Выразительные средства в парламентской речи (7057-1)

Посмотреть архив целиком

Выразительные средства в парламентской речи

С. И. Виноградов

Красота речи не тождественна красивости и не сводится к искусственному украшательству. Тем не менее уже в древности знали, что воздействующая сила речи возрастает, если она чем-то выделяется. «Красноречие,— писал М. В. Ломоносов, — есть искусство о всякой данной материи красно говорить и тем преклонять других к своему об оной мнению. Предложенная по сему искусству материя называется речь или слово» (Краткое руководство к красноречию. М., 1958. С. 53). Намеренные отклонения от нейтрального речевого стандарта еще в античной риторике получили название тропов и фигур.

Троп — переносное значение слова, выражения, фрагмента текста. В чем же различия между «обычной» и тропеизированной речью? Вспомним одно из выступлений на Первом съезде народных депутатов СССР. Уже тогда много говорилось об обострении межнациональных отношений в стране. Депутат, посвятивший немалую часть своего выступления этой проблеме, мог бы начать свою речь примерно так: «Дорогие товарищи, проведение перестройки затрудняется национальной рознью, которая порой приводит к кровопролитию». Однако начало выступления — а на трибуне был поэт Е. Евтушенко — оказалось иным: «Дорогие товарищи, нелегко сеять семена перестройки в землю с трещинами национальной розни. Что стоят тосты за дружбу народов, когда под ножки стола подтекает кровь?» Создаваемый образ обогащает текст новыми смысловыми и эмоциональными оттенками, способствует возникновению у слушателя сложного комплекса ассоциаций.

Традиционно тропы разделяются на образованные по смежности и по сходству. Перенос по смежности называется метонимией. Существуют регулярные модели метонимического переноса наименования. Название собрания или какого-нибудь другого социального мероприятия может быть перенесено на его участников (Съезд принял важный закон), именем столицы государства может быть названо его руководство (Лондон представил альтернативный проект договора). Наименование Белый дом в зависимости от контекста и ситуации служит обозначением руководства США или названием российского парламента и т. п.

Значительно большим экспрессивным потенциалом обладают тропы, созданные по сходству, и среди них важнейшее место принадлежит метафоре.

Метафора — перенесение наименования с одного объекта (предмета, лица, явления) на другой, сходный с первым в каком-либо отношении. Метафора — царица тропов, поскольку представляет собой нечто большее, чем прием выразительной речи. Метафора — инструмент познания действительности и способ существования в ней. Разе не метафорой природы является английский парк, разбитый перед домом, и разве не метафоричны устремленные вверх купола и островерхие завершения соборов? С метафорой связаны многие операции по обработке знаний — их усвоение, преобразование, хранение и передача. Поэтому столь значительна роль метафоры в коммуникации, о чем, в частности, свидетельствует и парламентское общение. С современными взглядами на метафору можно познакомиться в работах: Теория метафоры. М., 1990; Баранов А. Н., Караулов Ю. Н. Русская политическая метафора (материалы к словарю). М., Институт русского языка РАН, 1991; Баранов А. Н., Казакевич Е. Г. Парламентские дебаты: традиции и новации. М., 1991.

Метафора может быть реализована в слове, словосочетании, предложении, фрагменте текста. Метафорическое переосмысление слова ведет к возникновению его нового значения: волна — «водяной вал» —> «сильное, массовое проявление чего-либо» (волна недовольства); базар «место розничного торга» —> «шум, беспорядок» (не заседание, а какой-то базар); зарубить «убить рубящим орудием» —> «воспрепятствовать, лишить возможности сделать что-либо или быть кем-либо» (зарубить кандидатуру). Слова-метафоры нередко используются в каламбурах, основанных на игре разными значениями лексических единиц: «Депутаты! Кончайте базар — переходите к рынку».

Самой распространенной формой выражения метафоры являются двучленные словосочетания. Это могут быть генетивные обороты, построенные по модели «именительный падеж существительного + родительный падеж существительного»: война законов, парад суверенитетов, паралич власти. Или атрибутивные словосочетания «прилагательное + существительное»: обвальная приватизация, инфляционная спираль, идеологический вакуум.

Распространенность метафор этого типа объясняется тем, что в них в наиболее явном виде обнаруживается сам механизм метафоризации. Метафора всегда бинарна (двухчленна), так как в ее основе лежит взаимодействие двух информационно-смысловых комплексов.

