Вавилоно-ассирийская литература (74854-1)

Посмотреть архив целиком

Вавилоно-ассирийская литература

В. И. Авдиев

Вавилоно-ассирийская литература, сохранившаяся до наших дней в громадном количестве самых разнообразных произведений, вскрывает перед нами различные стороны хозяйственной, общественной и повседневной жизни народов, населявших Двуречье в первые три тысячелетия до христ. эры. Отличительной чертой В.-А. л. является необычайный консерватизм всех литературных жанров. Задачей писца было не создание нового литературного произведения, а сохранение для будущих поколений литературного наследия древности или в лучшем случае применение древней литературы к потребностям и нуждам современности. Большие орды некультурных кочевников, периодически выходившие из необозримых степей Центральной Азии и пустынь Аравии, покоряли племена Двуречья, в свою очередь подчиняясь их высокой культуре. Так. обр. древняя культура становилась достоянием вторгшихся иноземцев, но литература устойчиво сохраняла древнюю форму и древнее содержание. Особенно заметно это в религиозных гимнах, которые сохраняются неизменными в течение тысячелетий и в которых меняется одно лишь имя божества в зависимости от той эпохи, когда составлен данный текст.

Поэзия у вавилонян возникла, как и у других народов, из коротеньких рабочих песенок, которые служили для ритмического сопровождения той или иной работы. Так сохранилась песенка пекарей: «О, Нисаба (богиня зерна), изобилие, пускающее ростки, чистое питание», и песенка поваров: «Сын солнечного божества, отец скота, создал на поле корм». Остатки светской поэзии вавилонян чрезвычайно скудны. Только кое-где сохранились обрывки песен, либо в виде цитат в письмах, либо в виде вставок в эпических поэмах. Еще меньше сохранилось образцов любовной лирики древних вавилонян. О ней мы можем судить лишь по заглавиям (начальным строкам) песен, сохранившимся в одном из каталогов. Живо напоминая характер древнеегипетской любовной лирики, эти заглавия гласят: «В тот день, когда он принес радостную весть, возликовало сердце», «Твоя любовь, о владыка, — благоухание кедра» и т. д. Немного больше сохранилось от звериного эпоса и от басен. В басне о «Лошади и быке» в форме постоянно сменяющегося диалога изложен спор лошади и быка о достоинствах своей породы, а в басне «О лисице» лиса выступает как обвиняемый на суде перед верховным богом Шамашем. Большой, не только литературный, но и исторический интерес представляет собрание пословиц, сохранившееся на одной из табличек из библиотеки Ашурбанипала. Среди них выделяются следующие: «Ты пошел и захватил поле своего врага, в это время твой враг пришел и захватил твое поле» (Не рой другому яму, сам в нее попадешь)

«Щедрость царя влечет за собой щедрость верховного чиновника» (Quel maître, tel valet). Не менее крупное значение имеют сборники поучений, рисующие образ идеального мудреца и правителя, как его себе представляли вавилонские писцы. Среди остатков светской литературы вавилонян литературный и исторический интерес представляет «Диалог господина и раба о смысле жизни», который проникнут необычайным скептицизмом и пессимизмом. Этот диалог поразительно напоминает Екклезиаст и древнеегипетскую «Беседу уставшего жить со своей душой». Во всех трех произведениях проводится одна и та же мысль о тщетности жизни и всех земных радостей. Целый ряд исторических указаний дает нам возможность отнести это произведение к эпохе первой вавилонской династии [XIX в. до христианской эры], когда центральная власть вавилонского царя уничтожила самостоятельность местных князей. Этот исторический факт нашел свое отражение в пессимистических речах «господина», который является очевидно представителем древней поместной знати, начинавшей постепенно терять свое прежнее экономическое и политическое преобладание в стране.

Значительно большее количество литературных произведений сохранилось от религиозной поэзии: от лирики и эпоса. В состав В.-А. религиозной лирики входят гимны, молитвы и покаянные псалмы, которые отличаются необычайной трафаретностью содержания: на протяжении тысячелетий они подверглись самым ничтожным изменениям. Религиозные песни имели в первую очередь чисто ритуальный характер, ибо они исполнялись обычно во время совершения религиозных церемоний в соответствующие праздничные дни. В некоторых из этих песен можно найти определенные культовые указания, как например: «жертвуйте пищу и напитки» или «пусть говорят люди тебе молитвы». Несмотря на трафаретность содержания и на прикладной культовый характер религиозных песен, в них можно нередко найти подлинные художественные образы (образец молитвы в русском переводе дан В. К. Шилейко, журнал «Восток», № 1, 1922).

Особенно художественны покаянные псалмы и жалобные песни, в которых человек сетует на свою судьбу и на свои бедствия, кается в своих проступках и просит помощи у божества. Среди покаянных псалмов и жалобных песен следует отметить два вида таковых: «Жалобы на флейте» и «Жалобные песни для успокоения сердца». Содержание первых: автор жалуется на войны, на народные и стихийные бедствия. Основные мотивы вторых — личное горе, сознание вины, одиночество и покинутость божеством.

