Организованная преступная группа и преступное сообщество (29888)

Посмотреть архив целиком

















Курсовая работа

Уголовное право

Организованная преступная группа и преступное сообщество



Содержание


Введение

1. Организованная преступная группа и организованное преступное сообщество: Проблемы разграничения

2. Особенности образования преступных групп

3. Ответственность за организацию преступного сообщества

Заключение

Список литературы



Введение


Проблема организованной преступности является чрезвычайно актуальной. Мировое сообщество ставит ее по значимости на второе-третье место после вопросов об экономическом положении и политическом состоянии в обществе. Организованная преступность использует связи с органами власти на самом высоком уровне и все больше проникает в большую политику. Она навязывает обществу свои представления о системе ценностей и норм поведения, формирует облик героя-дельца теневой экономики и лидера уголовной среды. В арсенале средств организованной преступности не последнее место занимают терроризм, убийства по найму, разжигание межнациональных и религиозных конфликтов и т.п.

Организованная преступность стремительно вошла в жизнь российского общества. Ее возникновение и быстрый рост создали трудноразрешимые социальные, экономические, идеологические и правовые проблемы. Организованная преступность — это средоточие, клубок всех тех просчетов, недостатков, противоречий, которые были допущены в советский период и позже, в условиях реформирования российского общества. Она выступает своеобразным индикатором деятельности не только правоохранительных органов, но и жизнедеятельности государства и общества в целом.

Раскрываемые в данной работе методические основы носят рекомендательный характер самый общий характер и имеют своей целью вооружить изучающих уголовное право общими, но необходимыми знаниями об основных криминалистических чертах преступной деятельности организованных групп, о возможных способах использования следователями и оперативно-розыскными сотрудниками этой информации для раскрытия и расследования преступлений, совершенных такими группами в наиболее типовых следственных ситуациях, а также о тех главных методических задачах, которые приходится решать следователям в процессе подобной криминалистической деятельности и основных сложившихся способах их решения.

Цель курсовой работы – изучить особенности организованной преступной группы и преступного сообщества.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

1. рассмотреть особенности организованной преступной группы и организованного преступного сообщества: проблемы разграничения;

2. исследовать особенности образования преступных групп;

3. изучить ответственность за организацию преступного сообщества.

Название, структура и объем курсовой работы обусловлены актуальностью и целями исследования.

При написании курсовой работы были использованы различные источники: нормативно-правовые акты (Уголовный кодекс РФ, Уголовно-процессуальный кодекс РФ), учебная литература по курсу «Криминалистика», «Уголовный процесс»; материалы периодической печати («Вестник МГУ», «Прокурорская и следственная практика»).


1 Организованная преступная группа и организованное преступное сообщество: проблемы разграничения


Фундаментальной основой успешного противодействия организованной преступности является правильное применение норм, предусматривающих уголовную ответственность за организованные проявления преступной активности. Однако на данном этапе уголовно-правовой рычаг – ст. 210 УК РФ – почти не действует. Например, в Иркутской области практически по всем уголовным делам, возбужденным по данной статье, были вынесены оправдательные приговоры. Представляется, что одна из причин – неоднозначное понимание устойчивости и сплоченности, являющимися конструктивными признаками преступного сообщества, ответственность за организацию которого предусмотрена ст. 210 Уголовного кодекса РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным преступным сообществом, если оно совершено сплоченной организованной группой, созданной для совершения тяжких и особо тяжких преступлений. Таким образом, законодатель определяет преступное сообщество через организованную группу. Следовательно, сообществу присущи все признаки организованной группы, а это значит, что правоприменителю необходимо первоначально установить признаки организованной группы, а затем решать вопрос о наличии специфических признаков, которыми обладает преступное сообщество. В случае, если вышеуказанные признаки не найдут своего подтверждения в материалах уголовного дела, то ст. 210 УК исключается, а действия виновных квалифицируются по статьям Особенной части УК РФ, при этом всем вменяется особо квалифицирующий признак – «совершенное организованной группой».

