Режиссерское искусство советского театра второй половины ХХ века (70842)

Посмотреть архив целиком


Министерство культуры и туризма Украины

Луганский государственный институт культуры и искусств












Курсовая работа


На тему «Режиссерское искусство советского театра второй половины ХХ века»













Луганск 2009


План


Введение

1. Исторические условия развития театрального искусства в России во второй половине ХХ века

2. Русский театр 50 -80 годов

2.1 Развитие новой театральной эстетики

    1. Формирование новых тенденций актерского поколения

    2. Направление советского театра 50–60 годы

3. Режиссерское искусство Московских театров

    1. Валентин Плучек – режиссер Московского Театра Сатиры

    2. Развитие Театр на Таганке с приходом Юрия Любимова

    3. Товстоноговия – Большой Драматический театр

4. Российский театр постсоветского периода

5. Творческое обозрение режиссерских работ в период второй

половины ХХ века

5.1 Николай Акимов

5.2 Анатолий Эфрос

5.3 Борис Ровенских

Вывод

Список использованной литературы




Введение


Русский театр прошел иной путь формирования и развития, чем театр европейский, восточный или американский. Этапы этого пути связаны со своеобразием истории России – ее экономики, смены социальных формаций, религии, особого менталитета россиян и т.д.

Художественный процесс 50–70-х годов отличался интенсивностью и динамизмом своего развития. Он был тесно связан с известными общественно-политическими процессами, происходившими в стране. Не зря это время называют политической и культурной «оттепелью». На формирование культуры «оттепели» сильнейшее воздействие оказало и бурное развитие научно – технического прогресса, определившее многие социально-экономические процессы этого периода. Экологические изменения в природе, миграция большого количества населения из деревни в город, усложнение жизни и быта в современных городах привели к серьезным изменениям в сознании и нравственности людей, что и стало предметом изображения в художественной культуре. В прозе В. Шукшина, Ю. Трифонова, В. Распутина, Ч. Айтматова, в драматургии А, Вампилова, В. Розова, А. Володина, в поэзии В. Высоцкого прослеживается стремление в бытовых сюжетах увидеть сложные проблемы времени.

В 60–70-е годы по-новому зазвучала тема Великой Отечественной войны в прозе и кинематографе. Художественные произведения тех лет не только более смело раскрывали конфликты и события минувшей войны, но и заостряли свое внимание на судьбе отдельно взятого человека на войне. Самые правдивые романы и фильмы были написаны и сняты писателями и режиссерами, знающими войну по личному опыту. Это прозаики – В. Астафьев, В. Быков, Г. Бакланов, В. Кондратьев, кинорежиссеры Г. Чухрай, С. Ростоцкий.

Подлинным явлением советской культуры стало рождение в период «оттепели» так называемой «деревенской прозы». Ее проявление отнюдь не говорит о том, что существовали особые художественные потребности у крестьянства, которые значительно отличались от потребностей других слоев советского общества. Содержание большинства произведений В. Астафьева, В. Белова, Ф. Абрамова, В. Распутина и других «деревенщиков» не оставляли равнодушным никого, ибо речь в них шла о проблемах общечеловеческих.

Писатели – «деревенщики» не только зафиксировали глубокие изменения в сознании, морали деревенского человека, но и показали более драматичную, сторону этих сдвигов, коснувшихся изменения связи поколений, передачи духовного опыта старших поколений младшим. Нарушение преемственности традиций приводило к вымиранию старых русских деревень с их веками складывающимся бытом, языком, моралью. На смену приходит новый уклад сельской жизни, близкий городскому. Вследствие этого меняется коренное понятие деревенской жизни – понятие «дома», в которое издревле русские люди вкладывали и понятие «отечества», «родной земли», «семьи». Через осмысление понятия «дом» осуществлялась и глубокая связь по-, колоний. Именно об этом с болью писал в своем романе «Дом» Ф. Абрамов, этой проблеме посвящены и повести В. Распутина «Прощание с Матерой» и «Пожар».

Проблема взаимоотношения человека и природы, одна из самых острых глобальных проблем XX века, получила свое особое художественное звучание также в 60–70-е годы. Нерациональное использование природных богатств, загрязнение рек и озер, уничтожение лесов явились тяжелейшими последствиями научно-технического прогресса. Нерешенность этих проблем не могла не сказаться и на духовном мире человека, ставшего свидетелем, а часто и прямым виновником нарушения экологического баланса в природе. Жестокое, потребительское отношение к природе порождало в людях бессердечие, бездуховность. Именно нравственным проблемам в первую очередь был посвящен фильм-панорама тех лет «У озера» кинорежиссера С. Герасимова. Шестидесятые годы явили советскому обществу феномен прозы А. Солженицына. Именно в этот период появляются его рассказы «Один день Ивана Денисовича» и «Матренин двор», ставшие классикой инакомыслия тех лет. Подлинным открытием театральной культуры того времени явилось создание молодых театров-студий «Современник» и «Таганка». Заметным явлением художественной жизни тех лет явилась деятельность журнала «Новый мир» под руководством А. Твардовского.

В целом культура «оттепели» сумела поставить перед советским обществом ряд насущных проблем и попыталась в своих произведениях эти проблемы решить.

Восьмидесятые годы – время сосредоточения советской культуры вокруг идеи покаяния. Мотив всеобщего греха, плахи заставляет художников прибегать к таким формам художественно – образного мышления, как притча, миф, символ. В свою очередь, познакомившись с романом «Плаха» Ч. Айтматова и фильмом «Покаяние» Т. Абуладзе читатель и зритель рассуждали, спорили, вырабатывали собственную гражданскую позицию.

Важнейшей особенностью художественной ситуации восьмидесятых годов – является возникновение мощного потока «возвращенной» художественной культуры. Эта культура осмысливалась и понималась с тех же позиций, что и современная, то есть созданная для зрителя, слушателя, читателя тех лет.

Культура восьмидесятых годов отличается наметившейся тенденцией дать новую концепцию человека и мира, где общечеловеческое гуманистическое значимее, чем социально- историческое. По многообразию творческих стилей, эстетических концепций, пристрастий к той или иной художественной традиции, культура конца 80-х начала 90-х годов напоминает начало XX века в русской культуре. Отечественная культура как бы добирает несостоявшийся естественный момент своего развития (спокойно пройденный западноевропейской культурой XX века) и насильственно остановленный известными социально-политическими событиями у нас в стране.

Таким образом, ключевая проблема советской культуры восьмидесятых годов, связанная с самосознанием личности в ее отношениях с миром природы и миром людей в стилевом выражении обозначилась движением от психологизма к публицистичности, а затем к мифу, синтезирующему стили разных эстетических ориентаций.