Целый ряд произведений представляет переходную стадию от лирики к эпосу. В некоторые гимны мало-по-малу вставляются целые эпические эпизоды, повествующие о подвигах данного божества. Так возникло лиро-эпическое произведение, посвященное подвигам бога Нинурты, а также известное произведение «Возвышение Иштар».

Но особенного расцвета достигла в древней Месопотамии эпическая литература. Подобно лирике, и эпос имел, очевидно, гл. обр. культовое значение и применение.

Так напр. «Поэма о сотворении мира» читалась в Вавилоне в четвертый день праздника Нового года. Эта поэма, называвшаяся по своим первым словам «Энума элиш» (Когда вверху...), является сложным соединением ряда мифов, имевших целью обосновать преобладание Мардука и его священного города Вавилона. Отдельными составными частями этой поэмы являются мифы: 1. о первоначальном происхождении богов, 2. о борьбе божества света с силами мрака (борьба бога солнца Мардука с божеством хаоса и бездны Тиамат), 3. о передаче скрижалей судьбы и мирового владычества богу Вавилона, Мардуку и 4. о сотворении Мардуком всего видимого мира. В эпоху преобладания Ассирии имя вавилонского бога Мардука в этой поэме было заменено именем национального ассирийского божества Ашшура. Таким образом ассирийские жрецы пытались обосновать претензии Ассирии на всемирное владычество. Любопытен миф о сотворении мира. В этом искусственном жреческом произведении подробно описывается весь процесс сотворения мира, растений, животных и человека и установления форм человеческой культурной жизни. Тесно связаны с этими поэмами мифы об извечной борьбе света с мраком, среди которых можно отметить «Легенду о весеннем солнце», «Миф о борьбе Бэла с Лаб-бу» и «Миф о похищении птицей Цу таблиц судеб у бога Бэла». Подобно «Поэме о сотворении мира» чисто культовое значение имела также и эпическая поэма о «Нисхождении в преисподнюю богини Иштар» (русский перев. В. К. Шилейко, журн. «Восток», № 1, 1922), исполнявшаяся, возможно, в виде мимодрамы, в праздник бога Таммуза в Вавилоне. Поэма повествует о том, как богиня любви Иштар последовала вслед за своим возлюбленным Таммузом в преисподнюю, в царство богини смерти Эрешкигаль. Некоторое отношение к этому мифу имеет очевидно и миф о «Нисхождении бога Нергала» в преисподднюю и о победе его над богиней Эрешкигаль. Не меньший, если не больший интерес, чем эпос о богах, представляют эпические поэмы, посвященные героям древности: Адапе, Этане и Гильгамешу. Адапа — это первый человек или «семя человечества», как его называет автор поэмы. В поэме рассказывается, как, благодаря простой случайности, Адапа лишился бессмертия, предложенного ему верховным богом Ану. Мысль о постоянном стремлении человека к бессмертию и о невозможности приобрести это бессмертие проходит также и через знаменитую вавилонскую поэму о Гильгамеше, в которой повествуется о подвигах Гильгамеша и его друга Энгиду (прежнее чтение — Эабани), об их победе над страшным Хумбабой, хранителем священной кедровой рощи, о гордом отказе Гильгамеша стать любовником богини Иштар, о борьбе героев с небесным быком, о болезни и смерти Энгиду, о странствиях Гильгамеша в поисках бессмертия и о последней встрече Гильгамеша с умершим другом. Наконец в это сложное сплетение мифов и легенд вставлен рассказ Ут-напиштима о потопе, близко напоминающий библейский рассказ. Большой интерес представляет также и поэма об Этане, которая распадается на две главные части: на рассказ о дружбе и вражде между орлом и змеей и на рассказ о полете и страшном падении Этаны.

Отличительными чертами В.-А. поэтических произведений является строгое деление каждой поэтической строки на две части, параллельные по форме и по содержанию, наличие двух или трех ударений в каждой половине строки, аллитерации, акростихи, рифмы и рефрены. Количество стихов в строфе колеблется от двух до восьми. Характерным типом построения некоторых поэтических произведений является



Образцы вавилонской клинописи диалог, который заставляет предполагать существование некоторых зародышевых форм драматической поэзии, очевидно тесно связанной с культом, быть может с мистериями.

Среди прочих видов В.-А. л., имеющих меньшее литературное значение, следует отметить магические тексты, заклинания, гадания, ритуальные тексты, исторические надписи (исторические легенды, царские надписи и хроники), деловые документы, письма и научные произведения, встречающиеся в очень большом количестве на глиняных табличках.


Случайные файлы

Файл
23353-1.rtf
45888.rtf
73479-1.rtf
2698-1.rtf
4267-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.