Судьба и творчество Даниила Хармса (78301)

Посмотреть архив целиком

МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО И СРЕДНЕГО ОБРАЗОВАНИЯ РХ

ХАКАССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. Н.Ф. КАТАНОВА



КАФЕДРА ЛИТЕРАТУРЫ




Судьба и творчество

Даниила Хармса


Выполнил



















Абакан, 2001

ПЛАН


Введение ............................................. 03-05

Глава 1. Путь Даниила Хармса ......................... 06-19

1.1. Биография Даниила Хармса ..................... 07-16

1.2. Основные этапы творческого пути Даниила Хармса 16-19

Глава 2. Особенности творчества Даниила Хармса ....... 20-55

2.1. “О времени, пространстве, о существовании” ... 21-24

2.2. Эволюция “Дон Жуана” в творчестве Д.И. Хармса 24-31

2.3. Случаи в жизни и “Случаи” в творчестве

Д.И. Хармса .................................... 31-38

2.4. О поэтике “детского” Хармса .................. 39-44

2.5. “Детский” Хармс для взрослых ................. 44-55

Заключение ........................................... 56-58

Литература ........................................... 59-60























Начальником всех писателей в стране Советов был Даниил Хармс. Сам Хармс не писал романов, но все писатели - даже те, кто писали романы, - ему подчинялись. Так было заведено. А если какое-нибудь стихо­творение или роман Хармсу не нравился, Хармс приказывал автору свое произведение сжечь. Ослушаться никто не мог. А еще Хармс сам мог написать про любого писа­теля и ославить его.


Митьки



















ВВЕДЕНИЕ


В истории русской, да и всей мировой литературы найдется немного литературных судеб, подобных судьбе Даниила Хармса. Феномен писателя, зарабатывающего на жизнь талантливыми про­изведениями, день за днем создающего - безо всякой надежды на опубликование - блестящие стихи, прозу, драмы, принадле­жащие истинно “большой” литературе, конечно, был определен реалиями коммунистического диктата в нашей стране в 20-30-х годах. Но надо иметь в виду, что “второе рождение” писателя, начавшееся через двадцать пять лет после его смерти и про­должающееся до сих пор, есть факт сегодняшней жизни, сегод­няшнего бытия, к коему мы - исследователи и читатели - при­частны. Сейчас особенно ясно, что не только литературное “сегодня”, но и история литературы разворачивается на наших глазах, а это накладывает особые обязательства, ибо мы во­лей-неволей совмещаем в себе хармсовских адресатов в “боль­шом времени” и тех его современников, которым так и не суж­дено было узнать о том, чьими современниками они являлись. С учетом этого и построена настоящая дипломная работа, объеди­нившая дневники Хармса - взгляд на себя и на эпоху “изнут­ри”, его произведения.

Писать о человеческой судьбе Хармса, страшной и, увы, не абсурдной, а закономерной, тяжело. “Мир ловил меня, но так и не поймал”, - написано на могиле малороссийского философа Григория Сковороды. Мир ловил, но так и не поймал Хармса (убил - да, конечно, но не поймал); а “значит, жизнь победи­ла смерть неизвестным для меня способом”.

Целью данной дипломной работы является исследование творчества Даниила Хармса в контексте его философской кон­цепции.




В дипломной работе мы ставим перед собой 3 основные за­дачи:

      1. проследить творческий путь Даниила Хармса в контексте исторических изменений;

      2. рассмотреть идейно-эстетическое своеобразие произведе­ний Даниила Хармса;

      3. раскрыть нравственно-философский смысл его произведе­ний;

      4. определить место автора в контексте эволюции литератур­ных направлений России.




























Их величие в том, что, наведя уют в камере, они решили признать свою жизнь за жизнь. Именно такую - в подвале, в котель­ной, с этим теплом, этим портвешком, с этими песнями...


Андрей Битов
























ГЛАВА 1. ПУТЬ ДАНИИЛА ХАРМСА


1.1. БИОГРАФИЯ ДАНИИЛА ХАРМСА


Даниил Иванович Ювачев еще на школьной скамье придумал себе псевдоним - Хармс, который варьировал с поразительной изобретательностью, иногда даже в подписи под одной рукопи­сью: Хармс, Хормс, Чармс, Хаармс, Шардам, Хармс-Дандан и т.д. Дело в том, что Хармс полагал, что неизменное имя при­носит несчастье, и брал новую фамилию как бы в попытках уйти от него. “Вчера папа сказал мне, что, пока я буду Хармс, ме­ня будут преследовать нужды. Даниил Чармс. 23 декабря 1936 года” (дневниковая запись).

