Борис Годунов. Пушкин А.С. (64742)

Посмотреть архив целиком

Борис Годунов. Пушкин А.С.

Автор посвящает памяти Н. М. Карамзина

Кремлевские палаты (1598 года, 20 февраля). Князья Шуйский и Воротынский.

Они рассуждают о том, что “народ еще повоет да поплачет, // Борис еще поморщится немного,.. // И наконец по милости своей // Принять венец смиренно согласится...”. Воротынский не верит, что Борис захочет стать государем. Шуйский рассказывает, как он двенадцать лет тому назад был послан в Углич расследовать убийство царевича Димитрия, все указывало на участие в нем Годунова, “...И,.возвратись, я мог единым словом // Изобличить сокрытого злодея”. Но Годунов смотрел в глаза, “как будто правый”. И Шуйский не смог выступить против Бориса. Воротынский удивляется, неужели кровь младенца не беспокоит убийцу? Шуйский уверен:

Перешагнет; Борис не так-то робок!

Какая честь для нас, для всей Руси!

Вчерашний раб, татарин, зять Малюты,

Зять палача и сам в душе палач,

Возьмет венец и бармы Мономаха...

Они решают “народ искусно волновать”, чтобы избавиться от Годунова.

Красная площадь

Народ

Народ в ужасе из-за отказа Бориса вступить на трон: “О боже мой, кто удет нами править? // О горе нам!” Духовенство призывает народ угово-1Ить царицу благословить Бориса на царствование.

Девичье поле. Новодевичий монастырь

Народ

Собравшаяся толпа не понимает, что происходит. Боясь оплошать, люди [повторяют друг за другом: стараются заплакать и падают на колени. “Бо-

Вот черни суд: ищи ж ее любви.

В семье моей я мнил найти отраду,

Я дочь мою мнил осчастливить браком —

Как буря, смерть уносит жениха...

И тут молва лукаво нарекает

Виновником дочернего вдовства

Меня, меня, несчастного отца!..

Кто ни умрет, я всех убийца тайный:..

...все я!

Ах! чувствую: ничто не может нас

Среди мирских печалей успокоить;

Ничто, ничто... едина разве совесть.

Так, здравая, она восторжествует

Над злобою, над темной клеветою.

Но если в ней единое пятно,

Единое, случайно завелося,

Тогда — беда! как язвой моровой

Душа сгорит, нальется сердце ядом,

Как молотком стучит в ушах упрек,

И все тошнит, и голова кружится,

И мальчики кровавые в глазах...

И рад бежать, да некуда... ужасно!

Да, жалок тот, в ком совесть нечиста.

Корчма на литовской границе

Мисаил и Варлаам, бродяги-чернецы,

Григорий Отрепьев,мирянином;хозяйка

Хозяйка угощает всех вином. Мисаил беседует с Григорием о причине грусти молодого человека, а между тем литовская граница рядом. Но Григорий уверен: “Пока не буду в Литве, до тех пор не буду спокоен”. Мисаил и Варлаам не понимают, чем так привлекательна для Григория Литва. Они сами покинули монастырь и теперь им везде хорошо. “Литва ли, Русь ли”, монахи пьют и веселятся, приглашая Григория с собой, но он отказывается и узнает у хозяйки дорогу в Литву; хозяйка уверена, что он сможет добраться до Луевых гор к вечеру, если не остановят царские заставы. Григорий испуган: кого ловят? Хозяйка слышала, что кто-то из Москвы сбежал. Она объясняет, что стражники стоят только на дорогах, а в Литву можно попасть по любой тропе, не только торной дорогой. Входят дозорные, они интересуются посетителями корчмы, хотят поживиться за счет монахов. Пристав достает царский указ о сбежавшем из Москвы Гришке Отрепьеве, он подозревает Мисаила. Григорий читает указ. Там сказано, что Отрепьев впал в ересь, сбежал к литовской границе, “царь приказал изловить и повесить”. Дается и словесный портрет Григория, а он, глядя на Варлаама, дает его описание: “А лет ему вору Гришке от роду... за 50. А росту он среднего, лоб имеет плешивый, бороду седую, брюхо толстое...” Приставы готовы схватить Варлаама, но тот выхватывает у Григория бумагу и читает: “А лет е-му от-ро-ду... 20... А ростом он мал, грудь широкая, одна рука короче другой...” Приставы подступают к Григорию, он выхватывает нож, от неожиданности они расступаются, и Григорий выскакивает в окно.

Москва. Дом Шуйского

Шуйский, множество гостей. Ужин.

Шуйский предлагает гостям выпить последний раз за государя. Мальчик читает молитву, потом все расходятся. Оставшийся Афанасий Михайлович Пушкин сообщает хозяину о полученном от племянника из Кракова письме, в котором сказано, что убиенный в Угличе Димитрий жив: Кто б ни был он, спасенный ли царевич,

Иль некий дух во образе его,

Иль смелый плут, бесстыдный самозванец,

Но только там Димитрий появился.

Шуйский не сомневается, что это самозванец. Если народ узнает о нем, “быть грозе великой”. Бояре сговариваются пока молчать.

