Исламский экстремизм: роль в мировой политике (118646)

Посмотреть архив целиком

Министерство образования Российской Федерации

Удмуртский государственный университет

Исторический факультет

Кафедра новой и новейшей истории международных отношений









Маланьина Елена Фаритовна

ИСЛАМСКИЙ ЭКСТРЕМИЗМ: РОЛЬ В МИРОВОЙ ПОЛИТИКЕ

Дипломная работа













Ижевск

2001


ОГЛАВЛЕНИЕ


ВВЕДЕНИЕ

ПРИМЕЧАНИЯ

ГЛАВА 1. Причины подъема исламского экстремизма на современном этапе

1.1 Социально-экономические факторы

1.2 Особенности ислама как религии

1.3 Цивилизационный конфликт

1.4 Внутриполитические факторы

1.5 Проблемы международных противоречий

ПРИМЕЧАНИЕ

ГЛАВА 2. Идеология исламского экстремизма

2.1 Идейные и исторические истоки исламского фундаментализма и экстремизма

2.2 Социально-политический идеал и критика современного мирового порядка исламскими фундаменталистами

2.3 Концепции политической борьбы за построение исламистского общества

ПРИМЕЧАНИЯ

Глава 3. Организации и практика исламских экстремистов

ПРИМЕЧАНИЯ

ГЛАВА 4. Исламский экстремизм в макроисторической перспективе

4.1 Последствия исламского экстремизма для социального развития государств мусульманского мира

4.2 Функциональная роль и перспективы исламского экстремизма в рамках современной капиталистической мир-системы (КМС)

ПРИМЕЧАНИЯ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЯ

ПРИМЕЧАНИЕ



ВВЕДЕНИЕ


Проблема исламского экстремизма далеко не нова. Вот уже на протяжении нескольких десятилетий деятельность ряда религиозно- политических организаций является одним из дестабилизирующих факторов в ряде регионов. Террористические акции исламистских экстремистов давно перестали быть реальностью отдельного государства или региона. Религиозный, прежде всего исламский экстремизм к концу ХХ в утратил свой локальный характер и превратился в явление транснациональное. Особую озабоченность вызывает его распространение "вширь": в последние годы эта проблема неожиданно остро встала в ряде регионов СНГ (прежде всего в Центральноазиатском), и в России (Чечня). Все это делает рассмотрение данной темы особенно актуальным.

Стоит отметить, что в отечественной историографии отсутствует единое понятие таких терминов как исламизм, исламский фундаментализм, исламский экстремизм. В связи с этим возникает необходимость более четко определить значение данных понятий, определить их соотношение друг с другом. В настоящей работе мы исходим из следующей терминологии.

Салафиты (салафийа) - общее название мусульманских религиозных деятелей, которые в различные периоды истории выступали с призывами ориентироваться на образ жизни и веру ранней мусульманской общины, т.е. это религиозное течение, ратующее за восстановление чистоты ислама.

Исламский фундаментализм - идеологии и политические движения, выступавшие под лозунгами салафийи (восстановления чистоты ислама). Главная декларируемая цель - захват власти и преобразование общества в строгом соответствии с принципами "чистого" ислама. Исламский фундаментализм можно разделить на два направления - умеренный и радикальный фундаментализм - по некоторых теоретическим установкам (прежде всего принцип такфир у радикалов) и в зависимости от акцента на мирные или насильственные методы борьбы. При этом, отличительная черта современного исламского фундаментализма (фундаментализма ХХ века) состоит в том, что он отвечает на вызовы все более усиливающейся глобализации мира и мощной экономической, политической и духовной экспансии капиталистического Запада.

Исламизм - стадия в развитии фундаментализма, которая началась в 70-е гг. Отличается следующими параметрами: 1) выступая за укрепление ислама на официальном, государственном уровне, как правило, имеет относительно хорошо разработанную идеологическую доктрину и политическую программу; 2) его ядром являются хорошо организованные структуры (неправительственные религиозно-политические организации, партии); 3) он показал себя силой не только страновой и региональной, но и мировой (исламская революция в Иране, движение моджахедов в Афганистане)1

Исламский экстремизм - радикальное направление исламского фундаментализма, исповедующее насильственные формы политической борьбы.

Предметом данной работы является попытка анализа исламского экстремизма как особого идейного и социально-политического феномена в современных развивающихся странах. Ввиду объемности темы автор вынужден был ограничиться главным образом странами зарубежной Азии и Африки, оставив в стороне Россию и страны Запада.

При этом необходимо отметить, что за кажущейся на первый взгляд монолитностью исламского экстремизма, выступает его разнородность, что обусловлено различными причинами, условиями, региональными особенностями возникновения, а также конкретными целями, которая ставит перед собой отдельная организация.

Кроме того, сам термин "исламский экстремизм долгое время не был сведен исследователями к единому знаменателю, что позволяло присваивать его довольно широкому спектру религиозно- политических организаций более или менее часто использующих террористические методы в своей деятельности. К ним причисляли сепаратистские и автономистские движения, оппозиционные правящим режимам, использующие террор изредка, в качестве средства привлечения внимания к определенной проблеме, и избравшие насилие своим основным методом борьбы, нелегальные и действующие открыто в составе воинских подразделений, суннитские и шиитские и т.д.

Проблема политического экстремизма советской историографии была представлена исследованиями Галкина А.А., Грачева А. С., Барыгина Р.Г. прежде всего по вопросам праворадикальных движений Западной Европы и США.2 Эти работы были не лишены идеологических клише и поэтому некоторые определения вряд ли можно назвать удачными. Например, Грачев А.С. считал экстремизм "особой специфической извращенной реакцией отдельных представителей многочисленных "средних" и "промежуточных" слоев на ухудшение их материального и общественного положения..." 3

Современная формулировка данного термина звучит как "приверженность к крайним взглядом, мерам (обычно в политике и идеологии)".4

В целом исследователи выделили следующие признаки экстремистских идеологий:

1) неприемлимость теории для конкретного общества или значительной его части;

2) "черно-белый" взгляд на мир;

3) активизм;

4) редко самостоятельность и оригинальность;

5) глубинный примитивизм.5

70-80-е годы ознаменовались усилением роли "исламского фактора" в мировой политике. В данный период появилось множество публикаций, посвященных изучению различных аспектов социально-экономического и политического развития стран распространения ислама. Тогда же впервые возник интерес к феномену "исламского фундаментализма" (исламизма).6

Этот интерес, однако, не был лишен существенной доли идеологической ангажированности. Антишахская революция 1979 г. под исламистскими знаменами в Иране носила в значительной степени антиамериканский характер, что позволяло советским идеологам рассматривать иранскую революцию как в какой-то степени "национально-освободительную" и "антиимпериалистическую" и, следовательно, в целом "прогрессивную" 7.

Однако, дальнейшее развитие революции показало относительность подобных оценок. Потребности более взвешенного подхода к оценке исламского фундаментализма и экстремизма вызвали к жизни целый ряд академических исследований данного фактора на материале отдельных стран мусульманского мира. Здесь следует выделить монографию З.А. Арабаджяна, посвященную исламской революции в Иране 8, работы Р.Г. Ланды по современному Алжиру 9. Вопросы, связанные с фундаменталистскими идеями организации исламского мирового порядка затрагиваются в монографии Н.В. Жданова "Исламская концепция миропорядка" 10 В 1992 г. появляется статья Д.А. Трофимова "Исламский фундаментализм в арабских странах: истоки и реалии" 11. Эта работа носит не проблемный, а скорее ознакомительный характер, описывая исламский фундаментализм как идейное и политическое течение.

Вообще же, в 90-е гг. в связи с усилением роли исламского фактора в жизни Советского Союза, а после его распада и России, увеличивается число публикаций на эту тему; они проникают и на страницы неспециализированной печати. Современные авторы по-разному оценивают основную природу исламского фундаментализма. Так, например, А.В. Малашенко считает, что фундаментализм - это "форма выражения цивилизованной константы", а суть его - в стремлении воссоздать фундаментальные основы "свой" цивилизации, очистив ее от чуждых новаций, вернуть ей "истинный облик".12 Другой российский автор Е.Трифонов даже трактует фундаментализм как не имеющий рационального объяснения феномен социальной психологии, как явление, генетически связанное с коммунизмом, с которым фундаментализм объединяет "ненависть к европейской цивилизации и христианским ценностям". 13

Р. Ланда полностью придерживается позиции египетского социополитолога А.А. аль-Малика, считающего фундаментализм "постоянной чертой всех зрелых цивилизаций, культур, наций в момент вызова, создаваемого конфронтацией, отречением, глубоко ощутимой угрозой так же как и тупиковой ситуацией".14

Многие авторы отмечают "революционный" характер исламского фундаментализма. Еще Л.Р. Полонская в статье, опубликованной в 1985 г. в сборнике "Ислам: проблемы идеологии, права, политики, экономики"., выделяла модернистов и фундаменталистов как реформаторские течения.15 Д.В. Микульский считает исламский фундаментализм прежде всего модернистской идеологией "ставящей на более прочную основу процесс модернизации общества, глубинной основой которого является ислам".12 Ионова А.И. связывает исламский фундаментализм с "разрывом с стратегией "догоняющего развития", с поиском новых стратегических решений в сфере государственно-административного, национального, экономического и культурного строительства…"16

Во второй половине 90-х годов в связи с активным процессом политизации ислама и придания исламскому фундаментализму формы политической идеологии, стал чаще использоваться термин "исламизм", который Игнатенко А.А. определяет как "теория и практика политических движений, ставящих перед собой цели приведения общественного и государственного устройства в соответствии с установлениями ислама.17

Из последних собственно научных публикаций стоит выделить статью Д.А. Малышевой "Исламо-фундаменталистический проект в реалиях современного мира",18 которая представляет собой, по сути, общий краткий очерк современного состояния исламского фундаментализма. Д.А. Малышева видит в качестве основного фактора исламского фундаментализма проблемы, возникающие в ходе модернизации мусульманских стран и России, сложности рыночных реформ.

Сюжеты, затрагивающие тему исламского фундаментализма, не могли быть не затронуты в фундаментальной монографии А.М. Васильева, посвященной истории государства Саудовская Аравия, где, одна из разновидностей исламского фундаментализма - ваххабизм, - как известно, является официальной религией.19

Интерес собственно к религиозному в данном случае исламскому экстремизму возник в 80-х годах и был связан не в последнюю очередь с событиями на Ближнем Востоке. Кризис арабского национализма вследствие поражения арабо-иранских войнах вызвал всплеск фундаменталистских настроений в мусульманских странах, в том числе в наиболее радикальных формах (как, например, в Ливане).

В западной литературе появились публикации, в которых делались попытки выделить из общей массы религиозно-политических организаций экстремистские и умеренные, где главным критерием выступали методы деятельности. Так, Х. Ансари выделял из египетской "Аль-гаама аль-исламий" "воинствующих исламистов", основной обязанностью которых являлся "джихад" (в данном случае - вооруженная борьба) против неверных. О. Карре выделял фундаменталистские организации:

1) поддерживающие власти и участвующие в какой-то мере в управлении страной (пр. суданские "Братья-мусульмане" в период правления Нимейри);

2) выступающие как группы давления (египетские "Братья-мусульмане" при А. Садате);

3) ведущие вооруженную борьбу против режима (сирийские "Братья-мусульмане" в конце 70-х гг.).

Такой исследователь как Н. Айюби разделял фундаменталистов исходя из "интенсивности их эмоций" и тех методов, которые они используют чтобы добиться своих целей.20

Среди отечественных исследований на данную тему необходимо упомянуть работу А.А. Игнатенко "Халифы без халифата: неправительственные религиозно-политические организации на Ближнем Востоке".21 В этой связи следует упомянуть также монографию А.В. Коровикова "Исламский экстремизм в арабских странах."22 Работа обращает на себя внимание прежде всего тщательным анализом сочинения С. Кутба "Вехи на пути", а также критерием выделения собственно экстремистов. В его качестве выступает понятие "такфира" ("Обвинения в неверии"). В отличие от "умеренных", которые считают "вестернизированных" мусульман правоверными, хотя и грешными, экстремисты полагают, что они утратили право называться мусульманами, являются неверными (кафирами). Т.о. понятие экстремизма, по мнению Коровикова А.В., во-многом понятие идеологическое, нежели политическое. Следует отметить, что работа А.В. Коровикова работа написана на материале ограниченного ряда стран- Египта, Иордании и Сирии.

Следует отметить, что ряд авторов считают разделение исламистов на "умеренных" и "радикалов" нецелесообразным в силу единства их целей. Например, Э. Сиван полагает, что проводить различие между умеренными и экстремистами означает упускать из виду то обстоятельство, что выбор "лекарственных средств" (т.е. методов борьбы) производится исключительно с точки зрения практического применения и зависит от обстоятельств... каким ни был образ действий, цель одна - захват политической власти..."23 Подобного мнения придерживается и Д.А. Малышева. 24

В 90-е годы в связи с актуализацией данной темы, появляется множество публикаций не только в научной периодике, но и в прессе. Публикации в прессе содержат не только аналитический материал, но и порой достаточно аргументированное фактическое изложение событий, т.е. они, в каком-то смысле могут рассматриваться и как исторический источник. Обращают на себя внимание статьи, посвященные отдельным религиозно-политическим организациям и движениям, истории их создания и практической деятельности. Среди них можно упомянуть статьи Л. Млечина, П. Принина, Д. Зеленина, посвященные Хезболла ("Партия Аллаха")25, а также публикацию Я. Борового о Хамас ("Исламское движение сопротивления").26 В последние годы вследствие активизации исламистов в среднеазиатских государствах, СНГ, особое внимание СМИ уделяет Исламскому движению Узбекистана (ИДУ), а также "Хизб-ут-тахрир", их дестабилизирующей активности в данном регионе, а также их связям с международным терроризмом.27

Необходимо отметить, что первоначально интерес СМИ к исламским организациям был связан прежде всего с террористической практикой, лишь в последнее десятилетие в связи с актуализацией для российского общества проблемы исламского фундаментализма, появилось более взвешенное и осмысленное отношение к данной теме. особое внимание стало уделяться в этой связи внутриполитическим фактором возникновения религиозного экстремизма, его конкретным целям и задачам.28

Следует сказать о том, что если в конце 80-х гг. некоторые исследователи говорили о бесперспективности исламского экстремизма вследствие поражения Ирана в военном противостоянии с Ираком,29 то в настоящее время ряд авторов прогнозирует долгое воздействие "исламского фактора" на мировую политику.30

В качестве источников при написании данной дипломной работы использовались материалы периодической печати: статьи, репортажи, интервью с деятелями ислама и отечественными специалистами. Кроме того, был привлечен труд одного из теоретиков фундаментализма Абу аля-Маудуди31

Основная цель работы состоит в попытке дать обобщенный образ современного исламского экстремизма, опираясь главным образом на выводы исследования отечественных авторов, а также анализ материалов периодической печати в качестве источниковедческой базы. Задачи, вытекающие из поставленной цели состоят в том, чтобы:

1) выявить основные причины подъема современного исламского экстремизма;

2) проанализировать идеологию современного исламского фундаментализма, раскрыть его соотношение с таким явлением как исламский экстремизм;

3) дать характеристику главным направлениям практической деятельности исламских экстремистов;

  1. охарактеризовать роль исламского экстремизма в системе международных отношений.

Этим задачам соответствует структура работы: введение, четыре главы, заключение, библиографический список, примечания.

Основные методы, использованные в работе – аналитический и иллюстрированный.



ПРИМЕЧАНИЯ


  1. Современный ислам. СО. 1994.

  2. Галкин А.А. Социология неофашизма. М., 1971; Грачев А.С. Политический экстремизм. М., 1986; Барыгин В.Н. Социальная база, движение крайне правых в Западной Европе. М., 1991.

  3. Грачев А.С. Тупики политического насилия. Экстремизм и терроризм на службе международной реакции. М., 1982. с. 84.

  4. Словарь-справочник по социологии и политологии. Сост. Тадевосян Э.В. М., 1996. с. 468.

  5. Коровиков А.В. Исламский экстремизм в арабских странах. М., 1990.

  6. Показательно, что в капитальной монографии Л.Р. Полонской и А.Х. Ваффы "Восток: идеи и идеология (критика буржуазных и мелкобуржуазных концепций "третьего пути развития")

  7. Арабаджян З.А. Иран: власть, реформы, революция (19 – 20 в.) М., 1991

  8. Арабаджян Указ. соч.

  9. Ланда Р.Г. Есть ли будущее у исламского фундаментализма в Алжире? //Восток. 1993. № 1. с.138.; Исламизм в Алжире: апогей или спад? //Азия Африка сегодня.1991. № 9. с.6

  10. Жданов Н.В. Исламская концепция миропорядка. международно-правовые и гуманитарные аспекты. М., 1991 г.

  11. Трофимов Д.А. Исламский фундаментализм в арабских странах // Восток, 1992 г. N 1

  12. Малашенко А.В. Мусульманский мир СНГ. М., 1996 г. стр.10-11

  13. Трифонов Е. Россия всегда была частью Европы. Игра в Евразийское пространство противоестественны // НГ- сценарии N4 1998 г. стр.7

  14. Ланда Р.Г. Исламский фундаментализм // Вопросы истории 1993 г. N1 стр.32

  15. Ислам: проблемы идеологии, права, политики, экономики. М. 1986 г.

  16. Микульский Д.В. Ислам и общество // Вопросы философии, 1993г. N12 стр.16 15. Указ.соч. стр.17

  17. Там же.

  18. Игнатенко А.А. "Зеленый Internetционал" // Нг - Религии 7.04.1999г. стр.4

  19. Малышева Д.А. Исламо-фундаменталистский проект в реалиях современного мира // МЭиМО 1999 г. N7, стр.110

  20. Васильев А.М. История Саудовской Аравии (1754г. - конец ХХ в) М., 1999г.

