Загадка Пытавина (12662-1)

Посмотреть архив целиком

Загадка Пытавина

Андрей Дмитриев писатель, прозу которого можно рекомендовать достаточно широкому кругу читателей. Он современен, но космос его произведений неразрывно связан с драматическим, и всё же не теряющим последней надежды мироощущением XIX века. По мнению критики, Андрей Дмитриев человек очень “литературный”. Читателей нашей газеты, постоянно “перечитывающих заново” те или иные классические произведения, несомненно, должна заинтересовать авторская манера непрямого цитирования классики (особенно показательна в этом плане одна из самых замечательных вещей Дмитриева повесть «Воскобоев и Елизавета», отсылающая нас к Карамзину и Генри Торо).

Прозаик ироничен, но в то же время очень серьёзен и уважителен и по отношению к своим читателям, и по отношению к героям. Язык его повестей и рассказов выверен и отточен, он лёгок, что вовсе не означает легковесности и “незаметности”, и роль языка в тексте это не роль подсобного рабочего, но полноправного участника. Несколько лет тому назад, когда имя Дмитриева не было столь отмечено критикой, как сегодня, мы беседовали с ним, чтобы впоследствии записью этого разговора предварить публикацию в «Литературной газете» отрывка из не дописанной тогда ещё повести «Поворот реки». На моё замечание о том, что кто-то из критиков назвал его “стилистом по преимуществу”, Дмитриев ответил: “Стиль сам по себе, ради стиля, это рукоделие. Я никогда не ищу броского слова и не вижу смысла щеголять изысканным синтаксисом. Я ищу точное слово. Ищу средства, адекватные смыслу, который чувствую и намереваюсь выразить. Литературной игрой, пародией я развлекался в студенческие годы с друзьями и неплохо получалось. Я не знал тогда, что этоназывается концептуализмом, постмодернизмом, андерграундом и что за это платят деньги. Мы просто хохмили”1.

Со времени нашего разговора прошло несколько лет. Дмитриев разменял пятый десяток, как сценарист принял участие в экранизации гоголевского «Ревизора», повесть «Поворот реки» была дописана и чуть-чуть не получила (имея на это весьма реальные шансы, войдя в 1996 году в шестёрку финалистов) литературную Букеровскую премию, в 1998 году в издательстве «Вагриус» вышла в твёрдом переплёте книга повестей и рассказов под общим названием «Поворот реки». Наконец, самая последняя его вещь роман «Закрытая книга» в прошлом году получила премию Фонда журнала «Знамя» “за произведение, утверждающее либеральные ценности”.

Сегодня мы предлагаем вам вместе со старшеклассниками проанализировать рассказ Андрея Дмитриева «Шаги», написанный им в 1987 году. Но прежде чем приступить к конкретному анализу небольшое, но необходимое пояснение.

Действие большинства произведений Дмитриева разворачивается в вымышленном городе Хнове и его вымышленных же окрестностях. Или полувымышленных, так как по мере перечитывания прозы Дмитриева становится понятно: Хнов это где-то между Санкт-Петербургом, Новгородом и Псковом. Где-то на северо-западе или западе России. Подобный приём совсем не редкость в художественной литературе. Посмотрим, как комментирует свою привязанность к этому очерченному пространству сам Дмитриев. “Есть мировая литературная традиция, и есть приём, неплохо разработанный этой традицией.Приём этот существовал задолго до Фолкнера, но соблазнительно назвать его «приёмом йокнапатофы». Он продуктивен и удобен в том случае, если писатель не хочет зависеть от реальных примет реально существующего пространства. Так, многие кинорежиссёры предпочитают всё даже улицу, море, небо снимать в павильоне, дабы никакие случайности реальной натуры не повлияли на придуманную эстетику фильма. Поздний Феллини только так и работал... Хнов это состояние. Состояние реальности, которое я чувствовал в семидесятые годы, но не нашёл иного способа выразить его чтобы было и лаконично, и объёмно, и зримо. Хнов это застой (не в политическом, но в экзистенциальном смысле). Из Хнова некуда было деться разве в соседнее Пытавино, зеркально повторяющее Хнов...2

И так, Хнов город-символ, город-миф, город-декорация, город, вобравший в себя типические черты провинциальной России семидесятых–восьмидесятых (а может быть, и девяностых?) годов, город узнаваемый и привычный, но в то же время во многом сконструированный авторской фантазией и во всех отношениях удобный, чтобы на его фоне следить за развитием характеров и сюжета.

Здесь, наверное, будет уместно провести блиц-опрос старшеклассников. Пусть назовут произведения, в которых автор прибегал бы к подобному приёму. Привести примеры будет несложно, времени на это много не уйдёт, а попутно будет повторен материал.

