О Письмах римскому другу в украинском переводе (6344-1)

Посмотреть архив целиком

О "Письмах римскому другу" в украинском переводе

А.Титов

Иосиф Бродский

Письма римскому другу (из Марциала)

Нынче ветрено и волны с перехлестом.

Скоро осень, все изменится в округе.

Смена красок этих трогательней, Постум,

чем наряда перемена у подруги.


Iосiф Бродський

Сергiй Злючий

Листи до римського друга

(iз Марцiала)

Хвиля дужчає i вiтер чи не свище.

Скоро осiнь, все мiниться швидкоплинно.

Змiна, Постуме, цих фарб розчулить швидше,

анiж подруги убору перемiна.

В оригинале перед "и" нет запятой. Формально это не совсем правильно. Если "ветрено и холодно", тогда запятая не нужна. Без запятой "волны с перехлестом" становится тоже названием вида погоды, проявлением почти не называемого в русском языке личного начала. В переводе эффект смягчен, и запятая не нужна. В оригинале (кажется мне?) соединены одушевленное-везде-сущее ("ветрено") и конкретно-вещественное ("волны с перехлёстом"). Обычные для читателя русской лирики ассоциации заданы словами "осень", "изменение", "округа" - и построен мост от времени - через указание на изменение - к пространству и кругу, повторению. Всё это утрачено в переводе.

Но слово "трогательней" диссонансом звучит в оригинале! Времена и стихии - и старческая немощь и умиление, когда переодевается подруга? Перевод ("розчулить") точен, но мне слово "трогательней" (кто чтокого "трогает"??) не нравится - оно, в отличие от "розчулить", ВНЕ разговорной речи.

В последней строке автор и вслед за ним переводчик одинаково бредут пошатываясь, переставляя слова.

Дева тешит до известного предела -

дальше локтя не пойдешь или колена.

Сколь же радостней прекрасное вне тела:

ни объятья невозможны, ни измена!

Дiва тiшить до вiдомих меж, властиво,

трохи лiктя чи колiна - вся розрада.

Тож вiдраднiше прекрасне поза тiлом:

нi обiйми неможливi, анi зрада.

Сразу видно, как переводчик выпрямил ритм, СОХРАНИВ МЕТР.

В оригинале ясно видны извив и пританцовывание. В оригинале сомнительное соседство "стней", "сное"; "ни-не-ни-и" - шелест и путание звуков. Определенная, жесткая рифмовка "розрада - зрада" своей "военной" и тревожной ("зрада" - гораздо более предательство, чем адюльтер), "мужественной" ассоциацией продолжают иронию первых двух строк. Переводчик подготовил переход к дальнейшей речи о жизни и о власти, а в оригинале довольно жеманно звучащие (кроме самого начала) катрены отделены знаком "---", и в самом деле там катрены "висят".

Посылаю тебе, Постум, эти книги.

Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко?

Как там Цезарь? Чем он занят? Все интриги?

Все интриги, вероятно, да обжорство.

Надсилаю тобi Постуме, цi книги.

Що в столицi? Замiсть справи лише жести?

Як там Цезар? В чому клопiт? Все iнтриги?

Все интриги i, напевно ж, ненажерство.

Первое "е" в слове "ненажерство" звучит как русское "э". "Напевно" - это скорее "наверняка", чем "вероятно". Всякое указание на постель устранено. Введено традиционное устойчивое противопоставление дела и жеста. При этом достало сил на игру слов: "жестко- жесты" :) Заключительное "ненажерство" звучит жестко и определенно, вся строфа - как вердикт. Чтобы убрать те же реверансы ритма, переводчик даже убрал запятую в обращении!

Слово "занят" имеет школьно-официально-канцелярский привкус, а "Цезарь занят", в сущности, странное выражение. Мы говорим такое, не замечая его странности. "В чому клопiт" - о чём (в столице) хлопоты - у всех, не только у Цезаря - но по-украински резче и определеннее, чем по-русски ("клопiт" единственного числа мужского рода - какая-то единственная забота, от которой шалеют все).

Я сижу в своем саду, горит светильник.

Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.

Вместо слабых мира этого и сильных -

лишь согласное гуденье насекомых.

Я сиджу в своїм саду, горить свiтильник.

Час нi подруг, нi знайомих не закине.

Замicть ницих цього свiту ачи сильних -

лише стишене дзижчання комашине.

С этой строфы многие начинали чтение Бродского. Она совсем родная, она стоит эпиграфом к "Жизни насекомых" В. Пелевина. Очарование её сохранено, но звучание другое. В последней строке сжатие, сужение пространства, произнесение сквозь зубы вместо согласия, простора, раздольного гудения, которые показаны в оригинале. "Лишь" имеет элегический оттенок, "лише" - разговорный, спешащий. Элегическая же инверсия "мира этого" устранена! В переводе чётко и твердо: этого мира. В переводе появляется тема времени, как бы компенсируя её ослабление в переводе первой строфы. "Час нi подруг, нi знайомих не закине" - концентрированная, уверенная речь.

Удалось избавиться от биологического термина "насекомых".

Здесь лежит купец из Азии. Толковым

был купцом он - деловит, но незаметен.

Умер быстро - лихорадка. По торговым

он делам сюда приплыл, а не за этим.

