Символика света в романе Ф.М. Достоевского "Преступление и наказание" (73556)

Посмотреть архив целиком

Содержание


Введение

Глава 1. Символ в литературе

Глава 2. Исследование работ по символике света Достоевского

Глава 3. Мифологическая символика света

Глава 4. Символика света в «Преступлении и наказании»

Заключение

Список литературы


Введение


Моя курсовая работа называется «Символика света в романе Достоевского Ф. М. «Преступление и наказание».

Актуальность исследования:

Актуальность данной работы определяется следующими фактами:

1) Символика света в романе Достоевского Ф.М. «Преступление и наказание» недостаточно изучена.

2) Достоевский по праву считается одним из лучших писателей в мире. Тонкий психологический анализ внутреннего мира героев его романов ещё глубже раскрывается через призму символики света, где не последнее место занимают христианские символы.

Объект исследования: Символика света в романе Достоевского Ф. М. «Преступление и наказание».

Целью исследования данной работы является раскрытие символики света в романе «Преступление и наказание».

Поставленная цель предполагает решение следующих задач:

Задачи:

1) Изучить теорию вопроса по проблеме символа.

2) Изучить историю исследований этой проблемы у Достоевского.

3) Рассмотреть теоретический материал по символике света.

4) Проанализировать символику света «Преступления и наказания»

Теоретико-методологическую базу исследования составляют работы, в которых рассмотрены теория определения символа, проблемы символа и его связь с реалистическим искусством (Ф.В. Шеллинг, А.Ф. Лосев, С.С. Аверинцев, А.П. Квятковский), работы по изучению символики света Достоевского в данном произведении (А.Ф. Лосев, К.В. Мочульский), а так же словарные статьи по символике света в мифологии (В.Н. Топоров, Дж. Трэссидер).


Глава 1. Символ в литературе


В искусстве символ всегда имел особо важное значение. Это связано с природой образа - основной категории искусства. Так как в той или иной мере всякий образ условен и символичен уже потому, что в единичном воплощает общее. В художественной же литературе известная символичность таится в любом сравнении, метафоре, параллели, даже подчас эпитете. В связи с этим ниже мы приведём несколько определений символа.

«СИМВОЛ художественный (греч, σύμβολον – знак, опознавательная примета) – универсальная категория эстетики, лучше всего поддающаяся раскрытию через сопоставление со смежными категориями образа, с одной стороны, и знака – с другой»1.

Уже то обстоятельство, что любой символ вообще имеет «смысл», само символизирует наличность «смысла» у мира и жизни. Предметный образ и глубинный смысл выступают в структуре символа как два полюса, немыслимые один без другого (ибо смысл теряет вне образа свою явленность, а образ вне смысла рассыпается на свои компоненты), но и разведенные между собой и порождающие между собой напряжение, в котором и состоит сущность символа. Переходя в символ, образ становится «прозрачным»; смысл «просвечивает» сквозь него, будучи дан именно как смысловая глубина, смысловая перспектива, требующая нелегкого «вхождения» в себя.

Определение символа по А.Ф.Лосеву: «Символ есть принцип бесконечного становления с указанием всей той закономерности, которой подчиняются все отдельные точки данного становления».

Всякий символ, во-первых, есть живое отражение действительности, во-вторых, он подвергается той или иной мыслительной обработке, и, в-третьих, он становится острейшим орудием переделывания самой действительности»2.

«Функциональность и отражение действительности, обобщенность единичных явлений, закономерность соотношения общего и единичного и возможность разложения в бесконечные ряды — все это дается в символе непосредственно-интуитивно»3.

По теории Лосева также очень важно наличие смысла у символа: «Дело в том, что всякий символ указывает на некоторый предмет, выходящий за пределы его непосредственного содержания. Он всегда содержит в себе некоторого рода смысл, но не просто смысл самих вещей, отражающих друг друга. Смысл всегда указывает на нечто иное. Однако здесь идет речь не просто об ином, но о том сознании и о том мышлении, в котором вещь отражается. Под символом же все языки, употребляющие такой термин, понимают известного рода отражение, но уже в сознании и мышлении, а не просто в самой же физической или физиологической действительности. Смысл вещи есть нечто более общее, чем ее символ; и чтобы стать символом, он должен быть еще определенным образом разработан и организован»4.

«Символ – (греч, σύμβολον – знак, примета) многозначный предметный образ, объединяющий собой разные планы воспроизводимой художником действительности на основе их существенной общности, родственности»5.