Тот объект, характеристики которого переносятся на другой, называется источником (поскольку он служит исходной точкой метафоризации), или метафорической моделью. Предмет или ситуация, которые образно интерпретируются с помощью метафорической модели, принято называть целью или объектом метафорического осмысления. Например, в метафорах война законов и паралич власти в роли источника выступают понятия «война» и «паралич», а целью, или объектом, метафорического осмысления являются законы (законодательная деятельность) и власть.

Метафора, реализуемая в предложении, обычно образно представляет какое-либо явление как действие, состояние, процесс: «Так называемая "сильная рука" всегда готова зловеще прирасти к рыхлому телу слабой экономики» (I Съезд народных депутатов СССР. Стенографический отчет); «Ввиду остаточного финансирования здравоохранения наши покупатели — нищие. Поэтому предприятия медтехники и фармации — два коня, пасущиеся на скудной бюджетной лужайке отечественной медицины, от бескормицы так отощали, что не могут не только скакать или бродить, но давно лежат и тяжело поводят боками» (II Съезд народных депутатов РСФСР).

Метафора — фрагмент текста — представляет собой развернутое и достаточно детализированное описание некоего объекта метафорического осмысления. В качестве примера метафоры этого типа можно привести начало выступления на IV Съезде народных депутатов СССР Президента Казахстана Н. А. Назарбаева: «Уважаемые народные депутаты, уважаемый Президент! Позволю себе еще раз использовать метафору, столь полюбившуюся многим парламентским корреспондентам. Да, мы с вами уже четвертый раз вновь собрались на нашем довольно вместительном и оттого, наверное, слишком тихоходном и неповоротливом корабле. Если раньше политическое море лишь волновалось, то сейчас штормит, и очень крепко. И стоит ли удивляться, что, глядя на неуверенность рулевого, часть команды пытается перехватить управление, изменить курс. Другая спешит к спасательным шлюпкам, надеясь продолжить плавание автономно. А третья полна надежд вернуться к старым берегам, от которых мы не так уж далеко ушли» (Стенографический отчет). Развертывание базовой метафорической модели: Съезд — корабль в штормящем море политической жизни страны — позволяет дать характеристику самому съезду как высшему органу власти (вместительный, но тихоходный и неповоротливый корабль), политическому лидеру (неуверенность рулевого), противоборствующим политическим силам (частям команды, избирающим свою линию политического поведения в сложившейся ситуации).

Как нетрудно увидеть из приведенных примеров, метафоры, реализуемые в предложении и тексте, нередко строятся по принципу «метафорической матрешки»: метафоры более высокого уровня (предложение, текст) как бы вбирают в себя метафоры более низкого уровня (слова и словосочетания).

Обобщенность и образность метафоры делают ее весьма удобным и привлекательным инструментом коммуникации: она освобождает от бремени строго рационального и логически последовательного описания какого-либо объекта и оставляет простор для множественной интерпретации сказанного, а следовательно, предполагает возможность альтернативного вывода. Под «ремонтом общественного здания» может пониматься лишь «побелка фасада» (то есть совокупность поверхностных или даже чисто декоративных изменений), но может пониматься и «капитальный ремонт со сменой перекрытий» (что будет означать кардинальные изменения в экономике, политике, идеологии). «Парад суверенитетов» может подразумевать самые различные суверенные притязания — от требования (региона, национально-территориального образования) предоставить большую экономическую самостоятельность до объявления полной независимости и выхода из федеративного государства.

Нередко метафора используется в качестве аргумента. «Метафора — это приговор суда без разбирательства»,— так афористично сказано о ней в одной лингвистической работе (Арутюнова Н. Д. Метафора и дискурс // Теория метафоры. С. 28). Вместо тщательного поиска логически варифицируемых доводов в пользу, скажем, утверждений о гибельности «глубокой» суверенизации республик парламентский оратор вполне может ограничиться приведением метафорических характеристик типа гангрена суверенизации, парад суверенитетов, синдром (вирус) суверенитета,

Стало общим местом утверждение, что наиболее яркой чертой политической метафорики является широкое распространение «военных» - метафор. В этом справедливо видят одно из проявлений милитаризации сознания человека в советском обществе. «Концептуальный милитаризм» (термин авторов книги «Русская политическая метафора») индуцировался коммунистической идеологией с ее теорией классовой борьбы и закреплялся историческими реалиями революций, войн и террора. Уже в первое послереволюционное десятилетие глобальная «военная» метафора заполнила все коммуникативное пространство — от выступлений вождей (по некоторым подсчетам, в речах Сталина метафоры этого типа составляли 90%) до газетных публикаций на сугубо бытовые темы.


Случайные файлы

Файл
142919.rtf
32035.rtf
162913.rtf
15643-1.rtf
47562.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.