  21. Коровиков А.Г. Указ.соч. стр.16

  22. Игнатенко А.А. Халифы без халифата: неправительственные религиозно-политические организации на Ближнем Востоке., М., 1988 г.

  23. Коровиков А.В. Исламский экстремизм в арабских странах. М., 1990г.

  24. Сиван Э. Радикальный ислам: причины и последствия террористического насилия // НЭБ 1999г.

  25. Малышева Д.А. Указ.соч. стр.112

  26. Млечин.Л. Секта, которая считает, что смерть слаще жизни // Новое время 1992. N17 стр.11

  27. Принин П. Партия Аллаха готова к войне. // Эхо планеты 1993 № 38

  28. Зеленин Д. Пробил ли час освобождения? //Эхо планеты 1991. 24-30 августа N31 стр.21

  29. Боровой Я. Смерть приходит по воскресеньям // Новое время 1996. N10 стр.24

  30. См. например, Ротарь И. Фундаменталисты активизируются // Независимая газета 15.08.2000 г. стр.5

  31. Князев А. Под знамением "зеленого интернационала" // Независимая газета 11.11. 2000 г. стр.5; Москалев Л. Драма под названием "джихад" // Независимая газета 18.08.2000г. стр.5; Ротарь И. Взорвется ли Центральная Азия? // Независимая газета. 29.11.2000г. стр.5.

  32. См.например: Беляев И.П. Ислам: религия и политика // Диалог 1990г. N6 стр.90

  33. См.например: Поляков С. Угроза исламистского экстремизма будет расти // Век 08.09.2000; Понамарев В. На грани начала войны // Независимая газета 11.10.2000г. стр.5; Игнатенко А.А. От Филлипин до Косово // Независимая газета 12.10.2000г. стр.6.



ГЛАВА I. ПРИЧИНЫ ПОДЪЕМА ИСЛАМСКОГО ЭКСТРЕМИЗМА НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ


1.1 СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ


Одним из важнейших факторов исламского экстремизма являются, конечно, огромные социально-экономические проблемы мусульманских стран. По мнению Э. Сивана, профессора Института и истории г. Иерусалима, национальное государство на Ближнем Востоке и в Северной Африке "...представляет собой нечто среднее между государством-рантье и государством общественного вспомоществования. Как рантье оно получает большую часть своих средств за счет монополии на ряд ценных полезных ископаемых (нефть, газ и т.п.) на важные водные пути (например, Суэцкий канал), а также ассигнований зарубежных держав (США, бывшего СССР, Саудовской Аравии и Эмиратов Персидского залива)... Режимы бесплатно (или с дотацией) предоставляют своим подданным основные продукты питания, образование, жилье, медицинское обслуживание и социальную помощь, а те, в свою очередь, молча сносят манипуляции с гражданскими правами и правами человека... В связи с распадом СССР, а также падением цен на нефть в середине 80-х годов, страны, чья политика в области экономики была ориентирована на "импортное развитие без роста", оказались на пороге банкротства... На этом фоне сложился социальный климат, способствовавший массовым протестам в том виде, как они вскоре были инсценированы радикальными мусульманскими экстремистами..."1

Образование новых среднеазиатских независимых государств также сопровождал экономический спад. Вследствие разрыва прежних экономических связей и односторонним экономическим развитием с ярко выраженной, узкой промышленной специализацией бывших среднеазиатских республик СССР. По сей день социально-экономическая ситуация в данном регионе остается достаточно сложной. 2

Кроме того, необходимо отметить тот фактор, что послевоенный период в развитии стран ислама (как и многих неисламских стран Азии и Африки) отмечен небывалым демографическим ростом. С 1950 по 1990 гг. численность населения зарубежной Азии увеличилась с 1 326 млрд. до 3 157 млрд., Африки с 224 млн. до 632 млн. человек.3 Демографический взрыв был обусловлен общим сокращением смертности в послевоенный период, наложившимся на религиозные и национальные традиции развивающихся стран.

В этом ряду не составляют исключения и бывшие центральноазиатские республики СССР, где демографический рост опережал общесоюзные показатели4.

Положительная динамика демографического роста сохраняется и по сей день : типовая семья в исламских странах имеет в своем составе в среднем 8-10 детей.

Последствия демографического взрыва находят свое выражение в "омоложении " населения: дети до 15 лет составляют половину населения стран Азии и Африки. По оценкам демографов через 100 лет каждый пятый житель Земли будет моложе 15 лет, а из 9млрд человек 7,5 млрд будут проживать в развивающихся странах.5

Как известно, молодежь всегда "революционнее" людей более солидного возраста, представляя собой благодатный материал для усвоения радикальных социально-политических воззрений. Таким образом, "омоложение населения" может рассматриваться как один из факторов подъема экстремизма в исламских странах.

Другим следствием демографического взрыва явилось аграрное перенаселение. В условиях проживания большинства населения в сельской местности, где сельскохозяйственные площади и так были ограничены, вследствие низкой агрокультуры, остро ощущалась нехватка пригодных земель и, следовательно, невозможность обеспечить существование большого количества крестьян и их занятость. Ситуация усугублялась проникновением в деревню капиталистических отношений. Традиционная община претерпела значительные изменения, постепенно уступая место новым формам хозяйствования. Процесс расслоения крестьянства, обезземеливания его значительной части, привел к возникновению новых крупных социальных групп: сельской буржуазии, наемных работников, а также довольно обширной прослойки людей, лишенных средств к существованию. Эти факторы легли в основу "взрыва" урбанизации в странах третьего мира 60-70 гг.

Слаборазвитая экономика большинства мусульманских стран оказалась не готова "переварить" сверхурбанизацию. Необходимо отметить ряд специфических черт сверхурбанизации в развивающихся странах. Это прежде всего наличие "трущобных поясов нищеты" вокруг мегаполисов в исламских странах-Стамбула, Каира, Бейрута. Так, в середине 70-х гг. от 25 до 90% населения городов проживающего в трущобах, составляла в Аммане (Иордания) 17%, в Касабланке (Морокко) 68%.5.В 1993 г. в Лахоре каждый шестой, а в Карачи каждый третий проживали в трущобах. В Стамбуле этот показатель на 1995г. составил примерно 8 млн. человек.6 Тенденция к разбуханию трущобных районов сохраняется и до сегодняшнего времени: в Каире в 80-х гг. в трущобах проживало 2,8 млн., кроме того 230 тыс. человек проживало на кладбище и в городе Мертвых; на 1998 г. эта цифра составила соответственно 4 млн. и 500 тыс.7 Рост населения этих городов в начале 90-х гг. составлял примерно 4 процента в год, а трущобы давали 12 процентов прироста населения. Таким образом, рост городов в данном регионе идет преимущественно за счет расширения трущобных поясов.

Другая специфическая черта урбанизации в развивающихся странах заключается в росте городского населения не столько за счет естественного прироста, сколько за счет мигрантов из деревни, которые составляют от 30 до 70 процентов в приросте городского населения.8 Сельских жителей привлекает прежде всего возможность найти работу или материально преуспеть, а также более высокий жизненный уровень горожанина, который пользуется рядом преимуществ, недоступных сельскому жителю, например, субсидируемыеми продуктами и товарами первой необходимости.

Проблема безработицы является наиболее существенной для подавляющего большинства стран распространения ислама. Так, в начале 90-х гг. уровень безработицы составлял в Бангладеш - 23 процента, Алжире - 21 процент, Тунисе - 19 процентов, Иране - около 30 процентов, Морокко -21-23 процента, в Ливане по различным оценкам от 30 до 50 процентов трудоспособного населения. 9 Причем статистические обзоры не включают в число безработных тех, кто имеет занятие, не приносящее дохода и безработных сельских жителей.

Таким образом, город в развивающихся странах, по мнению известного исламоведа Игнатенко А.А., - это место где основная масса трудоспособного населения не столько работает, сколько делает вид, что работает или ищет работу. Безработица, недозанятость, полузанятость, псевдозанятость - такими понятиями характеризуют исследователи состояние значительной части городского населения. Необходимо отметить существенные отличия восточного безработного от безработного промышленно развитых стран, который, как правило, имеет профессиональную подготовку и опыт производительного труда. Типичный восточный безработный - это человек, который либо вообще никогда не работал, либо трудился ради случайного заработка. 10

Таким образом, характерной чертой крупных мусульманских городов является наличие более чем значительных маргинальных слоев. Их составляют не только пауперы (безработные и полубезработные, а также члены их семей), но и люмпены, то есть те горожане, которые подверглись продолжительному и необратимому деклассированию - нищие, проститутки и т.п., по разным оценкам данная социальная группа составляет от 1/6 до 1/3 всего городского населения развивающихся стран.11 Нищенское существование и отсутствие надежды на улучшение своего положения, а в восточном обществе почти невозможно обрести прежний социальный статус, формируют специфическую психологию "отверженных", для которой характерно примитивно-агрессивное восприятие явлений окружающей действительности и активизм, вследствие чего маргинальные слои являются питательной средой для экстремизма и анархизма.

В социальной структуре города есть также немало групп, которых исследователи именуют "потенциальными пауперами"; то есть это те слои, которым угрожает разорение и деклассирование в результате неблагоприятной экономической коньюктуры. Это прежде всего низшие и средние городские слои, наиболее уязвимые для негативных последствий модернизации традиционной структуры по капиталистической, а в ряде стран - "социалистической" модели.

Следует упомянуть еще о такой специфической социальной группе как студенчество и выпускники вузов. В условиях социально-экономического кризиса очень многие из них не могут найти применения полученным знаниям вследствие стабильно низкого спроса на специалистов с высшим образованием. Большинство из них вынуждено пополнять ряды безработных. Поэтому студенчество, как традиционно наиболее политизированная прослойка общества, притом склонная к радикализму, активно участвует в оппозиционных движениях.

Таким образом, рассмотренные социальные группы (маргиналы и мелкая буржуазия) составляют естественную социальную базу религиозного экстремизма уже с чисто социально-экономической, "классовой" точки зрения.

В целом, разбалансированность экономических процессов, недовольство крайне низким уровнем жизни и вопиющей социальной дифференциацией создают почву для социальной напряженности в целом и, следовательно, благоприятную среду для мощного роста экстремистских настроений в обществе независимо от того, исламское оно или какое-нибудь иное.


1.2 ОСОБЕННОСТИ ИСЛАМА КАК РЕЛИГИИ


Почему же экстремизм в мусульманских странах появляется главным образом именно в форме религиозного экстремизма, а не, допустим, марксизма?

Главной причиной этого следует считать саму специфику ислама как религии. В отличие, например, от буддизма или индуизма ислам (и большинство его течений) ориентирован на социально-политические проблемы. Он не только дает идею некоего идеального, "справедливого" общества, но и: 1) прямо предполагает насилие как средство его достижения или защиты (концепция джихада)12 ; 2) имеет разработанную доктрину мусульманского государства с четко очерченным набором формальных признаков.13 К наиболее важным из них относится то, что верховным правителем должен быть мусульманин, а правление должно осуществляться на основе мусульманского права. Третий важный момент состоит в том, что ислам в конечном счете предполагает неограниченную территориальную экспансию исламского общества. Согласно концепции джихада все, что не относится к "территории ислама" (дар ал-ислам) является (по крайней мере потенциально) "территорией войны" (дар ал-харб). В условиях, когда Запад воспринимается как главный виновник социально-экономических проблем мусульманских стран, эта идея приобретает особую актуальность для обоснования экстремистской (террористической) практики.

Кроме того, исламу присущ достаточно мощный мессианский импульс, который под влиянием бывших сельских жителей воспроизводится в ряде психологических стереотипов низших городских слоев.

Стереотип первый заключается в ожидании конца света, который мыслится как логическое завершение существования "погрязшего в грехах" общества. Даты конца света определяются по-разному, в зависимости от религиозной принадлежности. Мусульманами "конец света" ожидался в ноябре 1979 г. в конце тринадцатого века Хиджры (мусульманского летоисчисления). Когда предсказание не сбылось, "судный день" перенесли на более поздний срок - четвертый день четвертого месяца четвертого года нового "пятнадцатого" века.14

Наблюдая явные расхождения между положениями учения пророка Муххамада и негативными реалиями современности, многие склонны видеть корень зла в отходе от религиозных предписаний, нравственным разложением общества, забвением традиционных норм. С данным стереотипом тесно переплетается идеализация общины (уммы) первых мусульман. В этом идеале далекого прошлого в полной мере воплотились эгалитаристские чаяния городских низов, на которых в наибольшей степени отразились все провалы социально-экономических реформ в развивающихся странах.

В целом можно сказать, что особенности ислама как религии сыграли определяющую роль в преобладающем использовании его в качестве основы идеологии современного экстремизма в мусульманских странах. Это, конечно, не исключает того, что та оптимальность идеологических форм, которые ислам дает экстремизму, уже сама по себе способствует его подъему, но вряд ли в очень значительной степени.


1.3 ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЙ КОНФЛИКТ


Одним из основных моментов, серьезно влияющих на распространение в мусульманских странах не только экстремизма, но экстремизма именно в исламской форме, является цивилизованный конфликт между исламом и Западом.

Цивилизованный конфликт по своей природе есть конфликт иррациональный. Это всегда столкновение различных систем ценностей, мировоззрений, идеологических установок. В принципе само существование "чужого" - т.е. субъекта, чьи базовые ценности (представления о добре и зле, смысле жизни и сущности смерти) в той или степени объективно отрицают и тем самым как бы "уничтожают", дискредитируют базовые ценности и внутренний мир другого субъекта - может послужить детонатором социального конфликта не в меньшей, а порой и в большей степени, чем чисто экономическое противостояние, затрагивающее лишь внешние, материальные условия существования индивида. Именно важностью этих, так сказать "идеалистических" моментов объясняется то, что и конфликт, возникающий как собственно экономический, всегда стремится отлить себя в формы "межкультурного" столкновения. Функция идеологии как раз и состоит в придании противоречиям меркантильного характера иного - онтологического измерения: более или менее масштабная политическая борьба всегда не только на земле, но и "на небесах".

Объективная ситуация в современном мире - процессы глобализации, расширения информационного пространства, интенсификация контактов уже сами по себе объективно создают ситуацию иррационального конфликта. Причем при контакте с западной цивилизацией или с какой-либо другой, конфликт в современном мире в гораздо большей степени осознается "не западной стороной". Во-первых, здесь срабатывает определенный "комплекс неполноценности" "не западной" стороны, поскольку Запад, как бы там ни было, все-таки успешно навязывает свои ценности (в том числе и ценности "массовой культуры") всему миру, то есть Запад является "наступающей стороной". Во-вторых, западная цивилизация - это цивилизация, в которой, как ни какой другой культуре, собственно религиозные ценности оказались по сути оттесненными на периферию общественного сознания. И здесь в каком-то смысле следует согласиться с С.Хантингтоном, выдвинувшем тезис о наступлении эпохи новых конфликтов - "цивилизованных" 15

Однако этим не исчерпывается проблематика цивилизованного конфликта. "Столкновение цивилизаций" накладывается на противоречия двух основных субъектов современной мир-системы: промышленно развитых стран (ядра капиталистической мир-системы) и стран периферии и полупериферии мировой капиталистической системы. Часто это противостояние обозначают как противостояние "богатого" Севера и "бедного" Юга, пришедшее на смену противостоянию социалистического Запада и "социалистического" Востока. В большинстве своем страны распространения ислама обречены на "догоняющее развитие", т.к. дотянуться до уровня лидеров в ближайшей перспективе вряд ли представляется возможным. 16

Еще один важный фактор можно условно определить как фактор "исторической памяти". Абсолютизация собственного опыта присуща любому обществу до поры, пока оно не столкнется с более сильным противником. По мнению Малашенко В.А., в сознании превосходства своего образа жизни народы Востока укреплялись после удачных войн с европейцами. В особенности это относится к мусульманскому миру, не раз одержавшему победы над христианской Европой, что породило в сознании мусульман, в первую очередь арабов, чувство исторического оптимизма", в основе которого лежит вера в конечность, т.е. абсолютную верность исламского пророчества, подкрепленной удачными завоеваниями. Этот оптимизм был своеобразным проявлением исламоцентризма на протяжении столетия. Уверенность мусульман в собственной исключительности, в обладании монополией на истинное знание деформировалось в эпоху колониальной экспансии, когда "исторический оптимизм" уступил место пессимистическим настроениям.17 Как справедливо отмечала Л.Р.Полонская "колониальное завоевание усилило приверженность угнетенных народов доколониальным духовным, прежде всего религиозным традициям, как символу былой независимости. А это, в свою очередь, способствовало не только сохранению религии, как неотъемлемой части социальной психологии масс, но и перенесению в новые условия средневековых религиозных социально-политических учений и форм борьбы. 18 Это высказывание вполне приемлемо и к постколониальному периоду истории большинства мусульманских стран: в известном смысле исламская цивилизация полностью проиграла военно-политическое состязание с христианской Европой. Но этот фактор вряд ли можно оценить как ведущий. Поскольку большинство социальных проблем современного мусульманского мира возникло в связи с процессом включения исламских стран в систему международного разделения труда, а точнее его провалом, то на уровне массового сознания оно приняло форму отторжения ценностей Запада, которые ассоциируются с этой мировой экономикой.

Таким образом, цивилизованный конфликт порождает экстремизм не только сам по себе, но и дает готовые идеологические формы для осознания конфликта социально-экономического.


1.4 ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ.


