Словакия в конце XVIII в. (61207)

Посмотреть архив целиком















Словакия в конце XVIII в.


План


1. Словакия в конце XVIII–первой половине XIX в.

2. Словаки в революции 1848–1849 гг."Требования словацкого народа"

3. Словакия во второй половине XIX в.

4. Словакия в конце XIX–начале XX века.

5. Культура Словакии



1. Словакия в конце XVIII–первой половине XIX в.


В конце XVIII–начале XIX в. развитие словацкого народа проходило уже в достаточно определенных культурных и этнических границах в рамках Венгерского королевства, входившего в состав монархии Габсбургов. Словацкая экономика находилась в зависимости от общевенгерского уровня, а общественная жизнь от общеполитического движения венгров. Наиболее далекоидущие негативные последствия имело усиление аграрного характера экономики королевства и нарастание венгерского национализма.

На рубеже XVIII–XIX вв. на территории Словакии наметилось оживление мануфактурного производства. Появлялись кожевенные, фаянсовые, металлургические мануфактуры, но их существование не было долговечным. После наполеоновских войн с новой силой стали развиваться мануфактуры и относительно крупные фабрики. Характер их деятельности, масштабы производства зависели от внедрения паровых машин, центрами по производству которых были чешские города Брно и Витковице. До конца 40-х годов в словацких комитатах преобладали цеховое ремесло и сельские промыслы.

Промышленный переворот в Словакии, начавшийся в 40-е годы XIX в., затронул прежде всего пищевую промышленность, главным образом сахароварение, мельничное дело. Ведущей отраслью промышленности оставалось производство железа, сложившимися центрами были Спишская область и Восточная Словакия. Быстрые темпы набирала и добыча драгоценных металлов.

Преобладание аграрного характера экономики тормозило развитие городов, городского образа жизни, замедляло процесс проникновения капиталистических элементов в экономику, что сдерживало рост словацкой буржуазии и пролетариата. Отсутствие общепризнанных национальных центров вело к ослаблению воздействия факторов, объединяющих нацию. Тот факт, что Братислава располагалась на окраине словацкой этнической территории и являлась местом активной политической жизни королевства, здесь заседало Государственное собрание, в известной мере изолировало ее от национального движения.

Крупные и средние помещики составляли часть венгерского господствующего класса. Довольно многочисленный слой мелких землевладельцев, так называемых земанов, словаков по происхождению, хотя и обладал привилегиями венгерского дворянства, не утратил полностью национальных черт. Он и стал одним из источников в процессе формирования национальной интеллигенции.

Крестьянство в своей массе было малоземельным (полный крестьянский надел составлял 6 га) и безземельным. Процесс разорения крестьянских хозяйств высвобождал свободные рабочие руки, которые не могли найти применение в городах. Начался отток словацкого населения в другие регионы, затем и за границы Австрийской империи.

Словацкое национальное движение в конце XVIII–в первой половине XIX вв. переживало сложную ситуацию. С одной стороны, оно должно было противостоять растущим мадьяризаторским тенденциям, а с другой, находилось в стадии внутренней раздробленности.

Для первого этапа национального возрождения, охватывающего период от 80-х годов XVIII в. до 30-х годов XIX в., характерно преобладание просветительских идей. Внимание к школьному делу, наукам и искусству приводит к тому, что образованность распространяется на более низшие слои населения. Продолжалось строительство народных школ, шел процесс изменения содержания образования, появляются технические и профессиональные школы. Современным требованиям к образованию отвечал Трнавский университет, основанный в 1655 г., в котором появился медицинский факультет.

Убежденность просветителей в тесной взаимообусловленности глубокого исторического прошлого, развитой образованности и богатой литературы и прав на участие в политической жизни того или иного народа, стимулирует особое внимание к истории.

Интерес к прошлому у словацких просветителей привел к появлению трудов, пробуждающих патриотические чувства словаков, раскрывающих их место в Центральной Европе. В "Истории словацкого народа", вышедшей в 1780 г. на латинском языке, ее автор Ю. Папанек отстаивал мысль об автохтонности словаков. Его последователи, в свою очередь, пытались определить границы словацкой этнической территории, связать историю народа с традициями Великой Моравии. Они весьма высоко оценивали кирилло-мефодиевскую миссию в деле распространения христианства и христианской культуры. Что касается венгерского завоевания, то они отказывались признать факт полного подчинения Словакии, настаивали на восприятии их предками венгров как своих гостей. Эти взгляды постепенно проникали в литературные труды и национальное самосознание.

