих тем всего творчества А. Белого. Белый часто обращался к лейтмотивной технике ведения повествования. Он выделяет в произведении одну, две и более главные темы, к которым возвращается через определенные промежутки времени. Во второй “симфонии” с темой “вечного возврата” уже борется тема утверждения жизни. Во второй “симфонии” на первой же странице возникает образ солнца — зловещий “глаз”, уставившийся на землю и проливающий на нее потоки “металлической раскаленности”. Первый поэтический сборник А. Белого “Золото в лазури” выходит в 1904 году. В этом сборнике солнце — предмет почти что языческого поклонения:

Солнцем сердце зажжено.

Солнце — к вечному стремительность.

Солнце — вечное окно

В золотую ослепительность.

Стихотворение “Солнце” посвящено К. Бальмонту — автору книги “Будем как Солнце”. Также в этом сборнике А. Белый отождествляет солнце с образом золотого руна. В стихотворном цикле “Золотое руно” А. Белый преобразует древнегреческий миф в символическое иносказание о жизненных целях своего поколения — поколения рубежа столетия.

Нацеленность в будущее пронизывает все стихотворения раздела “Золото в лазури”. В будущее, которое — согласно логике “возврата” — уже было! Поэтому оно может выступать в масках: “прежнего счастья”, “старины” (“Старина, в пламенеющий час обуявшая нас миром, старина, окружившая нас, водопадом летит голубым...”), образов прошлой культуры (раздел “Прежде и теперь”):

Блестящие ходят персоны,

Повсюду фаянс и фарфор,

Расписаны нежно плафоны,

Музыка приветствует с хор.

1905 год — начало нового периода творчества Андрея Белого. Во время этого периода Белый влюбляется в жену Блока, Любовь Дмитриевну Менделееву-Блок. Это чувство, перевернувшее всю жизнь А. Белого, зародилось еще летом 1904 года. К весне 1906 года отношения людей, составляющих роковой треугольник, достигли крайнего напряжения. Любовь Дмитриевна расстается с А. Белым на десять месяцев, чтобы все обдумать и принять окончательное решение. Летом А. Белого нередко посещают мысли о самоубийстве. В сентябре происходит решительное объяснение. Резко и безжалостно отвергнутый, Андрей Белый оказывается на грани умопомрачения. Из Петербурга он сразу уезжает за границу, где начинается период исцеления от перенесенного удара, растянувшийся на 1907 — 1908 годы. В эти годы огромное влияние на А. Белого оказывает творчество Н. Некрасова. Памяти этого поэта посвящается сборник стихотворений “Пепел” (1908). Стихотворения сборника тщательно отобраны и расположены в продуманном порядке. В него не вошли многие из стихотворений, написанных одновременно со стихами “Пепла”, — из них А. Белый составил следующий сборник “Урна” (1909).

Идея “Пепла” точнее всего сформулирована самим Белым: “Пепел” — книга самосожжения и смерти, но сама смерть есть только завеса, закрывающая горизонты дальнего, чтоб найти их в ближнем”. Сборник выстроен по принципу все большего и большего просветления “горизонта” (недаром один из последних разделов сборника называется “Просветы”).

Пространство “Пепла” — это система вписанных друг в друга кругов, сжимающихся по мере приближения к “центру”. Первый “круг”, самый большой, — почти что безграничные, “пустые”, “страшные”, голодные пространства России, в которых обречен на рассеяние измученный болезнями, голодом и пьянством народ:

Туда — где смертей и болезней

Лихая прошла колея...

Или:

Пролетают за селами села,

Пролетает за весями весь...

Там — убогие стаи избенок,

Там — убогие стаи людей...

В этом разделе особенно явно звучит тема хаоса — сквозная тема сборника. Естественная реакция человека на встречу с хаосом — первобытное чувство священного ужаса. Это чувство выражено в образах неизвестности, оторопи (“Где по полю оторопь рыщет,// Восстав сухоруким кустом...”), смерти:

От голода, холода тут

И мерли, и мрут миллионы...

Там Смерть протрубила вдали

В леса, города и деревни...

