Метафора в поэзии И. Бахтерева (73995)

Посмотреть архив целиком

СОДЕРЖАНИЕ


Введение................................................................................................... 3

Глава 1. Понятие метафоры.................................................................... 5

Глава 2. Особенность поэтической метафоры ................................... 12

Глава 3. Место метафоры в поэзии И. Бахтерева............................... 17

Заключение ............................................................................................ 27

Список использованной литературы................................................... 28



ВВЕДЕНИЕ


В последнее время нарастает интерес к творчеству Игоря Бахтерева – неординарного, но, к сожалению, пока малоизвестного и малоизученного поэта ХХ века.

Репрессии 30-х годов унесли жизни множества талантливых литераторов и надолго закрыли доступ к их творчеству для читателей. По словам Сергея Бирюкова, «это была настоящая расправа с поэзией».1 Большинство произведений группы ОБЭРИУ, в которую входил Игорь Бахтерев, не было известно в России до середины 80-х годов. Что же до самого Игоря Бахтерева, то он и сейчас все еще известен российскому читателю на уровне немногих журнальных публикаций и публикаций в общих сборниках поэзии обэриутов и их последователей. Его первые произведения были напечатаны на родине лишь в конце 80-х годов и остаются до сих пор известны в достаточно узких кругах (за рубежом стихи Бахтерева впервые были опубликованы в 1978 году).2 «Фактически, - считает С. Бирюков, - мы оказались в ситуации, когда созданное 60 лет назад вошло в наши дни, как будто написанное только что».3

Конечно, Игорь Бахтерев не является автором абсолютно неизданным. Первая из книг, в которой опубликованы его произведения, многократно подвергавшаяся критическим репрессиям, - «Ванна архимеда», составленная Анатолием Александровым в 1991 году, представляет прозу Бахтерева и его «драматическую сцену» «Царь Македон или Феня и Чеболвеки»; вторая книга – это «Поэты группы ОБЭРИУ», изданная в серии «Библиотека поэта» в 1994 году. Здесь опубликованы по авторским рукописям 12 стихотворных текстов поэта.

Тем не менее изучение творчества И. Бахтерева остается по прежнему актуальным, поскольку упоминания об этом поэте можно найти пока лишь в контексте исследования поэзии группы ОБЭРИУ в целом.

Характерной чертой поэзии Игоря Бахтерева является активизация тропов. Вообще, по мысли Ю. М. Лотмана, к тропам как механизмам творческого мышления тяготеют системы, «ориентированные на сложность, неоднозначность или невыразимость истины».4

Для произведений И. Бахтерева характерна активизация таких тропов, как метонимия, гипербола, оксюморон, и, конечно же, метафора, способствующая раскрываю метафоричности и повышенной ассоциативности в творчестве этого поэта.

Изучение использования метафор в поэзии И. Бахтерева весьма интересно и актуально, поскольку отдельного исследования по этой теме не имеется.

Именно поэтому целью данного курсового сочинения является раскрытие места и роли метафор в поэзии И. Бахтерева.

Для реализации поставленной цели были поставлены следующие задачи:

1) определить понятие метафоры на основании анализа научной литературы по данной проблеме;

2) раскрыть особенности поэзии И. Бахтерева;

3) определить характер метафор И. Бахтерева и степень их использования на конкретных примерах.


ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ МЕТАФОРЫ


Основной признак метафоры – ее семантическая двойственность. В структуру метафоры входят два компонента – ее значение (свойство актуального субъекта) и образ ее вспомогательного субъекта.

Называя Собакевича медведем, имя медведь относят одновременно и к классу животных, и к конкретному человеку, а из числа ассоциируемых с медведем признаков отбирают те, которые приложимы к индивиду (крепость, грубая сила, косолапость, окраска и т. д.). совокупность второстепенных для класса (вспомогательного субъекта метафоры) признаков дает ключ к сущности актуального субъекта метафоры. Поэтому метафора часто лежит в основе прозвищ, а затем и фамилий (Коробочка, Клещ, Сова).

Расширение денотативной области метафоры с индивида на категорию сужает и фиксирует значение метафоры, которая становится фактом языка: медведь – «неуклюжий человек, увалень». Сходство со стереотипом класса позволяет выделить определенную разновидность внутри другого класса, в данном случае класса людей.

Таким образом, источником нового значения является сравнение. Уподобление объектов может быть симметричным; ср. обоюдные метафоры (Аристотель): «загорелись звезды очей» (глаза) и «загорелись очи ночи» (звезды). Поэтическая метафора часто сближает далекие объекты: Русь – поцелуй на морозе (Хлебников).