От иных преступных групп организованную отличает ее устойчивость. Как показывает практика, установление именно этого признака вызывает проблему. В научном мире «устойчивость» также имеет неоднозначную трактовку.

Так, некоторые ученые под устойчивостью понимают длительность и стойкость преступной связи между участниками. При этом устойчивость также характеризуется наличием организатора или руководителя группы. Высказывается точка зрения, что «организатор создает группу, осуществляя подбор соучастников, распределяет роли между ними, устанавливает дисциплину, а руководитель обеспечивает целенаправленную, спланированную и сложную деятельность как группы в целом, так и каждого ее участника».0

Этой позиции придерживается и Верховный суд РФ. Например, в п.13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе», указано: «В соответствии с законом (ст.35 УК РФ) организованная группа характеризуется устойчивостью, более высокой степенью организованности, распределением ролей, наличием организатора и руководителя»0.

Приведенная позиция, несомненно, отражает тот смысл, который законодатель заложил в содержание анализируемого признак (устойчивости), однако представляется, что такая формулировка не совсем удачна. Само по себе наличие организатора и руководителя еще не говорит об устойчивости организованной группы (можно же допустить ситуацию, когда при совершении преступления в группе имелись и организатор, и руководитель, но после совершения преступления «коллектив» распался), а такая характеристика, как «стойкость связей» носит оценочный характер. В данном контексте представляется интересным взгляд профессора Р.Р. Галиакбарова, который предлагает ввести для определения устойчивости такой формализованный критерий как систематичность преступных посягательств. «Систематичность, утверждает он, – не сводиться к повторению (неоднократности) преступления. Она уже предполагает большее количество посягательств – три и более, что отражает более высокую антисоциальную направленность действий субъектов»0. Очевидно, ученый исходит из того, что большое количество преступлений, совершенных одним составом участников, является проявлением устойчивости. В то же время, наряду со систематичностью он предлагает внедрить другой показатель - длительность деятельности группы. Например, признавать группу устойчивой и в тех случаях, когда объединение создается для совершения даже одного преступления, но его осуществление требует длительной подготовки. Здесь профессор Р.Р. Галиакбаров соглашается с позицией Верховного Суда РФ: «организованная группа может быть создана и для совершения одного, но требующего тщательной подготовки нападения».0

Думается, что такая позиция является достаточно противоречивой. Предложив формализованный критерий – систематичность, профессор Р.Р. Галиакбаров, соглашаясь с мнением Верховного суда по поводу наличия организованной группы и при совершении одного, тщательно подготавливаемого преступления, сводит на нет его собственную попытку облегчить работу практиков, поскольку, возникает несколько вопросов – какое преступление считать тщательно подготовленным, а какое нет, если кому-то удалось тщательно спланировать и реализовать преступление за сравнительно небольшой промежуток времени – чем они «лучше» тех, у кого такая же по качеству подготовка заняла больше времени и т.д.

Следуя правилам формальной логики, хотелось бы изложить свое видение проблемы. Представляется, что общественная опасность организованной группы усматривается цели ее создания – постоянном осуществлении преступной деятельности. То есть, это объединение лиц, основным источником существования которых являются доходы от ее преступной деятельности. Здесь фактически речь идет не столько о систематичности преступлений, сколько об их совершении в виде промысла. Поэтому в ситуации с одним, даже пусть тщательно подготовленным преступлением, речь может идти, вероятно, все-таки о группе лиц по предварительному сговору. Однако, коль скоро промысел всегда предполагает систематичность посягательств (три и более раза), целесообразно говорить о закреплении в законе формализованного критерия – систематичность преступных посягательств как характеристику устойчивости организованной группы.

Таким образом, устойчивость, как временная характеристика организованной группы, устанавливается не только через постоянство преступной связи между участниками, наличие организатора и руководителя, распределение ролей между соучастниками и т.д., но и через систематичность совершения преступных актов.

