Творчество Цветаевой (77785)

Посмотреть архив целиком

УПРАВЛЕНИЕ СРЕДНЕГО И СПЕЦИАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

ХАНТЫ-МАНСИЙСКОГО АТОНОМНОГО ОКРУГА





ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КОЛЛЕДЖ






РЕФЕРАТ ПО ЛИТЕРАТУРЕ

НА ТЕМУ:


«ЖИЗНЬ И ТВОРЧЕСТВО

МАРИНЫ ЦВЕТАЕВОЙ»








ВЫПОЛНИЛА :

СТУДЕНТКА 161 ГРУППЫ

МУСЛИМОВА ИНЕССА







ПРЕПОДАВАТЕЛЬ:

ПУНИГОВА ГАЛИНА АЛЕКСЕЕВНА

















Г. ХАНТЫ-МАНСИЙСК

1999 г.

Цветаева есть тайна. И эту тайну надо разгадать, и если будешь разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время, потому, что Цветаева, как огромный океан, и каждый раз, погружаясь в него, твое сердце испытывает восторг и сострадание, а глаза наполняются слезами.

Цветаева Марина Ивановна - поэтесса, родилась в Москве 26 сентября 1892 года, в семье процессора Московского университета Ивана Владимировича Цветаева, директора Румянцевского музея и основателя музея изящных искусств. Мать, Мария Александровна Мейн, одаренная пианистка, с детства привила дочери любовь к музыке. Болезнь матери была причиной поездок за границу, где Марина продолжала образование в пансионатах Лозанны и Фейбурга. Весной 1905 года Цветаева перешла в 7 класс. В декабре 1906 года она отказала В.А. Нилендеру, сделавшему ей предложение. Старше Цветаевой на 10 лет, филолог, ученик Ивана Владимировича, поэт, близкий московскому кружку символистов, страстный античник.

Летом, Цветаева с отцом и младшей сестрой уезжают в Германию. Первая любовь еще не «растаяла» в ее душе, а будущее виделось туманно.

«...Сильнее гул, как будто выше зданья,

В последний раз колеблется вагон,

В последний раз... Мы едем...

До свиданья,

Мой зимний сон!...

...Под шум вагона сладко верить чуду

И к дальним дням еще туманным плыть

Мир так широк! Тебя в нем позабуду

Я, может быть?...»

Лето в Германии, в маленьком городке Вайсер Хирш под Дрезденом, Марина живет в семье пастора, в то время как Иван Владимирович работает в музеях Берлина и Дрездена, собирая «содержимое» для будущего музея на Волхонке.

«Одна - из всех - противу всех!...»

Она была гениальной. Писать она начала в раннем детстве - по-русски, по-французски, по-немецки, а в возрасте, когда девушки кончают гимназии, ее уже знали и высоко ценили. Мятущаяся, шарахающаяся, строптивая, своевольная, резкая, непокорная, никем не покоренная, она всегда была «самой по себе».

«Мое дело срывать личины, иногда при этом задевая кожу, а иногда и мясо». Дерзость и прямота иногда претит твоему ощущению.

В Германии Марина Цветаева продолжала писать все также неутомимо и безудержно. Кончилось лето, но не остыла любовь. 27 сентября помечено стихотворение «Правда»:

«... Нас разлучили не люди, а тени,

Мальчик мой, сердце мое!...

... Ты не услышишь. Надвинулись стены,

Все потухает, сливается все...

Не было, нет и не будет замены,

Мальчик мой, сердце мое!...

После приезда из Германии Марина начала свой последний учебный год в гимназии М.Г. Брюхоненко.

«Это была ученица совсем особого склада», - вспоминает ее одноклассница Т.Н. Астапова. - «Не шла к ней ни гимназическая форма, ни тесная школьная парта... Среди нас она была, как экзотическая птица, случайно залетевшая в стайку пернатых северного леса. Из ее внешнего облика мне особенно запечатлелся нежный «жемчужный» цвет лица, взгляд близоруких глаз с золотистым отблеском сквозь прищуренные ресницы. Короткие русые волосы мягко ложатся вокруг головы и округлых щек. Но пожалуй самым характерным для нее были движения, походка - легкая, неслышная. Она как-то вдруг появилась и исчезла. Гимназию Цветаева посещала с перерывами. Вечно уткнувшись в книгу на последней парте, не замечала того, что происходит в классе».

Марина Цветаева готовилась в это время к выходу в литературный мир. Неопытной еще рукой отобрала она сто одиннадцать стихотворений, в большинстве случаев не проставив даты написания, смешала хронологически, и разделила, весьма условно, на три части: «Детство», «Любовь», «Только тени». Книга называлась «Вечерний альбом». Это было скрытое посвящение. Некоторые стихи уже предвещали будущего поэта. В первую очередь - безудержная и страстная «Молитва», написанная в день 17-летия 26 сентября 1909 г.

«Христос и Бог! Я жажду чуда

Теперь, сейчас, в начале дня!

О, дай мне умереть, покуда

Вся жизнь - как книга для меня.

.....................................................

Люблю и шелк и крест и каски,

Моя душа мгновенный след...

Ты дал мне детство - лучше сказки

И дай мне смерть в 17 лет!

Нет, она вовсе не хотела умирать в тот момент, когда писала эти строки - это было в своем роде расправление крыльев перед полетом. В стихах «Вечерний альбом» рядом с попытками выразить детские впечатления и воспоминания соседствовала недетская сила, которая пробивала себе путь сквозь немудрящую оболочку зарифмованного дневника московской гимназистки.

