Правовое неравенство (31741)

Посмотреть архив целиком

12



Содержание


Введение 3

1. Правовое равенство 6

2. Понятие неравенства 8

3. Проблемы неравенства в Конституции РФ 9

3.1. Проблемы неравенства в отдельных отраслях российского права 27

4. Правовые способы преодоления неравенства 31

Заключение 34

Список используемой литературы 36


Введение


Положение о равенстве перед законом и судом отвечает ст. 7 Всеобщей декларации прав человека, провозгласившей, что все люди равны перед законом и имеют право, без всякого различия, на равную защиту законом. Это положение устанавливает юридическое (формальное) равенство всех перед законом независимо от многих обстоятельств – от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и др. Установление юридического равенства независимо от указанных факторов есть результат социального прогресса, преодоление человеческой цивилизацией прямого признания неравенства людей (как по закону, так и фактически) по признакам социального происхождения, принадлежности к той или иной религии, в зависимости от цвета кожи, по полу и т.д.

Приходится между тем признать, что разработке проблем равенства и равноправия в теории государства и права вообще уделяется мало внимания, хотя достижение реального равноправия, не говоря уже о равенстве людей, – процесс сложный и многоплановый, развитие которого зависит от целенаправленного развития гражданского общества, важной составной частью которого является государство.

Таким образом, налицо актуальность сформулированной темы работы, которая позволяет не только определить новые подходы к исследованию категорий равенства и неравенства, но и систематизировать накопленные юридической наукой знания и правоприменительную практику.

Степень научной разработанности проблемы. Понятие неравенства широко используется в юридической науке и правоприменительной практике.

Отдельные стороны проблемы правового неравенства неоднократно рассматривались в правовой науке. Общетеоретические аспекты правового неравенства разрабатывали такие ученые, как Бондарь Н.С., Мальцев Г.В., Козюк М.Н. и др.

В работе используются работы ученых-правоведов, таких как Будаев К.А., Серкова В.В., Гибенникова О.А. и др.

Цель и задачи исследования вытекают из актуальности и степени научной разработанности проблемы.

Целью представленной работы выступает комплексный теоретико-правовой анализ проблемы правового неравенства, проведенный по следующим направления:

  • всесторонний анализ правовых актов, действующих в Российской Федерации как источников правового регулирования институтов равенства и неравенства;

  • рассмотрение проблем применения права в области обеспечения равенства.

В рамках данных направлений предполагается решить следующие задачи:

  • выявить тенденции развития норм о правовом равенстве в российском законодательстве с учетом опыта других стран;

  • определить содержание правового неравенства согласно действующему законодательству и правоприменительной практике;

  • рассмотрение проблем реализации норм и принципов международного права в области равенства прав и свобод человека.

Объект и предмет исследования определяются тематикой работы, ее целью и задачами.

Объектом научного анализа настоящей работы является институт правового неравенства как теоретическая категория и как правовое явление социальной действительности.

Предметная направленность определяется выделением и изучением, в рамках заявленной темы, нормативно-правовых источников как внутригосударственных, принятых как на федеральном уровне, так и на уровне международном, судебной практики.

Методологической основой исследования является диалектический метод. В ходе исследования использовались обще– и частнонаучные, а также специальные методы познания.

Общими явились методы анализа и синтеза, индукции и дедукции, наблюдения и сравнения. В качестве общенаучных методов, с помощью которых проводилось исследование, использовались метод структурного анализа, системный и исторический методы. В качестве частнонаучного метода выступил конкретно-социологический. К специальным методам, использовавшимся в работе, следует отнести сравнительно-правовой, исторический, формально-юридический метод, методы правового моделирования, различные способы толкования права.

Данные методы позволили наиболее последовательно и полно рассмотреть различные аспекты правового неравенства в рамках цели и задач исследования.

Эмпирическая база исследования построена на нормативном материале и судебной практике.

Нормативную основу составили: Конституция РФ,1 федеральное законодательство, затрагивающее вопросы правового неравенства, положения международных нормативных актов. Судебная практика представлена разъяснениями Пленума Верховного Суда, решениями федеральных судов.

Научная новизна исследования заключается в том, что оно представляет собой одну из попыток комплексного теоретико-правового анализа правого неравенства.





1. Правовое равенство


Принцип равенства, в соответствии с которым все члены общества должны быть поставлены в одинаковые условия, всегда был и остается одним из важнейших идеалов справедливого общественного устройства. Он как политический принцип был известен еще в Древней Греции.

Одним из наиболее ярких выразителей идеи равенства явился Ж.-Ж. Руссо, провозгласивший, что все люди рождаются свободными.2 Взгляды Руссо и ряда его единомышленников нашли свое отражение во многих конституционных документах и тем самым стали приобретать не только политическое, но и правовое значение. Во французской Конституции 1791 г. было записано, что «все люди рождаются свободными и равными. Социальные различия могут быть установлены только ради общей пользы».3

Понятие равенства стало все глубже проникать в общественное сознание, и в настоящее время можно без преувеличения утверждать, что государство признается демократическим и является таковым только при условии, что оно признает принцип равенства в отношениях между людьми и между народами и прилагает необходимые усилия для осуществления его на практике.

Добавим, что федеративное государство может быть признано демократическим еще и при условии, что оно признает равенство составляющих его субъектов.

В связи со сказанным надо заметить, что обеспечение равенства в обществе зависит не только от государства, но и от целого ряда объективных и субъективных обстоятельств, круг которых очень широк. Например, к объективным обстоятельствам применительно к равенству людей следует отнести физическое и психическое состояние человека, применительно к народам – их численность и возможности для самовыражения, применительно к субъектам федерации – различия в климатических условиях и уровнях экономического развития.

Столь же широк и круг субъективных обстоятельств. Равенству людей и народов, например, нередко существенно препятствуют многие предрассудки, связанные с отношением к расовой, национальной и религиозной принадлежности.4

Задача демократического государства и состоит в том, чтобы уменьшить влияние этих и иных обстоятельств на существующее неравенство. Наиболее реальным шагом является провозглашение и обеспечение государством если не равенства (пока оно еще недостижимо), то равноправия. Конечно, как показывает практика государственно-правовых отношений, и эта задача весьма непроста, хотя решение ее настоятельно необходимо как для развития гражданского общества, так и для обеспечения поддержки авторитета государства.5

Именно государство имеет возможность определить основы правового положения человека, народа, государственной власти в обществе. Государство, и только оно, имеет возможность обеспечить их равноправие в ряду чрезвычайно существенных отношений, в числе которых, прежде всего, – отношения политического характера. Именно государство может воздействовать на развитие экономики, с тем чтобы противостоять незащищенности и экономическому неравенству отдельных слоев населения.6

Но было бы опрометчиво утверждать, что государство свободно в выборе средств, которые оно может использовать для установления в обществе отношений равноправия, а тем более равенства. В конечном счете решающее слово здесь принадлежит обществу, и все зависит от его гражданской зрелости и формируемой им политики государства.