Пространство следующего “круга” — “Деревни” — имеет более четкие контуры. Оно уже не пусто, а насыщено предметами. В контексте общего замысла сборника и высунутый “красный язык” висельника, и стаи то черных, то изумрудных мух, и кровь, свищущая пеной “из-под красной рукоятки”, — символы безысходной, тупиковой, совершающейся в одномерном пространстве смерти:

Красною струею прыснул

Красной крови ток.

Ножик хрястнул, ножик свистнул, —

В грудь, в живот и в бок.

Пространство следующего раздела “Город” еще конкретнее: Москва “пира во время чумы”. Ритуальная пляска Смерти перенесена в “Городе” с открытых пространств России в замкнутый мирок квартир:

...Здесь хозяин гостье рад.

Звякнет в пол железной злостью

Там косы сухая трость, —

Входит гостья, щелкнет костью,

Взвеет саван: гостья смерть.

В этом мирке живут беспечные богатые люди, которые не видят ничего вокруг себя. Среди участников “пиров” только один поэт — арлекин знает о том, что творится за окнами. Поэт-пророк выступает не только в маске шута — арлекина, но и в облике великомученика:

Вы мечи

На меня обнажали.

Палачи,

Вы меня затерзали.

Особое значение мотивы жертвенности и крестного страдания приобретают в разделе “Безумие”: где появляются венок из “колючей крапивы”, приложенный к “челу пучок колючего чертополоха”, бегущая с чела кровавая струя. Надежда же лишь слабо забрезжит в последнем стихотворении раздела “Друзьям”, зато укрепится и усилится в следующем разделе — “Просветы”:

Кто зовет благоуханной клятвою,

Вздохом сладко вдаль зовет идти,

Чтобы в день безветренный над жатвою

Жертвенною кровью изойти?

Пепел” является самым трагическим стихотворным сборником Андрея Белого. Следующий его сборник — “Урна” (1909) — посвящен Брюсову. Большинство стихотворений сборника носит элегический характер, хотя в “Урне” содержатся и глубоко личные, почти что дневниковые записи о пережитой драме:

Год минул встрече роковой,

Как мы, любовь лелея, млели...

Урна” — последнее, что создал Андрей Белый в драматическое четырехлетие (1905—1908). В 1910 году Андрей Белый женится на Асе Тургеневой. В конце 1910-го молодожены едут в путешествие по Северной Африке. Вернувшись из этого путешествия весной 1911 года в Россию, Белый пишет “Путевые заметки” — самое светлое произведение из всех им написанных. В марте 1912 года он с женой уезжает в Европу, где живет до 1916 года, изредка наведываясь в Россию.

В сентябре 1916-го А. Белый возвращается на родину. Россия ожидает его. Вместе с Россией А. Белый переживает ее самое трагическое время:

Рыдай, буревая стихия,

В столбах громового огня!

Россия, Россия, Россия, —

Безумствуй, сжигая меня!..

Россия, Россия, Россия, —

Мессия грядущего дня!

Это написанное в августе 1917 года стихотворение “Родине”, самое знаменитое из стихотворений Белого, точнее всего передает отношение поэта к свержению царизма. В Духов день 20 июня 1921 года он начинает писать поэму “Первое свидание” — реквием по сгоревшему в буревой стихии миру, по своей молодости, по гибнущей русской культуре.

Первое свидание” — вершина поэзии Андрея Белого 20-х годов. Дальше начинается “путь нисхождения”. В сентябре 1925 года был завершен первый том из задуманной Белым эпопеи “Москва”. “Мне всю жизнь грезились какие-то новые формы искусства, в которых художник мог бы пережить себя слиянным со всеми видами творчества... Я хотел вырываться из тусклого слова к яркому”, — признавался Белый, и действительно, поиск, непокой, движение образуют самое существо его человеческой и писательской натуры.

В последние годы жизни Белый пробует новые формы, жанры, стили, писатель сочетает работу над “Москвой” с путевыми заметками “Ветер с Кавказа” и “Армения”, с трудами по стиховедению, философскими этюдами и культурологическими опытами, обращается к театральным инсценировкам и даже киносценарию.


Случайные файлы

Файл
131739.rtf
131107.rtf
70649.rtf
129395.rtf
53784.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.