Различия экономических систем по формам собственности и механизму координации хозяйственной деятельности (18866-1)

Посмотреть архив целиком

Различия экономических систем по формам собственности и механизму координации хозяйственной деятельности.

Особенности развития частной собственности в переходной экономике России.

Введение.

К сожалению, в настоящее время в России в значительной степени утеряны методологические основы экономического анализа, более того - о них практически не идет речи. В диссертационных работах, авторефератах повторяются одни и те же штампы о комплексном и системном подходе авторов к избранной проблематике. Исследователи конкретных экономических проблем российской экономики в основном вообще не заботятся о том, чтобы определить свои методологические позиции. В учебниках по экономической теории перечисляются известные из философии приемы анализа: индукция и дедукция, единство исторического и логического, анализ и синтез и т.п.

Каждый уважающий себя исследователь-экономист подчеркивает комплексность, системность анализа той или иной проблемы. А какой смысл вкладывает каждый из нас в эти понятия? Единства и четкости в этом вопросе нет, более того, господствуют представления на чисто обыденном уровне. За редким исключением, системность рассматривается не более как синоним всесторонности охвата предмета исследования или как языковой штамп, за которым вообще ничего не стоит применительно к экономическому анализу.

Десять лет реформ в России радикальным образом изменили ее государственное устройство и экономику. Не будем спорить, насколько необходимы и своевременны были эти преобразования. Важно констатировать, что страна в результате стала совершенно другой. Лучше или хуже? - вопрос, на который нет однозначного ответа.

Обратим внимание на тот факт, что процесс трансформации, единожды запущенный в январе 1992 г., продолжается до сих пор, но далеко не в соответствии с замыслами его авторов. За годы реформ россияне уже привыкли к тому, что провозглашенные цели и задачи преобразований в экономике приводили к иным, часто противоположным результатам. Это породило у многих специалистов безразличие к анализу происходящего, а значит, и к оценке перспектив будущего страны. Может быть, такая социально-политическая апатия кому-то и выгодна, но она представляет смертельную опасность для социума, пока еще существующего на географическом пространстве, очерченном государственными границами России. Таким образом, очень важно продолжать начатые или предпринимать новые исследования касающиеся экономических систем в целом и применительно для России. Рассматривать и примерять те модели, которые наиболее благоприятные в геополитическом смысле для страны, занимающей самую большую территорию в мире. Именно раскрытию понятия частная собственность, сравнительному анализу экономических систем и их применимости к российской действительности и будет посвящена данная работа.

Методолгические аспекты анализа экономических систем.

Научная традиция российской экономической науки, всегда придававшей большое значение методологии, требует определенности в этом вопросе. Принимая во внимание высказанные предварительные замечания, остановимся на одном, важнейшем, по нашему мнению, из аспектов.

Прежде всего отметим, что системный анализ является метаметодологией в том смысле, что он используется для анализа любых систем, независимо от характера и содержания, относятся ли они к природе, обществу или искусственным техническим конструкциям. Прежде чем говорить об экономических системах, нужно определиться с терминологией и категориями системного анализа.

Решение вопроса о специфических признаках системного подхода, в отличие от любого другого типа научного анализа, в значительной степени предопределяется тем, что следует понимать под системой.

Известный специалист в области системного анализа В.Н. Спицнадель приводит следующие определения (См.: Спицнадель В.Н. Основы системного анализа. СПб., 2000. С. 117-118.). Под системой понимается "комплекс элементов, находящихся во взаимодействии" (Л. Берталанфи); "нечто такое, что может изменяться с течением времени", "любая совокупность переменных… свойственных реальной машине" (У. Росс Эшби); "множество элементов с отношениями между ними и между их атрибутами" (А. Холл, Р. Фейджин); "совокупность элементов, организованных таким образом, что изменение, исключение или введение нового элемента закономерно отражаются на остальных элементах" (В.Н. Топоров); "взаимосвязь самых различных элементов", "все, состоящее из связанных друг с другом частей" (Ст. Бир); "отображение входов и состояний объекта в выходах объекта" (М. Месарович) и т.д. и т.п. Сам Спицнадель считает: "В первом приближении можно придерживаться нормативного понятия системы. Система (греч. - "составленное из частей", "соединение", от "соединяю, составляю") - объективное единство закономерно связанных друг с другом предметов, явлений, а также знаний о природе и обществе (БСЭ. Т. 39. С. 158)".