2. Понятие неравенства


Юридическое (формальное) равенство всех перед законом по своему содержанию означает, во-первых, равенство прав и свобод человека и гражданина (равноправие); во-вторых, равенство юридических обязанностей граждан и других лиц; в-третьих, равные основания юридической ответственности за нарушение закона; в-четвертых, равенство перед судом (равное правосудие для всех).7

Юридическое равенство становится более реальным, действенным, если оно подкрепляется социальным равенством, т.е. равенством социальных возможностей. Поэтому мало провозгласить юридическое равенство, важно постоянно заботиться о возможности всех осуществить формальное равенство реально, на практике, путем выравнивания социального статуса людей, их возможностей. Это прямая цель и обязанность правового социального государства, политика которого направлена на создание и пользование равных возможностей, условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.8

Исходя из этого можно сформулировать и понятия формального и фактического неравенства. Юридическое (формальное) неравенство перед законом по своему содержанию означает, во-первых, неравенство прав и свобод человека и гражданина (неравноправие); во-вторых, неравенство юридических обязанностей граждан и других лиц; в-третьих, не равные основания юридической ответственности за нарушение закона; в-четвертых, неравенство перед судом.




3. Проблемы неравенства в Конституции РФ


Обращаясь к гражданскому обществу, формирующемуся в нашей стране, и к нашему государству – Российской Федерации, образование которого было оформлено принятием Конституции 1993 года, можно убедиться в том, что, несмотря на существующие трудности и подчас недостаточную последовательность развития общества и действий государства, общая их направленность не вызывает сомнения.

В тексте действующей Конституции нашей страны понятия «равенство» и «равноправие» встречаются неоднократно, устанавливая важные принципы отношений как между людьми, так и между народами и субъектами Российской Федерации. Понятия равенства и равноправия, можно без преувеличения сказать, пронизывают всю ткань текста Конституции, начиная с ее преамбулы.

Понятия равенства и равноправия выражаются различными юридическими формулами. В преамбуле Конституции, например, сказано, что многонациональный народ Российской Федерации принимает свою Конституцию, «исходя из общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов». Эта формулировка означает не только признание равенства народов, но и указывает, что народы самостоятельно определяют пути своего развития, действуя через соответствующие органы государственной власти, местного самоуправления и общественные организации.

В статье 5 Конституции РФ устанавливается равноправие субъектов Российской Федерации в отношениях друг с другом и в отношениях с федеральными органами государственной власти.

В статье 8 Конституции (ч. 2) указано, что все формы собственности признаются и защищаются «равным образом».

Применительно к правам и свободам человека и гражданина широко используются понятия «каждый имеет право», «никто не может быть» исключен из действия конституционной нормы, или никакое исключение «не допускается».

Совершенно естественно, что чаще всего понятия равенства и равноправия применяются в разделе Конституции, определяющем права и свободы человека и гражданина. Равноправие и равенство, установленные и гарантируемые государством в этом разделе Основного закона, являются краеугольным камнем, основанием равноправия находящихся на территории России народов, субъектов Российской Федерации, а также местного самоуправления.9

Равноправие человека и гражданина установлено в ст. 19 Конституции, в соответствии с которой государство констатирует, что все равны перед законом и судом, и гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от перечисленных в этой статье Конституции, а также иных обстоятельств.

Провозглашение в Конституции равноправия человека и гражданина имеет принципиальное значение для нашего общества как общества демократического и социального. Оно является как бы камертоном отношений между людьми и отношения государства ко всем находящимся на его территории. К сожалению, приходится признать, что приведенная выше конституционная формула не во всех случаях и не всегда отражает реально существующие между гражданами отношения. Не всегда и не все органы государства действуют в строгом соответствии с ней. Более того, за последнее время в стране участились случаи конфликтов на национальной почве, разжиганию которых способствует подчас бездействие отдельных органов государства и местного самоуправления.10

Не существует и фактического равенства между мужчиной и женщиной, хотя в ч. 3 ст. 19 Конституции четко определено: «Мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации». Это пример почти хрестоматийный, но он наглядно свидетельствует, что во многих случаях равноправие не обеспечивается прежде всего из-за бездействия органов государства. В самом деле, кто, кроме государства, виноват в том, что в составе правительства и его аппарате женщины составляют явное меньшинство, хотя в обществе их большинство?

Нельзя снять с государства вину за то, что не получают должной оценки действия тех государственных служащих, которые допускают дискриминацию людей по признакам их национальной принадлежности и места жительства.

Однако было бы наивным предполагать, что фактическое равноправие зависит только от воли отдельных лиц или отдельных органов государства. Это становится очевидным, в частности, при рассмотрении обстоятельств, которые в соответствии с указанной выше ст. 19 Конституции не должны были бы препятствовать равенству прав и свобод человека.

Например, место жительства, в соответствии со ст. 19 Конституции, не должно влиять на равенство прав и свобод человека, однако оно существенно влияет на возможность реализации некоторых других, также Конституцией гарантированных прав, в частности на право на конкурсной основе бесплатно получить высшее образование в государственном или муниципальном образовательном учреждении и на предприятии. Общеизвестно, что школы в больших столичных городах обеспечивают учащимся более широкие и прочные знания, чем школы многих поселков и деревень, не говоря уж о школах, которые функционируют (можно сказать, должны функционировать, поскольку их функционирование не всегда обеспечено) в местностях проживания коренных малочисленных народов, часть которых ведет кочевой образ жизни. Из этого следует, что применительно к данному случаю для того, чтобы место жительства не препятствовало реализации права на получение образования, необходимо поднять уровень образования в учебных заведениях в сельской местности и местах проживания коренных малочисленных народов до того, который существует в городах. Решение такой задачи требует значительных усилий и материальных ресурсов. Государство об этом помнит. Достаточно сказать, что сейчас принято решение обеспечить каждую сельскую школу хотя бы одним компьютером, включенным в Интернет.

Отмечая подобные несоответствия между конституционной нормой и фактической возможностью ее осуществления, можно констатировать, что понятие равноправия, особенно равноправия, относящегося к человеку, имеет тенденцию к расширению и охватывает все более широкие сферы как в нашей стране, в которой возрастает значение правовых норм, направленных на оказание помощи тем слоям населения, которые в силу объективных обстоятельств нуждаются в дополнении формального равноправия равенством фактическим, так и в международной практике.11

Примером этого является Хартия Европейского союза от 7 декабря 2002 года, относящаяся к гражданам, входящим в состав этой организации. В ее третьей главе принцип равноправия, то есть равенства юридического, относящегося прежде всего к гражданам Европейского союза, устанавливается в различных проявлениях: прежде всего равенство перед законом (собственно равноправие), а также социальное равенство, обеспечиваемое независимо от принадлежности человека к той или иной социальной группе.

Расширение Европейского союза приведет и к расширению сферы действия названной Хартии. Но значение Хартии сказанным выше не ограничивается. Важно, что в нее включены нормы, устанавливающие гарантии в отношении социальных групп, находящихся в неблагоприятных условиях и потому нуждающихся в особой социальной защите. Это дети, пожилые люди и инвалиды. Здесь просматривается не только констатация равноправия, но и указание пути к установлению равенства фактического.12

В Конституции нашего государства, как представляется, эта линия не всегда выстроена достаточно четко, хотя в той или иной форме она присутствует.

Конституция Российской Федерации, устанавливая какое-либо право человека и гражданина, нередко одновременно определяет условия, при наличии которых данное право может быть реализовано. Это означает, что государство берет на себя обязательство создать необходимые условия для реализации права. В статье 37 Конституции, устанавливающей, что каждый имеет право на труд, оговорено, что это право реализуется, во-первых, в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, за вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Во-вторых, право на труд неразрывно связано с правом на отдых: «Каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск».