1. Исторические условия развития театрального искусства в России во второй половине ХХ века



Становление и развитие советского театрального искусства, как составляющего элемента духовной сферы жизни общества является отражением социальных и политических процессов, которые происходили в первые десятилетия советской власти. Революционные преобразования, затронувшие все сферы общественной жизни, отразились и на социальных функциях театрального искусства. Из вида самостоятельного искусства театр превратился в орудие массового идеологического воспитания, стал мощным фактором формирования и распространения в массах нового социалистического мировоззрения.

Советский театр, формируясь как дополнительное средство пропаганды советско-партийной идеологии, в ходе своего развития в первые десятилетия советской власти, претерпел ряд существенных изменений, коснувшихся как его структурной организации, так и художественных форм.

Изучение и анализ такого средства воздействия на массовое сознание, как театральное искусство, позволяет глубже понять сложные социальные процессы, связанные с коренной ломкой и переустройством духовной жизни в России с периода становления советского государства до появления сталинской тоталитарной системы и её упрочения.

Революционная трансформация государственной и общественной структур повлекла за собой развитие специфических процессов в сфере культуры, породивших новые организационные формы и способы художественного выражения. Приобретя в этих условиях новый облик, театральное искусство открыло новые возможности для участия личности в общественно-культурной жизни. Это выразилось, прежде всего, в расцвете самодеятельного театрального творчества, которое становится массовым.

Начавшееся со второй половины 80-х гг. прошлого века реформирование российского театра вызвали процессы, связанные не только с изменением экономического и юридического положения театров, но и, в конечном счёте, с духовным содержанием их творческой деятельности. Учитывая воспитательное значение различных видов искусства, и театрального в частности, влияние на внутренний мир человека, его духовные и нравственные ценности, любое реформирование в области театрального искусства должно опираться на имеющийся исторический опыт, только в этом случае оно будет развиваться, одновременно сохраняя свои лучшие традиции и добиваться новых творческих достижений.

В советской исторической науке продолжительное время преобладала точка зрения о второстепенном значении духовного развития общества, поэтому большее внимание уделялось исследованиям политических и экономических процессов, происходящих в России в XX веке. Результатом этого стало неполноценное исследование развития духовной культуры новейшей истории России, в частности советского театрального искусства. В большей степени это относится к разработке этих научных проблем в региональном масштабе.




2. Российский театр в 1950–1980


Обновление российского театра началось с режиссуры. Театр отражает состояние общества, и новый виток подъема российской сцены также стал следствием общественных перемен: разоблачением культа личности (1956) и ослаблением идеологической политики, «оттепели».


2.1 Развитие новой театральной эстетики


Новая театральная эстетика вновь формировалась в Москве и Ленинграде. В Ленинграде этот процесс шел менее ярко, не столько революционным, сколько эволюционным путем. Он связан с именем Г. Товстоногова, с 1949 возглавлявшего Ленинградский театр им. Ленинского комсомола, а в 1956 ставшего художественным руководителем БДТ. Великолепная труппа (Е. Лебедев, К. Лавров, С. Юрский, Н. Тенякова, О. Басилашвили, Т. Доронина, О. Борисов, З. Шарко и др.), блестящие спектакли, отличные организаторские способности режиссера вывели БДТ в число лучших театров. Остальные театры Ленинграда в 1950–1980-е выглядели на его фоне более бледно, хотя и в них велись активные поиски новых выразительных средств (режиссеры И. Владимиров, Г. Опорков, Е. Падве, В. Голиков, З. Корогодский, В. Воробьев и др.). В то же время удивительно парадоксальной стала судьба многих ленинградских режиссеров следующего поколения – Л. Додина, К. Гинкаса, Г. Яновской, Н. Шейко и др. Большинство из них сумели реализовать свой творческий потенциал в Москве.

Большой вклад в формирование российского театрального искусства внесли многие актеры Ленинграда: И. Горбачев, Н. Симонов, Ю. Толубеев, Н. Черкасов, Б. Фрейндлих, О. Лебзак, Л. Штыкан, Н. Буров и др. (Театр им. Пушкина); Д. Барков, Л. Дьячков, Г. Жженов, А. Петренко, А. Равикович, А. Фрейндлих, М. Боярский, С. Мигицко, И. Мазуркевич и др. (Театр им. Ленсовета); В. Яковлев, Р. Громадский, Э. Зиганшина, В. Тыкке и др. (Театр им. Ленинского комсомола); Т. Абросимова, Н. Боярский, И. Краско, С. Ландграф, Ю. Овсянко, В. Особик и др. (Театр им. Комиссаржевской); Е. Юнгер, С. Филиппов, М. Светин и др. (Театр Комедии); Л. Макарьев, Р. Лебедев, Л. Соколова, Н. Лавров, Н. Иванов, А. Хочинский, А. Шуранова, О. Волкова и др. (Театр Юных зрителей); Н. Акимова, Н. Лавров, Т. Шестакова, С. Бехтерев, И. Иванов, В. Осипчук, П. Семак, И. Скляр и др. (МДТ, он же – Театр Европы).

В Москве формирование новой театральной эстетики происходило более бурно и наглядно. Здесь прежде всего следует назвать имя А. Эфроса, не становившегося знаменем какой бы то ни было театральной революции, хотя, каждый его спектакль вызывал огромный интерес критики и зрителей. Возглавив в 1954 Центральный Детский театр, Эфрос сплотил вокруг себя группу талантливой молодежи – О. Ефремова, О. Табакова, Л. Дурова и др. Здесь во многом формировалась художественная программа, приведшая в 1958 к открытию театра «Современник». Это ознаменовало наступление новой эпохи российской сцены. Обновление эстетики реалистического психологического театра сочеталось в «Современнике» с поисками новых средств художественной выразительности. Молодая труппа – О. Ефремов, О. Табаков, Е. Евстигнеев, И. Кваша, Г. Волчек, Л. Толмачева и др. с азартом работали над спектаклями. Зрительское признание нового театра было огромным, очереди за билетами выстраивались с ночи – как за билетами в МХТ первых лет его существования.

Однако, в отличие от ленинградской ситуации, в Москве появился ряд интересных режиссерских эстетик с ярко выраженной индивидуальностью. Н. Охлопков в театре им. Маяковского разрабатывал героико-романтическую тему. После его кончины режиссерскую эстафету принял А. Гончаров, мастер броских театральных решений. Вахтанговские традиции яркой театральной условности разрабатывал Р. Симонов. В Центральном театре Красной армии (сегодня – Центральный академический театр Российской Армии) традиции психологического театра сохраняли А. Попов и Б. Львов-Анохин (позже возглавлявший театр им. Станиславского и много ставивший в Малом театре). Хорошо известны спектакли Б. Ровенских – в театре им. Пушкина и в Малом. Работая в разных театрах, высочайший художественный авторитет на протяжении нескольких десятилетий сохранял Эфрос. В театре Сатиры проходил свое становление М. Захаров, позже воплотивший свою эстетику в Театре им. Ленинского комсомола. В 1970-х успех сопутствовал дебютам режиссеров А. Васильева и Б. Морозова. Но, пожалуй, самым громким российским театром 1970–1980-х был Московский театр на Таганке и его режиссер Ю. Любимов.