Детская, неуклюжая форма таила в себе иной раз целые бури, предвещала еще не разродившиеся грозы.

Первые настоящие любовные стихи, в которых отражены страдания, впервые полюбившей души, посвящены В.О. Нилендеру.

В лучших стихотворениях первой книги Цветаевой уже угадываются интонации главного конфликта ее любовной поэзии: конфликта между «землей» и «небом», между страстью и идеальной любовью, между сиюминутным и вечным, и шире, - конфликта всей цветаевской поэзии: быта и бытия.

Навсегда распрощавшись с гимназией, Цветаева уехала в Гурзуф. Там одиночество нахлынуло с еще большей силой. Она целиком ушла в книги, которые не давали покоя и исцеления и полностью уводили ее от реальности. Позже, в 1909 году, 16 - летняя Цветаева самостоятельно совершает поездку в Париж, где в Сарбоне слушает курс истории французской литературы. В 1912 году появляется вторая книга «Волшебный фонарь», а затем в 1913 г. «Избранное» из двух книг, куда вошли лучшие стихотворения начинающей поэтессы. Композиция, структура первых книг Цветаевой, их исповедальность целиком реализует представление о символистском сборнике. Вся архитектоника книг: название разделов, эпиграфы, служащие ключом к их содержанию, заголовки стихотворений - раскрывает последовательность этапов пути героини от безмятежного счастья детства к утрате изначальной целостности. Дружба с Элиссом, поэтом и критиком журнала «Весы» во многом определила поэтические направления молодой Цветаевой. В первых сборниках Цветаевой критика отметила хорошую школу стиха, его музыкальность и изящество. Модная тогда напевная декламация отразилась в звукозаписи и синтаксисе стихотворений. Знакомство с Волошиным в конце 1910 года значительно расширило круг литературных интересов Цветаевой. Сказывается это и на стихах «Волшебного фонаря». Они менее подражательны, хотя и продолжают избранную в начале тему «детскости». Однако во второй книге на фоне пристрастия поэтессы к поэтизации героического проступает ироническое отношение к быту.

Изменение сути поэтического образа повлекло и формальную перестройку стиха. Цветаева печатается в «Альманахе муз», в журнале «Северные записки», выступает на поэтических вечерах. В 1916 году «Северные записки» опубликовали ее перевод романа Анны Ноайль «Новое упование».

События первой мировой войны вносят новый пафос в русскую поэзию. В лирике Цветаевой, как и у многих поэтов, намечается новый этап. С увлечением Цветаева пробует себя в драматургии. Для театра - студии МХАТа ею написано 6 пьес: «Черный валет», «Метель», «Фортуна», «Феникс». Отдельным изданием была напечатана поэма - сказка «Царь - Девица» в 1920 году. В это же время создается поэма «На красном коне».

В 1920 г. в свои 27 лет она уже предчувствовала трагизм своей судьбы и печальный конец земной жизни. До 1941 года оставался еще 21 год, но этот дар, дар поэтессы, данный ей свыше, помог выразить свою будущую судьбу содержанием стихов:

«Знаю, умру на заре! На которой из двух,

Вместе с которой - не решить по заказу».

В стихотворении дана своеобразная интерпретация одной из «вечных тем» жизни и смерти, которые у Цветаевой затронуты и раскрыты очень глубоко и ясно. Символом, олицетворяющем человеческую жизнь, является «факел». Огонь, пламя, горящий факел - эта символика прослеживается очень ярко, как в ранней поэзии Марины Ивановны, так и особенно в более поздней, «предсмертной».

В стихотворении прослеживается не вся жизнь в ее последовательном развитии от рождения до перехода в небытие, а одно лишь мгновение, когда мысль человеческую пытается парализовать предчувствие близкой смерти. Дважды повторяется в тексте тревожное, отчаянное восклицание: «Знаю, умру на заре!». Кажется, минет короткая пауза и грянет выстрел, и унесется в небо трепетная «Лебединая душа»...

Знаю, умру на заре! - Ястребиную ночь

Бог не пошлет по мою лебединую душу!

Кто же эта, жертва будущей трагедии? Читатель становится невольным соучастником, сопереживателем трагедии той, чья совесть не позволяет молчать. Стихотворение «Знаю, умру на заре!» написано в годы братоубийственной гражданской войны, когда поэтесса, не понимающая и не принимающая проповеди зла во имя добра, почувствовала себя пригвожденной «к позорному столбу» ( Пригвожденная к позорному столбу» 1920 г.) теми, кто наступал «на горло собственной песне», или молчащим, стыдливо пряча глаза. Тогда и вырываются у нее слова измученной, но несломленной души:

И не на то мне пара крыл прекрасных

Дана, чтоб на сердце держать пуды.

Спеленатых, безглазых и безгласных

И не умножу жалкой слободы.

Таким образом, делая выбор между жизнью и смертью, она предпочитает смерть, так как это единственный путь к духовной и душевной свободе. Ее мольбы о любви и сострадании, ее просьбы о разуме человеческом были не слышны. Она просила, кричала в никуда. Предположим, что смерть неизбежна в данное время. Время гибели названо неопределенно: «на заре». Ну почему именно на заре, трудно сказать, может быть, заря была любимым временем суток М. Цветаевой, а может, наоборот, самым ненавистным, ведь заря это время, когда человек остается наедине с самим собой и своими мыслями. Она любила быть одна, но не выносила одиночество в кругу родных.


Случайные файлы

Файл
132883.rtf
98993.rtf
132944.rtf
55981.rtf
9-35.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.