Статья 37 Конституции представляет интерес в том смысле, что в ней наиболее ясно очерчено соотношение прав и свобод человека и обязанности государства. Иначе говоря, право гражданина обеспечивается соответствующей обязанностью государства.13

Но обязанности государства не исчерпываются только тем, что указано в данной статье Конституции Российской Федерации. Право на труд является реализацией естественного стремления человека к жизнеобеспечению, и государство лишь содействует ему и его поощряет. Основным средством поощрения является создание таких экономических предпосылок, как расширение рынка рабочей силы и повышение производительности труда в интересах общества.

В определенных, правда, весьма ограниченных случаях, в целях наиболее полного и стабильного обеспечения прав и свобод человека и гражданина, неотъемлемой частью которого, как уже говорилось, является равноправие, государство возлагает на членов общества обязанности, суть которых – обеспечение прав посредством введения некоторых их ограничений.

Обычно такие ограничения становятся необходимыми в качестве предосторожности против наступления каких-либо вредных для общества, а тем самым и для его членов, последствий.

Практически во всех странах установлена обязанность граждан нести военную службу в соответствии с конституцией страны или ее законом. В Конституции Российской Федерации закреплено, что защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации, который несет военную службу в соответствии с федеральным законом. Естественно, что исполнение гражданином обязанностей, связанных с несением воинской службы, ограничивает его возможность реализовать некоторые права, распространяющиеся на всех других граждан. Он не имеет возможности воспользоваться правом на свободу передвижения и правом распоряжения своими способностями к труду, правом выбирать род деятельности и профессию.14

Анализируя указанные выше частные случаи ограничения прав и свобод граждан, следует обратить внимание на то, что они обусловлены необходимостью предотвратить возможность нарушения основных прав и свобод общества в целом и безопасности государства.

В самом деле, необходимость несения в нашей стране военной службы обусловлена прежде всего не внутренними обстоятельствами развития нашего общества, а существующей еще, к сожалению, внешней опасностью в силу неустроенности мирового правопорядка.15

Ограничения в связи в введением чрезвычайного положения обусловлены необходимостью обеспечить безопасность граждан и защиту конституционного строя, в частности, в связи с явлениями техногенного или природного порядка.

Повторим, что ограничения прав и свобод граждан, обусловленные указанными выше обстоятельствами, – это, во-первых, лишь средство защиты основных прав и свобод человека, а во-вторых, они всегда являются только временными, и их действие прекращается сразу же, как только угроза основным правам и свободам всех исчезает или, по крайней мере, минимизируется до такой степени, что она может быть предотвращена без принятия чрезвычайных мер.16

Несение военной службы также ограничено сроком, который установлен Федеральным законом и необходим для обеспечения участия гражданина в защите Отечества, причем оно не затрагивает иных его прав, к которым относится, прежде всего, право участвовать в управлении делами государства (ст. 32 Конституции Российской Федерации).

Ограничение прав и свобод человека в условиях чрезвычайного положения, которое, как об этом уже говорилось, может вводиться лишь при наличии обстоятельств и в порядке, установленном федеральным конституционным законом, не только ограничено сроком и пределом действия чрезвычайного положения, но и не может ограничивать права и свободы, предусмотренные ст. 20, 21, 23 (ч. 1), 24, 28, 34 (ч. 1), 40 (ч. 1), 46 – 54 Конституции Российской Федерации. Это означает, что даже в условиях чрезвычайного положения никто не может быть лишен права на жизнь, ничто не может быть основанием для умаления достоинства личности, не может быть нарушена неприкосновенность частной жизни гражданина, личная и семейная тайна, свобода совести и вероисповедания, свобода предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также иные содержащиеся в указанных выше статьях Конституции права и свободы.17

Хотя понятие равноправия человека является лишь частью понятия равенства, причем реальное равенство трудно достижимо в современных условиях, Российское государство как государство социальное всегда стремится к уменьшению разрыва между равноправием и равенством и в своей Конституции предусматривает меры, на это направленные.

В этой связи следует обратить особое внимание, например, на нормы, содержащиеся в ст. 40, 41, 69, а также в ряде иных статей Конституции.

В части 3 ст. 40, устанавливающей право каждого на жилище, предусмотрено, что жилище предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов малоимущим и иным указанным в законе гражданам. Практически аналогичная норма содержится в ст. 41 Конституции, в соответствии с которой в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения медицинская помощь гражданам оказывается бесплатно за счет средств соответствующего бюджета и других поступлений, хотя одновременно принимаются меры по развитию частной системы здравоохранения.

В этих и подобных им статьях Конституции особенно ярко проявляется социальный характер нашего государства, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие каждого, то есть на обеспечение равенства всех российских граждан.18

Норма того же порядка, но направленная не только на установление равенства прав отдельных лиц, но и целых народов, установлена ст. 69 Конституции, гарантирующей права коренных малочисленных народов.

В том же русле обеспечения равенства прав всех граждан Российской Федерации находятся и положения ст. 71 и 72 Конституции, в которых определяются предметы ведения Российской Федерации и предметы совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Например, в п. «в» ст. 71 Конституции к ведению, а тем самым и к обязанности Российской Федерации, наряду с регулированием прав и свобод человека и гражданина отнесены и «регулирование и защита прав национальных меньшинств», а в п. «б» и «м» ч. 1 ст. 72 к совместному ведению, а следовательно, и к совместной обязанности Российской Федерации и субъектов Российской Федерации отнесены защита прав национальных меньшинств и защита исконной среды обитания и традиционного образа жизни малочисленных этнических общностей. Тем самым проявлена забота о том, чтобы действие норм, распространяющихся на всех граждан России, охватило бы и лиц, принадлежащих к менее защищенной части общества.19

Следует добавить, что конституционные положения, направленные на установление равенства каждого, обеспечиваются не только на основе приведенных выше конституционных норм, но и целого ряда федеральных законов и законов субъектов Федерации, установивших адресную поддержку некоторым слоям населения и отдельным гражданам, особенно в ней нуждающимся.

Все это – свидетельство того, что обеспечение равноправия человека и гражданина не самоцель, а лишь необходимый и неизбежный в данной обстановке этап достижения равенства людей, то есть достижения одного из основных идеалов демократии в ее современном понимании.

Анализируя нормы Конституции Российской Федерации, нужно обратить внимание на то, что сформулированы они так, чтобы было невозможно злоупотребить правами и свободами человека и гражданина во вред обществу и государству. Защита принципа равноправия (например, равенства права граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти и местного самоуправления) осуществляется и посредством лишения избирательных прав той категории граждан, которая по объективным обстоятельствам либо не может их использовать, либо существует вероятность, что использование ими этих прав может нанести вред. Именно поэтому в соответствии с ч. 3 ст. 32 Конституции Российской Федерации не имеют права избирать и быть избранными граждане, признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда.20 Совершенно справедливо и то, что право собственника владеть, пользоваться и распоряжаться землей и другими природными ресурсами в соответствии с ч. 2 ст. 36 Конституции осуществляется свободно, но только при условии, «если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц».