Он происходил из семьи известного народовольца Ивана Павловича Ювачева. Иван Павлович Ювачев - был человеком ис­ключительной судьбы. Будучи вовлечен в “Народную волю”, он почти сразу же оказался арестованным. На процессе 1883 года его приговорили к пожизненной каторге, которая впоследствии была заменена 15-ю годами заключения. На каторге Иван Павло­вич стал глубоко религиозным человеком и по возвращении он, помимо воспоминаний, написал несколько популярных книг о православной вере. Отбывая ссылку на Сахалине, он познако­мился с Чеховым.

Даня родился уже после освобождения отца, когда Ювачев вернулся в Петербург. В эти годы начала века отец Хармса стал автором мемуарных и религиозных книг – послужил прото­типом для героев Льва Толстого и Чехова... Так что корни Хармса - вполне литературные. Но известно, что Иван Павло­вич, не одобрял сочинений сына, - столь не похожи они были на то, что он сам почитал в литературе.

В школе Хармс в совершенстве изучил немецкий язык, до­статочно хорошо - английский. Но и школа эта была не про­стая: Даниил Иванович учился в Главном немецком училише св. Петра (Петершуле). Доучиваться, правда, пришлось в Царском Селе, в школе, где директором была его тетка - Наталья Ивановна Колюбакина.

В 1924 году Ювачев поступил в Ленинградский электротех­никум. Однако, уже через год ему приходится из него уйти. “На меня пали несколько обвинений, - объясняет он в записной книжке, - за что я должен оставить техникум... 1)Неактив­ность в общественных работах. 2)Я не подхожу классу физиоло­гически”. Таким образом, ни высшего, ни среднего специально­го образования Ювачев получить не смог. В то же время он ин­тенсивно занимался самообразованием, с помощью которого до­стиг значительных результатов (об этом мы можем судить по спискам прочтенных им книг, которые находим в дневниковых записях).

С 1924 года он начинает называть себя - Хармс. Вообще, как уже писалось, псевдонимов у Даниила Ивановича было мно­го, и он играючи менял их. Однако, именно “Хармс” с его ам­бивалентностью (от французского “charm - “шарм, обаяние” и от английского “harm - “вред”) наиболее точно отражало сущ­ность отношения писателя к жизни и творчеству: он умел пи­сать о самых серьезных вещах и находить весьма невеселые мо­менты в самом, казалось бы, смешном. Точно такая же амбива­лентность была характерна и для личности самого Хармса: его ориентация на игру, на веселый розыгрыш сочетались с подчас болезненной мнительностью, с уверенностью в том, что он при­носит несчастье тем, кого любит (ср. цитату из “Добротолю­бия”, которую Хармс часто любил повторять и которую целиком относил к себе: “Зажечь беду вокруг себя”).

Хармс-писатель сформировался в 20-е годы, испытав влия­ние Хлебникова и А. Труфанова, и обрел единомышленников в кругу поэтов, назвавших себя обэриутами (от ОБЭРИУ - Объеди­нения Реального Искусства).

В 1928 году в №2 журнала “Афиши Дома печати” была опу­бликована знаменитая декларация ОБЭРИУ. По свидетельству И. Бахтерева, единственного ныне здравствующего обэриута, части “Общественное лицо ОБЭРИУ” и “Поэзия обэриутов” написал Н. Заболоцкий. В этой декларации еще раз провозглашается полный и окончательный разрыв с заумью, а ОБЭРИУ объявляется “новым отрядом левого революционного искусства”:

Нет школы более враждебной нам, чем заумь. Люди реаль­ные и конкретные до мозга костей, мы - первые враги тех, кто холостит слово и превращает его в бессильного и бессмыслен­ного ублюдка. В своем творчестве мы расширяем и углубляем смысл предмета и слова, но никак не разрушаем его <...> Мы - поэты нового мироощущения и нового искусства. Мы - творцы не только нового поэтического языка, но и созидатели нового ощущения жизни и ее предметов... Конкретный предмет, очищен­ный от литературной и обиходной шелухи, делается достоянием искусства... Вы как будто начинаете возражать, что это не тот предмет, который вы видите в жизни? Подойдите поближе и потрогайте его пальцами. Посмотрите на предмет голыми глаза­ми и вы увидите его впервые очищенным от ветхой литературной позолоты. Может быть, вы будете утверждать, что наши сюжеты “не-реальны” и “не-логичны”? А кто сказал, что “житейская” логика обязательна для искусства? Мы поражаемся красотой на­рисованной женщины, несмотря на то, что вопреки анатоми­ческой логике, художник вывернул лопатку своей героини и от­вел ее в сторону. У искусства своя логика, и она не разруша­ет предмет, но помогает его познать”1.


Случайные файлы

Файл
11771-1.rtf
151224.rtf
181833.rtf
68914.rtf
105863.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.