Если конкретная следственная ситуация позволяет с уверенностью говорить о наличии признака устойчивости, следующим этапом для правоприменителя становится установление специфического признака преступного сообщества – сплоченность. Недостаточная конкретизация этого признака в законе, большое количество противоречивых мнений ученых дает право судам определять его самим в рамках конкретного уголовного дела. Например, по уголовному делу в отношении Сергеева Верховный суд РФ определил: «По смыслу закона под сплоченностью следует понимать наличие у членов организации общих целей, намерений, превращающих преступное сообщество в единое целое.

О сплоченности может свидетельствовать наличие устоявшихся связей, организационно-управленческих структур, финансовой базы, единой кассы, конспирации, иерархии подчинения, единых и жестких правил взаимоотношений и поведения с санкциями за нарушение неписаного устава сообщества».0 Верховный суд РФ в своем постановлении № 12 от 30 ноября 2000 г., указал: «Об устойчивости могут свидетельствовать, в частности, предварительное планирование преступных действий, подготовка средств реализации преступного замысла, подбор и вербовка соучастников,…, распределение ролей между ними, обеспечение мер по сокрытию преступлений, подчинение групповой дисциплине…»0 Иркутский областной суд по обвинению Р. и др. по ст. ст. 210 ч. 1, 228 ч. 4, ст. 111 ч. 3 УК РФ, счел установленными следующие обстоятельства: наличие руководителя, который посредством своих бригадиров, в подчинении каждого из которых находилось по несколько сбытчиков, наладил бесперебойный сбыт наркотического средства-героина в г. Иркутске; существование в этой группе иерархии подчинения; жесткой дисциплины и санкций за ее нарушение; обязательные правила конспирации; участники группы получали регулярно плату; доходы от преступной деятельности постоянно сдавались в единую кассу и велось что-то вроде бухгалтерии, где каждый из участников записывался под псевдонимом.0

Характеристики преступных образований, закрепленные в решении судов, весьма схожи, однако, приводят к разным выводам. Если в первом случае одни и те же признаки относят к сплоченности и речь идет о преступном сообществе, то в двух других – к устойчивости и речь уже идет об организованной группе.

Мы предпримем попытку изложить свое понимание «сплоченности». С.И. Ожегов в своем словаре указывает: «сплоченный – прочно связанный дружбой, проникнутый единодушием, взаимопониманием»0. Следовательно, сплоченность как признак преступной группы, лежит в области межличностных отношений, отражающий наибольшую степень сближенности, доверия, взаимопонимания и т.п. Можно смоделировать ситуацию. Несколько друзей, с детства живущих в одном дворе, не раз выручавших друг друга из беды, закончивших одну школу и т.д., решили встать на «преступный путь». Для этого избрали из своей среды руководителя, образовали единую кассу, распределили роли и начали совершать преступления. Говорить о наличии сплоченности в такой группе можно достаточно уверенно, а вот о том, что эта группа стала преступным сообществом – преждевременно. Исходя из вышесказанного, полагаем, что сплоченность, наряду с устойчивостью, присуща в той или иной степени и организованной группе, и преступному сообществу. Подобной точки зрения придерживается Н.П. Водько: «…эти признаки неразрывно, органически, хотя и в разном соотношении, могут присутствовать в понятиях организованной группы и преступного сообщества. Более того, вновь созданное преступное сообщество, участники которого еще не совершили других преступлений, может быть менее сплоченным, чем организованная преступная группа, участники которой совершили серию преступлений и объединены потенциальной угрозой разоблачения».0 Таким образом, «сплоченность» вполне дееспособен как признак организованных преступных формирований, но как критерий разграничения организованной группы и преступного сообщества его использовать нельзя.

С учетом вышеизложенного полагаем, что разграничение организованной преступной группы и преступного сообщества по признаку сплоченности, предложенное законодателем, несколько неудачно. Разграничение следует проводить по степени общественной опасности преступных групп. Преступное сообщество обладает характеристиками, за счет которых повышается его вредоносность и качественно отличает его от организованной группы.