Выше уже отмечалось, что в преамбуле Конституции Российской Федерации указано, что Конституция исходит, в частности, из общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов, что существует многонациональный народ России, соединенный общей судьбой на своей земле. Очевидно, что это положение преамбулы должно учитываться при толковании каждой статьи российской Конституции, хотя в ней и не содержится определения понятия народа, а следовательно, не может содержаться и полного определения всех его прав. Создатели действующей Конституции не ставили подобной задачи.

Из смысла и текста ст. 3 Конституции следует, что в этой статье имеются в виду не отдельные народы как этнические образования, а именно российский многонациональный народ, который включает в свой состав все народы, проживающие на территории Российской Федерации. Именно этот многонациональный народ, и только он, является носителем суверенитета и единственным источником власти. Именно этот многонациональный народ, согласно Конституции, осуществляет свою власть как непосредственно, так и через органы государственной власти и местного самоуправления.

Вместе с тем само понятие многонационального народа предопределяет, что он состоит из ряда народов – этнических общностей. Именно они имеются в виду в ст. 5 Конституции, устанавливающей, что равноправие и самоопределение народов являются одной из основ федеративного устройства страны, наряду с государственной целостностью, единством системы государственной власти, разграничением предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации.

Переходя к проблеме прав народов и их равноправия, следует прежде всего отметить, что Конституция Российской Федерации полностью отрицает возможность противопоставления национального начала в правах человека (то есть его национальности, языка, происхождения, места жительства, религии и пр.) всем иным его правам, установленным в главе 2 Конституции «Права и свободы человека и гражданина», а также во всех иных правовых актах.

В части 2 ст. 19 Конституции категорически установлено: «Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности», то есть именно по тем признакам, которые обычно входят в большинство определений понятия народа как этнической общности.21

В главе 3 Конституции «Федеративное устройство» следует обратить внимание на то, что в ряде статей этой главы иногда прямо, иногда опосредованно определяются права народа как отдельного этноса. Характерны в этом отношении нормы, содержащиеся в ст. 68 Конституции. В ее части 2 предусмотрено право республик в составе Российской Федерации «устанавливать свои государственные языки», употребляемые наряду с государственным языком Российской Федерации (русским). Из этого с определенностью следует, что в республиках в составе Российской Федерации наряду с русским народом проживают другие народы, которым республиканские органы государственной власти дают возможность использовать родной им язык и в государственно – правовых отношениях наряду с государственным языком Российской Федерации.

Включение данной нормы в Конституцию, на наш взгляд, обусловлено прежде всего тем, что наличие родного, как бы общего для данного народа языка имеет решающее значение для выделения народа в особый этнос. Значение родного языка для каждого народа настолько существенно, что Конституция Российской Федерации гарантирует всем народам, а не только тем из них, численность которых весома в республиках в составе Российской Федерации, право «на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития».22

Если норму о родном языке рассматривать в совокупности с другими конституционными нормами, устанавливающими свободу определения национальной принадлежности каждого, свободу выбора места проживания, свободу вероисповедания, выражения своих мнений и т.п., то можно с уверенностью констатировать, что российская Конституция не только не создает каких-либо препятствий утверждению национального начала в обществе, но и образует правовую базу для сохранения и развития всех народов, проживающих на территории страны. На это направлены и федеральные законы, в числе которых, например, Федеральный закон «О языках народов РСФСР» и Федеральный закон «О национально-культурной автономии».

Более того, Конституция Российской Федерации проявляет особую заботу о тех народах, которые в силу ряда объективных причин (к их числу можно отнести отдаленность их проживания от центров цивилизации, неблагоприятные для проживания природные условия и т.п.), а также причин субъективных (например, пренебрежение жизнеобеспечением коренных малочисленных народов в период интенсивной разработки на территориях их проживания нефтегазопромыслов) не имели возможности достигнуть такого же уровня жизнеобеспечения и развития, как другие народы Российской Федерации.23 Действуя в соответствии со своим назначением как социальное, государство приняло на себя обязательство гарантировать права коренных малочисленных народов в соответствии с общепризнанными принципами международного права и международными договорами Российской Федерации. В статье 69 Конституции Российской Федерации права предоставляются именно коренным малочисленным народам и только лицам, к ним принадлежащим. В соответствии с этой конституционной нормой в 1999 г. был принят Федеральный закон о гарантиях прав коренных малочисленных народов в Российской Федерации.

Бытующую иногда в некоторых юридических кругах попытку подменить проблему гарантии прав народов установлением равноправия лиц, к этим народам принадлежащих, со всеми гражданами Российской Федерации следует отвергнуть как нарушающую положения Конституции, устанавливающей гарантии именно народам как особым и весьма конкретным этническим общностям. Ведь лица, принадлежащие к коренным малочисленным народам, именно из-за принадлежности к ним и из-за проживания в регионах расселения этих народов и ведения традиционного хозяйствования не могут обеспечить себе равных с большинством россиян условий жизни. Они имеют меньше возможностей для развития, чем другие россияне. Они хуже питаются, больше болеют, продолжительность их жизни меньше, чем продолжительность жизни остальных жителей России. Слишком велико различие в стартовых возможностях лиц, принадлежащих к коренным народам, и остальных жителей России.24

Представляется, что провозглашение равноправия лиц, принадлежащих к коренным малочисленным народам, со всеми другими гражданами Российской Федерации объективно является рецидивом бытовавшей в последние годы советской власти теории отрицания прав отдельных народов и народностей, поскольку в коммунистическом обществе «национальный вопрос решен полностью и безоговорочно».25

Но поскольку Российская Федерация является государством социальным, политика которого, как это установлено в ст. 7 Конституции, направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, их положение небезнадежно. В стране во многих законах как федеральных, так и субъектов Российской Федерации установлены меры, направленные на поддержание и развитие всех народов, объективно нуждающихся в государственной поддержке.

Проблема состоит в том, достаточны ли эти меры для того, чтобы коренные малочисленные народы смогли стать равными в экономическом и других отношениях с иными населяющими Российскую Федерацию народами, а также в том, имеет ли в настоящее время наше государство достаточные для этого ресурсы.26

Провозглашенное в Конституции Российской Федерации равноправие граждан, реализуемое, в частности, в процессе формирования федеральных органов государственной власти, обусловливает и равноправие входящих в ее состав субъектов и их органов государственной власти. Неравноправие субъектов Российской Федерации означало бы, что находящиеся на территории различных субъектов Российской Федерации граждане также неравноправны, что, как это следует из всего предыдущего изложения, неминуемо вступило бы в противоречие с принципом равноправия граждан Российской Федерации – одним из основополагающих положений нашего государства как государства демократического.27

Будучи последовательной, Конституция Российской Федерации в своей ст. 5 установила, что состоящие в Российской Федерации республики, края, области, города федерального значения, автономная область, автономные округа являются равноправными в отношениях между собой и во взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти. Поскольку в силу ст. 16 Конституции никакие другие положения Конституции не могут противоречить основам конституционного строя России (а ст. 16 Конституции является одной из статей главы «Основы конституционного строя»), ничто, содержащееся в других главах Конституции, включая, отметим сразу, положения ст. 66, не может быть использовано для обоснования неравноправия субъектов Российской Федерации.