Однако неверным было бы усматривать в религиозно-политическом экстремизме только выражение протеста маргинальных и близких к ним социальных слоев против трансформации традиционного общества по западному образцу. Существует ряд причин по которым сама политическая ситуация в некоторых мусульманских странах способствовала усилению исламизма и, следовательно, поводом для активизации деятельности экстремистских религиозно-политических организаций. К данным факторам необходимо отнести прежде всего то, что в большинстве развивающихся стран демократические и политические институты наложились на традиционную политическую культуру. Демократия, скопированная с политической системы западных государств, оказалась псевдодемократией, не обеспеченной реальным демократическим содержанием. Как писал Г.И. Мирский, оценивая итоги постколониального развития многих освободившихся стран, эта демократия, привнесенная извне на неподготовленную почву, не опиравшаяся на традиции, не выстраданная веками борьбы за гражданские свободы и права, обернулась в условиях засилия "квазибуржуазных" нуворишей карикатурой на демократию... неудержимо росла коррупция, на глазах у всех богатела и рвалась к роскоши новая элита, невероятно наглая и циничная до предела, насквозь прогнившая уже при своем рождении. На государственной арене копошились политические пигмеи, оспаривавшие друг у друга куски пирога власти, алчные и бессильные..."19

Вследствие отделения власти от основной массы населения, демократические движения в большинстве стран не имели широкой социальной опоры, а полярные взгляды на пути реформирования выражались в разобщенности и слабости светского политического крыла.

В условиях отсутствия реальных демократических институтов и легальных каналов для выражения оппозиционных настроений, ислам, прежде всего "неофициальный", возникший в условиях подавления всяческого инакомыслия, превращался в политическое оружие в руках дессидентствующей интеллигенции, оппозиционно настроенной молодежи, некоторых религиозных деятелей. Подобная ситуация сложилась в 60-70-е гг в Алжире в пору проведения там социалистического эксперимента,20 в Египте в период правления Насера,20 примером может послужить так же и Ирак, где с 80-х гг. существует мощная исламисткая оппозиция режиму Саддама Хусейна.21

Как констатировал на страницах "Форин афферс" американский профессор Д. Аджами, оценивая внутриполитическую ситуацию Египта в 90-х г "правительство безжалостно подавляет ячейки фундаменталисткой, организации" Аль-гамаа аль-исламийя", прибегая для этого к массовым казням, повальным арестам и обыскам в бедных районах Каира, в экономически отсталой центральной части страны и в Верхнем Египте... Государство загнало исламистов на окраины городов и в отдаленные селения, но интеллигенция, легальная оппозиция, бизнесмены и профсоюзы пришли в ужас от примененной им тактики. Скорость, с которой президент Х. Мубарак отдавал приказы о казнях фундаменталистов позволила ему отмахнуться от решения таких животрепещущих для Египта проблем, как экономическая и политическая реформы. 21

Ставка на насилие в противодействии подъему мусульманского фундаментализма также может способствовать росту экстремизма под лозунгами ислама. Так, запрет в 1992 г. ФИС вызвал эскалацию насилия в Алжире; запрет деятельности движения "Братьев мусульман" в Египте привел к расширению экстремистского крыла этой организации.

По мнению экспертов правозащитных организаций в 1998 г. в Узбекистане именно вследствие репрессивной политики властей в отношении мусульман, резко активизировались ультрафундаменталистские элементы.22

Складывается, таким образом, своеобразный "замкнутый круг": попытки правящих элит силой подавить исламистскую оппозицию, вызывают лишь ее усиление и радикализацию.

Рост исламского экстремизма был отчасти и следствием последовательной политики исламизации, которая проводилась рядом режимом и ставила целью реализацию чисто политических задач. Понятия, категории, лозунги, подчеркнутые из ислама призваны были служить средством воздействия на массы в желательном для правящей элиты направлении. В религиозную форму, наиболее доступную для большинства населения, облачились светские политические доктрины с целью мобилизации народа для осуществления того или иного курса. Исламскую риторику активно использовали в свое время Насер и Садат, Х. Бумедьен и Каддафи.

Исламу отводилась не последняя роль в возрождении национальных государств в Средней Азии.23 В рамках решения основной задачи, политические режимы использовали исламскую систему понятий для обоснования конкретных актуальных задач. Например, в Алжире и в ряде других стран Востока с помощью исламской аргументации обосновалась необходимость ограничения рождаемости, а в Морокко необходимость переписи 1982 г. обосновалась в мечетях во время проповедей.

Особое значение предавалось исламу правящими элитами в качестве консолидирующего фактора в странах с неоднородной национально-этнической структурой. В Алжире и Морокко власти стремились использовать религиозный фактор для ослабления межэтнических противоречий между арабами и берберами, функцию укрепления унитарного государства выполнял ислам в Иране и Пакистане, являющихся полиэтническими странами.24

Практически во всех мусульманских странах с буржуазно-демократическими режимами, исламизм поощрялся в качестве противовеса левого политического крыла. В качестве примера можно привести политику А. Садата по исламизации молодежного движения в Египте, целью которой было вытеснение насеристов и других демократических сил из молодежных организаций,25 а также действующую в Турции с 1983г. проиранскую группировку Хезболла, служащую своего рода "противовесом" Курдской рабочей партии, в юго-восточных районах страны.26

Ислам использовали режимы для собственной легитимизации, пришедшие к власти в результате военных переворотов, например в Пакистане при Зия-Уль-Хаке, а также группы, которые поставили перед собой задачу переориентации режимов, установившихся в результате широкого народного движения, например, в Египте при А.Садате, в Судане при Нимейри. Ислам использовался прежде всего для придания легитимности власти. Подобные режимы не только использовали ислам в целях обоснования собственного существования и диктаторских форм власти, но и политизации ислама вообще. 27

Кроме того, в первой половине 70-х гг. правящие режимы активно обращались к политике исламизации с целью получения финансовой помощи со стороны нефтедобывающих монархий, стремившихся установить политическую гегемонию в исламском регионе под лозунгом "исламской солидарности".

Таким образом, внутриполитический фактор возникновения исламского экстремизма отчасти объясняется: 1) последствиями (планировавшимися и "побочными") целенаправленной деятельности ряда режимов по решению своих задач, используя ислам; 2) результатом "наложения" в процессе модернизации западных моделей политических систем на "традиционные" социально-политические структуры, что усиливает позиции насилия в разрешении конфликтов между "низами" и "верхами" общества.


1.5 ПРОБЛЕМЫ МЕЖДУНАРОДНЫХ ПРОТИВОРЕЧИЙ


Феномен всплеска исламского экстремизма подпитывается также самой политической ситуацией, сложившейся в ряде регионов, отличающихся повышенной конфликтностью.

Особенно это относится к ближневосточному региону. Трудно переоценить роль арабо-израильского конфликта в процессе активизации исламского экстремизма. Усиление радикального фундаментализма вследствие кризиса светского национализма, эскалация насилия и обострение социальной напряженности представляют собой тот фон, на котором экстремистские движения играют не последнюю роль.

Результатом израильской агрессии в этом регионе стали крайне негативные миграционные процессы: с 1948 г. только оккупированные территории Палестины покинуло около 2/3 арабов (почти 900 тыс.человек). К маю 1967 г. в лагерях ООН проживало почти 1300 тыс.палестинцев.28 Ливан за 9 лет гражданской войны покинуло 500 тыс.человек, или 20 процентов занятых в производстве.29 Значительная часть из них осела на территории соседних государств: Египта, Сирии, Ливана, Иордании. Не стоит упоминать, какие проблемы встали в связи с этим перед руководством государств этого региона, которые и так характеризовались отрицательной экономической динамикой. Достаточно упомянуть о том, что в 1968 г. в Сирии, Ливане, Иордании 843 тыс. палестинцев находились на положении маргиналов. 30 В результате израильской операции "Мир в Галилее" в 1982 г. из южных районов Ливана вместе с отрядами ООП мигрировали 50 тыс.шиитов, которые осели в трущобных районах Бейрута. В результате, лагеря беженцев с его озлобленным и обездоленным населением стали очагами национально-освободительного движения в его наиболее радикальных формах.

Особо следует отметить обострение межконфессиональных конфликтов на Ближнем Востоке, механизмы которых включились в результате негативных миграционных процессов, и, следовательно, нарушение границ этноконфессиональных ареалов, которые в данном регионе прослеживались довольно четко. Особенно ярко эта тенденция проявлялась не фоне гражданской войны в Ливане, где один из "фронтов" борьбы проходил между палестинцами и правохристианскими силами: "Каждый ливанец должен убить одного палестинца, - заявлял майор ЦХАЛ Хаддат, - ибо наша война против них - это война на истребление".30

Трудно переоценить материальный ущерб, нанесенный в результате военных действий. Так, в Ливане за 9 лет войны было уничтожено 750 тыс.заводов и мастерских, 13 тыс. торговых предприятий, 123 отеля, 87 тыс.жилых домов. Общий ущерб составил 80 млрд. ливанских фунтов.31 Экономическая дестабилизация повлекла за собой бедственное положение широких слоев населения.

Как не упомянуть здесь о исламистских организациях, активно использующих этот фактор в своих политических целях, и весьма действенно. В отсутствие государственного социального обеспечения исламисты активно создают собственную инфраструктуру: школы, больницы, мечети и т.п. Активно оказывается материальная поддержка, выдаются беспроцентные кредиты, предоставляется бесплатное медицинское обслуживание и т.д. В Ливане, например, эта поддержка оказывается всем, независимо от конфессиональной принадлежности, что говорит о стремлении создать твердую социальную базу Хезболла в условиях меняющихся политических реалий. 32

Большинство исламистских организаций имеют в своих структурах органы, занимающиеся социальной работой под лозунгом мусульманской благотворительности. Например, в структуре Хезболла численность функционеров, занятых в политической, религиозной и социальной сферах, достигает 10 тысяч.31

Исламисты не только создают таким образом резерв "бойцов джихада", но и активно пополняют ряды экстремистского крыла за счет безработных. В Ливане, где уровень безработицы достигал 35 процентов, вступающим в ряды Хезболла выдавалось единовременное пособие в размере 400 долларов, что являлось значительной суммой, когда средняя зарплата в Ливане составляла 11-12 долларов.

Таким образом, объективные социально-экономические последствия арабо-израильского конфликта и по сей день играют на руку исламистам, создавая для них благоприятную среду для формирования социальной базы.

Другим крайне негативным последствием этого противостояния явился кризис светского национализма, который оказался не в состоянии разрешить эту проблему на протяжении уже стольких лет. Этот фактор усугубился религиозным моментом: на оккупированной территории находится третья по значению святыня мусульман - мечеть Аль-Акса и, надо сказать, израильтяне не всегда относились к чувствам правоверных с уважением.

Были случаи осквернения мечети (например солдаты входили в них с собаками). Поэтому само существование этого фактора приводит в ярость некоторых ревнителей веры. Лозунг освобождение Аль-Аксы от неверных по сей день будоражит умы религиозных фанатиков от Африки до Азии.

Учитывая вышесказанное, необходимо отметить разочарование большинства палестинцев в светских лозунгах палестинской революции, которая давно утратила свой первоначальный динамизм, а руководство ООП постепенно "обуржуазилось". Как это имеет место в других развивающихся странах, власть отделилась от народных масс. В этих условиях исламистская оппозиция перехватила инициативу, ее лозунги, понятные и близкие широким слоям населения, привлекают под ее знамена новых сторонников.

Есть сведения, что Израиль первоначально сам поощрял исламистов в качестве противовеса ООП. Во всяком случае "Хамас" была вполне легально зарегистрирована израильскими властями в качестве религиозно-просветительского общества.

Следует отметить еще один весьма негативный факт: именно с легкой руки палестинских "борцов за независимость" методы террора вошли в арсенал всех экстремистских группировок мира. Более того. они приобрели даже какую-то романтическую окраску "мученичества за свободу". 60-70-е гг. палестинский терроризм прочно держал первенство и, по словам Я.Арафата, "заставил весь мир дрожать перед палестинскими воинами".

Однако, не только не регулированный до сих пор арабо-израильский конфликт подпитывает религиозный экстремизм в мусульманских странах. Собственно исламский экстремизм можно с оговоркой назвать остаточным явлением холодной войны. Ставка на экстремистов делалась с обоих сторон во всех региональных конфликтов. Соцлагерь поощрял в основном "левый" экстремизм в образе "демократических сил". Так. с 1973 г. около 3 тыс. палестинцев, членов ФАТХа, армии освобождения Палестины, Демократического фронта освобождения и др. прошли курс военной подготовки в СССР.

По словам заместителя ФАТХ Хадира, учащиеся на военных курсах под Севастополем постигали подрывное дело, закладку минных полей, уничтожение мостов, ведение боевых действий в условиях применения ядерного, химического и бактериологического оружия.32 Запад же сделал ставку на ультранационализм. Именно при непосредственном участии американских и английских спецслужб на территории Пакистана и создавались лагеря по подготовке моджахедов для ведения боевых действий против советских войск в Афганистане. В 1981 г. в соответствии с соглашением подписанным между пакистанским диктатором Зия-уль-Хаком и США весь контроль за действием в Афганистане был возложен на Межведомственную разведку Пакистана (МВР). Благодаря мощному финансированию со стороны США, она занимает привелегированное положение в системе силовых структур, поддерживала такие экстремистские организации как "Джамаа-и-ислами", "Джамаа-улема-и-ислами". 33

Результатом этой политики явилось создание исламистского движения Талибан.

Стоит упомянуть о факторе внешней поддержки. Не секрет, что многие исламистские организации материально и идеологически поддерживаются извне некоторыми режимами, такими как иранский, саудовский, пакистанский, суданский, а также афганский. По оценкам западных специалистов, Иран ежегодно выделяет до 100 млн.долларов для поддержания исламистских, главным образом, шиитских организаций за рубежом, 34 что является одним из направлений внешней политики.

В интервью французкому телевидению президент Египта Х.Мубарак заявил, что "именно Иран стоит за ростом числа террористических акций. Его действия направлены на подрыв безопасности, не только в Египте, но и во всем регионе".34

По данным МВД Турции, большинство фундаменталистских организаций, действующих в этой стране связано и ИРИ, а крупнейшая фундаменталистская партия "Рефах" ("Благоденствие") до 1998 г. входившая в правительственную коалицию, финансируется Саудовской Аравией и Ираном. 35

Руководство ИРИ долгое время и не отрицало факты поддержки международного исламизма. Как заявлял А. Хаменеи в интервью журналу "Аль-Алям" ИРИ - "экстремистская часть мирового исламского движения", поскольку "сверхдержавы и Запад - самые крупные террористы" и с ними можно бороться только их же методами. "Мы считаем, что только экстремистское движение способно противостоять черному деспотизму крупных мировых держав и добиться успеха. Поэтому мы не только не отрицаем свой экстремистский подход к глобальному деспотизму, но и признаем его и гордимся им." 36

Показательно, что после взрыва в Иерусалиме и Ашкелоне в 1996г., унесших жизни 60 человек, официальное агентство ИРНА охарактеризовало данный факт как кару Божью, уповая на то, что "героизм камикадзе должен служить примером".37

Саудовская Аравия всячески отрицает свою причастность к поддержке исламского экстремизма, однако разного рода благотворительные организации и фонды, координируемые саудовской лигой исламского мира (ЛИМ), такие как "Аль Харамайн", "Ибрахим Аль Ибрахим" и др. заявили о себе в разных странах мира (России, США, Кении, Азербайджане и т.д.) в связи со своей дестабилизирующей активностью.38 Так, в 2000г. решением Министерства юстиции Азербайджана в республике было ликвидировано представительство международного благотворительного общества "Призыв" (Аль-Харамайн), которое под видом благотворительности вело "незаконную деятельность, направленную против азербайджанской государственности, политику разжигания межрелигиозной розни.39 Эксперты отмечают, что дестабилизация внутриполитической ситуации в ряде регионов, таких как Северный Кавказ и Средняя Азия, выгодна нефтедобывающим арабским государствам в плане сохранения своего лидирующего положения (например, препятствие выхода на мировой рынок богатейших углеводных ресурсов данных регионов).40

В списке государств, поддерживающих терроризм (в данном случае исламский экстремизм) значится также и Пакистан. Прежде всего благодаря поддержке им кашмирских сепаратистов и афганских талибов.

Неурегулированность межгосударственных противоречий между Пакистаном и Индией относительно проблемы Кашмира является в данном случае основной причиной поддержки исламистов, действующих в Индийском штате Джамму и Кашмир.

С 1988 г. по словам лидера сепаратистского Фронта освобождения Джамму и Кашмир (ФОДК) Амануллы Хана, на территории Пакистана находятся 60 лагерей подготовки боевиков.41 В одном из выступлений на 30 сессии "Совета Азад Джамму и Кашмира") подчеркивалось, что "Пакистан продолжит политическую и дипломатическую поддержку кашмирского народа за свое самоопределение".42

Кроме того Пакистан оказывает дипломатическую и военную поддержку афганским талибам. По сообщению газеты "Хинду" более 5000 студентов, обучавшихся в пакистанских медресе были направлены на пополнение рядов талибов только в 1999г. 43 В октябре 2000г. лидер Северного альянса Ахмад Шах Масуд передал в ООН список регулярных частей Пакистана, воюющих на стороне талибов, а также карты и точным расположением пакистанских войск на афганской территории, имена командиров, графики передвижения воинских и транспортных конвоев с территории Пакистана в Афганистан. 44

В этой связи нельзя не упомянуть о роли движения Талибан в распростронении идеологии исламизма. ДТ является первой интернациональной религиозно-военной общиной, лидеры которой прямо заявляют о максимальном расширении зоны "исламского явления".