2.2 Формирование новых тенденций актерского поколения


За это время в Москве сформировалось несколько поколений замечательных актеров, принадлежащих к разным школам, обладающих высоким профессионализмом и яркой индивидуальностью. Правда, в течение ряда лет печальным было положение в труппе МХАТа – легендарные «мхатовские старики» продолжали блистать на сцене, но обновление труппы начало происходить с 1970, когда театр возглавил Ефремов. Сюда пришли известные актеры, сформировавшиеся в разных театрах, но сумевшие создать новый великолепный ансамбль: Е. Евстигнеев, А. Калягин, А. Попов, И. Смоктуновский, Е. Васильева, А. Вертинская, Т. Лаврова, А. Мягков, И. Саввина, Г. Бурков, Ю. Богатырев, А. Петренко, С. Любшин, О. Борисов, О. Табаков. В Малом театре рядом с И. Ильинским, М. Царевым, Б. Бабочкиным, Е. Гоголевой появилось новое поколение актеров: Э. Быстрицкая, Р. Нифонтова, В. Кенигсон, Н. Подгорный, Н. Корниенко, позже – В. и Ю. Соломины, Е. Глушенко и др. В театре им. Вахтангова новые поколения актеров, начиная с бессмертной Принцессы Турандот входят в репертуар: Н. Гриценко, М. Ульянов, Ю. Яковлев, Ю. Борисова, В. Этуш, Л. Максакова, В. Лановой, Е. Райкина и др. В театре им. Моссовета труппу пополняют Ф. Раневская, Н. Дробышева, Е. Стеблов, Л. Марков, И. Костолевский, Г. Тараторкин, Г. Бортников, М. Терехова, В. Талызина, и др. Целое созвездие звезд театра и кинематографа играет в Театре Сатиры: А. Ширвиндт, А. Миронов, С. Мишулин, В. Васильева, О. Аросева, Т. Васильева, Г. Менглет и Т. Пельтцер, которая позже вслед за М. Захаровым переходит в Театр им. Ленинского комсомола. В этой труппе – множество громких актерских имен: Е. Леонов, О. Янковский, А. Абдулов, А. Збруев, И. Чурикова, Н. Караченцов, Т. Догилева, Е. Шанина и др. В «Современнике» к ядру труппы добавляются актеры, чьи имена становятся не менее известными: М. Неелова, Л. Ахеджакова, В. Гафт, Е. Яковлева, А. Леонтьев и др. В Театре на Малой Бронной, где в начале 1960-х блистали Л. Сухаревская и Б. Тенин, в спектаклях Эфроса играют О. Яковлева, Л. Дуров, Н. Волков, М. Козаков, А. Грачев, Г. Сайфуллин и др. После премьер в Театре им. Станиславского Взрослая дочь молодого человека (постановка А. Васильева) и Сирано де Бержерак (постановка Б. Морозова) стали известны имена А. Филозова, С. Шакурова, В. Коренева, Э. Виторгана, А. Балтер. Раскрываются в театре «Эрмитаж» под руководством М. Левитина индивидуальности Л. Полищук, Е. Герчакова, В. Гвоздицкого и др. В Театре им. Маяковского формируются и крепнут таланты А. Джигарханяна, А. Лазарева, С. Немоляевой, Э. Марцевича, С. Мизери, Н. Гундаревой, А. Фатюшина и др. Кумирами по меньшей мере двух поколений зрителей становятся любимовские актеры Театра на Таганке: В. Высоцкий, В. Золотухин, Н. Губенко, З. Славина, А. Демидова, Л. Филатов, В. Смехов, В. Шаповалов, Б. Хмельницкий, И. Бортник, М. Полицеймако, И. Ульянова и др.

С одной стороны, театральные успехи российских театров 1960–1980-х завоевывались нелегко. Нередко лучшие спектакли выходили на зрителя с большим трудом, а то и запрещались из-за идеологических соображений, а награды и премии получали спектакли средние, но идеологически выдержанные. С другой стороны, полуофициальный статус театра – «оппозиционера» практически всегда придавал его спектаклям дополнительный «зрительский капитал»: они изначально получали больший шанс прокатного успеха и причисления к творческим победам (часто невзирая на реальный художественный уровень). Об этом свидетельствует история Театра на Таганке: любой спектакль первого «любимовского» периода в либеральной среде считался гениальным, профессиональная критика недостатков чаще всего расценивалась как штрейкбрехерство. На российской сцене того времени царило иносказание, намек, аллюзии с современной действительностью – это было залогом зрительского успеха. При этом не стоит забывать, что в общественной ситуации государственных театров все театральные эксперименты (в т.ч. и политические) финансировались государством. К началу 1980-х для полуопальной Таганки было построено новое театральное здание с современным техническим оснащением. Зачастую политические и социальные критерии в оценке спектаклей часто перевешивали художественные – как в официальной, так и в неформальной оценке. Взвешенное, адекватное отношение к спектаклям того времени было практически невозможным. Тогда это понимали очень немногие.


2.3 Направление советского театра 50–60 годы


Главное направление советского театра в 50–60-е – воплощение тем современности находит выражение в спектаклях, утверждающих высокие морально-этические нормы: «Иркутская история» А.А. Арбузова (1959), «В добрый час!» (1954) и «В день свадьбы» (1964) В.С. Розова. В репертуаре театров значительное место начинает занимать современная прогрессивная драматургия – пьесы Б. Брехта, Э. Де Филиппо, А. Миллера. В этот период выдвигается плеяда режиссёров и актёров более молодого поколения, занявшая видное место в советском театре.

Мировым признанием пользуется система К.С. Станиславского, определяющая метод работы актёров над ролью, принципы создания спектакля. Советский театр оказывал большое влияние на театральную культуру во всём мире. Советские театры с успехом гастролировали за рубежом, получая высокую оценку передовой общественности.

В советском театре, чуждом национальной ограниченности, расширялся обмен творческим опытом, использование лучших образцов драматургии братских народов. На сцене русских театров шли пьесы украинских, армянских, грузинских, латвийских, эстонских авторов и авторов других республик.

50–70-е годы открывают новую главу в истории советского театра. Радостным событием в театральной жизни явилось «второе рождение» на сцене драматургии Маяковского. Особый успех имела проникнутая боевым духом, зрелищно яркая, сатирически точно бьющая по бюрократам постановка «Бани» в Московском театре сатиры, осуществленная в 1953 г. Н.В. Петровым, С.М. Юткевичем и В.Н. Плучеком.