2 Особенности образования преступных групп


Традиционные преступные группы, встречающиеся в современной следственной практике, бывают разных видов. Наиболее простые группы могут создаваться ситуативно под влиянием каких-то эмоциональных факторов в результате совместного времяпрепровождения. Договоренность между ее членами о совместном совершении преступления может состояться непосредственно перед его совершением. В таких группах обычно отсутствует длящаяся общая преступная цель. Указанная цель чаще бывает кратковременной. У группы, как правило, нет четких функциональных структур и разделения ролевых функций, не выделен лидер. Решения принимаются коллективно, а преступление совершается сообща. Такие преступные образования, за редким исключением, малоустойчивы и после совершения одного или нескольких преступлений распадаются. Особенно характерны такие группы для объединений несовершеннолетних, весьма редко совершающих преступления в одиночку. Это, как справедливо отмечено, своего рода извращенная тяга к социальности социально незрелых людей.

Более структурно и организационно сложна преступная группа, возникающая на фоне конкретной ситуации или по предварительному сговору о совместном совершении преступлений (особенно среди групп, успешно занимающихся преступной деятельностью и длительное время остающихся неразоблаченными.)0

Иногда такие преступные группы в криминалистической литературе называют преступными группами типа «компаний». Эти группы имеют относительно стабильный личный состав. В ней может не быть лидера, но есть руководящее ядро из наиболее криминально или социально авторитетных и активных членов.

В своей деятельности ее члены руководствуются ярко выраженной сугубо криминальной идеей и чаще всего опираются на традиционные, уголовно-профессиональные навыки, взгляды, убеждения и специфические обще криминальные способы и методы достижения преступной цели. Вышеуказанное обычно исключает наличие у таких групп коррумпированных связей, взаимодействия с органами и функционерами власти. И если такая связь возникает, то, как справедливо отмечается, она сурово осуждается членами таких групп в силу уголовных традиций или же опасений разоблачения характера своей деятельности. Однако в практике встречаются отдельные исключения из этих правил, что, тем не менее, не может быть признано характерным для традиционной групповой преступности. Указанные группы не очень устойчивы, у них чаще всего не бывает долгосрочных планов преступной деятельности. Такие группы обычно складываются из числа зрелых лиц. И лишь иногда в них состоят подростки.

Среди традиционных преступных групп наиболее сложной является организованная преступная группа, в которой четко определены ролевые функции ее членов, их строгая соподчиненность. Эти группы устойчивы, имеют лидера. В них существует четко выраженная общность криминальных целей и определенные нормы поведения членов в общении между собой. К таким группам можно отнести бандитские, мошеннические, воровские группы, группы вымогателей, контрабандистов и лиц, совершающих другие виды корыстно-насильственных преступлений.

Несмотря на свой более высокий уровень организованности, эти группы, как правило, не имеют коррумпированных связей с органами власти. Такие группы, как и члены группы предыдущего вида, во многом опираются на свои уголовно-профессиональные навыки, знания и криминальные идеи. Естественным устремлением такой группы является латентность, в силу чего ее руководство и члены не претендуют на властные функции в государственных органах, лидерство в экономике и обществе. Если же ими и устанавливаются коррумпированные связи, то в основном лишь в правоохранительных органах.

В традиционной общеуголовной групповой преступности, изначально существовавшей в советской стране, имелись организованные ее виды. В части этой преступности имелись элементы организованности. Однако отождествление этой части с организованной преступностью в современном ее понимании является определенным упрощением. Оценивая организованные формы групповой преступности, можно говорить лишь о наличии в них ряда элементов, свойственных организованной преступности как социальному явлению. Причем в различные исторические периоды развития СССР эта организованность проявлялась по-разному. Так, в период НЭПа и послевоенный период (40-50-е гг.) преступная деятельность отдельных криминальных групп более всего соответствовала признакам организованной преступности (преступные группы, осуществлявшие ложные банкротства, мошенничества в кредитно-банковской сфере, крупные хищения государственной и иной собственности? преступления, совершаемые крупными устойчивыми формированиями и т.п.)0. Стремление к организованности и профессионализации криминальной деятельности в преступной среде существовало постоянно, в течение всей истории существования преступности в СССР.

Организованная преступность в советском варианте не импортировалась с Запада, она - доморощенный феномен, результат определенных объективных закономерных процессов.