Коль скоро мы начали разговор о городе, попробуем выбрать из рассказа всё, что так или иначе связано с пытавинским (события, описываемые Дмитриевым, происходят именно в этом населённом пункте) городским пейзажем. Вот Иван Королёв главный герой рассказа возвращается домой. Ему “нужно дойти до насыпи железной дороги, а затем уже по шпалам до дыры пешеходного тоннеля, прорытого под полотном. Лай собак, треск мотоциклов, запахи опилок, хлева и кухни”3. Нейтральное поначалу описание со временем приобретает оценочность (непонятно, правда, какую авторскую или самого Королёва). Но уже через несколько строк становится ясно: авторская оценка городского пейзажа скорее нейтральна. Это сам Иван Королёв смотрит на знакомые с детства места неприязненно, нелюбящими глазами. “Над лысыми холмами, над прокисшими от удобрений полями сгущаются сумерки... Иван ненавидит сумерки... К чувству раздражения и тревоги спешит присоединиться чувство глухой обиды. Едва о себе напомнив, обида стремительно заполняет все закоулки существа Ивана Королёва так же стремительно, как надвигается ночь на Пытавино: неотвратимо и тяжко...

Иван Королёв не любит свой город. Но продолжает в нём жить. Во-первых, по инерции, как большинство советских людей, придавленных обстоятельствами. А во-вторых, из-за матери, единственного близкого и любимого Иваном человека. Молодому парню очень хочется вырваться из опостылевшего Пытавина, уехать туда, “где пахнет солью, йодом, перченым дымом и нездешней пряной растительностью”, но Иван слаб, нерешителен, не уверен в себе, и “мысль о новой жизни в неведомых городах не льстит воображению Ивана. Она угнетает, потому что он не верит в себя: в крепость своих рук, в проворность ума, в свою удачу, наконец...

Каждый или почти каждый день,ближе к вечеру, через весь город возвращается Иван Королёв домой с работы в пытавинском «Бурводстрое», иногда один, иногда с матерью продавщицей в рыбном ларьке. Снова и снова через дождь и вьюгу идут они “вдоль долгих заборов, поленниц, сараев, мимо жёлтых и красных окон”. Невольно вспоминаются другие, “жолтые” окна (здесь и далее курсив в цитатах мой. М.С.-К.):

Они войдут и разбредутся,

Навалят на спины кули.

И в жолтых окнах засмеются,

Что этих нищих провели.

Иван Королёв не огрызается, когда прораб Корнеев подбрасывает ему тяжёлой и грязной работы, нет, он работает усердно, в меру своих сил и сноровки, но тем заметнее, сколь неумело и бестолково он работает. Бумажные мешки с цементом выскальзывают из хилых рук Ивана, рвутся, серая мука рассыпаетсявокруг и, мешаясь с грязью, становится грязью”. Нет, конечно же, Иван Королёв не нищий, у него есть работа, дом, телевизор, вдоволь еды. Но, с другой стороны, что ещё у него есть, кроме работы, осточертевшей дороги и тихих вечеров перед телевизором, проведённых вместе с матерью, специально принаряживающейся перед вечерними теленовостями, ведь нельзя же допустить, “чтобы «Вадичка», диктор областных телевизионных известий, мог подумать о ней, будто она нищенка или неряха”.

Что есть нищенство в материальном и душевном плане? Какое нищенство страшнее и необратимей? Как менялись (и менялись ли) представления людей об этом явлении с течением времени? Как относится к нищим тот социальный слой, к которому принадлежат Иван Королёв и его мать? Эти вопросы, как нам кажется, вполне могут заинтересовать старшеклассников. Впрочем, здесь есть и некая опасность не стоит слишком увлекаться социальными, “жизненными” проблемами, особенно если обсуждению рассказа посвящается только один, а не два урока.

Следующий этап работы. Попробуем охарактеризовать главного героя рассказа Ивана Королёва. “Ивана презирают. В свои двадцать два года он стар, мнителен, немощен; шамкает в разговоре, прячет глаза, то и дело хватается за бок, когда ему пожимают руку. Будучи трезвым, он робок, тих и невнятен, но после самой малой выпивки становится болтлив, нагл и норовит нарваться на скандал”.

Не самая, прямо скажем, привлекательная личность этот Иван Королёв.

Вообще же, представляется, что урок по рассказу Дмитриева должен быть в известном смысле “провокационным”. Перед нами главный герой. Класс можно поделить пополам. Часть ребят пытается доказать, что Королёв персонаж отрицательный. Остальные ученики выбирают всё, что можно сказать положительного об этом человеке.


Случайные файлы

Файл
240-2517.DOC
1.doc
115930.rtf
Kon_gosr.doc
150714.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.