Тут лежить купець iз Азiї. Тямущим

був купцем вiн - дiловий, та без гонитви.

Вмер одразу: лихоманка. Та по сущих

справах торгу приїздив, а не за тим вiн.

В последней строке (а переводчик - и в предпоследней) оба еле выпутываются из слов. Но переводчик исправил неудачное слово. "Незаметен" плохо связывается с образом купца. "Без гонитви" ("деловой, и без базара", "без вранья, обмана") - лучше. Скажут ли в обычной речи именно так: "деловит, но незаметен"?

Вернемся к названию стихов. "Письма" во множественном числе, и у Бродского отделены не только первые два катрена. Переводчик убирает разделения катренов и строит непрерывное развитие темы и непрерывный ряд чувств, делает стихи экспрессивнее, чем в оригинале. Переводчик убирает также "песенные" отступы чётных строк, ведь кипарис - траурное дерево - ровный и строгий : )

Рядом с ним - легионер, под грубым кварцем.

Он в сражениях империю прославил.

Сколько раз могли убить! а умер старцем.

Даже здесь не существует, Постум, правил.

Поряд з ним легiонер - пiд грубим кварцем.

Вiн звитягою iмперiю прославив.

Сто разiв могли убити! Скiнчив старцем.

Отже, Постуме, i тут бракує правил.

Вторая строка не так официальна. "Звитяга" - это не торжественное "сражение".

Переводчик исправляет ",пстм," , которые в оригинале везде путаются под ногами, заполняя слоги:

Даже здесь не существует, Постум, правил. -- "пст пр"

Посылаю тебе, Постум, эти книги.

И даже:

Пусть и вправду, Постум, курица не птица -- кто здесь курица? : )

(Вдобавок в оригинале было "пст-вп-пст-ц-ц")

"Постуме" Злючого звучит спокойнее и определеннее.

Последняя строка в переводе - спокойная констатация, без примеси удивления. "Отже" близко к "итак".

Пусть и вправду, Постум, курица не птица,

но с куриными мозгами хватишь горя.

Если выпало в Империи родиться,

лучше жить в глухой провинции у моря.

Хай, i справдi, курка, Постуме, не птиця.

Та за курячу тямущiсть хапнеш горя.

Що вже трапилось в iмперiї зродиться,

краще жить в глухiй провiнцiї, край моря.

Глушь, край, уже состоявшийся случай как неожиданность, а не как вольно пред-полагаемый жребий. Интересно, что после "пусть" в переводе запятая - а и самом деле, "пусть (будет) и вправду (?)" - что это значит? В переводе звучит беспокойство и досада, и всё-таки в конце "у моря" -"край моря" - сохранён перевод взгляда в открытое пространство.

И от Цезаря далёко, и от вьюги.

Лебезить не нужно, трусить, торопиться.

Говоришь, что все наместники - ворюги?

Но ворюга мне милей, чем кровопийца.

I вiд Цезаря далеко i вiд хуги.

Шапкувать не треба, скнiти, поспiшати.

Нарiкаєш, що намiсники злодюги?

Та злодюги, по менi, мiлiшi ката.

Метафорическую "вьюгу" заменили на возможную на Аппенинах наледь, промозглость. Убрали лишние, по-моему, намеки на Москву и Крым. Хотя "вьюга" - тоже немного "пушкинская" ассоциация, но не уверен, что она здесь нужна.

"Кат"("палач, мучитель") определеннее и жёстче "кровопийцы".

Зато испортили рифму.

Этот ливень переждать с тобой, гетера,

я согласен, но давай-ка без торговли:

брать сестерций с покрывающего тела -

все равно что драхму требовать от кровли.

Збути час, гетеро, поки задощило,

разом згоден я, та нумо, без торгiвлi,

бо сестерцiй брати з тiла, що покрило,

все одно що дранку дерти iз покрiвлi.

Строки перевода видимо более сжаты (тоже при сохранении метра), подтянуты, в них меньше простора ("ээтот", "лиивень","соглаасен"), и больше хотения, более отрывистое начало. В украинском языке не приживаются причастия - ну что это за "покрывающее тело." Хороша замена на "дранку" и "драть" вместо "требовать". Вслушайтесь в этот незаметный бред: "- требовать -от -кровли"! Кажется мне, что и у Бродского сначала было "дранку требовать", а не "драхму". То одна денежная единица, то рядом другая. Возможно, в оригинале замененное слово, потому что дранка на стенах под штукатуркой, а не на крыше.

Протекаю, говоришь? Но где же лужа?

Чтобы лужу оставлял я - не бывало.

Вот найдешь себе какого-нибудь мужа,

он и будет протекать на покрывало.

Протiкаю, кажеш? Цур, та де калюжа?

Щоб калюжу залишав я - не бувало!

Вiднайдеш собi якого-небудь мужа -

ось тектиме тобi хто на покривало.

"Цур, та де" звучит куда веселее, чем драматическое "но где же", сообразно насмешливому духу текста.

Обратите внимание, как с виду непринужденно достигается лексическое и ритмическое соответствие текстов. "Вiднайдеш" - это не "вот найдешь". Грамматические структуры последних строк совсем разные.


Случайные файлы

Файл
112246.rtf
96690.rtf
doclad.doc
75885-1.rtf
27702.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.