3. Режиссерское искусство Московских театров


3.1 Валентин Плучек – режиссер Московского театра сатиры.


Валентин Плучек не сгоряча, а по убеждению означил свою высшую ступень режиссуры феерическими и буффонадными, антипартийными, разоблачительными и философскими комедиями-сатирами Владимира Маяковского, за которые Маяковский был подвергнут остракизму, когда его взрывные комедии почти официально были признаны несценичными, и пьесы этого невиданного в драматургии 1920-х годов смельчака, первым сказавшего со сцены, что революция возвела на престол партбюрократа Победоносикова, заперли под семью печатями. После смерти поэта из забвения его вывел именно Плучек. Постановка Плучеком пьесы Маяковского «Баня» (совместно с Н. Петровым и С. Юткевичем) в Театре сатиры в 1953 году – это был почти мятеж, это был вызов и политический скандал, призывающий бросать камни в Победоносиковых, прицепившихся к Машине времени, чтобы лететь в Будущее.

В 1957 году вместе с Назымом Хикметом Плучек создал поразительный спектакль «А был ли Иван Иванович?» о стойкой тени партбюрократии, тени, способной обрести плоть даже в чистой по природе душе человека, которому поручили в стране Советов управлять каким-либо даже самым малым человеческим социумом. В 1959 году на сцене Театра сатиры было поставлено еще одно выдающееся произведение поэта-пророка – «Дамоклов меч» – о нависшей над всей планетой угрозе Атома, и Плучек до сегодняшнего дня называет этот спектакль своей высшей удачей, выражением подлинно своей вдохновенной эстетики. Если «А был ли Иван Иванович?» смехом бичевал нравы (девиз французской комической оперы), то «Дамоклов меч» менял состояние душ, склоняя их к лирическим переживаниям. Попавшие на этот спектакль долго потом стояли у рампы, когда действие уже прекратилось. Они благодарили театр за то, что он возвращает им веру в жизнь.

В 1960-х годах в суете театральных исканий почти со всех сцен исчезает образность и ее заменяет бедная, безликая, серая условность. Но именно тогда Плучек ставит «Безумный день, или Женитьбу Фигаро» П. Бомарше (1969), засыпав спектакль цветами, красками и музыкой, с блестящим Фигаро – А. Мироновым, Графом – В. Гафтом и А. Ширвиндтом, очаровательной Розиной – В. Васильевой и всем ансамблем спектакля.

С середины 1960-х годов начинается новый этап театра: «Дон Жуан, или Любовь к геометрии» М. Фриша (1966), «Фигаро» П. Бомарше (1969) и «Бег» М. Булгакова (1977) станут новыми вехами на пути психологической и социальной трагедии. Вместе с тем углубляется и режиссерская связь с актерским внутренним миром: в «Беге» режиссером вместе с исполнителями замечательно разработаны образы Хлудова (А. Папанов), Люськи (Т. Васильева), Голубкова (Ю. Васильев), Чарноты (С. Мишулин), Корзухина (Г. Менглет).

Одновременно комедийная линия репертуара театра получает совершенно непредвиденное углубление в гротесковые слои: Плучек ставит «Теркина на том свете» А.Т. Твардовского (1966) с А. Папановым в главной роли и отлично решенными сценами в «загробном мире», где проводит смелую по тем временам ассоциацию с современной советской реальностью. Сложность прохождения спектакля как бы напоминает режиссеру о действительных, реальных жизненных трудностях на этом свете: он ставит одну за другой пьесы о забытом и заброшенном среднем человеке нашего времени: «Таблетку под язык» А. Макаенка (1972) с Г. Менглетом в главной роли, «Мы – нижеподписавшиеся» А. Гельмана (1979) с Г. Менглетом и А. Мироновым, а затем «Гнездо глухаря» В. Розова (1980) и «Родненькие мои» (1985) с А. Папановым.

«Самоубийца» Н. Эрдмана (1982) с Р. Ткачуком и в 1994 году с рано ушедшим из жизни М. Зонненштралем продолжает линию трагифарсовых конфликтов. И одновременно взор В. Плучека как будто ищет истину в сопоставлении драм русского человека, героя прошлого и настоящего времени, выводя на сцену персонажей «Ревизора» Н.В. Гоголя (1972), «Вишневого сада» А.П. Чехова (1984) и «Горячего сердца» А.Н. Островского (1992). «Ревизора» он ставит дважды: с А. Мироновым и А. Папановым в первой постановке, а затем, в 1998 году, с В. Гаркалиным и Е. Графкиным. В новом Хлестакове Плучек обнаруживает интереснейшую проблему: в гаркалинском герое заложена гипотеза: каким станет человек, если ему предоставить полную свободу действий без всяких нравственных и социальных тормозов? Попав в мир наивных простаков, этот Хлестаков подхватывает бездействующую власть и делает с городом все, что придет ему в голову…

На протяжении всей своей творческой жизни В. Плучек собирал близких ему по духу актеров. Свою «коллекцию» он начинал с тех, кто уже работал в Театре сатиры. В лице Т. Пельтцер, Г. Менглета, В. Лепко он нашел тех, кого искал долгие годы. Тогда же в театре оказался и актер, которому суждено было вскоре стать одним из главных украшений труппы. В засидевшемся в «молодых и подающих надежды» Анатолии Папанове, который в то время смешно и карикатурно играл главным образом эпизодические роли, Плучек сумел увидеть большую и добрую душу художника.

Андрея Миронова Плучек «открыл» сразу после студенческой скамьи. Миронов удивил его завидным владением актерской техникой и таким уровнем мастерства, какое приходит, как считается, лишь с годами. Миронов пришел из училища как легкий, изящный, темпераментный комедийный, даже водевильный актер. Плучек же открыл другого Миронова – того, который умно, глубоко и тонко играл роли певца революции Всеволода Вишневского, совершенно неожиданно, по-новому решал Хлестакова.

Папанов и Миронов, актеры разных поколений, «открытые» и сформировавшиеся под влиянием Плучека, наиболее полно выражали его идеал актера. При всем различии их ярких индивидуальностей им обоим были свойственны широта диапазона, неожиданный угол зрения на роль, зоркая наблюдательность. К ним в полной мере можно отнести слова Плучека, сказанные им о всей труппе Театра сатиры: «Уважаю главное – отсутствие творческого консерватизма и тот особый артистизм, который Вахтангов определял как умение увлечь себя на поставленную задачу. Сложившиеся актеры, признанные мастера с непосредственностью и озорством юности охотно идут на творческий риск, не охраняя свое так называемое реноме или то, что зачастую бывает просто штампом».