Действие принципа равноправия субъектов Российской Федерации предопределяет и равноправие образуемых ими органов государственной власти, естественно, вне зависимости от наименования субъектов (республика, край, автономная область и т.д.), размера их территории, населенности и национального состава населения и любых иных обстоятельств. Именно из такого понимания равноправия органов государственной власти субъектов Российской Федерации исходит Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», в котором установлены права, полномочия и ответственность органов государственной власти субъектов Российской Федерации – органов именно как таковых, невзирая на объективные, но не правовые различия между субъектами Федерации.28

Нередко в правовой литературе встречаются утверждения, что различия в размерах территории и населении, а также экономике и природных условиях субъектов Российской Федерации настолько велики, что субъекты не могут рассматриваться как реально равноправные и что к ним следует относиться с учетом их «асимметрии». То, что различия между субъектами действительно существуют и оказывают значительное влияние на их развитие, соответствует действительности. Но это не должно влиять на их правовое положение в государстве и их взаимоотношения с федеральными органами государственной власти в государственно – правовой сфере. «Асимметричность» субъектов Российской Федерации обязывает федеральные органы государственной власти, а также органы государственной власти субъектов Российской Федерации как органы социального государства проводить политику, обеспечивающую условия для создания достойной жизни всех российских граждан.29

Нередко возникает вопрос о значении прав, предоставляемых Конституцией Российской Федерации как бы не всем субъектам Федерации, а конкретно республикам, автономной области и автономным округам. Учитывая упомянутую выше норму, содержащуюся в ст. 5 Конституции, входящей в главу об основах конституционного строя Российской Федерации, эти права не могут истолковываться как противоречащие норме ст. 5, устанавливающей равноправие субъектов между собой и во взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти.

Нормы, содержащиеся в ст. 66 Конституции и относящиеся к республикам, краям, областям, автономной области и автономным округам, следует считать выражением уважения к их прошлому, к правовому положению, которым они обладали в соответствии с утратившими силу конституциями, действовавшими до принятия Конституции Российской Федерации. Прежде всего это относится к республикам в составе Российской Федерации, поскольку именно так они именовались в течение долгого времени их вхождения в РСФСР – одну из союзных республик в составе СССР. Учитывая историческую традицию, Конституция России также называет республики в составе Российской Федерации государствами и в отличие от других субъектов устанавливает, что в них принимаются конституции, а не уставы.

Нельзя не заметить вместе с тем, что некоторые из упомянутых выше конституционных текстов используются отдельными лицами из числа руководителей некоторых республик для обоснования права на получение республиками отдельных преимуществ. Претензии такого рода не только не имеют правового обоснования, но прямо противоречат российской Конституции, так как направлены, во-первых, на умаление прав других субъектов, то есть нарушение их равноправия, а во-вторых, также и на ограничение прав их населения, то есть опять же на нарушение равноправия российских граждан.

Лица, претендующие на наделение некоторых субъектов Федерации какими-либо преимуществами и льготами, очевидно пренебрегают закрепленными в Конституции Российской Федерации принципами равноправия субъектов Федерации, а также принципом равноправия каждого, независимо от его национальности, места проживания и других указанных в ст. 19 Конституции обстоятельств.

Исторический опыт многих федеративных государств свидетельствует, что неравноправие их субъектов обычно приводит к искажению самой сущности федерации, основой которой является именно равноправие субъектов и их отношений с федеральной властью.30

Исходя из этого, представляется очевидным, что попытки республик обосновать свою суверенность и тем самым отрицать (или создать своего рода «плацдарм» для отрицания) верховенство Российской Федерации представляют серьезную опасность для будущего нашей страны, ее независимости и целостности. Российское государство, прежде всего его федеральные органы государственной власти, обязаны обеспечить соблюдение конституционной нормы, установившей равноправие субъектов Российской Федерации.

Универсальность принципа равноправия человека и гражданина, в соответствии с которым обеспечивается равноправие народов России и субъектов Российской Федерации, нашла свое выражение и в главе 8 Конституции Российской Федерации «Местное самоуправление». Согласно статье 130 Конституции местное самоуправление осуществляется гражданами, а согласно ст. 12 Конституции (напомним, помещенной в главе «Основы конституционного строя») оно признается и гарантируется государством, хотя его органы не входят в систему органов государственной власти.

В главе «Местное самоуправление» определены вопросы ведения органов местного самоуправления и установлена их самостоятельность в принятии решений по этим вопросам. Особое положение местного самоуправления и его органов в системе власти народа подчеркивается в Конституции Российской Федерации и тем, что в ней нет ни слова о том, что могут существовать какие-либо различия в компетенции органов местного самоуправления, подобно тому, как это установлено в отношении государственной власти и ее органов в статьях 10 и 11. Из этого следует, что, с конституционной точки зрения, в стране не может быть установлено различий в объеме полномочий органов местного самоуправления, которыми они наделены Конституцией. Единственное различие может возникать только в объеме отдельных государственных полномочий, которыми органы местного самоуправления на основании ч. 2 ст. 132 Конституции могут наделяться законом.

В статье 133 Конституции содержится норма о запрете ограничения прав местного самоуправления, установленных Конституцией Российской Федерации и федеральными законами. Поскольку никакие нормативные акты в Российской Федерации не могут противоречить федеральной Конституции, представляется, что невозможно ввести какие-либо разграничения в полномочиях местного самоуправления, определенных в статьях главы Конституции о местном самоуправлении. С конституционных позиций все органы местного самоуправления равноправны друг с другом.

Но в то же время практика показывает, что реальные возможности местного самоуправления обеспечивать самостоятельное решение вопросов местного значения в городах, тем более крупных, типа областных и республиканских центров, и сельских поселениях с несколькими сотнями жителей далеко не одинаковы.

Кроме того, естественным является вопрос, все ли проблемы, в настоящее время решаемые органами местного самоуправления крупных населенных пунктов, можно относить к «местным», поскольку нередко они имеют значение общегосударственных.

Несомненно, что исходя из реальных возможностей местного самоуправления и стоящих перед его органами задач представляется целесообразным законодательно установить полномочия местного самоуправления в крупных городах (скажем, с населением свыше полумиллиона жителей), в менее крупных городах, небольших городах и городских поселениях с населением до 10 – 15 тысяч жителей, а также сельских поселениях (деревнях и аулах). Эта задача может быть решена как посредством законодательного определения перечня вопросов местного значения для каждого из перечисленных выше видов местного самоуправления, так и путем заключения договоров между соседствующими и связанными друг с другом органами местного самоуправления.

Можно попытаться найти и иной выход, но при обязательном условии строгого его соответствия положениям Конституции Российской Федерации, поскольку никоим образом не может быть нарушено действие конституционного принципа равноправия человека и гражданина.


3.1. Проблемы неравенства в отдельных отраслях российского права


В ряде решений Конституционного Суда РФ можно встретить вывод о несоответствии положений того или иного закона ч. 1 ст. 19 Конституции РФ, сформулированной предельно лаконично: «Все равны перед законом и судом». Этот безусловно справедливый принцип находит отражение и в ст. ст. 14, 26 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. Каково же содержание равенства, установленного в ч. 1 ст. 19 Конституции РФ? Подход Конституционного Суда к этому вопросу проявляется в его отдельных решениях.

