Ирано-византийская война 602 - 628 гг. (19289-1)

Посмотреть архив целиком

Ирано-византийская война 602 - 628 гг.

Часть I

Противостояние Ирана и Византии в начале 7 в. незаслуженно обходится историками. Так уж вышло, что последовавшие немного спустя арабские завоевания затмили последнюю ирано-византийскую войну своим размахом. Немаловажную роль при этом сыграло простое количественное преобладание источников по арабскому завоеванию над свидетельствами о ирано-византийском конфликте.

Цель настоящего небольшого исследования - представить ситуацию в регионе на начало арабских завоеваний с акцентом на ирано-византийскую войну (602-628).

Итак - 590-е годы. Недавно закончилась кровопролитная война Империи (Византии) с Ираном (572-591), на престол Ирана копьями ромеев (византийцев) посажен шах Хосров II (591 г.), а узурпатор Бахрам Чубин разбит византийцами в битве при Балярате (591 г.)

Все, прошедшие с момента восшествия на престол, годы, Хосров II ждал удобного момента, чтобы напасть на Византию. Формировались и готовились армии, подготовлялись склады военного снаряжения в крепостях на всем пути от Ктесифона до месопотамской границы.

При всем вышеперечисленном, подготовка нападения на Империю являлась делом непростым. Нельзя было оголить восточную границу - вторжение тюрок 589 г. было слишком свежо в памяти. Нельзя было также и начать открытую войну с Византией - очевидно, что в этом случае император Маврикий, бывший выдающимся военачальником (именно его трудами была выиграна предыдущая война с Ираном 572- 591 гг.) быстро расставит приоритеты и, как-нибудь замирившись с аварами на Дунае, перебросит ударную армию Империи на Евфрат, а, вполне возможно, сам ее и возглавит.

Стратеги в Ктесифоне тем самым получили трудную задачу - подготовиться к нашествию и провести его в максимально выгодных для иранцев условиях, что в свою очередь должно было принести максимальные успехи.

Учитывая опыт прошлых войн (528-562 гг. и 572-591 гг.), когда военные действия велись в сравнительно узкой приграничной полосе с редкими походами вглубь вражеской территории, было решено сменить тактику. Наступление предполагалось вести на двух расходящихся направлениях в Армении и в Месопотамии. Этим достигалось распыление сил греков, которые, принимая во внимание постоянные волнения армян, вынуждены будут обеспечить защиту всей линии от Саталы до Феодосиополя. Это основывалось на наблюдении, что византийцам удается переломить ход военных действий в свою пользу только сконцентрировав войска на одном направлении.

Иранская внешняя разведка тем временем постоянно заботилась о поводе для войны. С 600 года инциденты на ирано-греческой границе не прекращались. Самый крупный из них произошел в конце 601 г. Атат Хорхоруни, выходец из знатного рода Хорхоруни, носивший титул великого патрикия, придворный Маврикия, был направлен во Фракию (где Империя продолжала боевые действия против аваров) ’’к войскам своим ’’ (3.стр77).

По пути он задумал восстать и вместо Фракии переправился морем в Армению. Все попытки византийских местных властей, силой задержать его, провалились. ’’Войска разных городов выходили против него, но не могли устоять, и в на пути в 18-ти местах давали ему битвы, он везде выходил победителем’’ (3.стр.77).

Судя по фразе Себеоса ’’Хотя и войско его сильно уменьшилось однако он поспешно успел достигнуть Нахчавана’’ (3.стр.77), Атат поднял восстание не сам а с ’’войсками своими’’, бывшими во Фракии. Укрывшись в Нахчаване - столице Персидской Армении, Атат вовсе не был в безопасности. Империя не могла оставить безнаказанно бегство своего вельможи с войском к потециальному противнику. Греческая армия (ее начальник назван Себеосом ’’стратилат’’. Возможно это византийский наместник Армении) перешла границу и подвергла осаде Нахчаван. В ответ из Ктесифона было послано войско военачальника Парсаянпета. В воздухе запахло большой войной и, не дожидаясь подхода персов, греки сняли осаду.

Вскоре вышел указ Маврикия о наборе в Армении 30 000 пехоты и переводе этих контингентов на поселение во Фракию. (3.стр.78). Это также не увеличило доверие армян к императорской власти.