Труппа Театра сатиры состоит из актеров, имена которых известны везде, где любят театр, смотрят кино и телепередачи, слушают радио: О. Аросева, В. Васильева, В. Гаркалин, М. Державин, С. Мишулин, А. Ширвиндт… Эта труппа – результат деятельности Валентина Плучека. Театр же – живой организм. Его нельзя выстроить раз и навсегда. Настоящая «коллекция» никогда не бывает законченной и должна быть всегда под постоянным вниманием «коллекционера», а театр никогда нельзя считать окончательно построенным.

Биография В. Плучека оказалась тесным образом связана с историей Мейерхольда, а это значит – с историей театрального искусства и культуры всего ХХ столетия. А это история борьбы идей рокового века, идей грандиозных, но не выдержавших испытания практикой, вернувшая страну в прежнее состояние борьбы за существование. Но в искусстве прожитое оставило глубокий след, создав духовную структуру художника, который не просто выходил на сцену играть роль, а учил людей в зале подняться над мелочными интересами быта, стать лучше, честнее и выше самого себя.

Народный артист СССР Валентин Николаевич Плучек – замечательный, выдающийся режиссер, носитель знаков эпохи, в которой, несмотря на все преграды, возник совершенно неповторимый театр. И поэтому все то, что создал режиссер за годы творческой деятельности, навсегда останется в ноосфере, а потому никогда не исчезнет из движения культуры.

В.Н. Плучек награжден орденами Отечественной войны II степени, Трудового Красного Знамени, Дружбы народов, «За заслуги перед Отечеством» IV степени, медалью «За оборону Советского Заполярья».


3.2 Развитие Театр на Таганке с приходом Юрия Любимова


Первый режиссерский опыт Ю. Любимова относится к 1959 году: на вахтанговской сцене он поставил пьесу А. Галича «Много ли человеку надо». Два года Ю. Любимов посещает семинары любимого ученика К.С. Станиславского, актера и режиссера М. Кедрова, а затем становится преподавателем Театрального училища им. Б. Щукина. В 1963 году за шесть месяцев работы со студентами третьего курса он поставил спектакль «Добрый человек из Сезуана» Б. Брехта, показанный на учебной сцене Щукинского училища и ставший выдающимся явлением театральной жизни. Постановка потрясала, имела ошеломляющий успех, и резонанс был настолько велик, что усилия всех, кто включился в поддержку свежего начинания, не пропали даром. В результате Юрию Любимову было предложено возглавить Театр драмы и комедии, располагавшийся на Таганской площади и влачивший тогда жалкое существование. После долгих проволочек разрешили взять в труппу выпускников курса и снять спектакли прежнего репертуара театра.

Через год, 23 апреля 1964 года, спектаклем «Добрый человек из Сезуана» в Москве открылся новый театр – Театр на Таганке. С этого момента начинается стремительный и мощный режиссерский взлет Юрия Любимова. «Добрый человек из Сезуана» стал поистине революцией в театральном искусстве.

На сегодняшний день Ю. Любимов поставил в Театре на Таганке более 50 спектаклей. С момента рождения Театр на Таганке Юрия Любимова стал «островом свободы в несвободной стране». (Н. Эйдельман). Членами художественного совета театра были выдающиеся ученые П. Капица и Н. Флеров, такие известные писатели и поэты как А. Твардовский, Н. Эрдман, Ю. Трифонов, Б. Можаев, Ф. Абрамов, Ф. Искандер, А. Вознесенский, Е. Евтушенко, Б. Ахмадулина, Б. Окуджава; театральные критики Б. Зингерман, К. Рудницкий и А. Аникст; композиторы А. Шнитке и Э. Денисов, кинорежиссеры С. Параджанов и Э. Климов.

Над созданием спектаклей Ю. Любимов работал с композиторами Д. Шостаковичем («Павшие и живые», «Жизнь Галилея»), А. Шнитке («Ревизская сказка», «Турандот или Конгресс обелителей», «Пир во время чумы», «Живаго (Доктор)»), Э. Денисовым («Послушайте!», «Живой», «Обмен», «Мастер и Маргарита», «Преступление и наказание», «Дом на набережной», «Три сестры», «Самоубийца», «Медея», «Подросток»), С. Губайдулиной («Перекресток», «Электра»), Н. Сидельниковым («Бенефис», «Деревянные кони»), В. Мартыновым («Братья Карамазовы», «Марат и маркиз де Сад», «Шарашка», «Хроники», «Евгений Онегин», «Театральный роман», «Сократ / Оракул», «Фауст») и др.; с художниками: Б. Бланком («Добрый человек из Сезуана», «Евгений Онегин», «Театральный роман»), Д. Боровским («Живой», «Мать», «Час пик», «Что делать?», «А зори здесь тихие, «Гамлет», «Под кожей Статуи Свободы», «Товарищ, верь?», «Деревянные кони», «Пристегните ремни», «Обмен», «Мастер и Маргарита», «Перекресток», «Преступление и наказание, «Турандот, или Конгресс обелителей», «Дом на набережной», «Владимир Высоцкий», «Самоубийца», «Электра», «Медея», «Шарашка»), Э. Стенбергом («Антимиры», «Жизнь Галилея», «Послушайте!», «Берегите ваши лица», «Бенефис», «Мастер и Маргарита»), Ю. Васильевым («Павшие и Живые», «Пугачев», «Мастер и Маргарита»), Э. Кочергиным («Ревизская сказка»), С. Бархиным и М. Аникстом («Тартюф», «Мастер и Маргарита»), Ю. Кононенко («Три сестры»), А. Фрейбергсом («Хроники»), В. Бойером («Марат и маркиз де Сад»), Б. Мессерером («Фауст») и другими.

К середине семидесятых годов Таганка становится одним из театральных центров мира. Ж. Вилар посещал Театр на Таганке и дал очень высокую оценку его стилю и эстетике. На Международном театральном фестивале «БИТЕФ» в Югославии (1976 г.) спектакль «Гамлет» в постановке Ю. Любимова с В. Высоцким в главной роли был удостоен Гран-при. Первую премию Ю. Любимов получает и на II Международном театральном фестивале «Варшавские театральные встречи» (1980 г.).