Так, в Постановлении от 16 марта 1998 г. N 9-П по делу о проверке конституционности ст. 44 УПК РСФСР и ст. 123 ГПК РСФСР Конституционный Суд отмечает, что эти нормы, предоставляя председателю вышестоящего суда или его заместителю полномочие по изменению установленной подсудности уголовных и гражданских дел, фактически ставят решение этого вопроса в зависимость не от выраженной в законе воли законодателя, а от субъективного усмотрения того или иного руководителя судебного органа, поскольку, в частности, не содержат каких-либо предписаний, формально определяющих круг оснований, по которым возможна передача дела из одного суда в другой. Указанные в этих нормах цели, для достижения которых предусмотрена такая передача, практически не ограничивают усмотрение правоприменителя, поскольку допускают возможность расширительного истолкования, а следовательно, и произвольного применения оспариваемых положений.31

Как следует из содержания решения, нарушение принципа равенства всех перед законом состоит в том, что в силу неопределенности норм закона решение вопроса об изменении подсудности фактически ставится в зависимость не от выраженной в законе воли законодателя, а от субъективного усмотрения правоприменителя, которое при таких обстоятельствах оказывается практически ничем не ограниченным, что создает возможность произвольного применения закона.

Другой пример – Постановление от 15 января 1998 г. N 2-П. Оно было вынесено по делу о проверке конституционности ч. ч. 1 и 3 ст. 8 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» в связи с жалобой гражданина. Здесь Конституционный Суд исходил из того, что конституционные права и свободы гарантируются гражданам независимо от места жительства, включая наличие или отсутствие у них жилого помещения для постоянного или временного проживания. Порядок выдачи заграничного паспорта лишь по месту жительства Конституционный Суд счел дискриминирующим признаком, явно противоречащим ч. ч. 1 и 2 ст. 19 Конституции РФ, гарантирующей равенство прав и свобод человека и гражданина, в том числе независимо от места его жительства или временного пребывания.

В резолютивной части решения признаны не соответствующими ч. ч. 1 и 2 ст. 19, ч. 2 ст. 27 и ч. 3 ст. 55 Конституции РФ положения ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» в части, по существу препятствующей выдаче гражданину РФ заграничного паспорта в ином порядке при отсутствии у него регистрации по месту жительства или по месту пребывания, а также положения ч. 3 той же статьи в части, по существу препятствующей выдаче гражданину РФ, имеющему место жительства за пределами ее территории, загранпаспорта в РФ.

В Постановлении от 16 мая 1996 г. N 12-П по делу о проверке конституционности п. «г» ст. 18 Закона РФ о гражданстве Конституционный Суд указывает, что государство гарантирует всем равенство в правах и свободах, в том числе независимо от места жительства (ч. ч. 1 и 2 ст. 19 Конституции РФ). Отсюда делается вывод, что установление для лиц, состоявших в российском гражданстве по рождению, каких-либо различий в праве на гражданство в зависимости от места жительства не соответствует Конституции РФ, а все состоявшие в гражданстве РФ по рождению, независимо от времени их возвращения в Российскую Федерацию, должны пользоваться равными правами, включая равное право на гражданство.

Представляет интерес Постановление от 7 марта 1996 г. N 6-П по делу о проверке конституционности ст. 16 Закона РФ о статусе судей в РФ, которое рассматривалось в связи с жалобами ряда граждан на усложненный порядок возбуждения уголовного дела в отношении судей, что, по их мнению, противоречило ст. 17 и ч. ч. 1 и 2 ст. 19 Конституции РФ.

Конституционный Суд согласился с тем, что судейская неприкосновенность является определенным исключением из принципа равенства всех перед законом и судом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ) и по своему содержанию выходит за пределы личной неприкосновенности (ст. 22 Конституции РФ). Но в конечном итоге противоречия Конституции не было установлено, поскольку установленный п. 3 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» усложненный порядок возбуждения уголовного дела в отношении судьи выступает лишь в качестве процедурного механизма и способа обеспечения независимости судей и не означает освобождения их от уголовной или иной ответственности, а сама усложненная процедура призвана обеспечить гарантии независимости судей.

В связи с обращениями ряда граждан было рассмотрено дело о проверке конституционности ст. 124 Закона РСФСР о государственных пенсиях в РСФСР (Постановление от 16 октября 1995 г. N 11-П). Конституционный Суд установил, что в результате установленного ст. 124 Закона запрета выплачивать осужденному пенсионеру трудовую пенсию и при отсутствии в законодательстве правила о выплате его иждивенцам причитающейся им части пенсии иждивенцы пенсионера полностью теряют этот пенсионный источник средств к существованию. Тем самым устанавливается и разный объем прав для иждивенцев осужденных пенсионеров и иждивенцев всех иных категорий пенсионеров, что нарушает гарантированный государством принцип равенства прав и свобод человека и гражданина (ч. ч. 1 и 2 Конституции РФ).

В Постановлении от 6 июня 1995 г. N 7-П по делу о проверке конституционности абзаца 2 ч. 7 ст. 19 Закона РСФСР от 18 апреля 1991 г. «О милиции» Конституционный Суд указал, что реализация данной нормы по инициативе начальника может повлечь существенное безмотивное ограничение права на добровольный выход на пенсию, а также ущемление увольняемых в пенсионных правах как в части размера пенсии, так и в вопросах дальнейшей социальной защиты. Таким образом, сотрудникам милиции, увольняемым по выслуге срока службы, дающего право на пенсию, не обеспечивается равная защита закона, что противоречит ч. 1 ст. 19 Конституции РФ.

В результате рассмотрения этого дела положение абзаца 2 ч. 7 ст. 19 Закона РСФСР «О милиции» в той мере, в какой оно признается правоприменителем как допускающее увольнение по выслуге срока службы, дающего право на пенсию, по инициативе соответствующего руководителя органа внутренних дел, без согласия сотрудника и без обоснования причин, подтверждающих невозможность дальнейшего прохождения службы, которые могут быть проверены судом, сочтено не соответствующим ч. 1 ст. 19 и ч. 1 ст. 46 Конституции РФ.

В Постановлении от 23 мая 1995 г. N 6-П по делу о проверке конституционности ст. ст. 2.1 и 16 Закона РСФСР от 18 октября 1991 г. о реабилитации жертв политических репрессий положение ч. 1 ст. 2(1) этого Закона о том, что дети, находившиеся вместе с родителями в местах лишения свободы, в ссылке, высылке, на спецпоселении, признаются лишь пострадавшими от политических репрессий, а не репрессированными, признано противоречащим ч. 1 ст. 19 и ст. 52 Конституции РФ, поскольку не обеспечивает равенство всех перед законом и судом, не охраняет в равной мере с правами лиц, признаваемых жертвами политических репрессий, права потерпевших от злоупотреблений властью, не обеспечивает им доступ к правосудию и компенсацию за причиненный ущерб.

Таким образом, анализ решений Конституционного Суда позволяет выделить две основные группы случаев, когда этот Суд усматривает нарушение равенства перед законом и судом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ). К первой группе можно отнести случаи, когда рассматриваемая норма слишком неопределенна и оставляет простор произвольному усмотрению правоприменителя, что может привести к неодинаковому применению закона в отношении разных лиц при одинаковых обстоятельствах дела. Ко второй группе относятся случаи, когда в самом законе установлен или из него следует неодинаковый подход к отдельным категориям лиц, находящийся в зависимости от каких-либо обстоятельств. Заметим, что дела второй группы нарушают скорее ч. 2 ст. 19 Конституции РФ, а не ч. 1 той же статьи. Впрочем, в этой группе дел Конституционный Суд иногда указывает на нарушение ч. 2 ст. 19, но обязательно в сочетании с нарушением ч. 1 ст. 19 Конституции РФ.