Царские палаты

Царевич чертит географическую карту, царевна, мамка царевны Ксения тоскует о недавно умершем женихе. Мамка утешает, что будет и другой жених. Входит Борис, он искренне жалеет дочь, интересуется занятиями сына:

Учись, мой сын: наука сокращает

Нам опыты быстротекущей жизни —

Когда-нибудь, и скоро, может быть,

Все области, которые ты ныне

Изобразил так хитро на бумаге,

Все под руку достанутся твою. С докладом входит Семен Годунов, он сообщает о прибывшем к Пушкину гонце из Кракова. Борис приказывает гонца перехватить, Семен уже послал своих людей. Приходит Шуйский, он рассказывает царю о появившемся в Кракове самозванце под именем царевича Димитрия. Борис приказывает перекрыть литовскую границу и спрашивает Шуйского, бывшего тринадцать лет назад в Угличе, не произошла ли тогда подмена царевича? Шуйский уверен: “Нет, государь, сомненья нет: Димитрий // Во гробе спит”. Борис понимает: “Так вот зачем тринадцать лет мне сряду // Все снилося убитое дитя!.. // Ох, тяжела ты, шапка Мономаха!”

Краков. Дом Вишневецкого

Самозванец и раЪег1 Черниковский

Самозванец обещает: не пройдет и двух лет, как вслед за ним Русь признает власть католической церкви. Священник благодарит самозванца за столь приятную перспективу. Григорий призывает пришедших к нему русских беглецов и поляков идти войной на Русь. Курбский рассказывает о своем знаменитом отце, угасавшем в Больший, мечтавшем вернуться на родину; теперь сыну представилась такая возможность. Самозванец обещает беглецам:

Мужайтеся, безвинные страдальцы, —

Лишь дайте мне добраться до Москвы,

А там Борис расплатится во всем.

Все кричат:

В поход, в поход! Да здравствует Димитрий,

Да здравствует великий князь московский!

Замок воеводы Мнишка в Самборе.

Ряд освещенных комнат. Музыка

Вишневецкий, Мнишек

Мнишек рад, что Димитрий увлекся Мариной, “дочь моя царицей будет?” Танцуя с Димитрием, Марина назначает ему свидание. Окружающие обсуждают Димитрия и его планы.

Ночь. Сад. Фонтан

Входит Самозванец, он смущен любовью к Марине. Марина требует, чтобы он открыл ей самые заветные мысли, “чтоб об руку с тобой могла я смело // Пуститься в жизнь...” Димитрий готов отказаться от всего ради ее любви:

Твоя любовь... что без нее мне жизнь,..

В глухой степи, в землянке бедной — ты,

Ты заменишь мне царскую корону,

Твоя любовь...

Но Марине важен титул Димитрия:

...Знай: отдаю торжественно я руку

Наследнику московского престола,

Царевичу, спасенному судьбой.

...Другого мне любить нельзя.

Он открывает Марине всю правду о себе: “...Одна любовь принудила меня // Все высказать”. Теперь же он будет свято хранить эту тайну:

Тень Грозного меня усыновила,

Димитрием из гроба нарекла,

Вокруг меня народы возмутила

И в жертву мне Бориса обрекла.

Царевич я. Довольно, стыдно мне

Пред гордою полячкой унижаться. —

Прощай навек. Игра войны кровавой,

Судьбы моей обширные заботы

Тоску любви, надеюсь, заглушат.

...Но — может быть, ты будешь сожалеть

Об участи, отвергнутой тобою.

Марина рада:

Наконец

Я слышу речь не мальчика, но мужа.

С тобою, князь, она меня мирит.

Безумный твой порыв я забываю

И вижу вновь Димитрия.

Очисти Кремль, садись на трон московский,

Тогда за мной шли брачного посла;..

Самозванец решается: “Заутра двину рать”.

Граница литовская

(1604 года, 16 октября)

Князь Курбский и Самозванец, оба верхами

Полки приближаются к границе

Курбский счастлив ступить на землю предков. Самозванцу же отравляет радость осознание предательства: “...я Литву // Позвал на Русь, я в красную Москву // Кажу врагам заветную дорогу!..” Полки переходят

границу.

Царская дума

Царь, патриарх и бояре

Царь посылает Трубецкого и Басманова против Самозванца. Патриарх рассказывает Борису историю пастуха, исцеленного от слепоты святыми мощами Димитрия в Угличе. Он “тихую молитву сотворил, // Глаза... прозрели...” Патриарх советует перенести святые мощи Димитрия в Кремлевский Архангельский собор, “народ увидит ясно // Тогда обман безбожного злодея,..” Шуйский возражает против этого: “Не скажут ли, что мы святыню дерзко // В делах мирских орудием творим?” Он предлагает поговорить с народом, Борис согласен.

Равнина близ Новгорода-Северского

(1604 года, 21 декабря)

Битва

Русские войска бегут от ляхов, православные, отказываются идти войной на законного царевича.

Димитрий приказывает трубить победу:


Случайные файлы

Файл
62753.rtf
74607-1.rtf
ekzamen.doc
122868.rtf
18516-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.