В 1974 году в Ленинградском Малом театре оперы и балета Ю. Любимов ставит балет «Ярославна» на музыку Б. Тищенко. А в 1975 году на сцене миланского театра «Ла Скала» он поставил свой первый оперный спектакль «Под жарким солнцем любви» Л. Ноно. С тех пор Ю. Любимовым поставлено около 30 новаторских оперных спектаклей на лучших сценах мира: миланской «Ла Скала», парижской Гранд Опера, лондонского театра Ковент Гарден, оперных театров Гамбурга, Мюнхена, Бонна, Карлсруе, Штуттгарта, Цюриха, Неаполя, Болоньи, Турина, Флоренции, Будапешта, Чикаго

В 1980 году умирает Владимир Высоцкий. Смерть великого актера побуждает Юрий Любимова поставить спектакль «памяти легендарного артиста и поэта», но к сажалению спектакль власти запрещают. В 1982 году запрещают и следующую постановку Ю. Любимова – «Борис Годунов» А.С. Пушкина. С запретами Любимов встретился не впервые. Раньше, в 1968 году, был запрещен спектакль «Живой» Б. Можаева, в 1970 году спектакль «Берегите ваши лица» А. Вознесенского был запрещен уже после премьеры и прошел только три раза. К 1983 году в театре складывается невыносимая ситуация: запрещены не только подряд два новых спектакля, но и репетиции «Театрального романа» М. Булгакова. По приглашению Ассоциации Великобритания – СССР Юрий Любимов выезжает в Англию для постановки «Преступления и наказания» Ф. Достоевского в лондонском театре «Лирик». После интервью Брайану Эпплъярду, опубликованном в газете «Times» в марте 1984 года, Ю.П. Любимова освобождают от должности художественного руководителя созданного им Театра на Таганке, затем последовал указ Президиума Верховного Совета СССР от 11 июля 1984 года за подписью К. Черненко о лишении Юрия Любимова советского гражданства. Само имя его не только снимают со всех афиш и программок Театра на Таганке, но даже упоминание о нем ставят под запрет.

За годы вынужденной эмиграции Юрий Любимов много работал на Западе. Его постановки «Преступления и наказания» в Австрии, Англии, США и Италии удостоены высших театральных премий, «Бесы» в исполнении артистов лондонского театра «Альмида» гастролировали по всей Европе, в том числе в парижском Театре Европы по приглашению Джорджо Стрелера. По приглашению Ингмара Бергмана в Стокгольмском Королевском драматическом театре Любимов поставил «Пир во время чумы» А.С. Пушкина (1986 г.) и «Мастера и Маргариту» М. Булгакова (1988 г.).

С изменением политической ситуации в стране стало возможным возвращение Ю.П. Любимова в Россию. И мае 1988 года Юрий Любимов приезжает в Москву. Приезд его стал одним из важнейших событий общественной жизни – по праву он был воспринят как подлинное торжество справедливости. Любимов восстановил запрещенного прежде «Бориса Годунова», тогда же был восстановлен и спектакль «Владимир Высоцкий». В следующем, 1989 году состоялась премьера «Живого» Б. Можаева – через 21 год после запрета постановки. В том же 1989 году Ю.П. Любимову вернули советский паспорт, а его имя как художественного руководителя и постановщика спектаклей спустя шесть лет вновь появилось на афишах Таганки.

После возвращения Мастера в страну на Таганке им были поставлены спектакли: «Пир во время чумы» А.С. Пушкина (1989 г.), «Самоубийца» Н. Эрдмана (1990 г.), «Электра» Софокла (1992 г.), «Живаго. (Доктор)» Б. Пастернака (1993 г.), «Медея» Еврипида (1995 г.), «Подросток» Ф.М. Достоевского (1996 г.), в котором уверенно заявили о себе принятые в труппу выпускники набранного Ю. Любимовым в 1990 году нового актерского курса Щукинского училища.

С 1997 года Любимов сознательно отказывается от ряда контрактов на Западе, решив целиком посвятить себя только своему театру. Спектакли словно помолодели, а к Таганке пришло второе дыхание. В 1997 году создатель Театра на Таганке отметил свое восьмидесятилетие премьерой спектакля «Братья Карамазовы» Ф.М. Достоевского. 11 декабря 1998 года премьерой «Шарашки» по роману «В круге первом» был отмечен 80-летний юбилей А.И. Солженицына. А месяцем раньше этого же года была показана премьера «Марат и маркиз де Сад» П. Вайса. В 1999 году к 35-летию театра Юрий Любимов поставил с молодыми актерами новую редакцию брехтовского «Доброго человека из Сезуана», ставшего в 1964-м году символом Таганки.

Последовавшие затем одна за другой премьеры Театра на Таганке – спектакли «Хроники» У. Шекспира, «Евгений Онегин» А.С. Пушкина и «Театральный роман» М. Булгакова в 2000 году и новая редакция «Живаго (Доктор)» Б. Пастернака и «Сократ / Оракул» К. Кедрова и Ю. Любимова в 2001 году – стали ярким событием как для традиционных таганских зрителей, сохраняющих верность театру Юрия Любимова на протяжении десятилетий, так и для нового поколения театралов.

Никогда еще Театр на Таганке так часто не выезжал на гастроли. За последние пять лет труппа не раз побывала в Японии, Гонконге, Греции, Германии, Хорватии, Финляндии, Франции, США, Италии, Турции, Израиле, Чехии, Венгрии, Колумбии, Португалии, Испании. За свои постановки Юрий Любимов был удостоен высших наград и премий.

Разработавший собственную систему воспитания актеров, Юрий Любимов проводит мастер-классы и за рубежом. Лишь в Италии он работал с актерами в Риме, Милане, Болонье, Турине, Аквиле, Неаполе! Сегодня на сцене Театра на Таганке играет три поколения московских учеников Любимова.


3.3 Товстоноговия – Большой Драматический театр


Эпоху Товстоногова в Большом современники окрестили «золотой», а сам театр того периода стали называть «эстетический оазис для ленинградской интеллигенции». Многие говорили, что Товстоногов не руководил театром, – он им жил. Он утверждал, что театр – это искусство правды, а его основная цель – достучаться до совести зрителя.

Его боялись и очень любили; под его началом в Большой Драматический Театр была собрана одна из лучших драматических трупп страны, для которой он был абсолютным монархом и диктатором. Однако все, – в глаза и за глаза, – ласково называли его «Гогой».

БДТ стал легендой благодаря нему. Одни знали его авторитарным постановщиком, другие – ироничным собеседником, третьи – искренним, преданным другом. Но главное – он создал великий театр, который все работавшие в нём артисты до сих пор называют «театром Товстоногова».

1956 год, год, запомнившийся любителям, ценителям и почитателям режиссерского гения Товстоногова навсегда. В истории БДТ началась эпоха, имя которой – Георгий Александрович Товстоногов. Объявив свою программу, новый художественный руководитель сразу уволил почти две трети труппы, установив свой режим «театра монархии».

Несомненно, это была «просвещенная монархия»: актер Сергей Юрский даже придумал ей свое название – «Товстоноговия». Говорят, в театр, который до этого вел весьма посредственное существование, публика в буквальном смысле побежала. Вспоминают, что за билетами на премьеру люди занимали очередь глубокой ночью.