4. Правовые способы преодоления неравенства


Гарантирование равенства прав и свобод граждан означает целую систему мер со стороны государства, направленную на реальное использование их гражданами, на эффективную охрану и защиту прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом, в том числе путем их судебной защиты. Целям охраны конституционного принципа равенства всех перед законом и судом служат нормы отраслевого законодательства (уголовного и административного), устанавливающие составы преступлений и административных правонарушений (проступков).32

Проверку федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, а также конституций республик, уставов, законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам исключительного ведения Российской Федерации и совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, на соответствие конституционному принципу равенства всех перед законом и судом осуществляет Конституционный Суд Российской Федерации. Так, Конституционный Суд своими решениями признал дискриминацией в трудовых правах граждан те положения трудового и административного законодательства, согласно которым возможно было по инициативе администрации предприятия (организации) увольнение с работы граждан, достигших пенсионного возраста и получивших право на получение соответствующей пенсии, равно как и тех сотрудников органов внутренних дел, которые получили право на пенсию по выслуге лет, без их согласия и желания.

Конституционный Суд со ссылкой на положения ст. 19 Конституции защитил право на сохранение жилой площади, право на получение пенсии гражданами, отбывающими наказание в виде лишения свободы, права детей граждан, репрессированных в годы тоталитаризма, на льготы, которыми обладают их родители после реабилитации, и др.

Из конституционного принципа равенства всех перед законом исходят суды общей юрисдикции, другие государственные органы, стоящие на защите прав и свобод российских граждан.

Принцип равенства всех перед законом теснейшим образом связан с равенством перед судом, ибо вся деятельность суда направлена на точное и неуклонное соблюдение закона.33 Требования Конституции и законов имеют особое значение для судей и привлекаемых к осуществлению правосудия присяжных, народных и арбитражных заседателей, которые осуществляют судебную власть и обеспечивают равную для всех судебную защиту прав и свобод.

Конституционная норма о равенстве всех перед законом и судом свидетельствует о той роли, которую Конституция придает судебной власти как наиболее эффективному средству защиты и восстановления прав и свобод в случае их нарушения.





Заключение


Принцип равенства всех перед законом и судом (принцип недискриминации) распространяется на граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства (апатридов). Вместе с тем только гражданам РФ Конституция гарантирует политические права и свободы и право иметь в частной собственности землю. Под законом в широком смысле слова в данном случае следует понимать Конституцию Российской Федерации, конституции и уставы субъектов Федерации; федеральные конституционные и федеральные законы, законы субъектов Российской Федерации. Равенство перед судом является важным дополнением равенства перед законом: суд выступает наиболее демократичным и эффективным средством защиты и восстановления прав и свобод; ограничения прав и свобод возможны лишь на основании судебного решения.

Часть 1 статьи 19 Конституции РФ соответствует положениям международных конвенций, в частности, статье 7 Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г.34, статье 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 г.,35 статье 14 и части 2 статьи 20 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г.36

Конституционный принцип равенства перед законом и судом закреплен в гражданско-процессуальном и уголовно-процессуальном законодательстве.

Неравенство перед законом допускается в целях защиты других конституционно-правовых ценностей, например, публичных интересов. Исключениями из принципа равенства перед законом и судом являются, в частности, положения о неприкосновенности Президента Российской Федерации, депутатов Государственной Думы, членов Совета Федерации Федерального Собрания РФ и судей.

Установление фактических и юридических преимуществ, льгот и привилегий посредством справедливого перераспределения доходов и дифференциации налогов и сборов в целях обеспечения принципа социальной справедливости и социального равенства является «позитивной дискриминацией», которая совместима с ценностями социальной и правовой государственности. В этой связи представляется спорным с точки зрения соблюдения принципов социальной государственности Постановление Конституционного Суда РФ от 24 января 2002 г. N 3-П, которым часть 2 статьи 170 ранее действовавшего Кодекса законов о труде Российской Федерации, не допускающая увольнение работников, имеющих детей-инвалидов или инвалидов с детства до достижения ими 18 лет и совершивших дисциплинарные проступки, признана не соответствующей части 1 и части 2 статьи 19 Конституции.

Часть 2 статьи 19 гарантирует равенство независимо от природных свойств (пол, раса, национальность) и общественных черт (языковая принадлежность, происхождение, имущественное и должностное положение, место жительства, религиозное исповедание, убеждения, партийная принадлежность, участие в общественных объединениях) человека. Конституционный перечень этих черт и свойств не является исчерпывающим, указывается возможность учета «других обстоятельств» (например, места жительства, наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания, состояния здоровья, возраста или сексуальной ориентации). Конституционный Суд РФ, усматривая в ряде своих постановлений дискриминацию тех или иных категорий физических лиц, дополняет перечень недопустимых ограничений.

Вместе с тем, как нам удалось выяснить, существуют и проблемы обеспечения как юридического, так и фактического (в значительно большей степени) равенства в РФ.


Список используемой литературы


  1. Конституция Российской Федерации (с изм. от 14.10.2005) // РГ от 25.12.1993, № 237, СЗ РФ от 17.10.2005, № 42, ст. 4212.

  2. Всеобщая Декларация прав человека. (Принята 10.12.1948 Генеральной Ассамблеей ООН) // Российская газета от 05.04.1995.

  3. Международный пакт «Об экономических, социальных и культурных правах» от 16.12.1966 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1994. – № 12.

  4. Международный пакт «О гражданских и политических правах» от 16.12.1966 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1994. – № 12.

  5. Алексеев С. С. Государство и право. – М.: Юридическая литература, 1996.

  6. Бондарь Н.С. Социальное и правовое равенство советских граждан (конституционный аспект) // Сов. государство и право. – 1984. – N 12.

  7. Бондарь Н.С. Конституционное обеспечение социального равенства в развитом социалистическом обществе // Известия Сев.-Кавказ. науч. центра высшей школы. Общественные науки. – 1984. – N 1.

  8. Бондарь Н.С. Принцип равноправия граждан в теории и практике буржуазного конституционализма // Конституция СССР и критика современного буржуазного конституционализма. – Л., 1985.

  9. Будаев К.А. Конституционные проблемы обеспечения равенства граждан при занятии должностей независимо от национальной принадлежности; учет интересов национальных меньшинств и малочисленных народов при формировании органов власти в субъектах Российской Федерации (на примере Республики Бурятия) // Национальный вопрос и государственное строительство: проблемы России и опыт зарубежных стран: Материалы науч. конф. Москва, 27-28 апреля 2000 г. / Под ред. С.А. Авакьяна. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2001.

  10. Венгеров А. Б. Теория государства и права. – М., 1994.

  11. Гибенникова О.А. Национальное равноправие как конституционный принцип обеспечения прав человека в Российской Федерации // Права человека в России: время надежд и разочарований: Материалы докладов и сообщений участников межвуз. науч.-практ. конф., посвященной 50-летию Всеобщей декларации прав человека (10 декабря 1998 г.) Ростов-на-Дону, 1998.

  12. Гомьен Д., Харрис Д., Зваак Л. Европейская конвенция о правах человека и Европейская социальная хартия: Перевод с англ. – М.: Изд-во Московского независ. ин-та междунар. права, 1998.