По данным Северного альянса в боях на севере страны до 40% из 50 тысяч талибов составляют иностранные наемники. Это подтверждается и западными дипломатическими источниками. По их данным, на стороне талибов воюют не менее 3 тысяч пакистанцев, свыше тысячи арабских боевиков Усамы бен Ладена, несколько сотен боевиков ИДУ, а также филлипинцы, бангладешцы, кашмирцы, чеченцы и уйгуры из китайского Синьцзяна.45 По мнению участников, проходивших в Душанбе в ноябре 2000г. международной конференции "Таджикистан-Россия: проблемы региональной безопасности", на территориях, подконтрольным талибам, создана мощная инфраструктура, ориентирована исключительно на силовое достижение декларируемых политических целей. Стремление ДТ к экспансии обусловлено превращением ими Афганистана в один из мировых центров производства наркотиков и подготовки боевиков для различных исламских экстремистских организаций. На афганской территории находятся около 50 лагерей, где проходят диверсионную, террористическую подготовку и идеологическую обработку боевики из многих стран мира, в т.ч. из Чечни, Центрально-Азиатских государств СНГ, стран Ближнего Востока и Китая.46

В Афганистане скрывается один из главных спонсоров международного терроризма Усама бен Ладен, выдачи которого безуспешно добиваются США. Позицию ДТ по этому поводу изложил его духовный лидер мулла Маххамед Омар в интервью для афганской прессы, заявив. что экстрадиция бен Ладена, помогавшего им в джихаде против "шурави" (т.е. советских войск), равносильно отказу от одного из "столпов веры".

В международном экспертном сообществе есть подозрения, что ряд государств предоставляет исламистам убежище в расчете на то. что на территории этих государств исламисты не будут совершать терактов, а также с целью использования исламистов во внешней политике как инструмент давления на страны, откуда родом те или иные исламистские группы. Например, в Великобритании находится большинство организационных центров радикальных исламистов; таких организаций как

Международный исламский фронт (МИФ), исламский фронт спасения (ИФС), Вооруженная исламская группа, священная война и др. В апреле 1998 г. в Великобритании разразился скандал в связи с заявлением бывшего сотрудника британской контрразведки Д. Шейлера о попытке устранения ливийского лидера М. Каддафи с помощью ливийских исламистов, на что было затрачено 100 тыс.ф.ст. Из Лондона действует т.н. "Иранский национальный конгресс", объединяющий оппозиционеров-иммигрантов, включая исламистов. В соответствии с "законом об освобождении Ирака", утвержденным Конгрессом США, ему идет основное финансирование (97 млн.долларов), предназначенных на проведение акций в отношении Ирака, в т.ч. террористических, главной целью которых является свержение режима Саддама Хусейна.48

Подводя итог вышесказанному, следует отметить, что возникновению исламского экстремизма послужили внешние и внутренние факторы развития мусульманских стран. причем безусловно большее влияние на этот процесс оказали внутриполитические факторы, такие как крайне низкие темпы экономического развития, сложная демографическая ситуация, безработица, низкий уровень жизни подавляющего большинства населения, авторитетные политические режимы и их репрессивная политика в отношении оппозиции, кризис национальной идеологии и т.д.; которые позволили создать массовую социальную базу для исламистской оппозиции светским, секулярным политическим режимам.

Особенности ислама как религии в совокупности с культурно-исторической традицией, бытующей в государствах исламского региона, позволили придать политической оппозиции именно религиозную форму.

Внешние проблемы межгосударственных противоречий в данном случае играют вспомогательную роль, однако во многом благодаря им, исламизм радикализируется, приобретая дополнительный динамизм, формируется как самостоятельная политическая идеология.



ПРИМЕЧАНИЯ


1. Сиван Э. Политический экстремизм. НЭНБ.

5. Игнатенко А.А. Жданов Н.В. Ислам на пороге ХХI века., М. 1989 г., стр.21

6. Петровский Б. Удар по исламистам // Независимая газета 14.02.98г. № 25 стр.6

7. Беляков В. Кошмары каирского губернатора // Труд 10 июня 1998 г. стр. 4

8. Игнатенко А.А. Халифы без халифата М., 1988г., стр.23

9. Долматова С.А. Развивающиеся страны: образование и занятость М., 1993г. стр.64


10. Игнатенко А.А. Жданов Н.В. Указ. соч. стр.22

11. Ланда Р. Маргиналы Востока: идеология отчаяния // Азия, Африка сегодня 1994 г. N 7 стр.7

14 Мендел М.,Мюллер З. Исламский фундаментализм в Египте. Социальные и социально-психологические аспекты // Мусульманские страны. Религия и политика ( 70-80 гг.). М.1991,с.75

15 См.об этом, напр.:

Петрушевский И.П. Ислам в Иране в VII-XV вв. Л., 1966 г. стр.80-83. Ислам.

Энциклопедический словарь М., 1991 г. стр.66-67.

16. См.об этом: Сюкияйнен Л.Р. Концепция мусульманской формы правления и современное государствоведение в странах Арабского Востока // Социальнополитические представления в Исламе. История и современность. М., 1987 г. стр.45-69

17. Игнатенко А.А., Жданов Н.В. Указ.соч. стр.25

18. См. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций // Полис. 1994, №1

19. См. об этом: Фурсов А.И. Мир-системой анализ: интерпритация И.Валлерстайном периода 1945-1990 гг. (Основные идеи и оценки) // Восток 1992. № 3, стр. 32-55

20. Малашенко В.А. В поисках альтернативы. Арабские концепции путей развития М. 1991 г. стр.74

21. Цит. по Малашенко В.А. стр.77

22. Мирский Г.И. Роль армии в политической жизни стран "третьего мира"

М., 1989г. стр.23

23 Малышева Д.Б. Алжирский конфликт: уроки для России ?//МэиМО. 1996,№ 10,с.56

24. См. Борисов А.Б. Роль ислама во внутренней и внешней политике Египта, М., 1991.

25. См. например Игнатенко А.А. Халифы без халифата, М., 1989.

26. Цит. по Филиппова М.И. Общественные функции ислама в современном американском исламоведении // РЖ. Общественные науки в СССР. Сер. 5, № 6 1990. с.17

27. См. например Пономарев В. На грани начала войны //"Независимая газета 11.10.2000

28. См., например, Абазов Р.Ф. Исламское возрождение в

центральноазиатских новых независимых государствах // Полис 1995г. N 3 стр.37

29. Игнатенко А.А., Жданов Н.В., Ислам на пороге XXI века М., 1989г.

30. Борисов А.Б. Указ.соч.

31. Феоктистов С. Фундаменталисты делают ставку на террор // Азия Африка сегодня 1993г. N7 стр.29

32. Игнатенко А.А., Жданов Н.В., Указ.соч., стр.112

33 Ланда Р.Г. Маргиналы Востока: идеология отчаяния.//Азия Африка сегодня.1999, №7,с.7

34. Джабер Х.А. Возрождение // Азия Африка сегодня 1996 г. N 6 стр.23

35. Ланда Р.Г. Указ. соч

36 Принин П. "Партия Аллаха" готова к войне.// Эхо планеты. 1993, №38, с.16

37. Джабер Х.А. Указ.соч..

38. Млечин Л. Секта, которая считает, что смерть слаще жизни // Новое время 1992 г. N 17 стр.23

39. Указ.соч.

40. Млечин Л. Ученики стреляют в учителей // Новое время 1992г. N19 стр.34

41. Тамилин А. Как экспортируется джихад // Независимая газета

19.11.1999г.

42. Принин П. Партия Аллаха готова к войне // Эхо планеты 1993г. 18-24 сентября N38

43. Елистратов А., Орестов Р. Экстремизм: власти Египта принимают вызов // эхо планеты1993г. 24-30 апреля N 17 стр.7

44. Петровский Б. Удар по исламистам // Независимая газета 14.02.1998г. стр.6

45. Цит. по Исламистский фактор в международных отношениях в Азии, М. 1987 г. стр.121

46. Катин В. ЕС все труднее прятать голову в песок // Независимая газета 12.04.1996 г. N 69 стр.4

47. Игнатенко А.А. От Филлипин до Косово // Независимая газета 12.10.2000г. стр.6

48. М.Гафарлы Спецслужбы разоблачили террористов // Независимая газета 2.09.2000 г. стр.5

49. Поляков С. Угроза исламского экстремизма будет расти // Век 08.09.2000г.

50. Томилин А. Тупик для Мушаррафа // Независимая газета 22.01.2000г. стр.6

51. Томилин А. Мушарраф определился с целями // Независимая газета 18.01.2000г. стр.6

52. Указ. соч.

53. Мамаев Ш. Перевалы закрыты, переговоры идут // Эксперт. 27.11.2000г.

54. Плотников Н. Масуд сдаваться не намерен // Независимая газета 6.10.2000г. стр.6

55. Плотников Н. Весной бои возобновятся // Независимое военное обозрение.24.11.2000г.

56. Мамаев Ш. Мечта о халифате // Эксперт 2.10.2000г.

57. Игнатенко А.А. "Зеленый Internetционал" // НГ- Религии 07.04.1999г. стр.4


ГЛАВА 2. ИДЕОЛОГИЯ ИСЛАМСКОГО ЭКСТРЕМИЗМА


2.1 ИДЕЙНЫЕ И ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОКИ ИСЛАМСКОГО ФУНДАМЕНТАЛИЗМА И ЭКСТРЕМИЗМА


Исламский фундаментализм и исламский экстремизм были "открыты" не в ХХ в, а существовали на протяжении более чем тысячелетней истории ислама. влияние на формирование исламского экстремизма оказали положения.

Взгляды и базовые принципы теоретиков современного исламского экстремизма формировались на основе идейного наследия многих мусульманских мыслителей, живших в самые разные периоды истории.

Прародителями исламского фундаментализма не без основания считают хариджитов, отделившихся в 657 г. н.э. от войска четвертого халифа Али, посчитав его недостаточно твердым в борьбе.1 Идеологами экстремистов у хариджатов было заимствовано ряд положений, в частности, тезис о том, что о правоверии человека следует судить по его действиям

(ортодоксальный ислам большое внимание уделяет намерению), следовательно, совершившие тяжкие грехи являются неверными. Другое положение заключается в том, что правителя отступившего от заповедей ислама, следует свергнуть, тогда как большинство улемов считало, что плохой правитель - наказание ниспосланное Аллахом на нечестивых мусульман.

Труды виднейшего богослова н XIV в. Таки ад-Дина Ибн Таймийи можно так же отнести к источникам, оказавшим значительное влияние на идеологию исламского экстремизма Ибн Тамийя привлекает прежде всего трактовкой двух основных вопросов: можно ли считать правоверным мусульманина, живущего не по законам шариата, и как относится к правителю, управляющему своими поддаными не в соответствии с исламом.

В обеих случаях Ибн Тамийя отошел от традиционной точки зрения, которой придерживалось большинство улемов его времени. Он писал:

"Исходя из корана, Сунны и единого мнения уммы (общины), было установлено против того, кто не соблюдает законы ислама, необходимо сражаться, даже если когда-либо он и произнес шахаду (т.е. п

ринял ислам). По второму вопросу Ибн Тамийя придерживался позиции, что если правитель сам не выполняет основные обязанности ислама или же потворствует их нарушению в том государстве, которым он управляет (сура 5, аят 44), то он - неверный, которого надлежит свергнуть 3. Помимо этого, многие экстремисты используют сочинения Муххамеда Ибн Абд аль-Ваххаба, основоположника ваххабизма, крайнего течения в исламе, отрицавшего любые нововведения (Бида) и относившего на раннем периоде всех мусульман - неваххабистов к неверным.4

Определенной популярностью среди исламистских экстремистов пользуются труды мусульманских богословов XIX-нXX вв Джамиля ад-Дина аль-Афгани и Рашида Риды, которые также широко опирались на наследие Ибн Таимийи. Стремясь побудисть исламские страны к активному сопротивлению "имперской" политике европейских государств, они призывали вернуться к первоначальной "чистоте" ислама,

оправдывали политическое насилие.

Решающее влияние на формирование идеологии современного исламского экстремизма оказали работы Хасана аль-Банны основоположника движения "Братьев-мусульман". Вместе с тем необходимо отметить два принципиальных отличия "Братьев-мусульман" от современных экстремистов по вопросам о такфире (обвинении в неверии) и стратегии борьбы. Аль-Банна считал современное ему общество неправедным погрязшим в грехе, но не считал его обществом неверных.

Свою политическую борьбу он рассматривал как борьбу правоверных мусульман с заблудшими единоверцами. Стратегия борьбы за исламское государство, предложенная им, в корне отличалась от экстремистской. Присвоение политической власти должно было быть заключительным этапом длительной работы по воспитанию населения в исламском духе, формированию у него "истинного" исламского мировоззрения. Аль-Банна считал привлечение широких народных масс важнейшим фактором успеха.

Из неарабских теоретиков ислама, повлиявших на идеологию современных исламских экстремистов нужно упомянуть пакистанца Абу-ль-Аля Маудуди 5, руководителя "Джамаат-и-ислами", труды которого оказали большое влияние на основополжника современного исламского экстремизма С.Кутба, который заимствовал из них понятие хакимийи (высшая власть Аллаха над миром) и идею двух стадий развития "истинно" исламского общества. наибольшее, выдвинутые в свое время идеологом египетских "Братьев-мусульман" Сейидом Кудбом (1906-1966 гг). Именно он является своего рода "классиком" экстремизма. Его работа "Вехи на пути" почитается всеми мусульманскими экстремистами в качестве их манифеста. Сам же он, казненный в 1966 г. по обвинению в антигосударственной деятельности, приобрел в глазах многих ореол "мученика веры" и духовного отца. Это не отрицается и исследователями. Профессор Каирского университета Али Б. Хиляль отмечал, что вся их экстремистов идеология содержится в "Вехах" на пути. М.Х. Хайкал писал, что труды С. Кутба стали "Библией исламских экстремистов".6 В связи с этим нельзя не сказать и о лидере иранской революции аятолле Р.Хомейни, под чье политическое и идеологическое влияние попало огромное количество шиитских религиозных группировок.

Нужно отметить, что радикальный исламизм представлен больше практиками чем идеологами, и тем не менее необходимо упомянуть известного богослова, автора ряда сочинений о джихаде и главного идеолога движения "афганских арабов" шейха Абделлу Аззама; духовного лидера египетской "Аль-Гамаа аль-исламийя" популярного проповедника шейха Омара Абдель Рахмана, ныне пребывающего в заключении в американской тюрьме по обвинению в организации взрыва в Нью-Йорском торговом центре в 1993 г.; а также скандально известного лондонского проповедника Абу-Хамзу аль-Масри (Мустафу Камеля), руководителя виртуальной организации "Стороники шариата". В этом ряду стоит упомянуть и о современных лидерах исламского фундаментализма, таких как генеральный секретарь НИФ Судана Хасан Абдалла ат-Тураби, руководитель ливанской Хизбалла Шейх Сейид Муххамед Фадлалла, духовный лидер афганского движения талибан Шейх Омар саудовского миллиардера Усаму бен Ладена, пожалуй самую одиозную фигуру современного фундаментализма, а также его ближайших соратников Шейха Мир-Хамзу, секретаря пакистанской организации Джаммат уль-Улема-е-Пакистан (Ассоциация улемов Пакистана), лидера движения "Джихад" из Бангладеш Абд-аль-Саляма и других лидеров крупнейших исламистских организаций. По понятным причинам сочинения их известны только в определенных кругах, и к сожалению, недоступны для изложения в данной работе. Поэтому основным источником послужили их высказывания в прессе, а также монография Коровикова "Исламский экстремизм в арабских странах", М, 1991 г., где автор достаточно полно изложил основные идеологические положения радикальных фундаменталистов, изучая материалы судебных слушаний по делу ультраэкстремистских египетских организаций "Ат-такфир аль-хиджра" ("Обвинение в неверии и уход"), "Братьев-мусульман", сирийских "Братьев-мусульман", а также непосредственно анализируя "Вехи на пути" С. Кутба.


2.2 СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ИДЕАЛ И КРИТИКА СОВРЕМЕННОГО МИРОВОГО ПОРЯДКА ИСЛАМСКИМИ ФУНДАМЕНТАЛИСТАМИ


Для идеологии исламского фундаментализма характерна опора непосредственно на Коран и Сунну, которые объявляются единственными критериями всех человеческих ценностей. Все понятия, традиции, законы, противоречащие этим источникам шариата, должны быть отвернуты как несущественные.

С этим подходом связана четко выраженная идея дихотомии мира. Все существующее рассматривается как арена борьбы добра со злом, Аллаха с Сатаной. В этой борьбе главным критерием выступает вера в Аллаха, логическим выводом из чего является положение о неразрывной связи добра с верой, а зла с неверными. Один из руководителей египетской "Гамаат-аль-ислами" Ахмад Шукри Мустафа, выступая на суде заявлял: "... Неверие сейчас является твердым свидетельством неограниченного зла, в то время как принятие веры есть доказательство добродетели"7. Из этого следует легитимизация решительной борьбы с неверными, что активно используется экстремистскими организациями исламских фундаменталистов.

В оценках исторического процесса идеологи экстремизма выступают как убежденные детерминисты и идеалисты. История, по их мнению, полностью направляется Аллахом. Признавая успехи человечества в преобразовании материального мира, С.Кутб категорически отрицал его способность создать адекватную систему ценностей и совершенное устройство в силу превосходства божественного разума над человеческим, тем самым, все системы созданные людьми, заранее уступают системе, созданной Аллахом - исламу. С.Кутб выдвинул концепцию единого универсального закона. Согласно ей, природа подчиняется законам естественных наук, а человеку Аллахом был дан шариат, являющийся частью универсального закона и, следственно, гармоничный с окружающим миром и внутренней сутью человека. Поэтому в человеке изначально заложено стремление жить, согласно шариату, но происки сатаны совращают его с истинного пути.8

Т.о., исламские экстремисты считают, что общество должно жить по шариату, а реализовать это на практике должны они - "истинные мусульмане". Следовательно необходимо захватить власть, т.к. только обладая политическим господством, можно обрести свободу по кординальному преобразованию общества, при этом подчеркивается, что борьба за утверждение "истинного исламского" общества - долг каждого мусульманина, комментарий 7 аят 98 суры ("те, кто уверовали и творили праведные дела, - они лучшие из существ"), С.Кутб писал: ".. первое и самое важное из этих "праведных дел" - установление закона Аллаха на этой планете и правление людьми согласно тому, что постановил Аллах".9 Попытки свести веру только к эмоциям и ритуалам С.Кутб называл происками врагов - Запада и христианства. Вера по его мнению, должна выражаться в конкретных действиях, направленных на создание исламского общества в соответствии с раннемусульманскими идеологами.

