Период перестройки, августовский путч 1991г. Воспоминания Н. Рыжкова, М. Горбачева и Б. Ельцина как исторический источник (58640)

Посмотреть архив целиком












Период перестройки, августовский путч 1991г. Воспоминания Н. Рыжкова, М. Горбачева и Б. Ельцина как исторический источник



Содержание


Введение

1. Предпосылки и ход августовского путча 1991 года

2. Воспоминания участников августовских событий как исторические источники

Заключение

Литература



Введение


События 19-20 августа 1991 года занимают особое положение в отечественной литературе. С одной стороны, можно констатировать что тема не обделена вниманием, а с другой - то что преобладают издания мемуарного и публицистического плана, где хотя и освещаются многие важнейшие стороны кризиса, целостная картина все же отсутствует.

Остаются без ответа достаточно крупные вопросы, в числе которых и вопрос о том, кто же в те дни совершал переворот? Публикации обнаруживают не менее трех различных позиций по этому поводу.

Наиболее распространенной является версия сформулированная российским руководством еще 19-21 августа 1991 года. Согласно этой версии "Путч" попыталась осуществить "имперская" реакционная партийно-государственная номенклатура, которая противилась глубоким демократическим преобразованиям, проводимым прежде всего российскими властями. Тогда же в 1991 названием "Коричневый путч красных. Август 1991г.". Обложка книги была украшена знаком соединявшим звезду и свастику.

Согласно второй версии, главным инициатором неудавшегося "переворота", являлся президент СССР. Сторонники этой версии полагают, что М.С. Горбачев, провоцируя столкновение российских и союзных властей, рассчитывал на их взаимное ослабление и большую уступчивость в будущем. В.С. Павлов же считает, что таким образом президент СССР хотел избавиться от своего окружения, которым он тогда тяготился Павлов В.С. Указ.соч.. При этом как предполагали некоторые авторы, Горбачев действовал в сговоре с Ельциным. Независимая газета 1991 год 21 августа.

И наконец третья версия принадлежит Г.Х. Попову, который весной 1992 года в интервью руководителю Санкт-Петербургского телевидения Б.А. Курковой, заявил, что в августе 1991 г. "путч" совершили демократы, чем не мало шокировал собеседницу.

Противники ГКЧП обычно акцентируют внимание на событиях собственно августа 1991 г., указывая на противоправный характер действий и документов заговорщиков. Участники и сторонники ГКЧП подчеркивают, что их выступление явилось отчаянной попыткой остановить действие тех деструктивных процессов, которые начались задолго до августа 1991 года, привели советское общество к глубокому кризису и поставили под вопрос существование самого государства.

Источник не является объективным отражателем событий, он дает лишь ту информацию, которую в нем ищет автор, он отвечает лишь на те вопросы, которые автор ставит перед ним. И полученные ответы всецело зависят от заданных вопросов. Источник не является объективным отражателем истории и потому, что он передает события через мировосприятия автора, его создавшего. Это обстоятельство имеет важное значение, ибо то или иное понимание картины мира, существующее в сознании создателя источника, так или иначе воздействует на те данные, которые он фиксирует.

Воспоминания способны восстановить множество фактов, которые не отразились в других видах источников. Мемуарные частности могут иметь решающее значение для реконструкции того или иного события. Воспоминания — это не только бесстрастная фиксация событий прошлого, это и исповедь, и оправдание, и обвинение, и раздумья личности. Поэтому мемуары, как никакой другой документ, субъективны. Это не недостаток, а свойство мемуаров, ибо они несут на себе отпечаток личности автора. Все достоинства и недостатки мемуариста невольно переходят и на воспоминания.

Однако мемуары нельзя считать продуктом исключительно личностного происхождения. Они неизбежно несут на себе печать своего времени. Искренность мемуариста, полнота и достоверность его впечатлений зависят от той эпохи, в которой писались, во-первых, и публиковались, во-вторых, мемуары.

Именно это обуславливает интерес к данной теме: рассмотрение личных воспоминаний об августовских событиях 1991 года трех крупнейших политических деятелей XX века.

Объектом данного исследования является августовские событий 1991 года.

Предметом исследований являются воспоминания Б.Н. Ельцина, М.С. Горбачева, Н.И. Рыжкова.

Целью данной работы является сравнение воспоминаний Б.Н. Ельцина, М.С. Горбачева, Н.И. Рыжкова о событиях августа 1991 года, с точки зрения их полноты и объективности.

Задачами данного исследования являются:

- анализ воспоминаний как исторического источника,

- рассмотрение воспоминаний Б.Н. Ельцина, М.С. Горбачева, Н.И. Рыжкова с точки зрения объективности изображаемых событий,

- сравнение воспоминаний Б.Н. Ельцина, М.С. Горбачева, Н.И. Рыжкова.



1. Предпосылки и ход августовского путча 1991 года


К середине 1991 года деструктивные процессы в стране развивались столь интенсивно, что для восстановления элементарной управляемости обычных мер было уже не достаточно. И это осознавали все политические силы. За право вывода страны из кризиса боролись два четко обозначившихся центра политической власти: союзное руководство, за вычетом Горбачева и российские лидеры. На бескомпромиссность противостояния повлияло то, что за каждым из них стояли не просто личностные амбиции, а различные представления о путях экономического, политического и национально-государственного развития страны. Первые выступали за социалистический выбор, развитие системы Советов, сохранения единого государства в рамках СССР. Вторые заявляли о приверженности либеральным подходам в экономике, о необходимости изменения советской системы, считали возможным осуществить это лишь в рамках конфедеративного союза государств.