Как социально-правовое явление организованная преступность в любой стране является результатом достаточно длительного развития объективных процессов, и прежде всего в экономике, социальной сфере и идеологии.

Следовательно, организованная преступность - это социально-экономическое явление. При этом ее возникновение, было связано с развитием групповой преступности, ее определенной трансформации, что также вполне закономерно, ибо групповая преступность тогда приобретает характер организованности, когда появляются признаки экономической деятельности, то есть планомерного извлечения прибыли на основе присвоения прибавочной стоимости.

В нынешнем виде организованная преступность в стране начала, как уже было отмечено, формироваться в 60-х годах на базе легальных хозяйственных структур нашего общества (в торговле, сбытовых и заготовительных организациях, кооперации и др.). Она неразрывно связана с результатами хозяйственной деятельности командно-административной системы и особенно с порожденной ею теневой экономикой, зародившейся в указанных легальных структурах. Таким образом, наша организованная преступность в отличие от организованной преступности Западных стран зарождалась в среде легальной экономики, а не в нелегальной криминальной деятельности, как это было, например, в США.

Современная организованная преступность зародилась в результате социально-экономической политики, проводившейся в СССР и приведшей к дестабилизации и перекосам в экономике страны, росту преступлении, связанных с хозяйственной деятельностью, крупным хищениям и взяточничеству.

Вместе с этим начала действовать и расширяться значительно более сильная и скрытая от глаз теневая экономика. Дельцы этой экономики, получившие название «цеховиков»0, с целью расширения своего преступного бизнеса стали создавать свои преступные сообщества. С помощью систематических взяток и других средств в их преступную деятельность вовлекались государственные служащие, партийные и советские работники, представители правоохранительных органов. Тем самым создавалась система коррупции, обеспечившая надежную защиту деятельности этих преступных кланов от контроля и разоблачения.

В результате этого в сфере экономики страны, как отмечалось в литературе, появились преступные структуры, действующие как по вертикали, так и по горизонтали.

Накопление огромных материальных ценностей дельцами от экономики и расхитителями государственной собственности не могло не остаться незамеченным для представителей традиционной общеуголовной профессиональной преступности. Началось обворовывание, ограбление членов цеховых преступных кланов, вымогательство у них ценностей, нажитых преступным путем. При этом резко увеличилось число корыстно- насильственных преступлении, похищении люден с целью получения выкупа, появился рэкет. Все это привело к значительному росту организованности общеуголовных преступных групп и формированию мощного среза организованной преступности в общеуголовной среде.

Естественно, противостояние двух этих сфер организованной (экономической и общеуголовной) преступности не могло долго продолжаться. В результате началось сращивание дельцов «теневой»0 экономики с главарями преступных сообществ блатных, сначала в виде выплаты определенной доли от противоправных и преступных операции за гарантию безопасности, а затем - включения общеуголовных преступных групп в структуру преступных сообществ теневой экономики и превращения их в необходимое функциональное звено организованной преступности. В результате лидеры блатных сообществ стали компаньонами дельцов, начали вкладывать свои средства в преступный бизнес, а также охранять дельцов от экономики, помогать им в сбыте продукции, получать долги, устранять конкурентов, и др. Вместе с тем началась перекачка громадных денежных средств: от государства - к расхитителям, а от них - в уголовную среду. Сложилась своеобразная триада - должностные лица, дельцы от экономики и уголовники.

Ну и конечно, существование рецидивистов, специализирующихся на совершении отдельных видов преступлений, постоянный рост рецидива, свидетельствующий о наличии устойчивого и значительного контингента профессиональных преступников, «прохождение криминальных университетов» тюрьмах и лагерях миллионами наших граждан также послужили катализатором криминальных процессов, связанных с возникновением и развитием организованной преступности.

