Проблема корпуса сочинений прп. Макария, новые находки (76707)

Посмотреть архив целиком

Проблема корпуса сочинений прп. Макария, новые находки

Произведения аскетической письменности, известные под именем преподобного Макария, представляют для исторической науки немалую загадку, которая, несмотря на многие попытки ее разрешить, до сих пор остается не до конца ясной. Ученые исследователи вопроса в своих точках зрения разделились на два противоположных лагеря, каждый из которых опирается на доказательства, принять или просто отвергнуть которые невозможно. Существует не один десяток статей и исследований, которые далеко не согласны в вопросе об авторстве разбираемых произведений.

Агиографическая литература знает двух современных и тезоименитых святых из Египта – Макария Александрийского и Макария Египетского, которым предание приписывает ряд творений аскетико-мистического характера, но которые едва ли могут во всей их полноте принадлежать перу этих подвижников.

Литературное наследие св. Макария Александрийского и по своей незначительности, и по своей сомнительности не привлекает к себе внимания исследователей.

Преподобному Макарию Египетскому предание приписывает немалое число трудов, из которых некоторые, очевидно, не подлинны, а другие требуют внимательного критического изучения, чтобы отделить с них подлинное от подложного, что и занимало историческую науку долгое время, но все же, несмотря на все старания, не привлекало к безусловно ясному выводу.

Ни один из древних авторов не приписывает ничего перу Макария Египетского. «Лавсаик» и «История монахов» ни одним словом не обмолвились о литературных трудах этого подвижника. Позднейшее же предание надписало его именем немалое число трудов:

1. Три латинских и одно греческое послание;

2. Небольшую молитву;

3. 50 духовных бесед;

4. 7 аскетических произведений по-гречески;

5. Собранные Котэлиэ «Апофтегмата» старцев, среди которых немалое место занимают изречения Макария;

6. Собранные Амэлино «Коптские апофтегмата».

«“Апофтегмата” представляют собою такой литературный материал, в котором весьма трудно отделить изречения, действительно высказанные Макарием, от тех, которые ему могло приписывать устное монашеское предание. Нельзя отрицать совершенно вероятность произнесения Макарием некоторых мыслей из этих “Изречений”, но тем не менее нельзя с безусловной верою принимать все то, что ему составители подобных сборников приписывали» [1,стр.152],

Семь «Аскетических» опусов, как теперь выяснено с достаточной бесспорностью, не являются произведениями Макария, а лишь литературной обработкой некоторых и при этом немалочисленных, мыслей из «Духовных бесед». Это очень поздние византийские вариации на темы из преп. Макария.

Без особого затруднения обнаруживаются явные заимствования, объем которых колеблется от нескольких строк и слов до довольно крупных совпадений текста в аскетических опусах с текстом «Духовных бесед».

Темы духовных бесед те же, что и в тех или иных отрывках аскетических опусов; и там встречаются свои излюбленные цитаты из Священного Писания и т.д.

Но не только эти внутренние признаки выдают переработку материала из «Омилий», к тому же отдельные беседы встречаются и под другими именами – преподобного Ефрема Сирина, чаще блаженного Марка Пустынника. В арабском переводе весь сборник (21 беседа) надписан именем Симеона Столпника… Во всяком случае изданный текст «Бесед» вряд ли исправен. В нем чувствуется позднейшая обработка [2стр.147].

Венская рукопись №104 этих трактатов надписана так: «Главы святого Макария, переделанные Симеоном Логофетом». Симеон Логофет (Метафраст) был именно таким любителем перефразировать произведения древних авторов на более современный его эпохе язык.

Несколько иначе обстоит дело с другими произведениями, надписываемыми именем преподобного Макария Египетского. В старину не возникало сомнения в их автентичности – авторство Макария принималось на веру и в полном объеме. Но уже в XVIII в. были высказаны известные сомнения, которые с большими или меньшими оговорками принимались научными авторитетами более позднего времени. На Западе, Oudin и Semler первые высказались против автентичности «Духовных омилий».

С другой стороны, и в Греции, как свидетельствует проф. Диовуниотис, в том же XVIII веке тоже возникло сомнение в подлинности произведений преподобного Макария. Рукопись (Афинск. Универс. Библ. №1267), датируемая 1783 г., и Афонская рукопись (по каталогу Ламброса № 6026), написанная в том же XVIII в., содержат рассуждение некоего пелопонесского дидаскала Неофита, подвергавшего все литературное наследие Макария, кроме «Апофтегмат», сомнению в подлинности, по причине якобы мессалианских идей, в них содержащихся.

Русская богословская литература сравнительно мало сделала для определения авторства и времени написания «Макариан». Самым крупным вкладом в библиографию «Макариан» надо признать докторскую диссертацию проф. СПБ. Дух. Академии А. А. Бронзова: «Преподобный Макарий Египетский, его жизнь, творения и нравственное мировоззрение», СПб, 1899, стр. 545. Автор издал только свой первый том, разбирающий литературу вопроса, источники для биографии преподобного, список его трудов и дающий обзор мнений о подлинности или неподлинности «Макариан».