Разные источники утверждают, что символ близок к тропам, особенно к метафоре и сравнению, но обладает более глубоким смысловым содержанием. Формальное отличие символа от метафоры в том, что метафора создаётся как бы «на наших глазах»: мы видим, какие именослова сопоставлены в тексте, и поэтому догадываемся, какие их значения сближаются, чтобы породить третье, новое. Символ может входить и в метафорическое построение, но оно для него не обязательно. В отличие от аллегории, которая предполагает однозначное истолкование, символ несёт в себе множественность смысла, объясняемого по-разному, в зависимости от контекста.

В искусстве различают символы с устоявшимися, понятными всем значениями (например, чёрный цвет символизирует печаль, скорбь, утрату, смерть) и авторские, смысловое содержание которых имеет значение в контексте творчества одного автора.

Символ можно обнаружить в произведениях литературы разных эпох и направлений, они придают художественному образу глубину и выразительность, связывают разные планы текста (сюжетный, подтекстовый, реальный, мифологический, исторический).

Символ – универсальная категория эстетики, лучше всего поддающаяся раскрытию через сопоставление со смежными категориями образа, с одной стороны, и знака – с другой. Беря слова расширительно, можно сказать, что символ есть образ, взятый в аспекте своей знаковости, и что он есть знак, наделенный всей органичностью мифа и неисчерпаемой многозначностью образа. Всякий символ есть образ (и всякий образ есть, хотя бы в некоторой мере, символ); но если категория образа предполагает предметное тождество самому себе, то категория символ делает акцент на другой стороне той же сути – на выхождении образа за собственные пределы, на присутствии некоего смысла, интимно слитого с образом, но ему не тождественного. Предметный образ и глубинный смысл выступают в структуре символа как два полюса, немыслимые один без другого (ибо смысл теряет вне образа свою явленность, а образ вне смысла рассыпается на свои компоненты), но и разведенные между собой и порождающие между собой напряжение, в котором и состоит сущность символа. Смысл символа нельзя дешифровать простым усилием рассудка, в него надо «вжиться». Именно в этом состоит принципиальное отличие символа от аллегории: смысл символа не существует в качестве некоей рациональной формулы, которую можно «вложить» в образ и затем извлечь из образа. Соотношение между значащим и означаемым в символе есть диалектическое соотношение тождества в не тождестве: «…каждый образ должен быть понят как то, что он есть, и лишь благодаря этому он берется как то, что он обозначает»6. Здесь приходится искать и специфику символа по отношению к категории знака. Если для чисто утилитарной знаковой системы полисемия есть лишь бессодержательная помеха, вредящая рациональному функционированию знака, то символ тем содержательнее, чем более он многозначен: в конечном же счете содержание подлинного символа через опосредующие смысловые сцепления всякий раз соотнесено с «самым главным» – с идеей мировой целостности, с полнотой космического и человеческого «универсума». Уже то обстоятельство, что любой символ вообще имеет «смысл», само символизирует наличность «смысла» у мира и жизни. «Образ мира, в слове явленный»,– эти слова Б.Пастернака можно отнести к символике каждого большого поэта. Сама структура символа направлена на то, чтобы погрузить каждое частное явление в стихию «первоначал» бытия и дать через это явление целостный образ мира. Здесь заложено сродство между символом и мифом; символ и есть миф, «снятый» (в гегелевском смысле) культурным развитием, выведенный из тождества самому себе и осознанный в своем несовпадении с собственным смыслом.

Откуда же берётся символический смысл образа? Основная особенность символов в том, что они, в своей массе, возникают не только в тех текстах (или тем более в частях текста), где мы их находим. Они имеют историю длиной в десятки тысяч лет, восходя к древним представлениям о мире, к мифам и обрядам. Определённые слова («утро», «зима», «зерно», «земля», «кровь» и т. д.) с незапамятных времён запечатлелись в памяти человечества именно как символы… Такие слова не только многозначны: мы интуитивно чувствуем их способность быть символами. Позднее эти слова особенно привлекали художников слова, включавших их в свои произведения, где они получали новые значения. «Так, Данте в своей «Божественной комедии» использовал всё многообразие значений слова «солнце», которое восходило языческим культам, а затем к христианской символике. Но он создал и свою новую символику «солнца», которая затем вошла в «солнце» у романтиков, у символистов и так далее»7. Таким образом, символ приходит в текст из языка многовековых культур, привнося в него весь багаж своих уже накопленных значений.


Случайные файлы

Файл
145202.rtf
91938.rtf
CBRR1660.DOC
29305.rtf
158057.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.