Изучение систем в науке долгое время велось методом редукционизма. В первую очередь он появился и обосновался в естественных науках. Суть его состоит в том, что сложное явление нужно разделить на элементы. Изучив их свойства и взаимодействия, затем определить и черты всей системы в целом. То есть из свойств частей выводятся свойства целого. Естественные науки на этом пути пришли к выдающимся достижениям. Данному подходу мы обязаны многим великим и малым открытиям в области механики, химии, биологии и пр.

В дальнейшем было доказано, что в системе свойства целого не есть сумма свойств ее элементов, что ее свойства не выводятся логически. Система потому и система, что она есть нечто большее, чем сумма входящих в нее элементов. В течение всего ХХ века естественные науки изживали классический редукционизм.

Экономическая теория отстает от естественных наук на пути освобождения от редукционизма, более того, экономическая теория до сих пор находится в его плену. Из системы не всегда можно выделить какой-то элемент, часть, объект. Его можно изучить только во взаимодействии с другими элементами, его мы можем познать только по этим взаимодействиям. Последние несут в себе информацию об элементах системы. Если нет взаимодействий, то и нет информации. В других случаях один и тот же объект участвует в разных системах, вступая с ними во взаимодействия. Поэтому он представляется по-разному.

Экономические системы являются сложными, нелинейными, самоорганизующимися системами. И подход к ним как к простым системам, о которых можно получить достаточно исчерпывающую информацию, не применим к ним. Лауреат Нобелевской премии И. Пригожин, занимающийся именно такими системами с точки зрения математики и математического моделирования, пишет о необходимости четко разграничивать системы разного типа в анализе: "Именно простые системы являются тем частным случаем, в котором становится достижимым идеал исчерпывающего описания. Знание закона эволюции простых систем позволяет располагать всей полнотой информации о них, т.е. по любому мгновенному состоянию системы однозначно предсказывать ее будущее и восстанавливать прошлое… Предельный переход от нашего финитного знания к идеальному описанию, подразумевающему бесконечную точность, не составлял особого труда и не мог привести к каким-либо неожиданностям. Ныне же при рассмотрении неустойчивых динамических систем проблема предельного перехода приобретает решающее значение: только бесконечно точное описание, подразумевающее, что все знаки бесконечного десятичного разложения чисел, задающих мгновенное состояние системы, известны, могло бы позволить отказаться от рассмотрения поведения системы в терминах случайности и восстановить идеал детерминистического динамического закона" (Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. М., 2000. С. 4.).

Экономические системы чрезвычайно сложны, и невозможно получить исчерпывающую информацию о них, с тем чтобы формулировать "железные" законы и строить полностью адекватные реальности модели. Описание с конечной точностью недостижимо в силу внутренней структуры экономических явлений.

На помощь приходят различные формы описания. Ни одно сложное явление нельзя описать при помощи одного понятийного языка. Простой пример - известная притча о слепцах, ощупывающих слона: один держал его за хобот и сказал, что слон подобен змее, другой держал слона за ногу и заявил, что он похож на колонну, а третий, ощупывая туловище, стал спорить с остальными, поскольку слон, по его мнению, как гора.

Применительно к экономическим явлениям следует иметь в виду то, что требуется их описание вербальное, математическое и графическое. Невозможно экономические явления, относящиеся к системам высшей категории сложности (сложнее только такие понятия, как Вселенная), познать при помощи лишь одного понятийного языка. Математические методы являются инструментом количественного и символического нахождения алгоритмов функционирования экономических систем. Поэтому неправильно чрезмерно опираться на один из подходов. Кроме того, не существует убедительных математических моделей для целого ряда экономических явлений.

Автор согласен с В.Н. Спицнаделем в том, что: "Многие теории, получившие огромное влияние в науке, являются нематематическими по своему характеру (например, психоаналитическая теория), а в других случаях лежащие в их основе математические конструкции осознаются позднее и охватывают лишь отдельные аспекты соответствующих эмпирических данных (как в теории отбора). Математика, по сути дела, сводится к установлению алгоритмов, которые более точны, чем алгоритмы обычного языка… Вероятно, лучше иметь сначала какую-то нематематическую модель со всеми ее недостатками, но охватывающую некоторый незамеченный ранее аспект исследуемой реальности и позволяющую надеяться на последующую разработку соответствующего алгоритма, чем начинать со скороспелых математических моделей" (Спицнадель В.Н. Основы системного анализа. С. 34-35.).


Случайные файлы

Файл
25300-1.rtf
47480.rtf
8565.rtf
83815.rtf
163336.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.