Проблема идеального исламского общества является наименее разработанной и оригинальной частью идеологии исламского фундаментализма.

Как правило, на первом месте стоит разработка стратегии борьбы за власть. Прежде всего это связано со сложностью задачи предложить жизнеспособную альтернативу западному пути развития. К тому же, по-мнению Коровикова...излишняя детализация образа "светлого будущего" способна вызвать раскол и разногласия в их среде.10

Если говорить об общих принципах социального идеала, то они в целом связаны с традиционными представлениями об идеальном политическом устройстве, учитывая, конечно, различия между суннизмом и шиизмом.

В рамках ортодоксального суннизма главным критерием "исламского" общества и государства является шахада ("нет бога, кроме Аллаха и Муххамед - посланник его"), т.е. абсолютное подчинение Аллаху и его законам. К основополагающим принципам относятся "поклонения одному только Аллаху, базирование отношений между людьми на вере и единобожии; превосходство человека над всем материальным, развитие человеческих ценностей и обуздание животных желаний; уважение к семье; принятие наместничества Аллаха на земле в соответствии с его руководством и указаниями, верховенство закона Аллаха (шариата) и образа жизни, предписанного им, во всех делах этого наместничества.11 Аналогичный подход применяется по отношению к государствам. В целом исламским считается государство, возглавляемое мусульманином и реализующее на практике все положения шариата. В отличие от шиизма, суннитские исламские экстремисты в целом не настаивают на том, чтобы во главе государства стоял профессиональный религиозный деятель - улем. С. Кутб писал по этому поводу: "...правление ислама будет установлено не потому, что к власти придет духовенство, а потому что будут введены исламские законы".12 Идеалом политической системы у суннистских экстремистов является халифат - т.е. община верующих мусульман (умма), возглавляемая халифом, который с согласия и по решению членов уммы наделяется административной и исполнительной властью. Условно умма заключает негласный договор с халифом, по которому халиф правит по законам шариата, а умма ему подчиняется.

В шиизме имамитского толка само понятие власти имеет несколько другой характер. Власть ("вилайят" - попечение, покровительство) понимается как попечение, которое оказывает отец своим детям. Право на "вилайят", полученное пророком от Аллаха, которое было передано имаму Али, а затем к его наследникам, вплоть до двенадцатого имама шиитов Махди, который исчез ("скрылся") накануне "конца времени" произойдет его пришествие, после чего на земле воцарится мир и благополучие. До пришествия "скрытого" имама "попечительство" над верующими должны осуществлять факифы-знатоки "божественного установления", которые образуют в шиизме четкую иерархию - от мулл до аятолл. Иранская революция 1979 г. послужила тому, что принцип "вилаят" был перенесен Хомейни из области теории в практику и провозглашен основой "исламского образа правления". Не религиозная община а целое государство стало объектом претворения в жизнь "покровительства" священнослужителей. Шиитскими экстремистами Ирака, Ливана ставится цель создания такого государства.

Новая концепция "вилайят" носит воинствующий характер: установление "исламского образа правления" приняло насильственный характер "экспорта исламской революции". В марте 1982 г. в Тегеране собралось 380 лидеров шиитских общин, которые призвали Хомейни "огнем и мечем" распространить ислам среди неверных. Вследствие чего в Иранском МИДЕ появился департамент по делам освободительных движений (по экспорту исламской революции), ежегодные ассигнования на который достигали 100 млн.долларов, а на территории Ирана появилась сеть учебных лагерей для подготовки террористов.13

Социально-экономическая программа экстремизма гораздо расплывчата, чем политическая. Основой ее служит принцип справедливости (адаля). Ислам признает имущественное неравенство, но основой ее является личный труд человека. Предполагается, что в исламском обществе не будет ни бедных, ни богатых и следовательно, исчезнет расточительство, обман, растовщичество. Это должно обеспечиваться высоким моральным уровнем членов уммы и исламской налоговой системой, основанной на закяте.

Классовые конфликты в таком обществе невозможны, т.к. будет господствовать принцип справедливости.

Фундаменталисты признают право на частную собственность, и существование госсектора, если этого потребуют интересы уммы. Характерной чертой их экономических взглядов является отказ от финансово-экономических связей с Западом.14

Оценивая современное общество радикальные фундаменталисты исходят из принципа такфир, т.е. обвинение в неверии. Муххамад Абд-ас-Салям, один из руководителей крайне экстремистской группировки "Священная война" в своей книги называл всех современных руководителей мусульманских стран первейшими вероотступниками, которых обвинил в услужении "крестоносцам" (христианам), коммунистам и сионистам. Абд-ас-Салям делает различие между неверным и вероотступником, заявляя, что последнего надо убить в любом случае.15 Грехом объявляется не только правление не по-шариату (Шукри Мустафа писал: "Правители нечестивы, а Аллах повелел, что кто не правит согласно предписаниям, тот не верный"), но и повиновение неверному правителю: "Угнетенные несут ответственность за свою слабость в подчинении угнетателю".16

Как следствие этого, для радикальных фундаменталистов, как правило, характерен отказ от работы в государственных учреждениях, а также в госсекторе экономики и службы в армии.

Подобное отношение распространяется и на священнослужителей. На них возлагалась ответственность за моральное разложение и деградацию общества, распространение ереси Улемы обвинялись в неспособности адекватно прореагировать на культурный вызов Запада, в искажении сущности джихада, проповедуя его в смягченном и неполном виде.

Поэтому членам радикально-фундаменталистских групп запрещалось молиться в государственных мечетях и под руководством официальных имамов. Шукри Мустафа писал: " Все имамы мечетей-еретики, и молиться под их руководством противопоказано".17

Оценивая международную обстановку, радикальные фундаменталисты не находят принципиальной разницы между различными политическими режимами, экономическими системами и т.д.

Современную региональную систему реальной политики они рассматривают как господство "предательских", отравленных Западом режимов. Этим объясняется господство "неверных" над святыми местами ислама, подавление и преследование "истинно верующих" мусульман.

Страны Запада во главе с США, по мнению идеологов исламского фундаментализма, идут в "крестовый поход" на ислам путем насаждения западных ценностей

потребительского общества, сексуальной свободы, распространения алкоголя и наркотиков.

Фундаменталисты не принимают концепцию нового мирового порядка, предусматривающей разрешение конфликтов только с помощью консенсуса и мирного урегулирования. Исламский радикализм отклоняет такой мировой порядок сговор с Западом с целью сохранения его господства, считая мирное разрешение конфликтов иллюзией, т.к. международные отношения по своей природе конфликты. Вследствие этого, исламские экстремисты считают, что единственно возможным ответом мусульманского мира современным режимом, где господствуют западные ценности может быть только священная война во имя Аллаха.

Это оправдывает международный терроризм и диверсии против США и Европейских госудаств, поддерживающих режимы "изменников" на мусульманской земле.18

Несмотря на очевидное превосходство западной цивилизации, радикальные фундаменталисты, тем не менее, пророчат ей скорый упадок, вследствие отсутствия у нее "подлинных" ценностей, присущих исламу.

С.Кутб отмечал: "период правления белого человека закончился, поскольку цивилизация белого человека уже свою ограниченную полезность"19


2.3 КОНЦЕПЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ ЗА ПОСТРОЕНИЕ ИСЛАМСКОГО ОБЩЕСТВА


Необходимо отметить, что ни в чем так ярко не проявляется отличие исламских экстремистов от умеренных форм исламского фундаментализма, как в вопросах стратегии и методах борьбы. Следует обратить внимание на то, что среди идеологов исламского фундаментализма отсутствует согласие по данным вопросам, в частности, Коровиков А.В. выделяет в этом плане три основные концепции.

Первая из них базируется на наследии Хасана аль-Банны и проповедуется в основном сирийскими экстремистами, в частности С. Хаввой. Он выделяет 3 стадии борьбы. На первой стадии (начальной) происходит просветительская и благотворительная деятельность с целью донести до каждого мусульманина призыв ислама. На второй, организационной стадии осуществляется укрепление самой организации, воспитание ее членов с целью создания боеспособностью континента моджахедов (воинов джихада). Третья, насильственная стадия заключается в решительной борьбе за захват власти с целью преобразования общества в соответствии с нормами ислама.

Вторая концепция действий была выдвинута С. Кутбом. Стратегия, основываясь на трудах Маудуди, исходит из двух стадий борьбы - стадии слабости (истидаф) и стадии джихада. Поскольку С. Кутб относил современное общество к джахилийи, то он не надеялся на его воспитание и поддержку. Поэтому борьбу во имя ислама он представлял себе не как народное восстание, а как гражданскую войну небольшой "уммы" истинно верующих против "неверного" общества. Стадия "слабости" заключалась в отделении группы от джахилийи, по аналогии с обществом Муххамада, с целью сохранения "чистоты" веры, самосохранения в рамках группы "исламского общества" в миниатюре.

Разрыв с "джахилийи" по С. Кутбу, должен быть полным и всеохватывающим: "У мусульманина нет страны, помимо той части земли, где установлен шариат... у мусульманина нет национальности, помимо веры, делающей его членом уммы... у мусульманина нет родственников, помимо тех, кто разделяет с ним веру в Аллаха". С. Кутб отрицал возможность того, что в обществе " джахилийи, " остались какие-либо элементы ислама, которые в конечном стете способны его победить. Он не принимал путь постепенного преобразования.

Данная стратегия активно используется такой ультроэкстремистской группировкой как "Аль-гамаа аль исламийя" ("Исламская группа"), в прошлом практиковалась "Ат-такфир ва-ль-Хиджра" ("Обвинение в неверии и уход").

Третья концепция исходила из обвинения в неверии не всего общества, а правящей верхушки. Ее суть заключалась в создании законспирированной, широко разветвленной организации, проникновении в армию и госаппарат и, после захвата власти в ходе государственного переворота, постепенная исламизация общества. Данная стратегия применяется такими группировками как "Аль-Джихад", "Мунназамат ат-тахрир аль-исламий", "Хизб ут-тахрир". 20.

Определенное влияние на стратегию и тактику экстремистов оказала Иранская революция. Исследователи указывают, что после нее всеобщее восстание стало рассматриваться как наилучший способ свержения правящего режима, а организация массовых беспорядков - наиболее эффективным методом борьбы против армии и органов безопасности.21

Помимо краткосрочной цели - захвата власти, фундаменталисты планируют в перспективе создать всемирное исламское государство.

По их замыслу, в ХХ веке в него должны были войти около 50 государств Азии, Африки и Европы. В том числе Албания, Босния,

Армения, Азербайджан, Казахстан, Киргызстан, Таджикистан, территории Кавказа, Израиля. Затем его границы планировалось расширить за счет территории Северной и Южной Америки, Австралии, Гренландии. К 2100 году Земля станет, по их замыслу, единым халифатом со столицей в Саудовской Аравией.22 Подобную же цель преследует и Иран, длительное время пытаясь создать шиитско-имамитские "плацдармы" в Ливане, Турции и Ираке. Несмотря на различия в стратегиях борьбы, все исламские группы выделяют два основных метода борьбы: пропаганду вооруженную борьбу (джихад), однако единства по поводу соотношения этих методов нет.

Так, С. Хавва, лидер сирийских исламистов, считал, что пропаганда должна предшествовать джихаду. Фарадж, один из руководителей египетских "Братьев-мусульман" был склонен ее игнорировать. С. Кутб считал, что оба метода необходимо практиковать параллельно. Пропаганда (метод убеждения) применяется на психологическом уровне индивидумов, в то время как джихад (метод вооруженной борьбы) применяется на уровне общества в целом, причем последнему отводится ведущее место:

"Цель вооруженной борьбы - расчистить путь для метода убеждения".23 На практике соотношение этих двух методов, как считает Э. Сиван, диктуется конкретными условиями, в которых приходится действовать фундаменталистской организации: возможность проникновения во властные и силовые структуры, готовность власти вести диалог изменение политической коньюктуры, социально- экономической ситуации в стране и др. Тот же автор отмечает возможность изменения ориентации исламской организации с реформистской на революционно-террористическую алжирскую (ИФС), и наоборот (ливанская Хизбалла).

Как известно, репрессивная политика властей обуславливает уход организации в подполье и усиление в ней экстремистского крыла. В качестве примера можно привести алжирский ФИС (Фронт исламского спасения), который после запрета его в 1993 г. развязал в стране террор, египетская "Аль-гамаа-аль-исламий", действующая в подполье, практикует исключительно силовые методы и др. В тоже время привлечение членов Хизбалла в состав коалиционного правительства Ливана значительно снизило активность ее военнизированного крыла.

Собственно, соотношение данных методов, применяемых фундаменталистами, позволяет ряду исследователей выделить в фундаментализме радикальное (экстремистское) и умеренное течение 31.

Исходя из концепции "антиисламского характера" общества и государства, радикальное направление выступает за активные, насильственные действия с целью прихода к власти "истинных" мусульман и создания исламского государства. Основной их метод - террор с целью устрашения и пропаганды своих взглядов.

В качестве окончательного этапа захвата власти рассматривается верхушечный переворот или народная исламская революция.

Для умеренного исламского фундаментализма характерно стремление уживаться с гражданским обществом. Для достижения власти умеренные стремятся внедриться в существующую политическую структуру путем завоевания мест в профсоюзах, студенческих советах, благотворительных организациях, советах директоров отдельных компаний и банков. Они готовы использовать уже действующие государственные структуры, добиваться введения шариата через конституцию, действовать в качестве легальной парламентской оппозиции.

Политика умеренных исламских стран отрицает методы дестабилизации, уложена в рамки международного права. В то же время пропагандируется уния исламских государств, основанная на полной унификации их экономической, политической и правовой систем.

Таким образом, оценивая идеологические положения и практику радикального исламского фундаментализма необходимо отметить ряд положений:

1. В основе социально-политической программы исламского фундаментализма лежит идеализация первой общины (уммы) пророка Муххамеда, которая рассматривается как эталон будущего исламского государства.

2. В силу антиисламского характера правящих режимов (в независимости от их политической принадлежности), первоначальной задачей является захват власти и установление "истинного исламского" правления с перспективой образования всемирного исламского государства.

3. Методы, используемые для достижения данной цели, обуславливают условное разделение исламского фундаментализма как политического движения на умеренное и радикальное (экстремисткое) крыло.



ПРИМЕЧАНИЯ


  1. Петрушевский И.П. Ислам в Иране в 7 – 15 вв. Л., 1966.

  2. Цит. по Коровиков А.В. Исламский экстремизм в Арабских странах. М., 1991, с. 43.

  3. См. Васильев А.М. История Саудовской Аравии. М., 1999.

  4. Коровиков А.В. Указ. соч. С. 56.

  5. Поляков К.И. Жизнь и смерть отца "мусульманского братства". // НГ – Религии, 21 10 98. С.4.

  6. См. Коровиков А.В. с. 70.

  7. Там же. с. 71.

  8. Там же. С. 74.

  9. Там же. с. 76.

  10. Там же. с. 77.

  11. Млечин А.Л. Секта, которая считает, что смерть слаще жизни. // Новое время. 1992. № 17.

  12. Коровиков А.В. Указ. соч. с. 84.

  13. Там же. с. 80.

  14. Коровиков А.В Указ. соч. с. 79.

  15. Малашенко Д.В. Мусульманская цивилизация: движение и инерция. //Восток. 1994. № 4. с. 36.

  16. Коровиков А.В. Указ. соч. с. 63.

  17. Сиван Э. Радикальный ислам: принципы и последствия террористического насилия.//НЭБ. 16 08 99.

  18. Коровиков А.В. Указ соч. С. 68.

  19. Капитонов К. Отец террора. //НГ – Фигуры и лица. 3 – 10 02 2000.

  20. Коровиков А.В. Указ. соч. с. 77.

  21. Сиван Э. Указ соч.

  22. Сиван Э. Указ соч.

  23. Сиван Э. Указ. соч.

ГЛАВА 3. ОРГАНИЗАЦИИ И ПРАКТИКА ИСЛАМСКИХ ЭКСТРЕМИСТОВ


На данный момент, по мнению А. Игнатенко, в мире насчитывается не менее двухсот исламистских организаций, которые можно характеризовать как экстремистские.1

  1. Наиболее известные из них Исламский фронт спасения (ИСФ) - партия алжирских фундаменталистов созданы в 1989 г. Лидеры Аббаси Мадани и Али Белхадж.

  2. Вооруженная исламская группа создана в Алжире из бывших воинов-афганцев в 1991 г.

  3. Исламская группа (Аль Гамаа аль исламийя) - возникла в Египте в 70-х годах, активизировалась в 1992 г. после возвращения в Египет "афганцев". Лидер - Абу Ясир Ахмад Тоху. Духовный лидер - шейх Омар Абдель Рахман. Базируется в Судане.

4. Священная война (Аль-Джихад). Создана в Египте. Лидер Айман аз-Завахири.

5.Исламская партия освобождения (Хизб-ут такфир аль-ислами) 2

- международная исламистская организация с штаб-квартирой в Иордании. Создана в 1951 г.

  • 6 Партия Аллаха (Хизбалла) - проиранская группировка. Возникла в 1973 г. в Ливане. Лидеры Сейид Муххамед Хусейн Фадлалла и Хасан Насрулла. В Турции действует с 1983 г.3

- Исламский джихад - заявляет о себе с 70-х гг. Лидер - Муххамед Тауки аль Исламбули.

