Есенинской тропой (73004)

Посмотреть архив целиком

Неприглядная дорога,

Да любимая навек,

По которой ездил много

Всякий русский человек.

С.А. Есенин.


Дорога… Дорога домой. Сколько раз приходилось Есенину уезжать из родного села, но каждый раз неизменно он возвращался обратно. Возвращался потому, что его здесь ждали и «милые березовые чащи», и «покосившаяся избенка», и мать – «милая, добрая, старая, нежная». Одним словом, – Родина.

«Было у нашего отца любимое присловие, – вспоминает Александра Александровна. – Он так говорил: «Все земли хорошие, но нет милее той, где твой пупок резан. И куда бы ты ни уезжал, никуда от нее не уедешь. Одно слово – Родина».

Сергей Есенин испытал это на себе. В какие бы края не забрасывала поэта судьба, он непременно возвращался в родные места.

В архивах Государственного музея-заповедника С.А. Есенина хранится железнодорожный билет, по которому поэт 23 сентября 1925 года ехал от Москвы до станции Дивово – домой. Жесткий вагон №9, место №7. Цена билета 26 копеек… Этот билет был найден в бумагах поэта после его смерти. Зачем он хранил его? Может, это было предзнаменование и предчувствие, последняя ниточка, связывающая Есенина с его родным краем?

От станции Дивово до Константинова существует несколько дорог. И по каждой из них Есенин мог добираться домой. Более десятка километров пути среди раздолья Рязанщины с ее березовыми перелесками, хлебными полями, с кострами рябины в рощах, с трубными криками журавлей над ними в весеннюю и осеннюю пору. Не раз добирался поэт то на извозчике, а то и пешком по одной из этих дорог, связывающих его родное Константиново с селом Старолетовым, где находилась станция Дивово. Считалось, что станция от Константинова примерно в 12–15 километрах, смотря, откуда шли или ехали. Если из Матова, то есть из восточной части села, – путь удлинялся на версту с гаком. Из нового же поселка, выросшего на западной околице Константинова вскоре после революции, был он, разумеется, короче.

Сохранились свидетельства, доказывающие наличие трех маршрутов, по которым мог ездить С.А. Есенин. Один – это самый длинный – от Старолетова до старинного русого села Вакино (6 км.), где выситься белая колокольня вакинской церкви, что стояла и теперь стоит на высоком лесистом холме. Затем через Федякино (4,5 км.) путь лежит мимо старого высокого кирпичного здания школы. Здесь в 1918 году Есенин читал свои стихи землякам во время концерта художественной самодеятельности. Дорога лежит параллельно руслу реки Оки и до Константинова всего 14 километров. Раньше это была просёлочная грунтовая дорога. Теперь же здесь асфальтовое покрытие, и нужно потратить всего 15 минут, чтоб добраться на автомобиле до станции.

Второй путь – от Старолетова до деревни Демидово (3 км.), через деревню Шушпаново (1,5 км.), выходит правее села Федякино (4 км.) как раз в том месте, где когда-то шумел Орлянский сад, знаменитый на всю округу великолепными сортами яблоку, и поворачивает на Константиново (14 км.). отсюда открывается чарующий вид на село с его красивой церковью, на заречье – желтые луга с темными колпаками стогов, зеленый лес вдали и синюю своенравно изогнутую речную излуку:


За горами, за желтыми долами

Протянулась тропа деревень.

Вижу лес, и вечернее полымя,

И обвитый крапивой плетень.


Это и есть та самая заветная «тропа деревень»: Федякино, Константиново, а дальше Матово, Волхона, Кузьминское, Аксеново, Иванчино…

И, наконец, самая короткая дорога длиной 12 км: Старолетово – Демидово – Константиново. Последний отрезок от Демидова до Константинова, около 9 км, идет полями, мимо небесных рощиц и современных посадок, вдоль оврагов и буераков. О нем старожилы говорили, что он был настолько прямой, будто кто-то кнутом стеганул по полям, проложив дорогу от Демидова до Константинова. Этот отрезок пути, к сожалению, не сохранился и все же, при желании, зимней порой по снегу, на санях можно по нему проехать.

Какова же эта, самая короткая дорога, от станции Дивово, через Старолетово, мимо Демидова и далее до Константинова. Что мог увидеть Есенин на своем пути, что сохранилось по нынешнюю пору и какова история и судьба памятных мест, связанных с именем поэта? Эти и другие вопросы интересовали нас в самом начале нашей исследовательской работы.

Дорога начинается со станции Дивово. Здесь останавливались поезда, следующие из Москвы и обратно. Название она свое получила по фамилии статского советника Николая Андриановича Дивова. Еще в 1778 году все село Старолетово, а с ним еще 18 других селений, принадлежали роду Дивовых. Сам Николай Андрианович был человек умный и дальновидный, обладающий удивительной энергией и деловой хваткой. Вначале он организовал конный завод в сельце Городище (ВНИИК), затем, когда прокладывалась железнодорожная дорога, добровольно отдал свои земли под полотно новой железной дороги. А в 1865 году была открыта станция. Так она и стала называться станция Дивова. Статский советник умер после отмены крепостного права, «похоронили его в Константинове возле церкви. Наследники его остались два сына – Александр и Сергей, и две дочери. Все они проживали в Петербурге». (2). Имение поделили, затем продали по частям. Род Дивовых окончательно прекратил свое существование в 1912 году (из рязанского исторического архива).