До конца XVIII в. словаки не имели собственного литературного языка. Словацкая образованность развивалась в русле католической или евангелической церковности. Словацкие образованные протестанты-евангелисты пользовались чешским языком в его ортодоксальном варианте, канонизированном переводом "Кралицкой библии", так называемой "библичтиной". Они отстаивали языковое и литературное единство с чехами. Среди них наиболее известными были Юрай Палкович и Таблиц. Пользователями "библичтины" были средние сословия, в отличие от латыни, на которой писали представители политической и культурной элиты.

У католиков, а ими являлось большинство верующих словаков, было сильно влияние разговорного словацкого языка, преимущественно западнословацкого диалекта.

В конце 80-х годов братиславские католические богословы разработали план развития словацкого языка. Антон Бернолак (1762-1813) подготовил первую словацкую "Грамматику" (1790), дополнив западнословацкий диалект элементами среднесловацкого. Эта норма – "бернолачина" – использовалась в среде католиков до середины XIX в., в частности, на ней изданы труды крупнейшего словацкого поэта-классика Яна Голлого (1785-1849). Посмертное издание шеститомного "Словацко-чешско-латинско-немецко-мадьярского словаря" Бернолака свидетельствовало о больших перспективах словацкого языка как языка письменности, а литературная деятельность бернолаковцев показала оправданность их усилий в движении за признание прав словаков.

Против кодификации словацкого литературного языка выступили уже авторитетные к тому времени словаки – поэт Ян Коллар и филолог Павел Шафарик и их сторонники. Они полагали, что отказ от чешского языка как языка письменности у словаков окажет негативное влияние на идею чешско-словацкого единства, еще более ослабит позиции соотечественников в монархии Габсбургов.

После длительной борьбы словацким евангелистам удалось открыть в Братиславском лицее в 1803 г. кафедру чешско-словацкого языка и литературы. Ее возглавил Юрай Палкович (1769-1850) – поэт, переводчик, издатель, организатор культурной жизни.

Последовательным борцом за этническое, языковое и литературное сближение словаков с чехами был известный поэт Ян Коллар (1793-1852). Проповедник словацкой евангелической общины в Будапеште, в конце жизни профессор славянской археологии в Вене он обосновал теорию "единого чехословацкого племени" и языкового и культурного единства чехов и словаков. С этим именем связана разработка концепции духовного единства и программы сближения славянских народов в сфере культуры. Основные ее положения были сформулированы в поэме "Дочь Славы" (1824) и развернуты в трактате "О литературной взаимности между племенами и наречиями славянскими" (1836). Сформулированная Колларом концепция строилась на принципах гуманизма. Идея о принадлежности словаков к огромному миру славянства помогла поверить в свои силы и с оптимизмом смотреть в будущее.

Первым общесловацким центром стало "Общество любителей словацкого языка и литературы", появившееся в 1834 г. в Буде. В альманахе "Зора" ("Заря") члены Общества пытались найти компромисс между патриотически настроенной интеллигенцией, стремились сблизить две языковые традиции, печатая статьи на "бернолачине" и "библичтине". Несмотря на то, что общество не имело серьезной материальной поддержки, не нашло значительного числа сторонников искусственного языка, оно просуществовало 10 лет.

В начале 40-х годов XIX в. официальный курс венгерской правящей элиты, в частности, принятие законов о введении венгерского языка в качестве языка законодательства, официальной деловой жизни и образования во всем королевстве, вызывает тревогу у словацких патриотов. Вскоре были закрыты кафедра чешско-словацкого языка в Братиславском лицее, словацкая гимназия в Левоче.

В таких условиях противостояние двух течений словацкого патриотического движения, их соперничество на страницах литературных изданий, замкнутость на себя вызывает осуждение молодых словаков. Они вышли на арену политической жизни во второй половине 30-х годов и представляли третье поколение будителей. С их деятельностью связывается новый этап словацкого национального возрождения. Это поколение получило свое название – "штуровцы" – по имени известного словацкого общественного деятеля Людовита Штура (1815-1856). Поэт, философ, историк и лингвист он стал одной из наиболее крупных фигур словацкого национального возрождения середины XIX в. Важнейшее значение для развития словаков имела языковая реформа. Штур и его сторонники предложили новый литературный язык, основанный на разговорной лексике среднесловацких говоров. Именно на нем стала развиваться словацкая национальная литература.


Случайные файлы

Файл
66598.rtf
118541.rtf
57543.rtf
33045.rtf
6312-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.