- Исламское движение сопротивления (Хамас) возникло в 1987 г. на аккупированной Израилем палестинской территории. Лидеры - Муса Абу Марзук и Абдаль Азиз Рантизи.4

Исламское движение Узбекистана (ИДУ) создано в 1996 г. Лидеры Тахир Юлдашев и Джума Хаджиев (Намангани). 5

В этом ряду стоит отметить сепаратистские движения, принявшие исламский характер: в Индии - Фронт освобождения Джамму и Кашмира

(ФОДК), базирующийся на территории Пакистана, объеденяющий около 15 группировок. Лидер Аманулла Хан; а также на Филлипинах - Исламистский фронт освобождения моро и ультрэкстремистская группировка "Абу Сайяф".6

Эти организации играют деструктивную роль на внутриполитической арене некоторых государств, подчас их деятельность является одним из дестабилизирующих факторов в ряде регионов, ряд из них входит в список наиболее крупных террористических организаций мира.

В 70-80-е гг. существовало множество "организаций-однодневок", которые заявляли о себе единственным более-менее громким терактом, а потом распадались. Это было связано прежде всего с процессом активной радикализации ислама, имевшим место в данный период и реакцией на изменения внутриполитической ситуации ряда мусульманских государств.

Окончание "холодной войны" и разрушение биполярного миропорядка, интенсификация процессов глобализации обусловило совершенно иную политическую и социально-экономическую ситуацию в мире. И, соответственно поставило задачи перед исламистами.

По этой причине деятельность радикальных исламистов на современном этапе отличается большим географическим размахом, более высокой степенью финансовой и материально- технической обеспеченности, организованности, а также большой последовательности в реализации принципа "исламской солидарности" на практике. Как полагает известный пакистанский журналист Ахмед Рашид, в последнее десятилетие ХХ в. возник "новый вид ислама - профессионально террористический". 7 С ним непосредственно связан известный диссидент, саудовский миллиардер Усама бен Ладен, чьи деньги, связи и политические убеждения послужили возникновению исламистской организации нового типа - транснациональной.

Праобразом подобной организации может служить "Аль-Коэда", созданная бен Ладеном в 1989 г. (с 1991 г. "Исламский фронт"), куда вошли несколько сот "афганских ветеранов" из Алжира, Эфиопии, Сомали, Сирии, Египта, Эритреи, Саудовской Аравии, Палестины, Уганды, Пакистана, Боснии и Филлипин.8

В 1998 г. Усамой бен Ладеном был создан "Международный исламский фронт борьбы против иудеев и крестоносцев", который объединяет на сегодня такие радикальные исламистские группировки как египетские "Аль-гамаа аль-исламийя ("Исламская группа"), "Мухаджиры", "Аль--Джихад" ("Священная война"), иорданская "Армия пророка Муххамеда", "Харакат уль-Ансар" ("Движение партизан"), действующее в Пакистане, Афганистане, в индийском штате Джамму и Кашмир, а также ряд экстремистских организаций из Алжира, Ливии, Бангладеш, Саудовской Аравии. Есть сведения, что обсуждался вопрос о вступлении в МИФ радикальных исламистских организаций России и центральноазиатских государств СНГ.9

В специальной фетве (постановлении) говорилось в частности о том, что "убийство любого американца является долгом каждого правоверного мусульманина во имя освобождения мечети Аль-Акса и святой Мекки от иноверцев.10

Одной из непосредственных задач, поставленных бен Ладеном, является подготовка профессиональных "воинов джихада". для осуществления этой задачи было создана целая сеть военно-тренировочных лагерей на территории Афганистана, Пакистана и Судана, где будущие моджахеды наряду с изучением Корана постигают основы диверсионного дела, партизанской войны, конспирации, пропаганды и выживания в экстренных условиях. Инструктора - профессиональные военные с большим опытом ведения боевых действий в региональных конфликтах и локальных войнах. На базе таких лагерей созданы поселения с собственной инфраструктурой, куда стекаются радикальные исламские элементы со всего мира.

Усама бен Ладен является на данный момент также одним из крупнейших спонсоров исламского экстремизма. Его личное состояние оценивается в 3 млрд.долларов, ему принадлежат суданская строительная компания "Аль Хиджра", контрольный пакет акций Исламского банка "Аш-Шамаль", инвенстиционный концерн "Таба", через подставных лиц он контролирует ряд торговых фирм в Кении и целую "империю" в Йемене, в которую входят приборостроительные компании, издательства, фабрики по производству керамики. Кроме того, бен Ладен вложил 250 млн.долларов в различные проекты в Судане. Как отмечают американские эксперты, благодаря необычайно высокому авторитету он имеет возможность собирать огромные суммы у исламских предпринимателей. Эти средства он проводит либо через связанные с ними компаниями в Европе, Азии, Ближнего Востока и уже через них переводит всевозможным "благотворительным" организациям, таким как "Аль-Харамайн", "Ибрахим" Аль Ибрахим" и др. Есть сведения о финансировании бен Ладеном через созданный им "Всемирный фронт джихада" египетской организации. Братья-мусульмане, исламских экстремистов в Иемене, Алжире, Кашмире, Боснии, Иордании, Косово, Чечне, Узбекистане, а также движения Талибан в Афганистане. 11

Другим спонсором экстремизма является религиозно-политические партии и движения. Так, на нужды ИДУ в 1997 г. руководитель турецкой партии "Рефах" ("Благоденствие") Н.Эрбакан предоставил 100 тыс.долларов, а действующая под ее патронажем в Германии коммерческая организация турецких эммигрантов "Миллий гуруш" в 1996 г. закупила и безвозмездно предоставила "ИДУ" вооружения на несколько сотен тысяч долларов.12

Определенным каналом подпитки экстремистов является и "благотворительная деятельность во славу ислама" - переводы денег от различного рода общественных и благотворительных организаций, предоставляемая ими гуманитарная помощь, частные сборы и пожертвования мусульман. Например, для нужд упоминаемого уже ИДУ только в сентябре 1999г. в Пакистане было собрано около 150 тыс.долларов. Сбор средств производился при активном содействии "Общества улемов Пакистана" во время пятничных молитв в подконтрольных мечетях.

Кроме того, подданный Саудовской Аравии, уйгур по национальности Мухаммадин Туркестони вручил лидеру ИДУ Тахиру Юлдашеву -53 130 000 долларов для закупки оружия.13

Однако экстремисты от ислама не ограничиваются лишь внешним спонсорством активно прибегал к криминальным методам финансирования прежде всего таким как наркоторговля, незаконный оборот оружия, золота и драгоценных камней, а также вымогательство, похищение людей и грабеж.

Афганистан занимает первое место по производству героина. За 1999 год на территориях, подконтрольных Талибану, площади под посевы опиумного мака увеличилось на 47 %, а производство опиума достигло 400 тонн. Там же расположена большая часть лабораторий, перерабатывающего опиум в героин, на который приходится 78 % общего количества потребляемых наркотиков в Западной Европе. 14 В транспортировке наркотиков активное участие принимают экстремистские организации. В частности отряды ИДУ под руководством Д.Намангани вовлечены в наркотранзит по маршруту Афганистан-Таджикистан-Киргизия-Узбекистан, а также в контрабанду оружия и золота.15

Другим методом самофинансирования является похищение людей с целью выкупа. Наиболее часто этот метод практикуется ИФС, Вооруженной исламской группой (Алжир), Хезболла (Турция, Ю.Ливан), Абу-Сайяф (Филиппины) и др.

На начальной стадии функционирования организации наиболее распространены такие уголовные преступления как грабежи и рэкет. В качестве примера можно привести экстремистскую группировку из Азейбарджана Джейшуллах ("армия Аллаха"), совершившую в декабре в 1999г. налет на бакинское представительство Европейского банка реконструкции и развития 16 предтеча ИДУ узбекская группировка "Товба" ("Покаяние") также функционировала за счет награбленных средств.17

Вербовка членов экстремистскими организациями происходит, как правило, в неподконтрольных официальным властям мечетях и медресе. В последнее время, в связи с актуальностью проблемы исламского экстремизма для нашего общества, появился широкий круг публикаций, где довольно подробно описывается механизм рекрутирования в исламские организации.

Людей привлекают возможностью более подробного изучения Священного писания, кроме того, в ряде случаев не исключается возможность заработка. Последнее является не маловажным фактором в регионах с тяжелой социально-экономической ситуацией.

Но наиболее значительным фактором является возможность выразить протест против политики официальных властей, особенно условиях подавления свободы слова и политических репрессий. 18 "Дикие" (неофициальные) мечети становятся "перевалочным" пунктом, через которые будущие "воины джихада" направляются в тренировочные лагеря. В ряде государств (Афганистан, Пакистан) медресе выполняют несвойственные им функции подготовки террористов. Известный пакистанский журналист Муххамед Али Анвар отмечает специфику пакистанских медресе, которые готовят в основном "солдат ислама" для ведения "джихада" по всему миру.19

Особо следует отметить деятельность эмиссаров исламистских партий и движений, действующих под лозунгами благотворительности и просвещения, одной из функций которых является создание своего рода плацдармов для дальнейшего проникновения радикального исламизма.

Обладая значительной материальной и идеологической поддержкой они организовывают частные мечети, медресе, создают основу для филиала партии путем вербовки верующих и агитации, при этом делается упор на дискредитацию официального духовенства и представителей властей. Наглядным примером подобной деятельности могут служить страны Центрально- азиатского режима, в частности Узбекистан, где при непосредственном участии миссионеров ряда зарубежных сламистских организаций, таких как "Джамаат-уль-Ислами", Джамаат-уль-улема" (Пакистан), "Ислами Джамиат уль Туляба" (Афганистан) возникло и окрепло Исламское движение "Узбекистана" (ИДУ), которое на данный момент входит в список наиболее крупных террористических организаций мира.

Практическая деятельность собственно экстремистских организаций включает в себя пропаганду и "джихад" - т.е. активные действия по реализации программы.

Пропагандистская деятельность заключается прежде всего в распространении агитационной литературы, а также проведения проповедей в подконтрольных мечетях.

Следует подробнее остановиться на активных действиях исламских организаций, призванных подорвать правящий режим. К ним прежде всего относится террористическая деятельность и вооруженное противостояния с регулярными правительственными частями.

Условно можно выделить следующие типы терактов:

- направленные против органов государственной власти и официальных лиц. Так, р результате подобного теракта в 1981 г. был убит египетский президент А. Садат, в 1996 г. египетской группировкой "Аль-гаама-аль-ислами" было осуществлено покушение на нынешнего главу египетского государства Хосни Мубарака. 20 В 1999 г. экстремисты из ИДУ совершили покушение на президента Узбекистана И.Каримова. В 1996 г. ливийскими экстремистами из группировки "Боевая исламская группа" была совершена попытка устранения "лидера ливийской революции" М. Каддафи.

- направленные против политических и идеологических противников, к которым относятся не только прогрессивные журналисты и общественные деятели, но и представители иных религиозных течений, а также лидеры соперничающих группировок. В 1993 г. в Турции большой резонанс получило убийство известного журналиста Уйгура Мумаджу, ответственность за которое взяла на себя "Организация исламского освобождения" 21

В Пакистане за последние годы зафиксировано уже несколько сотен нападений и убийств на шиитских мусульман, в которых подозреваются экстремисты из движения "Сунни Муслим".22 Вылазки исламских экстремистов в Индийском штате Джамму и Кашмир в августе 2000 г. также привлекли за собой многочисленные человеческие жертвы. В результате нападения на индуистских поломников погибли 20, были ранены 70 человек, а общее число жертв исламистов только за 2 дня составило 84 человека.23

К примерам подобного рода можно отнести и убийство в 1999 г. исламистами из ультрарадикальной Вооруженной исламстской группы (Алжир) одного из лидеров конкурирующим с ней ИФС Альбакадера Хашани.

К третьей группе можно отнести теракты, направленные против США и стран Запада, в т.ч. Израиля. Объектом для нападения становятся чаще всего диппредставительства данных государств и их граждане.

Наиболее "громкими" преступлениями подобного рода являются организованные бен Ладеном взрывы у Американских посольств в Танзании и Кении в 1998 г., повлекшие значительные человеческие жертвы, а также теракт на эсминце Коул в Иемене в ноябре 2000 г. В 1993 г. из "Аль-гаама аль-исламийя" осуществили взрыв в здании Всемирного торгового центра в Нью-Йорке. Летом 1995 г. во Франции Алжирская "Вооруженная исламская группировка" произвела целую серию взрывов.

Особое место занимают теракты против иностранных граждан: убийства и захват заложников. В качестве примера можно привести акции "Аль-гаама аль-ислами", "Аль-Джихад", направленные против туристов в Египте в 1993 г, террористическую деятельность "Хамас", "Хизбалла" "Исламского джихада" на территории Израиля, а также захваты заложников на Филлипинах группировкой "Абу-Сайяф" в апреле 2000 г. Настоящую охоту на иностранцев развернули экстремисты в Алжире.

Особую группу составляют т.н. "слепые", т.е. неизбирательного характера теракты, нацеленные на дестабилизацию общества путем создания атмосферы страха и неизвестности. Жертвами подобных преступлений становятся случайные люди, ставка делается на их наибольшее количество. Американский исследователь У.Лакер в своей книге "Терроризм и партизанская война" отмечал качественное изменение характера террористических операций в сторону беспорядочных убийств51. Другой американский исследователь, профессор Р.Винсет отмечал, что "чем больший резонанс" приобретают акты "терроризма, тем сильнее он стимулирует преступные действия - террористических групп, ибо они воспринимают это амбициозно как усиление значения их деятельности и дополнительную основу для выдвигаемых ими требований".24

В конце 90-х гг ХХ в. в связи с углублением крупных явлений в ряде государств "третьего мира" и образованием обширных областей политической нестабильности, радикальные исламисты получили возможность действовать в составе незаконных вооруженных формирований, вступая в столкновения с регулярными правительственными войсками.

Таким образом действуют исламисты в Индийском штате Джамму и Кашмир, на Филлипинах, в Алжире, в Центрально-азиатском регионе. "Партизанская война" возможна благодаря поддержке ряда государств, прежде всего Афганистана и Пакистана. Так, Кашмирские сепаратисты базируются на территории Пакистана, а боевики ИДУ в Афганистане.

Подводя итог вышесказанному, необходимо отметить, что:

1. Экстремистские партии в качестве основных используют насильственные методы борьбы, к которым относятся прежде всего террористические акции против представителей власти, иностранных граждан и гражданского населения в целях дестабилизации ситуации в обществе.

2. В целях финансирования экстремистами активно используются наркоторговля, незаконная торговля оружием, а также внешнее спонсорство.

3. На современном этапе делаются попытки создания нового типа религиозно-политической организации, транснационально-террористической, характеризующейся отсутствием четкой структуры, единством целей, задач, финансового и материально-технического обеспечения.



ПРИМЕЧАНИЯ


  1. Игнатенко А. От Филиппин до Косово. //Независимая газета. 12 10 2000.

  2. Плотников Н. Исламские экстремисты объединяются. //Независимая газета. 29 08 2000.

Ротарь И. Фундаменталисты активизируются. //Независимая газета. 15 08 2000.

  1. Млечин Л. Секта, которая считает, что смерть слаще жизни. //Новое время. 1992. № 17. с. 23.

  2. Основные террористические организации в мире. //Сегодня. 13 03 96. с. 17.

  3. Москалев Л. Дара под названием Джихад. //Независимая газета. 18 09 2000. с. 5.

  4. Крылов А. Истоки и надежды исламского сепаратизма. //Азия Африка сегодня. 1991. № 5. с. 15.

Николаев Д. Наступит ли мир на Миньдао. //Независимая газета. 11 04 96. с.2.

  1. Юсуфзада М. Современный джихад – война во имя… Дискредитация ислама? //НЭБ. 14 03 2000.

  2. Капитонов К. Отец террора. //НГ – Религии. 3 – 10 02 2000.

  3. Игнатенко А. Зеленый "Internetционал". //НГ – Религии. 7 04 99. с. 7.

  4. Ойбек Жума Бандиты и их правозащитники. //НЭБ. 1993.

  5. Ротарь И. Указ. соч.

  6. Федяшин А. Санитарный кордон вокруг Афганистана. //Эхо планеты. 2000. № 11. с.11.

  7. См., например, Комаров О. Кто он, Джума Намангани? //Независимая газета. 24 08 2000.

  8. Мехман Гафарлы Спецслужбы разоблачили террористов.// Независимая газета. 2 09 2000.

  9. Исламское движение Узбекистана: хроника преступлений. //НЭБ.

  10. См., например, СНГ

Ротарь И. в краю моджахедов. //Независимая газета. 16 11 2000. с. 5.

Поляков С. Угроза исламистского экстремизма будет расти. //Век. 8 09 2000. с. 7.

Пономарев В. На грани начала войны. //Независимая газета. 11 10 2000.

17. Томилин А. Тупик для Мушаррафа. //Независимая газета. 22 01

2000. с. 7.

  1. См. Ойбек Жума. Указ. соч.

  2. Феоктистов С. Фундаменталисты делают ставку на террор. //Азия Африка сегодня. 1993. № 7. с. 23.

  3. Расстрел мечети в Пакистане. //Независимая газета. 2 10 99. с. 6.

  4. Шестернина Е. В Кашмире людей убивают десятками. //независимая газета. 3 08 2000. с. 6.

  5. Шестернина Е. У истории с заложниками на Филиппинах не видно конца. //Независимая газета. 14 09 2000.

  6. См. Как распутать Алжирский узел? //За рубежом. 1995. № 2. с. 3.

  7. Лакер У. Террор эпохи постмодернизма. //США: ЭПИ. 1997. №. 2. с. 17

Морозов Г.И. Международный терроризм. //США: ЭПИ. 1997. № 2. с. 19.



