О стабилизационных процессах в русском литературном языке 90-х годов XX века (4029-1)

Посмотреть архив целиком

О стабилизационных процессах в русском литературном языке 90-х годов XX века

Ю. А. Бельчиков

Нет никакого сомнения в том, что те деструктивные процессы, которые происходят в конце XX столетия на территории бывшего СССР и постсоветской России, охватившие буквально все сферы жизни русского общества от экономики до быта, — все эти процессы оказали и оказывают преимущественно негативное влияние на русский литературный язык и на речевую культуру.

Система литературных норм испытывает большое напряжение; в речевом общении носителей русского литературного языка (устном и письменном) набрали силу такие негативные тенденции и явления, как огрубление литературной речи, детабуизация грубопросторечной (в том числе — общественной) лексики и фразеологии, наплыв жаргонизмов, немотивированное употребление варваризмов (преимущественно англоязычного происхождения).

Вместе с тем в русском литературном языке нельзя игнорировать и позитивные тенденции, сосуществующие с перечисленными негативными.

Несомненно как положительный квалифицируется процесс «возвращения» в активную зону русской речевой коммуникации многих слов и фразеологических единиц, актуальных в русском литературном языке конца XIX — начала XX в. Имеется в виду в первую очередь религиозная лексика и фразеология, выступающая в её исконной семантике и узусе. Затем возвращаются слова и словосочетания «гуманитарного» содержания и назначения, с семантикой «доброделания». Это такие слова, как благотворительный, благотворительность, милосердный, милосердие, меценат, меценатство, филантроп, филантропия и под.

Продолжают развиваться процессы, свойственные языковой эволюции вообще и присущие также развитию русского литературного языка в XX в. в советское время (это специальная тема, сравнительно подробно освещенная в обширной библиографии вопроса).

Происходит также отказ от слов и формул политического языка советского времени или их критическое — преимущественно контрарно-ироническое — переосмысление. Такого рода слова и выражения в своём большинстве оказываются в пассивном запасе словаря.

Возвращаясь к негативным явлениям в современной речевой коммуникации, принципиально важно подчеркнуть наметившуюся в конце 90-х гг. тенденцию к известному упорядочению словоупотребления, к стабилизации в сфере русской литературной речи.

Эти стабилизационные явления и процессы происходят главным образом благодаря действию механизма литературных норм, прежде всего норм стилистических (по терминологии Л. В. Щербы), а также в силу известной адаптации в литературных текстах речевых инноваций к литературным нормам и встречных процессов «смягчения» литературных норм под влиянием мощных процессов демократизации русского литературного языка, наблюдаемых в конце XX столетия.

Какие же факты, речевые явления свидетельствуют о стабилизационных процессах в современном русском литературном языке?

1. Наблюдения над современными словарями русского языка (имеются в виду «Толковый словарь русского общего жаргона: Слова, с которыми мы все встречались», составленный О. П. Ермаковой, Е. А. Земской, Р. И. Розиной под общим руководством Р. И. Розиной (М., 1999), «Толковый словарь русского языка» С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой (4-е изд. М., 1997) и 1-й том «Русского семантического словаря» под общей редакцией академика Н. Ю. Шведовой (М., 1998)) убеждают в динамичности, подвижности системы литературных норм, которая чутко реагирует на традиционные для русского литературного языка послепушкинского периода процессы демократизации, особенно после того, как сформировалось так называемое литературное просторечие.

Предмет описания «Толкового словаря русского общего жаргона» — тот пласт жаргонной лексики, который в настоящее время включен в сферу активного употребления как в СМИ, так и в непринужденном речевом общении жителей (в том числе и образованных) современного большого города (см. [Земская, Розина 1994: IV]). Такой пласт лексики авторы Словаря называют «общий жаргон». В него не входят речевые единицы «жаргонов… социальных, в частности, криминальных, и профессиональных групп» (Там же). Признаком принадлежности лексико-фразеологических единиц к общему жаргону авторы считают их употребление в печатной и электронной прессе, ориентированной на широкую аудиторию.

Сам факт издания в конце 90-х гг. словаря, корпус которого составляет таким образом отобранная лексика, — важное, многозначительное свидетельство результативности происходящих в недрах литературного языка процессов освоения новых речевых явлений — «пришельцев» из народно-разговорного языка. Эти процессы обусловлены активным отношением литературных норм к таким речевым фактам (в данном случае — к наплыву жаргонной речи в русский литературный язык 90-х гг.), активным воздействием норм на жаргонные речевые элементы.

Присутствие в данном словаре слова, словоформы — уже свидетельство того, что эта речевая единица на пути к нормализации. Попадая в контексты и ситуации литературной речи, слова и фразеологические выражения ненормированной (в данном случае — жаргонной) речи приобретают новые осмысления, новые синтагматические связи, вступают в парадигматические отношения с единицами литературного языка, в конце концов «отрываются» от их «родной» социокультурной среды и дискурса соответствующего жаргона, сохраняя вместе с тем семантическое, коннотативное, экспрессивно-стилистическое своеобразие, необычность, «свежесть» номинаций и оценок породившей их среды на фоне традиционной литературной лексики и фразеологии (что, собственно, и привлекает в них носителей литературного языка).

