Издательская деятельность кн. Дашковой Е.Р. (25364-1)

Посмотреть архив целиком

Издательская деятельность кн. Дашковой Е.Р.



План реферата


1. Кто она эта Екатерина Романова.

2. Встреча с Екатериной II.

3. Издательская деятельность.

а) "Собеседник..."

б) Остальные работы.



Кто она эта Екатерина Романова.



Екатерина Романова родилась около половины семнадцатого столетия, в 1744 году, и потому не принадлежит уже к руским женщинам ни петровской, ни бароновской эпохи. Она происходила из натного рода Воронцовых, приходилась сродни графам Панинам и вообще принадлежала к высшим родам русского царства. Уже при самом рождении она отличена была другими знатными девушками тем, что "восприёмницей её от купели была сама императрица Елизавета Петровна, а крёстным отцом-тогдашний наследник престола, в последс твии император Петр III. " (1*)

Она лишилась матери, когда её было всего два года. У неё было две старшие сестры Мария и Елизавета и старший брат Алексей. Две сестры, ещё в дедстве стали фрейлинами и жили при дворе, а брат у дедушке на даче. Их отец, граф Роман, младьший брат канцлера, был молод, любил свою жизнь, и не мог заняться воспитанием своих детей, потому что весь был отдан сведским удовольствиям, а потому маленькая Екатерина до четырёх лет жыла у своей бабушки, по обычаю бабушка не чаяла душы в своей внучке-сиротке; с четырёх же лет маленькю графиню, взял к себе её дядя, вице-канцлер Михаил Иларионовичь Воронцов, чему очень обрадовался её отец, женатому на двоюродной сестре государини и пользовавшийся большим влиянием при дворе. В доме у Воронцова часто бывала сама императрица, обедала и проводила целые вечера. Маленькая крёстница императрици часто играла на коленях у своеё крёстной матери, сижевала с ней рядом за столом и вообще пользовалась её ласками. Ворнцов в своей привязаннасти к племяннице, не отличал её от своей родной дочери Анны, с которой маленькая Екатерина провела всё дедство и первую молодость, живя с ней в одной комнате. Их и воспитывали вместе, и одевали в одинаковые платья, одни и теже учителя учили обоих деушек. Но при этом они были обсалютно разными.

Несмотря, однако на внешнию торжественность воспитания, из одной девушки вышла крупная историческая личность, занявшее место женщине-деятеля в истории, блогодоря своему гениальному уму, другая же ничем не заявила свои права на историческое безсмертие.

"Мой дядя ничего не жалел, чтобы дать своей дочери и мне лучших учителеё, и, по понятием того времени, мы получили наилучшее воспитание. Нас учили четырём разным языкам и мы говорили бегло по-француски; один статский советник выучил нас итальянскому языку, а г. Бектеев давал уроки русского, когда мы удостоивали их брать. Мы сделали большие успехи в танце и немного знали рисовать. Кто мог вообразить что такое образование было не совершенно?" (2*)

Время обучения длилось до четырнадцати лет. Но внутри она не была удовлетворина тем, какое она получила оброзование. Она поняла что она может добиться многого. Она хотела добиться раздела чувств, впечатлений, знаний-желанием дружбы и любви. Но отзыва к своему чувству не могла добиться ни в ком. Она воспитала в себе глубогую дружбу, к брату Алексею, которое питала всю жизнь. Как и вообще все её привязаннасти отличались полнотой и какоито закончиностью: она всякому чувству отдовалась вся. И вполне понятно она хотела тогоже и от других, как например с Екатериной, но об этом позже.

Но в это время случившись с ней болезнь едвали не была тем роковым стимулом, которы нередко определяет на всю жизнь, дальнейшее развитие и сомо призвание человека. Она заболела корью. И её решили, так как она была приближена ко двору, из опосения что может заразится великий князь Павел Петровичь, удолили за 17 верст (3*) (В "Руской женщине нового времени"-60 вёрст, а в "Записках"-17 вёрст. Довольно таки интересный факт, неправдали? Хотя там всетаки были некоторые вставки из "Записок", но тоже уже переделанные. В других книгах посвещённой Дашкове, в лице 5 штук, цыфра всё время менялась.) от столицы, в деревню, приставив к больной компаньонку-немку (4*) (по"Рус.ж.н.в.",а по "Запискам" ещё её горничные и жена одного майора. Но она их не любила и мало с ними общалась. Что тоже вызвало у меня естественное недоумение. Кстати это повторяется и в других книжках, где говорилось об этом "таинственным"моментом. Кстати это может быть из-за разного перевода. Хотя у меня был первый перевод с Француского языка).