ГЛАВА 4. ИСЛАМСКИЙ ЭКСТРЕМИЗМ В МАКРОИСТОРИЧЕСКОЙ ПЕРСПЕКТИВЕ


4.1 ПОСЛЕДСТВИЯ ИСЛАМСКОГО ЭКСТРЕМИЗМА ДЛЯ СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ ГОСУДАРСТВ МУСУЛЬМАНСКОГО МИРА НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ


Деятельность радикальных исламистских организаций в разной степени влияет на социально-политическое развитие стран "третьего мира", однако, в любом случае влияние это со знаком "минус" в силу самой деструктивной природы экстремизма.

Деятельность исламистских организаций принимает наиболее опасный характер в условиях слабости государственного контроля над национальными территориями. В результате образуются зоны, ситуация в которых реально контролируется исламистскими группировками. В качестве примера можно привести районы на юге Ливана, контролируемые Хезболла, южную часть Филлипин, где действует исламистский "Фронт освобождения Моро", северную часть о.Суматра (Индонезия), контролируемые исламистским движением "Свободный Ачех", различные районы на Молуккских островах, подконтрольные исламистскому экспедиционному корпусу "Лашкар джихад" ("Воинство джихада"), Каратегинская долина, Таджикистан, Чеченская республика в период 1996-1999 гг. и т.д. 1

Пожалуй, наиболее ярким примером является Афганистан, где к власти пришло исламистское движение Талибан во многом благодаря политической анархии, царившей в стране. 2

В этих условиях исламисты присваивают себе функции органов государственной власти, юридическая система приводится в соответствии с шариатом. Например, возникшая в 1991 г. в Намангане (Узбекистан) фундаменталистское движение "Адолат" ("Справедливость") наравне с официальными властями осуществляло охрану общественного порядка, наказывая виновных по законам шариата. 3 Подобной практикой занималась и "Хамас" на территории Палестинской автономии. 4

Преследованиям подвергаются не только преступные элементы: воры, проститутки, но и женщины, не закрывающие лицо, люди не выполняющие религиозных обрядов, подозреваемые в связях с Западом коллаборационизм, мусульмане, принявшие христианство.

На территориях, контролируемых исламистами, население активно вовлекается в производство и транспортировку наркотиков. Так, руководители "Талибан" поощряют выращивание крестьянами опиумного мака, собирают с него специальный налог. 5

В Каратегинской долине Таджикистана, контролируемой боевиками исламской оппозиции производство и контрабанда наркотиков является самым прибыльным занятием местного населения. 6

Стоит упомянуть также о таком факторе как успешное использование исламистами нерешенных межнациональных противоречий результатом которого является дестабилизация ситуации не только в отдельных государствах, но и в целых гарнизонах.

Фактически во всех судебных материалах по делу любой радикальной исламистской организации присутствует обвинение в разжигании межнациональной или межрелигиозной розни.

В Хартии – программном документе Хамас содержится призыв к уничтожению евреев: "Любого еврея можно с полным основанием считать военным поселенцем, и наша обязанность - убить его". 7 На севере Египта экстремисты из "Аль-гамаа аль исламийя" и "Таухид ва-аль-Хиджра" развернули террор против христиан - коптов. Только за 9 месяцев 1992 г. в межконфессиональных столкновениях и в результате терактов погибло более 120 человек, за период с 1992г. по 1998г. число жертв составило 1200 человек. 8 Еще более кровавые столкновения между христианами и мусульманами происходят на Маллукских островах (Индонезия), где только за 1999 г. погибло более 1500 тысяч человек, 10 а также на севере Нигерии в штате Кадуна. 9

Крайне негативное влияние оказывают исламистские организации, такие как Хамас, Хезболла, Исламистский джихад, исламистские организации, на процесс ближневосточного урегулирования, провоцируя акты насилия со стороны Израиля, занимая по отношению к нему бескомпромисную позицию, затрудняя тем сасым переговорный процесс.

Особенно очевиден этот факт в свете последних событий на территории Палестинской автономии, где в конце прошлого года произошла очередная эсколация населения. 10

Другим регионом, где исламистские экстремисты выступают в качестве дестобилизирующего фактора, является Центральная Азия. С приходом к власти в Афганистане движения Талибан, здесь оразовался очаг распростронения исламизма, носящего ярко выраженный экспансивный характер. В полной мере это ощущают среднеазиатские государства СНГ:

Узбекистан, Таджикистан, Киргизия - на территории которых действуют вооруженные формирования ИДУ, поддерживаемые Кабулам. Данные государства рассматриваются лидерами лидерами движения Талибан прежде всего в качестве плацдарма расспростронения воинствующего исламизма, а боевики ИДУ совместно с нелигальными фундаменталистскими группировками, решают задачу "расшатывания" правящих режимов "изнутри".11

В этой связи нельзя обойти вниманием и сепаратистские движения, насящие исламистский характер, прежде всего в и.Индийском штате Джамму и Кашмир (Фронт освобождения Джамму и Кашмир) и на юге Филлипин (Исламский фронт освобождения Моро). Поддерживаемые извне, они препятствуют нормальному социально-экономическому развитию данных областей. Кроме того, подчас служат причиной межгосударственных противоречий. Так, поддержка Пакистаном кашмирских сепаратистов, крайне негативно сказывается на его дипломатических отношений с Индией. 12

Террористическая деятельность, экстремистских группировок, особенно практика "слепых" террористических акций в ряде случаев оказывает дестабилизирующее влияние на общество, порождая атмосферу страха и неуверенности. Наиболее наглядным примером может служить

Алжир, где запрещенный в 1991 г. ИФС совместно с Вооруженной исламской группой и близкими к ним исламистскими группировками фактически развернули в стране гражданскую войну, количество жертв по данным официальных алжирских властей составляет 60-80 тысяч человек, западные экстремисты называют цифру 100-200 тысяч. 13

Следует также упомянуть гражданскую войну на юге Судана, которая явилась следствием политики насильственной исламизации, проводимой с 1983 г. сначала правительством Д. Нимейри и реализуемой ныне генералом О.Х. аль-Баширом.

Помимо вышесказанного, необходимо отметить также экономический ущерб, наносимый экстремистами. За время войны в Алжире ВНП снизился в 2 раза, безработица составила 28%, разрушены отдельные отрасли народного хозяйства. 14 Террористические акции исламистов против иностранных туристов больно ударили по экономики Египта, где заняты около 15 млн. трудоспособного населения. Число туристов из Западной Европы в 1993 г. по сравнению с предыдущим, сократилось в 2 раза, на 1/3 сократились поступления в казну. 15

Специалисты отмечают кризис в туристической трасли Пакистана вследствие сокращения потока туристов. Из-за неоднократных угроз в их адрес со стороны фундаменталистов, обезлюдело некогда знаменитое на весь мир сафари Пишавар-Хайбер. Эскалация насилия на Ближнем Востоке, террористические акции Хамас, вынудили Израиль ужесточить условия пребывания палистинцев на своей территории. В результате число палестинцев, работающих в Израиле, сократилось - если в 1992 г. составляло 116 тыс. человек, то в 1995 г. оно сократилось до 32тыс.16

Действия экстремистов вызывают ответные "акции возмездия" со стороны Израиля, сопровождаемые людскими потерями и разрушениями. В качестве ответа на обстрел израильской территории в июне 1999 г. боевиками "Хазболла", израильские ВВС совершили налет на территорию Южного Ливана. В результате погибли и были ранены десятки мирных жителей. кроме того было разрушено 5 мостов и электростанция, питающая Бейрут. Общий ущерб превысил 30 млн. долларов. 17

В заключении стоит упомянуть об экономических санкциях, налогаемых на государства, прежде всего Афганистан, поддерживающих международный, в данном случае исламистский терроризм. Подобные меры крайне негативно сказываются на социально-экономическом развитии государства и, соответственно, на уровне жизни населения.


4.2 ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ РОЛЬ И ПЕРСПЕКТИВА ИСЛАМСКОГО ЭКСТРЕМИЗМА В РАМКАХ СОВРЕМЕННОЙ КАПИТАЛИСТИЧЕСКОЙ МИР-СИСТЕМЫ (КМС)


С крушением "мировой системы социализма" современная организация социального пространства в масштабах планеты сводится к капитализму, или если воспользоваться термином И. Валлерстайна, - к капиталистической мир – системе (КМС). Прежде чем говорить о функциональной роли исламского экстремизма в рамках современной КМС, следует обозначить основные ее противоречия. С момента своего возникновения КМС имела два базовых функциональных противоречия и принципа функционирования. Одно из них - противоречие между общественным характером труда и частным присвоением капитала (наиболее острые формы данное противоречие принимает в конфликте "труда и капитала").

Другое - между системой международным разделением труда и межгосударственной организации мирового политического пространства, которое ярко проявляется в противоречиях между бедными (развивающимися) и богатыми (развитиыми капиталистическими) странами. Если "конфликт труда и капитала" в странах "ядра" капиталистической системы примерно к середине ХХ века был более или менее разрешен посредством реализации концепции " государства всеобщего благоденствия", то противоречие между регионами "ядра" и "периферии" продолжает оставаться актуальным и сегодня: разрыв в уровне экономического и социального развития в большинстве случаев не уменьшается, а увеличивается, сохраняется механизм так называемого неэквивалентного обмена (когда одна сторона получает от обмена больше, чем другая), воспроизводится огромная разница в уровне потребления между странами богатого Севера и бедного Юга. Более того, сегодня Север посредством беспрецедентного давления на экосистему присваивает себе не только труд и богатства сегодняшнего населения Юга, но ресурсы следующих поколений всего человечества. В настоящее время менее 10% населения потребляют более 90% используемых природных богатств. Согласно подсчетам международных организаций, США привносят в среду обитания примерно столько же отравляющих веществ, сколько весь остальной мир. Уже второе десятилетие промышленные предприятия Соединенных Штатов сжигают больше кислорода, чем его вырабатывают растения, находящиеся на территории этой державы. в результате один гражданин США вносит в создание "парникового эффекта" такой же вклад, как 1450 граждан Индии. 18

Крушение иллюзий "постколониального" периода относительно возможности большинства развивающихся стран в рамках системы неэквивалентного обмена достичь уровня экономического развития Севера - с одной стороны, и невозможность ограничения материального потребления с целью ослабить давление на природную среду в рамках системы непрерывного капиталистического накопления - с другой, - делают актуальным для человечества пересмотр основных принципов современной мир - экономики. Поскольку принцип международного разделения труда не подлежит отмене даже теоретически, следовательно, единственно возможный выход для человечества лежит в сфере преобразования системы международных (межгосударственных) отношений. Другими словами, речь, при всей утопичности этой идеи, должна идти об уничтожении межгосударственных границ и создание единого всемирного государства. Еще В. Ленин выдвигал лозунг "Соединенных штатов мира" 19 в противовес лозунгу западно-европейских социалистов "Соединенных штатов Европы", план которых он считал лишь средством для более успешного ограбления колоний империалистическими державами. Построение имперской системы социализма как раз и было своего рода попыткой построения мирового порядка на принципах, альтернативных системе капитализма. Дискредитация социалистической модели развития целого ряда стран Востока 70 – 80 –е гг. ХХ в., а также ослабление самой системы социализма, и за тем ее крах на рубеже 80-90-х гг., обусловили тотальный кризис социалистической идеологии в ее ленинистском варианте. В результате на социалистический вызов сегодня по настоящему пытается дать ответ, пожалуй, лишь мусульманская зона "Юга". Недаром, нашумевшая десять лет назад статья японского философа Ф. Фукуямы "Коней истории"20, главной мыслью которой была идея об окончательном утверждении в мире с крахом СССР торжества либеральных принципов (т.е. ценностей западной цивилизации), сегодня воспринимается с гораздо большим скептицизмом. И недаром, все большую актуальность приобретают идеи С. Хантингтона о том, что основная линия будущих конфликтов будет определяться столкновением различных цивилизаций.21 Именно ислам, а точнее исламский экстремизм, в своих крайних формах (проекты создания "всемирного исламского государства") предложил глобальную альтернативу современному капитализму в лице западной цивилизации, базирующемуся на межгосударственной системе организации мирового порядка. Проекты создания всемирного государства дают некий аналог ленинской идеи мирового правительства ("Соединенных Штатов Мира"). Многие исследователи отмечают антисистемность и революционность исламского фундаментализма. 22 По мнению Валлерстайна у развивающихся государств (т.е. государств Юга) есть два варианта борьбы за достойное место "под солнцем мирового капитализма". Один из них представляет собой "выбор Саддама Хусейна" или "выбор Бисмарка", который состоит в попытке создании крупного государства, способного проводить влиятельную внешнюю политику по защите "национальных" интересов. По сути, Хусейн, развязывая агрессию против Кувейта (т.е. пытаясь положить "железом и кровью" начало создания мощной "арабской империи") стремился к тому же, что и Бисмарк, объединявший Германию. Это выбор базируется на признании принципа "национального" светского государства, которое лежит в основе современного международного порядка, а значит и современной капиталистической системы. Этот выбор, не отрицает ценностей европейской цивилизации, согласно которому "экономические изменения требуют применения силы". 23 Другой выбор – это "выбор Хомейни", выбор в сторону фундаментализма, выбор в сторону борьбы за создание всемирного исламского государства. Но, как известно, мусульмане не составляют подавляющего большинства населения Земли, и к тому же мусульманские страны - это не самая развитая часть мирового сообщества. Кроме того, поскольку исламский фундаментализм как религиозная идеология базируется на иррациональных основах и, значит, не способен к компромиссу (в отличие от марксизма, который в конце ХIХ - ХХ вв. трансформировался в социал-реформизм), его активизация неизбежно приведет к конфликту цивилизаций и способна лишь увеличить проблемы современного мира, а не способствовать их решению. Поэтому исламский экстремизм бесперспективен в качестве метода снятия системных противречий современного мира.


ПРИМЕЧАНИЯ


  1. Игнатенко А.А. От Филиппин до Косово. //Независимая газета. 12 10 2000.

  2. См., например, Дубнов А. Агрессоры и вегетарианцы. //Независимая газета. 29 11 2000. с.6.

  3. Ротарь И. Фундаменталисты активизируются. //Независимая газета. 15 08 2000.

  4. Супонина Е. Взрывчатка на обед. //Новое время. 1997. 22 июня. с 22.

  5. Федяшин Д. Санитарный кордон вокруг Афганистана. //Эхо планеты. 2000. 10 – 16 марта. № 11. с. 11.

  6. Ротарь И. В краю моджахедов //Независимая газета. 16 11 2000. С. 5.

  7. Боровой Я. Смерть приходит по воскресеньям. //Новое время. 1996. № 10.

  8. Елистратов А. Орестов Р. Экстремизм: власть Египта принимает вызов.//Эхо планеты. 1993. № 17. с.7.

  9. Игнатенко А.А. Зеленый Internetционал. //НГ – Религии. 7 04 1999. с. 4.

  10. См. например, Правов А. Палестинцы отвергают ультиматум Израиля. //Независимая газета. 10 10 2000. с.6.; Новогодняя интифада. //независимая газета. 3 10 2000. с.6.

  11. См. например, Плотников Н. Весной бои возобновятся. //Независимое военное обозрение. 24 11 2000.

  12. См. например, Томилин А. Мушарраф определился с целями. //независимая газета. 18 01 2000. с.6.

  13. Деннис М. Демократия со второй попытки. //Итоги. 1997. № 24. с. 38.

  14. Там же.

  15. Елистратов А. Орестов Р. Указ. соч.

  16. Супонина Е. Указ. соч.

  17. Павлов А. В Ливане и Израиле подсчитывают ущерб.// Независимая газета. 29 06 99. С. 6.

  18. Баландин Р. Если деградирует среда обитания. Мечта о "золотом миллиарде". //Независимая газета. 12 01 2000. с 16.

  19. Ленин В.И. Соединенные штаты Европы.// Собр. соч. Т.3. М., 1981.

  20. Фукуяма Ф. Конец истории.//Философия истории:антология. М., 1995. СМ. также Дилигенский Г.Г. "Конец истории или смена цивилизаций".//Вопросы философии. 1991. № 3.

  21. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. //Полис. 1994. № 1.

  22. Никольский Д.В. Ислам и общество. //Вопросы философии. 1993. № 12. с. 16.

  23. Фурсов А.И. Мир – системный анализ: интерпретация И. Валлерстайном периода 1945 – 90 гг. //Восток. 1992. № 3.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы.

Среди причин, которые лежат в основе исламизма, и исламского экстремизма в частности, прежде всего стоит отметить так называемые "внутренние факторы", такие как: низкий темп экономического развития, безработица, аграрное перенаселение, демографический взрыв, политическая нестабильность, авторитарный политический режим, коррупция, резкая имущественная дифференциация. Данные факторы можно с долей условностей назвать результатом провала модернизации по западному образцу (буржуазно-капиталистический и социалистический варианты), который наложился на пережитки традиционных структур развивающихся стран. Данные факторы послужили возникновению оппозиции среди широких слоев населения официальной власти. Особенности ислама как религии обусловили придание ей религиозного характера, а кризис светского национализма, слабость и разобщенность светского политического крыла в ряде государств послужило складыванию массовой социальной базы исламистских организаций. Подъему исламизма способствовала также политика ряда режимов, которые использовали фундаменталистские организации в политических целях, например, в качестве противовеса левому политическому крылу или в целях усиления собственной легитимности.

Следует также отметить другую группу причин, послуживших подъему исламизма – так называемые "внешние факторы", которые включают в себя прежде всего финансовую и идеологическую поддержку исламизма рядом государств (Афганистана, СА, Судана, Ирана и Пакистана), а также неразрешенность целого ряда межгосударственных, межнациональных, межэтнических конфликтов (например, ближневосточного, индопакистанского), которые стимулируют дестабилизирующую деятельность целого ряда религиозно-политических организаций.

Безусловно, в качестве основополагающих следует рассматривать внутриполитические причины возникновения исламизма, однако, во многом, именно благодаря внешнему влиянию, фундаментализм радикализируется, приобретая форму экстремизма.

