Демон и Мцыри М.Ю.Лермонтова (17595-1)

Посмотреть архив целиком

"ДЕМОН" И "МЦЫРИ" М.Ю.ЛЕРМОНТОВА

(cравнительная характеристика)

В настоящей статье ставится задача сравнительного рассмотрения некоторых тем и образов, получивших отражение в поэмах М.Ю.Лермонтова "Мцыри" и "Демон".

Известно, что основной конфликт лермонтовского творчества, как правило, строится на антитезе образов "неба" и земли". Любовь к "земле" и отречение от нее во имя "небесного" идеала, жажда веры и невозможность уверовать, постоянная душевная раздвоенность - все это является типичным для героев Лермонтова" [1].

Контрастные отношения к миру проступают и в поэмах "Демон" и "Мцыри". Особенно они бросаются в глаза при сопоставительном анализе пейзажа и его идейно-художественных функций. Можно выявить несколько моментов, сближающих эти поэмы и дающих возможность рассматривать Демона и Мцыри в качестве вариантов одного типа героя, сохраняющего связь с демоническим мироощущением. Сравнительный анализ позволяет углубить наше представление о лермонтовской трактовке свободы, романтического идеала.

Начнем с сравнительного анализа пейзажа. В обеих поэмах ведущее место отведено картинам кавказской природы. Прежде всего бросается в глаза их лексико-семантическая и стилистическая близость. Приведем несколько примеров.

"Демон": "...Казбек, как грань алмаза, снегами вечными сиял";

"Мцыри": "В снегах, горящих как алмаз, Седой незыблемый Кавказ...";

Демон": "...глубоко внизу чернея, Как трещина, жилище змея, Вился излучистый Дарьял, И Терек, прыгая, как львица... Ревел";

"Мцыри": "Внизу глубоко подо мной Поток, усиленный грозой, Шумел... Выл, крутясь, сердитый вал";

"Демон": "И золотые облака Из южных стран, издалека Его на север провожали";

"Мцыри": "И облачко за облачком, Покинув тайный свой ночлег, К востоку направляло бег - как будто белый караван Залетных птиц из дальних стран!";

"Демон": "И скалы тесною толпой, Таинственной дремоты полны, Над ним склонялись головой";

"Мцыри": "Я видел груды темных скал, Когда поток их разделял..."

Число таких примеров можно увеличить, однако и указанные ярко демонстрируют схожесть картин, предстающих перед героями.

Исследователями уже отмечена характерная черта поэтики Лермонтова - "самоповторение". Установлено, что оно часто встречается в его юношеской поэзии. Тем более значим прием "самоповторения" в зрелом творчестве поэта. Есть основание думать, что сходство идей, образов "Мцыри" и "Демона" неслучайно и, видимо, оправдано художественной целью автора.

Картины природы в названных произведениях хотя и соотнесены, однако смысл их для читателя неодинаков относительно внутреннего мира героев, по-разному относящихся к природе. Демон остается равнодушным к "дикому" и "чудному" "Божьему миру": он окинул "презрительным" оком "творенье Бога своего, И на челе его высоком Не отразилось ничего". Красота земного мира чужда "гордому духу".

По-иному ее воспринимает Мцыри. Он, в отличие от Демона, всей душой откликается на великолепие природы. Это объясняется тем, что Мцыри, как отмечал С.Ломинадзе, "видит в "образах природы" отражение собственной судьбы: прямое, или, чаще, контрастное. Деревья "шумят свежею толпой", как "братья", о которых томится его одинокая душа, "скалы жаждут встречи каждый миг", "но им не сойтися никогда" - то же самое, что происходит с Мцыри и от чего он так страдает. Герой мечтает обрести дом, родных, которых "видел у других, а у себя не находил", его тревожит то, что никому не мог сказать "священных слов отец и мать". Этим раздумьям о реальных родителях, "друге иль брате", "молодых сестрах" вторит символический мотив дружбы, братских, сестринских объятий: вот и "две сакли, казалось, приросли к скале" "дружною четой" [3].

В этих зарисовках - проекция беспокойного внутреннего мира героя. Рассказ о жизни природы является важной частью его исповеди, вместе с тем в ''метафорах-миниатюрах, возникших из пейзажных впечатлений, проступает тот же строй души, что и в обширном фрагменте, где душа эта впрямую занята самораскрытием" [З]. Картины природы созданы с позиции романтического психологизма: они отражают внутренний мир героя, имеют сугубо субъективную окраску.

В "Демоне" также большое место занимает пейзаж. Однако он дан в объективном плане, от лица повествователя. Здесь между героем и природой устанавливается непреодолимое расстояние. "Божий мир" не дает окончательную разгадку души героя, а, напротив, усиливает у читателя ощущение ее непостижимости. Возникает необходимость понять причину враждебности, отчужденности героя к "чудному "творенью. В "Демоне" связь героя с природой показана по принципу контраста.

Мцыри, напротив, устремлен к многозначному говорящему миру. Он хочет "раствориться" в природе и получает наслаждение от близости с ней: "И было сердцу моему Легко, не знаю почему..." Именно картины природы вызывают у Мцыри воспоминания о родине: "И вспомнил я отцовский дом, Ущелье наше и кругом В тени рассыпанный аул..."