Метафора традиционно рассматривается как сокращенное сравнение. Из нее исключены предикаты подобия (похож, напоминает и др.) и компоративные союзы (как, как будто, как бы, словно, точно и др.). Вместе с ними элиминируются основания сравнения, мотивировки, ситуативные обстоятельства, модификаторы. Метафора лаконична. Она сокращает речь, сравнение ее распространяет.

Формальным изменениям соответствуют смысловые. Сравнение выявляет любое – постоянное или преходящее – сходство (или его отсутствие), метафора – устойчивое подобие; ср. «Вчера он вел себя как заяц», и «Вчера в лесу он был заяц» (можно только «Он - заяц»). Обозначая сущность объекта, метафора несовместима с субъективными установками «Мне кажется, она птица», «Я думаю, что Собакевич медведь».

В послесвязочной традиции русская метафора предпочитает именительный падеж творительному, обозначающему состояние или переменный признак: «Командир наш был орел». Творительный падеж используется тогда, когда на прзнак наложен предел, обычно в стереотипных метафорах: «Не будь свиньей»; «Каким я был ослом».

Метафора возникает при сопоставлении объектов, принадлежащих к разным классам. Логическая сущность метафоры определяется как категориальная ошибка или таксономический сдвиг. Метафора отвергает принадлежность объекта к тому классу, в который он входит, и включает его в категорию, к которой он не может быть отнесен на рациональном основании.

Сравнивая объекты, метафора противопоставляет. Метафора сокращает не только сравнение, но и противопоставление, исключая из него содержащий отрицание термин: «Ваня (не ребенок, а) сущий вьюн». Если сокращенный термин важен для интерпретации метафоры или фокусирования внимания на контрасте, он может быть восстановлен: «Это не кот, а бандит» (Булгаков); «Что это за люди? Мухи, а не люди» (Гоголь); «Не смушка - огонь» (Гоголь).

Метафора выполняет две основные функции – функцию характеризации и функцию номинации индивидов и классов объектов. Они четко противопоставлены в субстантивной метафоре. В первом случае существительное занимает место таксономического предиката, во втором – субъекта или другого актанта.

Исходной для метафоры является функция характеризации. Занимая позицию предиката, метафора постепенно утрачивает предметное значение и вместе с тем большую часть входящих в него семантических компонентов. Смысл метафоры ограничивается указанием на один или немногие признаки.

Употребление метафоры в актантной позиции вторично. В русском языке оно поддерживается указательным местоимением: «Живет эта вобла в имении своей бывшей жены» (Чехов).

Конкретная метафора часто используется для характеристики непредметного субъекта: «Любовь – пьянящее вино»; «Совесть – когтистый зверь». Обратное явление редко: «Господи, это же не человек, а – дурная погода» (М. Горький). Метафора выполняет характеризующую функцию также в позиции приложения: «глаза-небеса», «случай – Бог-изобретатель».

В соположении далеких понятий иногда видят сущность поэтической метафоры. В образной поэтической речи метафора может вводиться прямо в именную позицию и ее референция остается неэксплицированной (метафоры-загадки): «Били копыта по клавишам мерзлым» (то есть булыжникам) (Маяковским).

Утверждаясь в номинативной функции, метафора утрачивает образность: «горлышко бутылки», «анютины глазки», «ноготки». Номинализация метафорических предложений, при которой метафора переходит в именную позицию, порождает один из видов генитивной метафоры: «зависть – это яд», отсюда – «яд зависти», а также: вино любви, звезды глаз, червь сомнения и т. д.

Ориентация на характеризующую функцию отличает метафору от метонимии (синекдохи), предназначенной прежде всего для выделения предмета речи. В предложениях «Вон та голова – это голова», «Эта шляпа – ужасная шляпа» имена «голова» и «шляпа» получают в субъекте метонимическое (идентифицирующее) прочтение, а в предикате – метафорическое (предикатное). Будучи ориентированы на одну – предикатную позицию, сравнение и метафора находятся между собой в парадигматических отношениях. Метафора и метонимия позиционно распределены. Их отношения являются синтагматическими.

Оба основных типа полнозначных слов – имена предметов и обозначения признаков – способны к метафоризации значения. Чем более дескриптивным (многопризнаковым) и диффузным является значение слова, тем легче оно получает метафорические смыслы. Среди существительных метафоризуются прежде всего имена предметов и естественных родов, а среди признаковых слов – слова, выражающие физические качества и механические действия. Метафоризация значений во многом обусловлена картиной мира носителей яззыка, то есть народной символикой и ходячими представлениями о реалиях (ср. фигуральные значения таких слов, как ворон, ворона, черный, правый, левый, чистый и пр.).


Случайные файлы

Файл
65696.rtf
88801.doc
91235.rtf
15445.doc
48802.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.