Вопроса о подлинности творений, приписываемых преподобному Макарию, коснулся только один проф. А. Бронзов. Его он разбирает на стр. 275-504 своего объемистого труда. Неполнота этого разбора в настоящее время очевидна. Автор подемизирует с устаревшими аргументами таких историков, как Поссин, Удэн, Землер. Доказательства проф. Бронзова для того времени и могли бы, может быть, признаны современными, но всеже страдают поверхностностью и малой убедительностью. Бронзов – убежденный сторонник безусловной подлинности «Макариан». Единственное, что он готов еще уступить исторической критике – это «Аскетические опусы», которые он соглашается признать за переработку Симеона Логофета (стр 322 указ. соч.)

За последние годы наука шагнула далеко вперед, и труд проф. Бронзова в этом именно вопросе автентичности может быть признаваем теперь только как библиографическая справка. За это время опубликованы новые данные по коптским и эфиопским источникам, с одной стороны, а с другой, появились и такие серьезные исследования, как работы Штиглмайра, Виллекура, Штоффелса и др.

Ученые разделились на два очень ярко определившихся лагеря. Поскольку одни, и не без серьезных оснований, высказывали свои сомнения в подлинности «Духовных омилий», не сходясь, правда, в определении времени их составления, постольку другие, с неменьшим усердием, пытались отстаивать безусловную автентичность этих «Бесед».

Мнения ученых исследователей этого вопроса распределились примерно так. Против автентичности высказываются: Oudin, Elias de Pin, Tillemont, Ceillier, Flemming, L.Villecourt, Willhelm v. Christ, J.Stiglmayr.Но с другой стороны: Galland, Pritzius, Stoffels, Lobe, Forster, Floss, Schieweitz, Czaplf, Gore, архимандрит Филарет, проф. Бронзов и проф. Попов принимают подлинность «Бесед» почти безоговорочно. Не восстают открыть против подлинности, но и не высказываются радикально против Пюэш, Барденхевэр, Баланос и Аманн. Надо заметить, что конфессиональная принадлежность авторов этих исследований здесь роли не играет. Так, с одной стороны, казалось бы консервативные католики, как бенедиктец Виллекур и иезуит Штиглмайр, резко нападают на подлинность «Омилий», а англиканин Гор защищает подлинность с неожиданной убежденностью.

Историко-критические доводы против автентичности «Духовных бесед» требуют, чтобы на них мы задержали подробнее свое внимание. Вот каковы главные доводы против авторства преподобного Макария, писателя IV века.

Первый аргумент, формальный и чисто внешний, основывается на том, что никто из ранних биографов Макария не упоминает его литературной деятельности. Наиболее раннее свидетельство об его писаниях восходит только к поздневизантийской эпохе. По Землеру, наука обладает рукописями не ранее XII в. Несмотря на все старания проф. Бронзова найти более старые манускрипты, он не может указать ни одного старше Х в. Упоминаемый им со слов Ассемани так называемый «Нитрийский кодекс», если и восходит к VIII в., то содержит только Послания и Молитву.

«Второй аспект – датировка творений преподобного Макария. Сирийские переводы ясно свидетельствуют об их распространении в начале VI в. Но есть данные и об их более ранней известности. Например, «Житие преподобного Ипатия Руфинианского», написанное учеником святого Каллиником в первой половине V в., показывает, что автор его (а, скорее всего, сам Ипатий) был знаком с творениями египетского подвизника, а поэтому в начале V в. они должны были несомненно существовать. Однако решающим моментом в определении датировки «Макарьевского корпуса» является связь «Великого Послания» с трактатом святителя Григория Нисского, который был создан, скорее всего в последние годы жизни святителя, то есть около 390г. Р. Штаатс, выпустивший в свет критическое издание этих сочинений, предполагает, что «Великое Послание», в свою очередь, датируется приблизительно 381 г. Ничто не препятствует предположению, что и остальные творения преподобного Макария были пожданы в приделах ближайших десятилетий до или после этой даты. Отсюда вытекает, что по чисто хронологическим соображениям у нас нет никаких оснований лишать преподобного Макария авторства трорений, традиционно приписываемых ему.

Третий аспект указанной проблемы – место написания творений преподобного Макария. Важность его заключается в том, что он тесно связан с гипотезой мессалинского генезиса «Макарьевского корпуса». Именно в этой связи ряд западных исследователей поддерживает теорию сиро-месопотамского происхождения творений преподобного Макария; другие теории (например, теория малоазийского происхождения, высказанная отцом Иоанном Мейендорфом) не получили широкого распространения. Названная теория, как правило весьма слабо обосновывается. Так, один из ее сторонников, Г. Квиспел, старательно изыскивает параллели между писаниями преподобного Макария и иудео-христианскими сочинениями, произведениями Татиана, апокрифическими «Евангелием от Фомы» и «Деяниями Фомы», чтобы доказать, будто автор «Макарьевского корпуса» принадлежит к «сиро-семитскому христианству». Но вся его аргументация представляет собой лишь серию весьма искусственных натяжек, ибо отдаленные параллели с названными сочинениями можно найти почти у любого греческого аскетического писателя IV-Vвв.» [3,стр.120]


Случайные файлы

Файл
113681.rtf
book.DOC
70059.rtf
157356.rtf
176797.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.