Старый дивовский вокзал находился примерно метрах в 200 от нового. Был он одноэтажным, подобно нынешнему, только не каменным, а деревянным, к тому же намного просторней прежнего, и стоял ближе к платформе, почти вплотную к первому пути. Платформа была насыпная, крытая, на ней стояли деревянные скамейки, таким образом, пассажиры могли прямо с вагона прейти в здание вокзала, не подвергнув себя дождю или снегу.

До революции в зале ожидания в левом красном углу висела большая икона Николая Угодника с горящей перед ней лампадой, стояли обычные для всех российских вокзалов желтые деревянные диваны. Полы были тесовые крашенные. Посреди зала висела трехлинейная керосиновая лампа, которую зажигал и гасил дежурный по вокзалу. (3)

По обе стороны от вокзала были устроены коновязи. Вокруг вокзала, выкрашенного в коричневый цвет, росли ветлы и липы, кусты акации и сирени. Некоторые из них до сих пор сохранились, кусты желтых акаций поселились на небольших холмиках, оставшихся от насыпи. А сам вокзал, простоявший 77 лет, сгорел от взрыва фашистской бомбы в 1941 году.

Новое здание станции, по воспоминаниям старожилов, меньше прежнего, сложено из красного кирпича. На фасаде здания прикреплена мемориальная доска: «На станции Дивово в период с 1909 по 1925 год неоднократно проездом останавливался С.А. Есенин». В 2005 году к юбилею поэта здание вокзала реконструировали, внутри открыли экспозицию, посвященную истории станции Дивово. На привокзальной площади установили памятник С.А. Есенину.

Итак, у старого вокзала станции Дивова, сойдя с поезда, пассажир мог нанять извозчика. Многие старожилы занимались этим промыслом, поскольку желающих доехать до ближайших деревень Демидова, Чешуева, Шушпанова, Летова, Вакина, а то и до дальнейших – Константиново, Кузьминское, Шехмино, которое находилось на противоположном берегу реки Оки, было хоть отбавляй. У старолетовских извозчиков была довольно капризная такса на все случаи и расстояния. Помните есенинского возницу из «Анны Снегиной»:


Даю сороковку.

«Мало!»

Даю еще двадцать.

«Нет!»

Такой отвратительный малый,

А малому тридцать лет.


Вот так на извозчике отправлялся Есенин в путь. Дорога лежала вначале вдоль пруда, мимо старой мельницы (она сгорела во время войны) и выходила на старую базарную площадь.

Раньше здесь, по свидетельству старожилов, устраивались базарные дни. В Старолетово съезжались со всех окрестных сел, бывали даже из Новоселок и Пощупова. И какого товара только здесь не увидишь! Горланили гуси, визжали в мешках поросята, кричали на все голоса торговки, расхваливая, кто сало и мясо, кто сметану и молоко, кто мед и картошку.

Нет сейчас здесь ни торговых рядов, ни коновязи у чайной Галишникова, ни самой чайной. Площадь местами заросла бурьяном, только где-то сбоку примостился небольшой магазинчик – отрада местных жителей. Чайная Григория Николаевича Галишникова пострадала от пожара во время войны, а на ее месте стоит небольшой деревянный дом, куда нынче приезжают на лето «дачники».

А раньше Есенин нередко останавливался в чайной, коротая время для прихода поезда, не раз «гонял чай» и беседовал с хозяином. Дом у Григория Николаевича был двухэтажный, низ – кирпичный, верх – деревянный. В полуподвале находилась пекарня, принадлежавшая ему. В комнатах второго этажа проживала семья владельца чайной. Сама чайная находилась на первом этаже. «Здесь было тепло, светло и по-своему уютно: ситцевые занавески на окнах, на столах – белые скатерти, большие и маленькие заварочные чайники, в углу новенький граммофон, на котором особенно часто крутили пластинку «На сопках Маньчжурии».

За стойкой буфета хлопотал сам Галишников – лысоватый, с пышными усами, высокий и грузный». Так представляли и мы картину станционной чайной, прочитав книгу Башкова В.П. «В старинном селе над Окой». И было немного жаль, что почти ничего не сохранилось с тех пор. Единственным свидетелем есенинских приездов был старинный двухэтажный дом по улице Центральной №27.

Ему уже более 100 лет. Раньше там находилась галантерейная лавка купца Щеглова. Сейчас же это обветшалое здание, такое же старое, как и жильцы в нем. На втором этаже местами протекает крыша, ступени расшатаны, некоторые прогнили и едва держатся, стены со стороны двора подпирают бревна и балки.


Случайные файлы

Файл
34074.rtf
151494.rtf
~1.DOC
169863.rtf
8609-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.