Неопровержимым доказательством процесса нормализации представленных в словаре единиц русского общего жаргона, их включения и включенности (!) в состав литературного просторечия (нижнего пласта разговорной литературной речи) служит тот весьма примечательный и показательный факт, что почти четвертая часть (23,1%) словарных единиц этого словаря зафиксирована в «Толковом словаре русского языка» С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой (М., 1997). Такие единицы с полным основанием можно (и следует) рассматривать как принадлежащие литературному просторечию, тем более что все они (за единичным исключением) имеют помету «прост». Литературное просторечие — ещё раз напомним — сфера литературного языка, сфера компетенции литературных норм.

2. Система способов «обработки» внелитературных элементов в русском литературном языке сложилась ещё во второй половине XIX в. (см. хотя бы [Чернышев 1970; Копорский 1957; Бельчиков 1974] и др. исследования).

Одним из самых продуктивных путей приобщения в данном случае жаргонного речевого элемента к литературному языку представляется включение ненормированной речевой единицы в разъясняющие контексты (в рамках литературного текста).

Среди таких контекстов выделяются, с одной стороны, так называемые оценки речи: говорящий, пишущий дает прямую, непосредственную оценку вводимого им слова, подчеркивая необычность такого слова, в данном случае — принадлежность к известному социокультурному речевому обиходу (за рамками литературного языка) или уже получившему некоторую распространенность в литературной речи, однако, не свойственное автору как носителю литературного языка. Часто такие оценки речи сопровождаются разъяснениями соответствующего слова. См., например, в статье Л. Вольперт «Памяти Вадима Эразмовича Вацуро» (НЛО. № 42 (2000). С. 54); «Во всех этих городах, естественно, шла и напряженная работа (доклады, дискуссии, многочасовые заседания), но было и то, что иначе обозначается аппетитным, но несколько легковесным словечком «тусовка», общение, хоть и праздничное, но далеко не бесполезное (обмен мнениями, возникновение замыслов, знакомство и узнавание друг друга)».

С другой стороны, обычно внелитературная речевая единица включается в широкий контекст или «монтируется» с текстовым фрагментом, в котором (контексте или фрагменте) так или иначе раскрывается её смысловое содержание, экспрессивная окраска. См. разъясняющие контексты слова прибамбасы с неясной, аморфной семантикой и вместе с тем с весьма выразительной экспрессивной окраской неодобрительно-иронического характера: «А вот «Счастье», ещё один образчик нового альтернативного кино… На кону все основные «прибамбасы» нынешней американской цивилизации… Мужчину и женщину влечет друг к другу, а сблизиться все-таки страшно: вдруг кто в суд успеет подать? Но сексом одержимы все: и стар, и мал… И рассказывает режиссер о всей этой жизни с циничной усмешечкой. Только хохот в зале стоит все два с лишним часа…» (Мир за нед. 1999. № 7); «К сожалению ли, к счастью ли, но смена моды в нашем искусстве не за горами. Спрос на прибамбасы заканчивается по мере возрастания социальной напряженности в стране. Скоро общество снова потребует: «Хлеба!» — то бишь содержания. Очаровательная свобода забавно писать ни о чем иссякает» (Э. Радзинский. Интервью в Коме. пр. 21.01.2000). Ср. употребление глагола кинуть в значении 'обмануть’ и разъясняющий контекст этого слова в интервью с, А. П. Юрковым:

«(Журналист) — Я правильно вас понял: Лужков лично вам… пообещал финансирование спец. выпуска «Московская власть», но ни копейки не заплатил?

(А. Ю.) — Именно так. Мы на всю страну распространяли московский опыт, а нас, выражаясь современными терминами, кинули. Откровенно, бессовестно кинули» (Мир за нед. 2000. № 1).

3. Освоению новой речевой единицы в литературном языке способствует установление соотносительных связей, парадигматических, словообразовательных, стилистических, в литературных текстах с нормированными единицами, прежде всего — синонимических отношений. См., например: братки — преступные (криминальные) авторитеты (Мир за нед. 1999. № 7); «Вас могут «кинуть» (обмануть)" (АиФ. 1995. № 30). Ср. контекст, в котором устанавливается синонимическая связь между глаголом сдать в значении 'отказаться от члена своей группы, команды из каких-либо интересов’, 'предать’ (из уголовного жаргона: сдать — 'предать’: 'предать соучастника при допросе’ — [Дубягин, Бронников 1991: 158]) и устойчивым сочетанием принести в жертву (кого-л., что-л.): «…перед московским градоначальником замаячила реальная угроза споткнуться в ходе выборов мэра… по причине недовольства соратников Юрия Михайловича (возьмут да сдадут).


Случайные файлы

Файл
63283.rtf
64636.rtf
114142.rtf
Sociol.doc
123231.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.