За первую половину сезона Товстоногов поставил в Большом драматическом театре четыре спектакля: «Шестой этаж» А. Жари, «Безымянную звезду» М. Себастиану, «Когда цветет акация» Н. Винникова и «Второе дыхание» А. Крона. «Мастер героического театра», Товстоногов в прямом смысле слова «завлекал» зрителей в свой театр.

И в этом нет ничего унизительного ни для театра, ни для режиссера – опытный и мудрый Товстоногов понимал, что первым шагом должно стать возвращение зрителей; прежде чем приступать к определенной программе, прежде чем строить свой дом, надо «намолить» пространство, сделать его привычным, таким, куда хочется идти.

Профессор Товстоногов воспитал несколько поколений мастеров режиссуры. Он на практике показал, какое мощное творческое начало таит в себе система Константина Станиславского, которую во второй половине ХХ века он развил и обогатил своими исканиями.




4. Российский театр постсоветского периода


Смена политической формации в начале 1990-х и длительный период экономической разрухи кардинально изменили жизнь российского театра. Первый период ослабления (и после – и отмены) идеологического контроля сопровождался эйфорией: теперь можно ставить и показывать зрителям что угодно. После отмены централизации театров во множестве организовывались новые коллективы – театры-студии, антрепризы и т.д. Однако выжили в новых условиях немногие из них – выяснилось, что, кроме идеологического диктата, существует диктат зрительский: публика будет смотреть только то, что она хочет. И если в условиях государственного финансирования театра заполнение зрительного зала не слишком важно, то при самоокупаемости аншлаг в зале – важнейшее условие выживания. В этих условиях особенно востребованной в театре могли бы стать профессии менеджера и продюсера, которые, кроме изучения зрительского спроса, занимались бы поиском спонсоров и инвесторов. Однако на сегодняшний день самыми талантливыми и успешными театральными продюсерами становятся режиссеры и актеры (один из примеров – Табаков). По-настоящему талантливые режиссеры (особенно сочетающие творческую одаренность с умением вписаться в ситуацию рыночной экономики) смогли «уцелеть» и получили возможность полного раскрытия своих идей.

Сегодняшний день российского театра по количеству и разнообразию эстетических направлений ассоциируется с Серебряным веком. Режиссеры традиционных театральных направлений соседствуют с экспериментаторами. Наряду с признанными мастерами – П. Фоменко, В. Фокиным, О. Табаковым, Р. Виктюком, М. Левитиным, Л. Додиным, А. Калягиным, Г. Волчек успешно работают К. Гинкас, Г. Яновская, Г. Тростянецкий, И. Райхельгауз, К. Райкин, С. Арцибашев, С. Проханов, С. Врагова, А. Галибин, В. Пази, Г. Козлов, а также еще более молодые и радикальные авангардисты: Б. Юхананов, А. Праудин, А. Могучий, В. Крамер, Клим и др. Активно развивается смежное с театром направление хепенинга и инсталляции. И. Эппельбаум, отталкиваясь от эстетики театра кукол, экспериментирует со всеми компонентами зрелища в своем театре «Тень». Е. Гришковец изобретает свою театральную эстетику. С 2002 открылся проект Театр.doc, построенный на отказе от литературной основы спектаклей: материалом для них служат расшифровки реальных интервью с представителями той социальной группы, к которой принадлежат и герои будущих постановок. И это далеко не все сегодняшние театральные эксперименты

Новому витку развития российского театра во многом способствовал доступ к мировой культуре и ее театральному опыту, что помогает осмыслению собственной работы и переходу на следующую ступень.

Сегодня широко обсуждается необходимость театральной реформы. Впервые вопрос о насущной потребности театральной реформы был поднят в начале 1980-х. Правда, тогда она была связана преимущественно с потребностью изменения трудового законодательства работы актеров. Дело в том, что в труппах государственных театров, наряду с востребованными актерами, существовало немало тех, кто годами не получал ролей. Однако уволить их было невозможно, а значит, и наем новых членов труппы был невозможным. Министерство культуры РСФСР, в качестве эксперимента, в начале 1980-х в отдельных театрах ввело т.н. систему переизбрания, когда контракт с актерами заключался лишь на несколько лет. Эта система тогда вызвала множество дебатов и недовольств: главным аргументом против нее был упрек в социальной незащищенности. Однако смена политической формации России уничтожила актуальность такой реформы: рыночная экономика сама начала регулировать численность театральных трупп.

В постсоветский период контуры театральной реформы кардинально изменились, они перешли преимущественно в область финансирования театральных коллективов, необходимости государственной поддержки культуры вообще и театров в частности, и т.д. Возможная реформа вызывает множество разнообразных мнений и горячую полемику. Первыми шагами этой реформы стало постановление Правительства России 2005 о дополнительном финансировании ряда театров и учебных театральных заведений Москвы и Санкт-Петербурга. Однако до системной разработки схемы театральной реформы еще далеко. Какой она будет – пока неясно.




5. Творческое обозрение режиссерских работ в период второй половины ХХ века


5.1 Николай Акимов


Акимов – его открыто называли космополитом и формалистом. До 1956 он расстался с Театром Комедии, ставить спектакли ему было запрещено. Жил он на гонорары, которые платили его именитые друзья (Н.К. Черкасов, Тенин, Н.П. Охлопков) за свои портреты. В 1950 Охлопков пригласил Акимова в Москву на постановку пьесы Директор С. Алешина В 1951–1955 Акимов – главный режиссер и художник Ленинградского Нового театра (с 1955 – театр им. Ленсовета), где поставил свои великие спектакли Тени М.Е. Салтыкова-Щедрина и Дело А.В. Сухово-Кобылина. С 1954 по 1968 преподавал в Ленинградском государственном институте театра, музыки и кинематографии, вел класс и возглавлял художественно-постановочный факультет; профессор (1960). В 1956 вернулся в Театр Комедии, который все эти годы зритель называл «акимовским», продолжил работу с труппой.

1965 В театре комедии поставил спектакли Призраки Э.де Филиппо, Ревизор Н.В. Гоголя, Повесть о молодых супругах и Дракон Шварца, Лев Гурыч Синичкин Д.Т. Ленского, Чемодан с наклейками Угрюмова и др. В 1967 Ленинградскому театру комедии было присвоено звание Академического. Среди поздних режиссерских работ Акимова – спектакли Дон Жуан Дж.Г. Байрона, Двенадцатая ночь У. Шекспира, Свадьба Кречинского Сухово-Кобылина. В 1966 выпустил Свадьбу Кречинского на сцене «Комеди Франсез» в Париже. В 1967 состоялась премьера его последней режиссерской работы – Звонок в пустую квартиру Угрюмова. Как театральный художник осуществил также постановки пьес На всякого мудреца довольно простоты Островского и Цилиндр Э. де Филиппо.