Природа пробуждает в герое не до конца осознаваемые им переживания и вместе с тем символически выраженную в поэме жажду идеала, гармонически сочетающего "земное" и "небесное". У Демона же при взгляде на природу возникает ощущение бесприютности, бездомности. В нем, кроме "зависти холодной", "природы блеск" ничего не возбуждает. Мы видим антитетическое построение образов: Мцыри доступна "небесно-земная родина", дом под небесным сводом, Демон же обречен на вселенскую бездомность, космическое одиночество.

Обратим внимание на художественный прием Лермонтова в передаче пейзажных зарисовок. В поэме "Демон" процесс реального приближения к земле дан параллельно изображению все углубляющегося внутреннего отчуждения героя от Божьего мира. В "Мцыри" природа описывается "изнутри", чем подчеркивается, что герой - часть ее и состоит как бы в родстве с ней. Это становится очевидным на следующем примере. Мцыри вспоминает: "Кругом меня цвел божий сад, Растений радужный наряд Хранил следы небесных слез, И кудри виноградных лоз Вились, красуясь меж дерев Прозрачной зеленью листов, И грозды полные на них..."

Это описание можно назвать одной строчкой из "Демона": " Счастливый, пышный край земли!" Находим и другие образно-стилистические параллели. "Мцыри": "Божий сад", "Демон": " столпообразные раины", "чинар развесистые сени"; "Мцыри": "запели птички", "дохнули сонные цветы"; "Демон": "и кущи роз, где соловьи поют..."; "Мцыри": "Порой в ущелии шакал Кричал и плакал, как дитя..."; "Демон": "Пещеры, где палящим днем томятся робкие олени"; "Мцыри": "И снова вслушиваться стал К волшебным, странным голосам, Они шептались по кустам, Как будто речь свою вели о тайнах неба и земли, И все природы голоса сливалиеь тут..."; "Демон": "И блеск, и жизнь, и шум листов, Стозвучный говор голосов, Дыханье тысячи растений..."

Соотнеся картины природы в "Мцыри" и "Демоне", Лермонтов тем самым подсказывает читателю, что перед ним общая для обоих героев картина мира. Однако Демона природа оставляет равнодушным и холодными: "Но кроме зависти холодной Природы блеск не возбудил В груди изгнанника бесплодной Ни новых чувств, ни новых сил, И все, что пред собой он видел, Он презирал иль ненавидел". Тогда как Мцыри бесстрашно идет ей навстречу: "Но страх не сжал души моей: Я сам, как зверь,.. И полз и прятался, как змей".

У Мцыри природа рождает первобытную звериную силу - черта, которая была отмечена еще современниками Лермонтова. Критик журнала "Маяк" Бурачок писал, что поэт воспевает дикую, необузданную волю, естественную в звере, преступную в человеке [4]. Сходную мысль выразил и Ап.Григорьев, который указывал на "необузданную страстность" Мцыри, рвущегося на широкий простор, охваченного "безумной силой", вопиющей "против всяких общественных понятий и исполненной к ним ненависти и презрения". Сила эта, "отчасти зверская", по мнению критика., "в лице Мцыри радуется братству с барсами и волками" [5].

Максимальной приближенности Мцыри к "дикой природе" противопоставлена предельная враждебность Демона к "земному". Мцыри понимает голоса природы: "Хотя без слов мне внятен был тот разговор..." Демона же "стозвучный говор голосов" оставляет без участия.

Мцыри ценой невиданного внутреннего усилия попадает в ритм природной жизни. "Озолотился восток" - и пробуждается все живое: "запели птички", "ветерок шевельнул листы", "дохнули сонные цветы", и вместе с ними герой стремится "навстречу дню": "и, как они, я поднял голову мою". Герой говорит, что именно в эти мгновенья он жил по-настоя-щему: "Все, что я чувствовал тогда, Те думы - им уж нет следа; но я 6 желал их рассказать, Чтоб жить, хоть мысленно, опять".

Из всего этого выявляется символический сюжет поэмы. На лоне природы Мцыри становится доступным мир неземной, у него появляется возможность обретения "неземной родины": "В то утро был небесный свод так чист", что можно было увидеть "прилежным взором" полет ангела; в небе он глазами и душой тонул. Подобные ощущения невольно напоминают стихотворение Лермонтова "Ангел", в котором лирический герой также видит, "как по небу полуночи" пролетает ангел. Образ здесь создан на грани детского мировосприятия, чистого взгляда на Божий мир.

Если сравнить эту сторону души Мцыри с мироощущением Демона, то выявляется характерный для творчества Лермонтова конфликт между взглядом на мир, осложненным рефлексией и непосредственным восприятием окружающего.

Примечательно, что Тамара после встречи с Демоном, "зараженная думою преступной", тоже перестает видеть красоту природы. Испытав воздействие демонического начала, Тамара постепенно утрачивает непосредственность мироощущения, становится равнодушной к "живой жизни". "Тамары сердце недоступно Восторгам чистым. Перед ней Весь мир одет угрюмой тенью; И все ей в нем предлог мученью". У Мцыри образ "грузинки молодой" в его соединении со стихией вольной природы рождает безнадежную тоску по родине. У Демона после встречи с Тамарой возникает надежда на примирение с небом. Вместе с тем, для Демона красота девушки является случайной в порочном, по его мнению, мире.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.