Там она заразилась другой болезнью-книгоманией, и даже когда она вернулась домой, эта страсть у неё не пропала. Она прочитала все в доме своего дяди, но не остоновившись на легком чтении, она перешла на философию. Все свои деньги она тратила на книги, и ритом на такие, как знаменитая "Энциклопедiя" XVIII века и "Лексиконъ" Морери. О всём прочитаном её, она ни с кем не могла говорить, и это ещё больше волновало её, потому что брт уехал в Пориж. Жажда знаний доходила до страсти, до болезни. Она не довала покоя всем, кто посещал дом вице-канцлера-учёным, посланникам, художникам, выспрашивая обо всем, что занимало её пытливый ум. Заметив это у молоденькой девушки, "рускiй меценатъ" Иван Ивановичь Шувалов достовал ей все новые книги что выходили в Еврпе. Это не могло остаться не замеченным.

Для молодой девушки наступило время замужества.

Екатерина почти не выходила в "свет", и у неё был малый круг друзеё, к которым она ездила запросто. К их чеслу принадлежала г-жа Самарина.

Знакомство с Самариной косвенным образом была причиной того, что в жизни молодой девушке совершылся тот роковой факт, от котораго зависил весь дальнейший ход жизни: Екатерина Романова должна была простится с девической свободы.

Когда Екатерина озвращалась от Самариной поздно вечером домой. Ночь была летняя и сестра Самариной вызвалась проводить графиню до дому пешком прикозав карете ехать в переди. По дороге они встретили князя Дашкова, он был Преображенским офицером, которого Ектарина Романовна не знала, но очень хорошо знала сестра Самариной. Они разговорились и князь произвёл на Дашкову сильное впечатление. Вскоре это уличное знакомство превратилось в приязнь, а потом и в глубокую привязанность с обоих сторон.

И в феврале 1759 года Екатерина Романова вышла замуж за князя Дашкова.




Встреча с Екатериной II.

Но в это время девушка нашла и новою привязанность. Это-страстная приявязанность её к супруге наследника престола, Петра Фёдоровича, к Екатерини Алексевне, будущей императрице Екатерины II.

Однажды зимой, у дяди остались на ужен наследник престола и его молодая супруга. Екатерина Сергеевна давно слышала о её умственном разитии и могла теперь лично убедиться, кто такая была эта девушка, и отметила её, как свою избранницу, потому что будущая императрица облодала именно этим редким свойством-выборелюдей.

" В продолжении всего этого памятного вечера великая княгиня оброщалсь только ко мне; её разговор меня восхетил: возвышенные чувства и обширные познания, которые она выказала, заставили меня смотреть на неё как на существо избранное, стоящая выше всех остальных, существо возвышенное до токой степени, что она превосходила все мои самые пламенные идеи о совершенстве. Вечер прошёл быстро; но впечатление, которые она произвела на меня, осталось неизгладимымъ." (5*)

Когда великая княгиня прощалась с хозяевами, то нечаянно уронила веер. Графиня подняла его и отдола Екатерине, но она, не принимая веера, поцеловала девушку и росила сохронить его как память о первом вечере, прведённом ими месте.

- Я надеюсь, что этот вечер положил начало дружбы, которая кончится только с жизнью друзей.

Действительно, великая княгиня окончательно победила сердце восторженной девушки. Вечер положил начало нетолько дружбе, но и страстной привязанности молодой девушке к Екатерине: Воронцова в последствии докозала, что за этот вечер, за этот веер и за приет она готова была идти на плаху во имя той, которая всецело отдала свою волю. Веер остался самым дорогим её воспоминанием на всю жизнь. И она с безумной смелостью учавствует в перевороте 1762 года, на стороне Екатерины.

Но после того как Екатерина уже II вошла на престол, и оттолкнула от себя Дашкову, своим царственным, холодным величием. Уже после того, когда они свергли Петра III, и Ектерина II получила корону, между дружбой императрицы и Дашковой появилась стена. Стена из короны. Екатерина сразу же поняла это, а вот Дашкова, похоже так и непоняла. Она тогда сильно обиделась на Екатерину II.

Дашковой было пожалованна 23.000 (возможно 20.000) рублей. А в последствии была подарина Акодемия. Да Дашкова остовалась при дворе, да они общались, но она уже не возносила Екатерину II, как божество. И тогда она вспомнила слова Петра Федоровича, который в то время жил в Ораненбаумском дворце.

-Хотя я знаю, что вы решили не жить у меня во дворце,--обратился великий князь к Дашковой,--но надеюсь вас видеть каждый день, и желал бы, чтобы вы проводили более времени со мной, чем в обществе великой княгини.

Но молодая Дашкова уже вся принадлежала именно этой великой княгине.

-Дитя моё,--говорил ей в другой раз князь,--не забывайте, что несравненно лучше иметь дело с честными и простыми людми, как я и мои друзья, чем с великими умами, которые высосут сок из апельсина и бросят потом ненужную для них корку.(6*)

Но Дашкова не думала об этом и не боялась. Великая княгиня была её кумиром, и этому божеству она поклонялась.



Издательская деятельность.


Случайные файлы

Файл
39013.rtf
18469.rtf
kursovik.doc
23218-1.rtf
21296-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.