Свои первые спектакли А.В. Эфрос поставил в Рязанском театре, а уже в 1954 стал главным режиссером Центрального Детского театра. При Эфросе ЦДТ (ныне – Молодежный театр) перестал быть исключительно детским. Ни до того, ни после Центральный Детский театр не переживал такого бурного расцвета. При Эфросе туда пришли работать молодые актеры, чьи имена позже составили славу российского театра: О. Ефремов, О. Табаков, Л. Дуров. Именно в ЦДТ в 1950-е закладывались принципы нового российского театра.


5.2 Анатолий Эфрос


Важнейший этап раннего творчества Эфроса и российского театра вообще связан с именем драматурга В. Розова. Эфрос поставил множество розовских пьес: В поисках радости (1957), Неравный бой (1960), Перед ужином (1962); позже, в театре Ленинского комсомолаВ день свадьбы (1964); в театре на Малой Бронной – Брат Алеша по Достоевскому (1972). А одним из первых спектаклей Эфроса в ЦДТ стала постановка пьесы Розова В добрый час! (1955), где режиссер по настоящему сблизился с О. Ефремовым. Несомненно, что этот спектакль сыграл огромную роль в разработке концепции самого популярного российского театра 1950-х – «Современника», открывшегося двумя годами позже пьесой Розова же (Вечно живые) в постановке Ефремова. Конечно же, Эфрос был одним из основоположников «Современника», об этом свидетельствует и то, что он поставил один из первых спектаклей нового театра – Никто Эдуардо де Филиппо с Ефремовым и Лилией Толмачевой.


5.3 Борис Ровенских


В период работы главным режиссером Московского драматического театра им. А.С. Пушкина (1960–1970) Равенских поставил такие значительные для своего времени спектакли, как Романьола Л. Скуарцины (1963), Повесть о спасенной любви И. Голосовского (1964), Поднятая целина М. Шолохова (1965), Дни нашей жизни Л. Андреева, Шоколадный солдатик Б. Шоу (1966), Метель Л. Леонова (1967), Воскресенье в Риме Г. Крамера (1968), Дуэль М. Байджиева (1969). Последним спектаклем на сцене Театра им. А.С. Пушкина стала Драматическая песня Б. Равенских и М. Анчарова по роману Н. Островского Как закалялась сталь (1971). В названии спектакля выразилась не только главная задача режиссера, но и его способ мышления. Все выразительные средства театра были пересмотрены Равенских с точки зрения их ассоциативных возможностей, укрупнялись и максимально приближались к зрителю все возможные связи человека с социальной средой, зрительская мысль предельно концентрировалась. Спектакль строился на вспышках «моментов истины», которые обнажали духовные устремления героев. В статье, посвященной творчеству Равенских, критики В. Шитова и В. Саппак писали, что Равенских всегда ставит своих героев перед дилеммой «жить лучше» или «быть лучше», заставляя каждого занять определенную позицию. Сам режиссер в 1969 декларировал свое убеждение: «…задача искусства, театра – будить в человеке поэтический взгляд на мир, привносить в жизнь дух активного творчества… Только самое главное, философски обобщенное и образно точное. Как в поэзии. Так мыслю суть театра я».

В 1970 Равенских возглавил Малый театр, привел сюда артистов-единомышленников из Театра им. А.С. Пушкина – А. Локтева, В. Сафронова, В. Носика – и предложил театру свою программу, состоящую из двух линий: одной из них должна была стать современная литература, обнаруживающая стремление понять истоки национальной народной жизни, другой – классика. На сцене Малого театра были поставлены спектакли: Инженер Е. Каплинской (1971), Самый последний день Б. Васильева (1972), Птицы нашей молодости И. Друцэ (1972, режиссер И. Унгуряну), Русские люди К. Симонова (1975), Мезозойская история М. Ибрагимбекова (1976), Возвращение на круги своя И. Друцэ (1978). Здесь же родился спектакль-событие, по сей день остающийся в репертуаре Малого театра, Царь Федор Иоаннович А.К. Толстого (1973), в котором главную роль сыграл И.М. Смоктуновский. Последней работой Равенских в Малом театре стал спектакль Возвращение на круги своя И. Друцэ. Идейным стержнем спектакля явилась мысль Толстого (в этой роли выступил И.В. Ильинский) о таинстве духовной жизни человека и о непременности самобытного развития в духовной жизни каждого.

В начале 1980-х Равенских покинул Малый театр и пришел в Большой театр, чтобы воплотить в жизнь свою мечту о слиянии музыкального и драматического начал. В 1978 поставил оперу Н.А. Римского-Корсакова Снегурочка, а в январе 1980 получил разрешение на создание собственного театра, в котором надеялся собрать своих учеников.

Вывод: Ознакомившись с темой режиссерское искусство второй половины ХХ века, можно сделать выводы, что развития театрального искусства в корне зависело от развития и смены политических убеждений.

Режиссерам были поставлены рамки, приделы которых мешали воистину развиваться новаторам. Актуальность и популярность спектаклей чаще всего были противоположны цензуре. И по этому все работы поддавались корректированию в рамках принятого контроля.

Рискуя потерять все, многие новаторы переступали границы правил. И только с помощью нарушения запретов мы с вами можем наслаждаться исторически гениальными работами.




Список использованной литературы


1. Всеволодский-Гернгросс В.Н. Русский театр. От истоков до середины XVIII века. М., 1957

2. Горчаков Н. Режиссерские уроки Вахтангова. М., 1957

3. Всеволодский-Гернгросс В.Н. Русский театр второй половины XVIII века. М., 1960

4. Рудницкий К.Л. Режиссер Мейерхольд. М., 1969

5. Завадский Ю.А. Учителя и ученики. М., 1975

6. Золотницкий Д.И. Зори театрального Октября. Л., 1976

7. Золотницкий Д.И. Академические театры на путях Октября. Л., 1982

8. Михаил Семенович Щепкин. Жизнь и творчество, тт. 1–2. М., 1984

9. Чехов М. Литературное наследие в 2-х томах. М., 1986

10. Лихачев Д.С. Становление театра. В статье Русская литература XVII в. История всемирной литературы в 9 тт. Т. 4. М., 1987

11. Заславский Г. «Бумажная драматургия»: авангард, арьергард или андеграунд современного театра? «Знамя», 1999, №9

12. Иванов В. Русские сезоны театра «Габима». М., 1999

13. Смелянский А.М. Предлагаемые обстоятельства. Из жизни русского театра второй половины ХХ века. М., 1999

14. Станиславский К.С. Собрание сочинений, тт. 1–9. М., 1988–1999

15. Дьякова Е. Драма театра. «Новая газета», 2004, 15 ноября



Случайные файлы

Файл
69872.rtf
21707-1.rtf
24157-1.rtf
100944.rtf
VDV-1530.DOC