Тем временем эта самая власть переживала явный кризис. Затягивание войны с аварами (которая была далеко не такой удачной для Империи, как нам это представляет официальная пропаганда), отказ выкупить у кагана 12000 пленных (которые были незамедлительно умервщлены) - все это вызывало растущее недовольство населения. Когда же в армию, стоявшую по Дунаю, из-за нехватки денег в казне (типичное для Империи явление) прибыл приказ расположиться на зимних квартирах (на зиму 602-603 гг.) по Дунаю и добывать себе пропитание грабежом неприятельской страны (5.стр.398), там начались волнения. Провозгласив предводителем Фоку, Дунайская армия двинулась на Константинополь, и 23.11.602 Фока короновался в столичном предместье Евдом, а еще через два дня - торжественно вошел в город. Пытавшийся скрыться как частное лицо, Маврикий был схвачен и казнен. Следом была казнена и вся его семья.

Пытаясь добиться признания на международной арене Фока снарядил весной 603 г. в Иран посольство под началом Лилия, который должен был вручить верительные грамоты и подарки шаху Ирана. Хосров II предпочел все это отклонить. Провал миссии Лилия уже сам по себе явился тревожным звонком, на который Фока не обратил внимания.

Эйфория, охватившая все византийское общество, после свержения Маврикия быстро прошла, едва лишь Фока явил свой характер. Предоставим слово Успенскому : ’’По свидетельству всех почти историков, восьмилетнее правление Фоки (602-610) представляет собой самый худший период византийской истории, когда жестокие казни и бесчеловечное избиение всех подозрительных для Фоки родовитых людей, имевших связи с прежним правительством, составляли, по-видимому, одну из главных задач правительства’’ (5.стр.400-401).

При такой государственной политике сохранить внутренний мир в Империи не представлялось возможным. Восстания поднимались повсюду: ’’В столице волновались демы, в Сирии религиозная и этническая вражда приняла угрожающий характер, в Александрии происходили уличные стычки.’’ (2.стр.191). Один из самых талантливых военачальников восточной имперской границы, Нарсес, также возмутился против императора и подняв мятеж в подчиненом ему войске, захватил Эдессу (Урфу) и послал сообщение к Хосрову II, призывая его на помощь.

У персидского шаха было все уже готово для вторжения. Армии были отмобилизованы и стояли около границы. С воцарением Фоки у Хосрова появился легитимный фактор для вторжения - месть за своего патрона - Маврикия. Для придания пущей весомости иранцами был найден юноша, выдававший себя за Феодосия, сына императора Маврикия, чудесным образом спасшегося (пропаганда Фоки утверждала, что Феодосий казнен в Константинополе). Под предлогом восстановления этого Феодосия на престоле Хосров и намеревался начать вторжение. И кроме того - просьба о помощи Нарсеса.

Весомых причин возглавить войско в походе, по древнему обычаю Сасанидов, у Хосрова зимой 602-603 гг. было, таким образом, предостаточно. Но он не выступил, а остался в Ктесифоне.

И было из-за чего. Занятый концентрацией войск на западной границе Ирана, шах оставил без прикрытия восточную его окраину. Гарнизоны в Иранской Согдиане были сведены к минимуму. Это привело к закономерному результату - всегда непокорные согдийцы подняли восстание и начале опустошать страну. На подавление этого восстания был брошен армянский конный корпус (2000 всадников, что подтверждает факт отсутствия линейных частей персов на восточной границе) ибо перетаскивать изготовившуюся к нападению на Византию армию на Восток не имело смысла (время вторжения в Империю отодвигалось бы на пару лет), который разгромил повстанцев.

Восставшие, однако, позвали на помощь тюрок Каганата, те, вторгшись, разгромили армянскую конницу и, опустошив Иран до Рея и Исфахана, осенью 603 г. отошли в свои пределы. (1.стр.133)

Также неспокойно было и на юго-западной границе. Последний правитель княжества Лахмидов, ан-Нуман (580-602), впал в шахскую немилость, бежал к пограничным арабским племенам, но был пойман и умер в иранской темнице, а ".. его государство, державшееся слабыми узами личных обязательств сразу распалось. Заменившие ан-Нумана сасанидские наместники могли лишь обеспечивать охрану степной границы размещением персидских гарнизонов в приграничных крепостях, расположенных в 50-100 км от Евфрата"(6.стр.59). Это незамедлительно привело к набегам бедуинов. Двинутый на их усмирение двухтысячный персидский корпус (к которому примкнуло 5000 арабов - видимо бывших подданных Лахмидов) потерпел полное поражение у урочища Зу-Кар. (Датировка события темна, ясно лишь, что это произошло в следующие за смертью ан-Нумана (602) годы.)

Часть II

Пытаясь решить проблемы восточных границ Хосров II одновременно привел в действие иранскую военную машину, двинув ее через границы Византии. Хоть и в отсутствие шаха, персидские армии, в полном согласии с планом войны, заполнили дороги ведущие в Римскую Месопотамию.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.