Если душа родилась крылатой… (13219-1)

Посмотреть архив целиком

Если душа родилась крылатой...

Красною кистью

Рябина зажглась.

Падали листья.

Я родилась.

М. Цветаева

Марина Ивановна Цветаева — большой, сильный и смелый талант. Стихи начала писать рано, с шести лет, печататься — с шестнадцати. Уже в юношеских стихах Цветаевой проявляется ее индивидуальность, свой стиль и слог.

В ранних стихах Марины Ивановны господствует песенное начало, звонкость и полная свобода поэтического дыхания.

Как правая и левая рука

Твоя душа моей душе близка.

Мы смежены, блаженно и тепло,

Как правое и левое крыло.

Но вихрь встает и бездна пролегла

От правого до левого крыла!

Мятежность и неуступчивость, желание все проверить самой отличают ее первые стихи. Цветаевой интересны истоки этой непокорности. Она хочет понять и осознать прежде всего себя, свое место в этом прекрасном разноголосом и многоцветном мире.

У первой бабки четыре сына,

Четыре сына одна лучина...

А у другой по иному трахту!

У той тоскует в ногах вся шляхта.

Обеим бабкам я вышла внучка:

Чернорабочий и белоручка!

В центре этого многокрасочного и многозвучного мира стоит столь же резко выявленный в своих национальных чертах образ лирической героини, от лица которой написаны все стихи,— женщины с “гордым видом” и “бродячим нравом”, носительницы “страстной судьбы”, которой “все нипочем”, которая не знает удержу ни в страсти, ни в отчаянии, ни в любви, ни в ненависти, а во всем жаждет только “безмерности”.

Другие с очами и с личиком светлым,

А я по ночам беседую с ветром

Не с тем италийским

Зефиром младым,

С хорошим, с широким,

Российским, сквозным...

Стихия своевольства, душевного бунтарства, “безмерности” — вот та эмоциональная среда, вне которой нельзя понять ни поэзию Цветаевой, ни самого поэта. Жила она сложно и трудно, не знала и не искала ни покоя, ни благоденствия, всегда была в полной неустроенности и, хотя хорошо знала себе цену как поэту, ровным счетом ничего не сделала для того, чтобы как-то наладить и обеспечить свою литературную судьбу. И при всем том она была очень жизнестойким человеком, жадно любила жизнь и, как положено поэту-романтику, предъявляла ей требования громадные, часто — непомерные.

Писала я на аспидной доске,

И на листочках вееров поблеклых,

И на речном, и на морском песке.

Коньками по льду и кольцом на стеклах,

И на стволах, которым сотни зим,

И, наконец чтоб было всем известно!

Что ты любим! любим! любим! любим!

Расписывалась радугой небесной.

Жизнелюбие Марины Цветаевой воплощалось прежде всего в любви к России и к русской речи. Но как раз при встрече с Родиной поэта настигла жестокая и непоправимая беда.

Ты! Сей руки своей лишусь, Хоть двух!

Губами подпишусь На плахе: распрь моих земля —

Гордыня, Родина моя!

Первые четыре года после Октября Цветаева прожила в Москве. Писала много, но печатали мало, и знали ее лишь в узком кругу завзятых любителей поэзии.

Вчера еще в глаза глядел,

А нынче все косится в сторону!

Вчера еще до птиц сидел,

Все жаворонки нынче вороны!..

Я глупая, а ты умен,

Живой, а я остолбенелая.

О вопль женщин всех времен:

Мой милый, что тебе я сделала?!”

Само — что дерево трясти!

В срок яблоко спадает спелое...

За все, за все меня прости,

Мой милый,— что тебе я сделала?!

В 1922 году ей разрешено было выехать к мужу за границу. Жили в Берлине, Праге, Париже. Вскоре к Цветаевой приходит осознание того, что за “белым движением” не стоит ни исторической, ни человеческой правды, а белоэмигрантская среда с ее мышиной возней и яростной грызней оказалась ей более чуждой и враждебной, чем Советская Россия.

До Эйфелевой рукой Подать!

Подавай и лезь. Но каждый из нас такое

Зрел, зрит, говорю, и днесь.

Что скушным и некрасивым

Нам кажется ваш. Париж.

Россия моя, Россия, Зачем так ярко горишь?”

В жестоких лишениях и полном одиночестве Цветаева продолжала мужественно работать — писала не только замечательные лирические стихи, но и поэмы, стихотворные драмы, прозу. Поэзия зрелой Цветаевой монументальна, мужественна и трагична. Она думала и писала только о большом, важном; искала и прокладывала в поэзии новые пути. Стих ее со временем отвердевает, теряет прежнюю летучесть. Читать ее стихи между делом нельзя. Она поэт сложный, требует от читателя встречной работы мысли.

Наша совесть не ваша совесть!

Полно! Вольно! о всем забыв.

Дети, сами пишите повесть

Дней своих и страстей своих.

В 1939 году Цветаева возвращается в Россию, но жизнь не становится легче; одиночество, тоска, война сломили Марину Ивановну, она добровольно ушла из жизни.

Тоска по Родине! Давно

Разоблаченная морока!

Мне совершенно все равно

Где совершенно одинокой...

Прошли годы — и поэзия Цветаевой дошла до читателей. Лучшему из того, что написала она, “настал черед” — потому что настоящее в искусстве не теряется и не умирает.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.coolsoch.ru/


Случайные файлы

Файл
32860.rtf
61929.rtf
55150.rtf
9981-1.rtf
96738.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.