Протест широких слоев населения против разрушения традиционной структуры общества светскими политическими режимами приобрел форму отторжения ценностей западного, секулярного общества, т.к. подавляющее большинство населения оказалось неприспособлено к новым общественно-политическим и экономическим условиям. Поэтому поиски собственного "третьего пути" развития приводили к исламу, предоставляющему готовые формы общественной, политической и экономической деятельности, более привычные и менее болезненные для традиционного общества. Стоит упомянуть о наглядном примере нефтедобывающих монархий Персидского залива, где консервация общественно-политической структуры произошла на фоне гигантских поступлений от продажи углеводородного сырья, что и позволяет с успехом демонстрировать преимущества "исмамского образа жизни".

Идеологи исламского фундаментализма рассматривают в качестве эталона общественно-политическое устройство раннюю общину времен Мухаммеда, современная интерпретация которой выглядит как социально-ориентированное авторитарное государство, основанное на принципах шариата. Различия шиитского и суннитского направлений в исламе обуславливают различную форму правления в будущем государстве – имамат и халифат, все иные общественно-политические системы рассматриваются как враждебные истинному исламу и, следовательно, не имеющие права на существование. Поэтому первоначальной целью исламистов является захват власти в отдельном государстве, или создание плацдармов для реализации конечной цели – создание всемирного исламистского государства. Для реализации своих задач фундаменталисты используют два основных метода – агитацию ("метод убеждения") и террор ("джихад" в его узком понимании). Именно по соотношению этих двух методов практической деятельности позволяют выделять в фундаментализме экстремистское и умеренное крыло.

Умеренные используют в своей деятельности легальные методы, прежде всего благотворительность, просвещение, агитацию, таким образом им удается завоевывать большинство мест в органах местного самоуправления, профсоюзах, а подчас даже входить в правительственную коалицию.

Идеологи радикалов (например, С. Кутб) отличаются в первую очередь толкованием принципа "такфир" ("обвинение в неверии"), т.е. большую часть общества они считают "неверными", что, следовательно, оправдывает для них насильственные методы борьбы. Данные методы заключаются в реализации террористических акций против представителей власти, иностранных граждан и гражданского населения, а так же проведения в ряде регионов военных операций в составе незаконных вооруженных формирований в целях дискредитации политических режимов и дестабилизации ситуации в обществе. Экстремисты активно используют наркоторговлю и нелегальную торговлю оружием как источник своего финансирования.

Собственно, на основе появления единых центров финансирования на современном этапе делаются попытки создания транснациональной террористической исламистской организации, которые характеризуются отсутствием четкой структуры, единством финансового обеспечения, идеологии и информационного пространства.

Конец ХХ в. отмечен качественным ростом исламизма как политической идеологии. Это связано прежде всего с усиливающимися в мире процессами глобализации, крахом "мировой системы социализма" как альтернативы капиталистической модернизации, увеличивающимся разрывом в доходах и распределении невосполнимых природных ресурсов между государствами промышленно развитого Севера и развивающегося Юга. В условиях невозможности сокращения этого разрыва, фундаментализм предлагает свой проект, пусть утопический, будущего "справедливого" общества. В своих крайних формах (проекты создания "всемирного исламского государства") он по сути выступает как религиозная версия глобальной социалистической альтернативы современному капитализму, базирующемуся на межгосударственной системе организации мирового порядка. Однако в силу того, что исламский фундаментализм как религиозная идеология базируется на иррациональных основах и, значит, не способен к компромиссу (в отличие от марксизма, который в конце ХIХ - ХХ вв. трансформировался в социал-реформизм), его активизация способна лишь увеличить проблемы современного мира, а не способствовать их решению.

Поскольку в ближайшем будущем невозможно ликвидировать социальную базу исламизма, исламский экстремизм еще долгое время будут являться фактором мировой политики. В этой связи остро встает вопрос о борьбе в религиозным экстремизмом. Практически все государства в той или иной степени сталкиваются с результатами дестабилизирующей активности целого ряда радикальных исламистских организаций. Однако, в связи с трансграничностью данного явления, меры по борьбе с ним в масштабах отдельного государства не дают желаемого эффекта. В этих условиях необходима координация действий на международном уровне, создание условий для эффективного взаимодействия в вопросах по борьбе с международным терроризмом и экстремизмом. Но настоящим решением проблемы может явиться лишь последовательная (пусть постепенная) перестройка мирового политического и экономического порядка порядка на новых принципах.


БИБЛИОГРАФИЯ


  1. Абазов Р.Ф. Исламское возрождение в центральноазиатских новых независимых государствах. //Полис. 1995. № 3, С.31.

  2. Александров Ю.Г. Средняя Азия: специфический случай экономической слаборазвитости. //Восток. 1991. № 5, С. 142.

  3. Алиа Ж. Свет и тени ислама.//За рубежом. 1995. № 3, С.6.

  4. Арипов М.К. Социальный идеал ислама: мифы и реальность. Ташкент, 1998.

  5. Бабкин С., Шторх А. Ужас поселился в Алжире. //Эхо планеты. 1997. № 42, С.7.

  6. Бабкин С. Экстремисты проиграли.//Эхо планеты. 1999. № 18, С.18.

  7. Байба О. Ваххабитский ислам и власть. //Азия Африка сегодня. 1993. № 11, С. 32.

  8. Беляев И.П. Ислам: религия и политика. //Диалог. 1990. № 6, С.90.

  9. Беляков В. Кошмары каирского губернатора. //Труд. 10 июня 1998, с.4.

  10. Борисов А.Б. Роль ислама во внутренней и внешней политике Египта. М., 1991.

  11. Боровой Я. Смерть приходит по воскресеньям. //Новое время. 1996. № 10, С.24.

  12. Боровой Я. Ливанское болото. //Новое время. 1999. № 11, С.19.

  13. Гаджизаде А. Террористы получат по заслугам. //Независимая газета. 10 10 2000. С. 5.

  14. Ганкин Л. Суданский бумеранг. //Московские новости. № 6. 1996. С. 13.

  15. Ганковский Ю. В бой вступают талибы.//Азия Африка сегодня. 1995. № 7, С. 31.

  16. Джабер Х.А. Возрождение. //Азия Африка сегодня. 1996. № 6, С. 23.

  17. Долматова С.А. Развивающиеся страны: образование и занятость. М., 1993.

  18. Дэннис М. Демократия со второй попытки. //Итоги. 1997. № 24, С. 38.

  19. Егоров Ю. В Ташкенте судят исламских экстремистов. // Независимая газета, 31 10 2000. С. 5.

  20. Егоров Ю. Продолжение следует. //Независимая газета. 25 09 2000. С. 5.

  21. Елистратов А., Орестов Р. Экстремизм: власти Египта принимают вызов. //Эхо планеты. 1993. № 17, С. 7.

  22. Жданов Н.В., Игнатенко А.А. Ислам на пороге ХХ1 в. М., 1989.

  23. Жданов Н.В. Исламская концепция миропорядка: международно-правовые, экономические и гуманитарные аспекты. М., 1991.

  24. Жудро А. Палестинцы против палестинцев. //Эхо планеты. 1992. № 36,

С. 12.

  1. Зеленин Д. Пробил ли час освобождения? //Эхо планеты. 1991. № 35,

С. 21.

  1. Ибрагимов М.Д. "Исламский фактор" в 70-80-е гг. //Современный ислам. М., 1992. С. 66.

  2. Иванов С. Многопартийность на крови. //Новое время. 1997. № 24, С. 25.

  3. Игнатенко А. А. Халифы без халифата: исламские неправительственные религиозно-политические организации на Ближнем Востоке. М., 1988.

  4. Игнатенко А.А. "Зеленый" Internetционал. //НГ – Религии. 7 04 1999. С. 4.

  5. Игнатенко А.А. От Филиппин до Косово. Исламизм как глобальный дестабилизирующий фактор. // Независимая газета. 12 10 2000. С. 6.

  6. Ионова А. И. Современный ислам, человек и общество. М., 1991.

  7. Как рассматривают опасность исламизма в США. //США: ЭПИ. 1996. № 8, С. 19.

  8. Капель Ж. Сумерки одной утопии. //За рубежом. 1998. № 8, С. 6.

  9. Капитонов К. Отец террора.//НГ - Фигуры и лица. 3 –10 февраля 2000.

  10. Кифнер Д. Кашмир – главное яблоко раздора. //За рубежом. 19 – 25 июня. № 23. 1998. С. 3.

  11. Князев А. Под знаменем "зеленого интернационала". //Независимая газета. 11 11 2000. С. 6.

  12. Комаров О. Кто он, Джума Намангани? // Независимая газета. 24 09 2000. С. 4.

  13. Коровиков А.В. Исламский экстремизм в арабских странах. М., 1990.

  14. Красулин А. Алжирские фундаменталисты увеличивают свой кровавый счет. // Российская газета. 27 09 1997. С. 7.

  15. Крылов А. Истоки и надежды исламского сепаратизма. // Азия Африка сегодня. 1991. № 5. С. 15.

  16. Лакер У. Террор эпохи постмодернизма. //США: ЭПИ. 1997. № 2. С. 13.

  17. Ланда Р. Исламизм в Алжире: апогей или спад? //Азия Африка сегодня. 1991. № 9. С. 6.

  18. Ланда Р. Исламский фундаментализм. // Вопросы истории. 1993. № 1.

С. 19.

  1. Ланда Р. Есть ли будущее у исламского фундаментализма в Алжире. // Восток. 1993. № 1. С. 138.

  2. Ланда Р. Маргиналы Востока: идеология отчаяния. // Азия Африка сегодня. 1994. № 7. С. 7.

  3. Левин О. Форпост фундаментализма в Африке? //Азия Африка сегодня. 1994. № 7. С. 17.

  4. Магда В. Госдеп США объявляет узбекских исламистов вне закона. //Независимая газета. 16 09 2000. С. 6.

  5. Малашенко А.В. В поисках альтернативы. Арабские концепции путей развития. М., 1991.

  6. Малашенко А.В. 80-е: новый политический старт ислама. //Восток. 1991. № 5. С. 52.

  7. Малашенко А.В. Мусульманская цивилизация: движение и инерция. // Восток. 1994. № 4. С. 36.

  8. Малик Линда П. Феномен "исламского возрождения". //Азия Африка сегодня. 1995. № 12. С. 38.

  9. Малышева Д. Б. Алжирский конфликт: уроки для России? //МэиМО. 1996. № 10. С. 56.

  10. Малышева Д.Б. Исламско-фундаменталистский проект в реалиях современного мира. //МЭиМО. 1999. № 7. С. 108.

  11. Мамаев Ш. Мечта о халифате. //Эксперт. 2 10 2000. С. 21.

  12. Мамаев Ш. Перевалы закрыты, переговоры идут. // Эксперт. 27 11 2000.

  13. Аль-Маудуди А. Образ жизни в исламе. М., 1993.

  14. Медведко О.И. Ислам и исламисты. //Эхо планеты. 1999. 15-21 октября. № 42. С. 5.

  15. Мендел М., Мюллер З. Исламский фундаментализм в Египте. Социальные и социально-психологические аспекты. //Мусульманские страны. Религия и политика (70-80-е гг.). М., 1991. С. 75.

  16. Микульский Д.В. Ислам и общество (материалы круглого стола). //Вопросы философии. 1993. № 12. С.16.

  17. Мирский Г.И. Роль армии в политической жизни стран "третьего мира". М., 1989.

  18. Млечин Л. Секта, которая считает, что смерть слаще жизни. //Новое время. 1992. № 17. С. 31.

  19. Млечин Л. Ученики стреляют в учителей. //Новое время. 1992. № 19.

С. 34.

  1. Морозов И. Международный терроризм. //США: ЭПИ. 1997. № 12. С. 24.

  2. Москалев Л. Драма под названием "джихад". //Независимая газета. 18 08 2000. С. 5.

  3. Николаев А. Конца внутриафганского конфликта не видно. //Независимая газета. 4 12 1998. С. 6.

  4. Николаев Д. Наступит ли мир на Миньдао? //Независимая газета. 11 04 1996. С. 2.

  5. Ньюмен Б. Рефах набирает очки. //За рубежом. 1995. № 13. С. 6.

  6. Пахомов Е. Мир в обмен на опиум. //Итоги. 14 11 2000.

  7. Петровский Б. Удар по исламистам. //Независимая газета. 14 02 1998.

С. 6.

  1. Политическая культура ислама. //СО. Выпуск 1. М., 1994.

  2. Полонская Л.Р., Вафа А. Х. Восток: идеи и идеологи. (Критика буржуазных и мелкобуржуазных концепций "третьего пути" развития). М., 1982.

  3. Полонская Л.Р. Единство и многообразие ислама.// Восток. 1994. № 6.

С. 5.

  1. Поляков К.И. Жизнь и смерть отца "мусульманского братства". //НГ -Религии. 21 10 1998. С. 4.

  2. Поляков К.И., Хасянов А. Ж. Арабский Восток и проблемы терроризма. //Независимая газета. 4 10 1999. С. 6.

  3. Поляков С. Угроза исламистского экстремизма будет расти. //ВЕК. 8 09 2000. С. 21.

  4. Пономарев В. На грани начала войны. //Независимая газета. 11 10 2000. С. 5.

  5. Правов А. Ливанская трясина. //Независимая газета. 26 02 2000. С. :.

  6. Принин П. Партия Аллаха готова к войне. //Эхо планеты. 1993. 18 – 24 сентября. № 38. С. 16.

  7. Плотников Н. Очаг напряженности в Средней Азии. //Независимая газета. 25 09 2000. С. 5.

  8. Плотников Н. Исламские экстремисты объединяются. //Независимая газета. 29 09 2000. С. 5.

  9. Плотников Н. Весной бои возобновятся. //Независимое военное обозрение. 24 11 2000. С. 4.

  10. Плотников Н. Масуд сдаваться не намерен. //Независимая газета. 6 10 2000. С. 6.

  11. Ротарь И. Исламский радикализм на просторах СНГ. //НГ – Сценарии.

22 08 99. № 8.

84. Ротарь И. Фундаменталисты активизируются. // Независимая газета. 15 08

2000. С. 5.

  1. Ротарь И. В краю моджахедов. //Независимая газета. 16 11 2000. С. 5.

  2. Ротарь И. Взорвется ли Центральная Азия? //Независимая газета. 29 11 2000. С. 5.

  3. Сабов А. Генералы с имамами ищут общий язык. //Российская газета. 12 10 1999.

  4. Сагадеев А. Исламский фундаментализм: что же это такое? //Азия Африка сегодня. 1994. № 6. С. 2.

  5. Севостьянов И. Исламский фундаментализм и исламский экстремизм – это совсем не одно и то же. //Международная жизнь. 1996. № 5. С. 31.

  6. Сиван Э. Радикальный ислам: причины и последствия террористического насилия. //НЭБ. 16 08 1999.

  7. Скляров Л.Е. Иран 60-80-х гг.: традиционализм против современности. М., 1993.

  8. Сокут С. Мир вступает в эпоху "мятежевойны".//Независимое военное обозрение. 20 10 2000.

  9. Степанянц М.Т. Мусульманские концепции в философии и политике (Х1Х – ХХ вв.). М., 1982.

  10. Супонина Е. Взрывчатка на обед. //Новое время. 1997. № 24. С. 22.

  11. Сюкияйнен Л.Р. Концепция мусульманской формы правления и современное государствоведение в странах Арабского Востока. //Социально-политические представления в исламе. М., 1987.

  12. Тадевосян Э.В. Словарь-справочник по социологии и политологии. М., 1996.

  13. Томилин А. "Мы думали лучше о Шарифе". //Независимая газета. 29 06 1999. С. 6.

  14. Томилин А. Как экспортируется джихад. //Независимая газета. 19 11 1999. С. 6.

  15. Томилин А. Мушарраф определился с целями. //Независимая газета. 18 01 2000. С. 6.

  16. Томилин А. Тупик для Мушаррафа. //Независимая газета. 22 01 2000.

С. 6.

  1. Угрожают ли России исламизм и исламский фундаментализм? //Азия Африка сегодня. 1996. № 2. С. 2.

  2. Федяшин А. Санитарный кордон вокруг Афганистана. //Эхо планеты. 2000. 10 – 16 марта. № 11. С. 11.

  3. Феоктистов С. Фундаменталисты делают ставку на террор. //Азия Африка сегодня. 1993. № 7. С. 29.

  4. Филиппова М.И. Общественные функции ислама в современном американском исламоведении. //РЖ. Общественные науки в СССР. Серия 5. № 6. 1990.

  5. Хантингтон С.Ф. Столкновение цивилизаций. //Полис. 1994. № 1.

  6. Фукуяма Ф. Конец истории. //Философия истории: Антология. М., 1995.

  7. Фурсов А.И. Мир – системный анализ: интерпретация И. Валлерстайном периода 1945 – 1990 гг. (основные идеи и оценки). //Восток. 1992. № 3.

  8. Шевченко М. Судан: фараоны, мессии, терроризм и санкции. //Независимая газета. 18 03 1998.

  9. Шевченко М. "Ленину из Хартума" Англия нравится больше Америки. //Независимая газета. 28 10 1999.

  10. Шестернина Е. В Кашмире людей убивают десятками. //независимая газета. 3 08 2000.

  11. Шестернина Е. У истории с заложниками на Филиппинах не видно конца. //Независимая газета. 14 09 2000.

  12. Юртаев В.И. Иран: студенты в исламской революции. //РЖ. Серия 5. Социальные и гуманитарные науки. № 4. 1994.

  13. Юсуфзода М. Современный "джихад" – война во имя…дискредитация ислама? //НЭБ. 1999.


1


Случайные файлы

Файл
178184.rtf
17969.rtf
111384.doc
82456.rtf
80361.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.