Высшие руководители СССР резко возражали против намеченного на 20 августа подписания текста Союзного договора, и всячески старались ему помешать, ведь он означал прекращение существования единого союзного государства. Президент СССР был одним из разработчиков этого договора и инициатором его скорейшего подписания, причем отказавшимся выполнять решения носившие для него обязательный характер Имеется в виду Постановление Верховного Совета СССР "О проекте договора о Союзе суверенных государств" от 12 июля 1991 года.. По мнению ряда высших руководителей СССР, единственное что могло предотвратить крах страны, это введение режима чрезвычайного положения, который мог бы положить конец "войне законов" и восстановить управляемость государством в рамках СССР. Однако проблема состояла, в том что введение режима чрезвычайного положения осуществлялось президентом СССР с последующим утверждением Верховным Советом СССР, а глава государства длительное время пойти на этот шаг не решался. Поэтому в правовом плане перед будущими заговорщиками стояла практически не решаемая задача: реально "надавить" на президента мог лишь Верховный Совет, созвать который до 20 августа было уже тогда не возможно. По сути высшие должностные лица Союза оказались перед дилеммой: либо молча смириться с подписанием договора, либо попытаться предпринять что-либо, причем в обеих ситуациях их позиция была бы юридически не безупречной. Во втором случае перед сторонниками сохранения союза было три варианта действий: попытаться все же склонить президента к введению чрезвычайного положения; под благовидным предлогом постараться "отодвинуть" его на период "не популярных действий"; реально отстранить Горбачева от выполнения обязанностей с последующим вынесением вопроса на Съезд Народных депутатов. В последствии А.В. Крючков сожалел о том, что не был избран последний сценарий. В августе же 1991 года обсуждались лишь два первых варианта, а учитывая все предшествующие обстоятельства реальным считали лишь второй. Сильно давил и временной фактор: все нужно было сделать до 20 августа.

Идея введения чрезвычайного положения в августе 1991 года не была новой. С 1990 года неоднократно ставился вопрос о введении чрезвычайного положения на территории всей станы или в ряде регионов как вариант президентского правления. Причем тема не просто обсуждалась: Горбачев давал конкретные поручения по подготовке соответствующих материалов. Правоохранительные органы не однократно получали на этот счет указания в связи с событиями в Прибалтике, Закавказье, Молдавии, Южной Осетии и регионах особой забастовочной активности. Не раз обсуждалась ситуация и в Москве. Поручения президента носили прикладной характер: они касались подготовки соответствующих постановлений, обращений, содержали перечень необходимых организационных и чрезвычайных мер. На общесоюзном уровне вопрос регулярно поднимался с ноября 1990 года. В декабре 1990 года на 4 съезде народных депутатов были утверждены предложения Горбачева о реорганизации исполнительно-распорядительных органов власти СССР и о введении формы президентского правления.29 декабря 1990 года был подписан совместный приказ министра внутренних дел и министра обороны об организации совместного патрулирования, не однозначно воспринятый различными политическими силами.

В практическую плоскость вопрос о введении режима чрезвычайного положения перешел в середине 1991 года. На открытом заседании Верховного совета СССР 17 июня 1991 года, после доклада премьер-министра В.С. Павлова на необходимости его введения настаивали председатель КГБ В.А. Крючков, министр внутренних дел Б.К. Пуго и министр обороны Д.Т. Язов. По перечню ведомств, которые они представляли и с учетом сфер, которыми они занимались, можно сделать вывод о том, что о применении решительных мер говорили люди, каждодневно и остро ощущавшие последствия потери управляемости социальными процессами. Однако тогда, в разгар "новоогаревского процесса", президент СССР не поддержал членов своего кабинета. В то же время поручения Горбачева продолжать анализ ситуации, изучать возможности полного или частичного введения чрезвычайного положения в стране или в отдельных ее частях, применения жестких мер, прежде всего для предотвращения экономического краха, получали как указанные должностные лица, так и другие ответственные работники аппарата президента и руководители ЦК. Им предлагалось работать и "ждать момента". Последнее поручение Крючков, Язов и Пуго получили перед самым отъездом Горбачева на юг. О большой степени доверенности этой версии, может свидетельствовать тот факт, что позже уже находясь в Форосе, генеральный секретарь взялся за подготовку статьи о недопустимости введения чрезвычайного положения. Не трудно предположить, что в случае потенциального успеха, подобного мероприятия, статью "о вреде", можно было бы без труда переделать в статью "о пользе"; не менее основательной будет и догадка о том, что он знал (или догадывался), что могло произойти, но ничего не предпринял (или что-то предпринял, но это осталось неизвестным) К такому выводу пришел суд занимавшийся в 1994 году "делом генерала Варенникова". В пользу этой версии говорит заявление, сделанное Горбачевым для журналистов 22 августа 1991 года: "Всей правды вы никогда не узнаете!"


Случайные файлы

Файл
101737.rtf
99547.rtf
168519.rtf
ekaterina2.doc
64440.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.