  13. Козюк М.Н. Правовое равенство: Автореф. дис.: канд. юрид. наук. СПб., 1996.

  14. Малько А.В., Матузов Н, Теория государства и права: Курс лекций. М.: Юристъ, – 2001.

  15. Мальцев Г.В. Социальная справедливость и право. М., 1977.

  16. Мальцев Г.В. Иллюзии равноправия (правовое неравенство в мире капитала). М., 1982.

  17. Мальцев Г.В. Проблемы юридического равенства в современной буржуазной идеологии // Проблемы государства и права в современной идеологической борьбе. М., 1983.

  18. Марченко М.Н. Проблемы теории государства и права. Учебник. – М.: Проспект, 2001.

  19. Общая теория права. Курс лекций / Под общей редакцией профессора В. К. Бабаева - Нижний Новгород, 1993.

  20. Общая теория права и государства // Под ред. Лазарева В. В. – М.: Юристъ, 1996.

  21. Основы государства и права. Учебное пособие. Под общей редакцией С. А. Комарова. – М.: Манускрипт, Русь-90, 1996.

  22. Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. Том 1. – С.-Петербург, 1909.

  23. Пиголкин А. С. Общая теория права. – М.: МГТУ им. Н. Э. Баумана, 1996.

  24. Руссо Ж.-Ж. Избр. соч.: В 3 т. – М., 1961.

  25. Серкова В.В. К вопросу о соотношении понятий равенства и равноправия // XXVI съезд КПСС и теоретические вопросы государства и права. М., 1984.

  26. Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. М. Н. Марченко. – М.: Зерцало, ТЕИС, 1996.

  27. Теория права и государства. Под ред. проф. Г. Н. Манова. Учебник для вузов. – М.: Издательство БЕК, 1995.

  28. Теория государства и права / Под ред. А. М. Васильева. – М., 1983.

  29. Фаткуллин Ф. Н. Основы теории государства и права. – М., 1995.

  30. Хропанюк В. Н. Теория государства и права. – М., 1997.








1 Конституция Российской Федерации (с изм. от 14.10.2005) // РГ от 25.12.1993, № 237, СЗ РФ от 17.10.2005, № 42, ст. 4212.

2 Руссо Ж.-Ж. Избр. соч.: В 3 т. – Т. 2. – М., 1961. – С. 23.

3 Бондарь Н.С. Социальное и правовое равенство советских граждан (конституционный аспект) // Сов. государство и право. – 1984. – N 12. – С. 43.

4 Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. Том 1. – С.-Петербург, 1909. – С. 492.

5 Венгеров А. Б. Теория государства и права. – М., 1994. – С. 268.

6 Гомьен Д., Харрис Д., Зваак Л. Европейская конвенция о правах человека и Европейская социальная хартия: Перевод с англ. – М.: Изд-во Московского независ. ин-та междунар. права, 1998. – С. 117.

7 Бондарь Н.С. Принцип равноправия граждан в теории и практике буржуазного конституционализма // Конституция СССР и критика современного буржуазного конституционализма. – Л., 1985. – С. 72.

8 Бондарь Н.С. Конституционное обеспечение социального равенства в развитом социалистическом обществе // Известия Сев.-Кавказ. науч. центра высшей школы. Общественные науки. – 1984. – N 1. – С. 26.

9 Козюк М.Н. Правовое равенство: Автореф. дис.: канд. юрид. наук. СПб., 1996. – С. 34.

10 Алексеев С. С. Государство и право. – М.: Юридическая литература, 1996. – С. 283.

11 Пиголкин А. С. Общая теория права. – М.: МГТУ им. Н. Э. Баумана, 1996. – С. 263.

12 См.: Кашкин С. Хартия Европейского союза об основных правах и право Совета Европы // Россия и Совет Европы: перспективы взаимодействия. – М., 2001. – С. 99 – 100.

13 Козюк М.Н. Правовое равенство: Автореф. дис.: канд. юрид. наук. СПб., 1996. – С. 36.

14 Хропанюк В. Н. Теория государства и права. – М., 1997. – С. 211.

15 Козюк М.Н. Правовое равенство: Автореф. дис.: канд. юрид. наук. СПб., 1996. – С. 37.

16 Общая теория права. Курс лекций / Под общей редакцией профессора В. К. Бабаева - Нижний Новгород, 1993. – С. 214.

17 Фаткуллин Ф. Н. Основы теории государства и права. – М., 1995. – С. 219.

18 Козюк М.Н. Правовое равенство: Автореф. дис.: канд. юрид. наук. СПб., 1996. – С. 38.

19 Марченко М.Н. Проблемы теории государства и права. Учебник. – М.: Проспект, 2001. – С. 195.

20 Будаев К.А. Конституционные проблемы обеспечения равенства граждан при занятии должностей независимо от национальной принадлежности; учет интересов национальных меньшинств и малочисленных народов при формировании органов власти в субъектах Российской Федерации (на примере Республики Бурятия) // Национальный вопрос и государственное строительство: проблемы России и опыт зарубежных стран: Материалы науч. конф. Москва, 27-28 апреля 2000 г. / Под ред. С.А. Авакьяна. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2001. – С. 54.

21 Малько А.В., Матузов Н, Теория государства и права: Курс лекций. М.: Юристъ – 2001. – С. 203.

22 Основы государства и права. Учебное пособие. Под общей редакцией С. А. Комарова. – М.: Манускрипт, Русь-90, 1996. – С. 182.

23 Козюк М.Н. Правовое равенство: Автореф. дис.: канд. юрид. наук. СПб., 1996. – С. 39.

24 Теория права и государства. Под ред. проф. Г. Н. Манова. Учебник для вузов. – М.: Издательство БЕК, 1995. – С. 192.

25 См.: Коммунизм и нация / Под ред. Ф.Г. Константинова. – М., 1985. – С. 5.

26 Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. М. Н. Марченко. – М.: Зерцало, ТЕИС, 1996. – С. 175.

27 Общая теория права и государства // Под ред. Лазарева В. В. – М.: Юристъ, 1996. – С. 273.

28 Гибенникова О.А. Национальное равноправие как конституционный принцип обеспечения прав человека в Российской Федерации // Права человека в России: время надежд и разочарований: Материалы докладов и сообщений участников межвуз. науч.-практ. конф., посвященной 50-летию Всеобщей декларации прав человека (10 декабря 1998 г.) Ростов-на-Дону, 1998. – С. 85.

29 Там же.

30 Теория государства и права / Под ред. А. М. Васильева. – М., 1983. – С. 254.

31 Хропанюк В. Н. Теория государства и права. – М., 1997. – С. 163.

32 Козюк М.Н. Правовое равенство: Автореф. дис.: канд. юрид. наук. СПб., 1996. – С. 58.

33 Мальцев Г.В. Социальная справедливость и право. М., 1977. – С. 18.

34 Всеобщая Декларация прав человека. (Принята 10.12.1948 Генеральной Ассамблеей ООН) // Российская газета от 05.04.1995.

35 Международный пакт «Об экономических, социальных и культурных правах» от 16.12.1966 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1994. – № 12.

36 Международный пакт «О гражданских и политических правах» от 16.12.1966 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1994. – № 12.


Случайные файлы

Файл
90438.rtf
10834-1.rtf
132488.rtf
85539.rtf
28914.rtf