Организованная преступность не только и не столько уголовно-правовое понятие, сколько сложное социальное явление. Профессиональная же преступность - чисто уголовно-правовое явление, не обладающее политическими свойствами. По данным научных исследований и следственной практики0, в целом уже определился перечень основных черт, свойственных деятельности современных организованных преступных формирований, в частности следующих:

1) высокий уровень организации и конспирации преступной деятельности благодаря тому, что она осуществляется членами высокоорганизованного преступного сообщества с иерархичностью его построения, при котором функции исполнительские и обще- организационные не совпадают;

2) наличие коррумпированных связей в аппарате власти и управления, а также в правоохранительных органах;

3) наличие «зонта безопасности» организованных преступных групп за счет создания структур, обеспечивающих внешнюю и внутреннюю безопасность преступного сообщества (группы вооруженной охраны, боевиков, группы разведки, контрразведки, использование коррумпированных связей);

4) политизация преступной деятельности, то есть стремление членов преступных сообществ к власти или к установлению таких отношений с отдельными представителями органов власти и управления, которые позволяли бы влиять на местную финансово-хозяйственную и уголовную политику с целью расширения масштабов своей преступной деятельности и ухода от социального контроля;

5) масштабный, межрегиональный или даже международный характер преступной деятельности.При этом сферы преступной деятельности выделяются либо по территориальному признаку, либо по отраслям экономико-хозяйственной и банковско-кредитной деятельности;

6) огромный бюджет преступного сообщества;

7) корыстно-насильственная направленность преступной деятельности и ее тесная связь с «теневой экономикой»;

8) осуществление криминально-контрольных функций над легальной банковско-коммерческой деятельностью на определенной территории, а также над профессиональной преступной деятельностью нелегального характера (наркобизнес, проституция, азартные игры и пр.)

К числу же неосновных, но имеющих иногда место признаков можно отнести следующие: «отмывание» (легализация) преступно приобретенного капитала через легальные формы коммерческой и банковско-кредитной деятельности для дальнейшего его легального использования в различных целях; дерзко-насильственные способы осуществления преступной деятельности; проникновение в средства массовой информации. В криминалистике уже ряд лет объектом ее изучения являются преступная (криминальная) деятельность и криминалистическая деятельность по раскрытию, расследованию криминальной деятельности.


3 Ответственность за организацию преступного сообщества


Ответственность за организацию преступного сообщества (преступной организации) впервые предусмотрена уголовным законо­дательством России. Очевидно, что появление данной нормы в Уголовном кодексе РФ обусловлено необходимостью усиления борьбы с различными формами проявления организованной преступности. Констатация только факта наличия преступной организации представляет значительную угрозу для общества и государства. Как и любая новая норма, тем более не апробированная правоприменительной практикой, статья 210 Уголовного кодекса РФ требует теоретического осмысления и выработки единых критериев (подходов) и оценок тех или иных положений (признаков) определения преступного сообщества, предложенного законодателем. При рассмотрении объективной стороны состава преступления предусмотренного ч.1 ст. 210 УК РФ сразу возникает необходимость раскрытия, содержания таких понятий, как: преступное сообщество (преступная организация), структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации), объединение организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп.

Определение преступного сообщества (преступной организации) дано в ч. 4 ст. 35 УК РФ согласно которой "преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией) созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданным в тех же целях".

Как верно заметили Л. Гаухман и С. Максимов: "в основе понятия преступного сообщества лежит понятие организованной группы"0 под которой, согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 года "О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности": следует понимать устойчивую группу из двух или более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких преступлений. Такая группа характеризуется, как правило, высоким уровнем организованности, планированием и тщательной подготовкой преступления, распределением ролей между соучастниками и т.п."0.

Конечно преступное сообщество (преступная организация) аккумулирует и признаки, которые характерны для преступной организованной группы. От организованной группы преступное сообщество отличается двумя важными, указанными в законе признаками, к которым относится сплоченность и целевая направленность - совершение тяжких и особо тяжких преступлений. Вместе с тем в литературе наряду со сплоченностью и целью создания выделяют и другие признаки присущие преступному сообществу в отличие от организованной группы: "момент окончания, перенесенный на раннюю стадию и уголовно-правовое значение конститутивного признака состава преступления предусмотренного ст. 210 УК РФ”0.

Вне всякого сомнения, указанные признаки более полно характеризуют преступное сообщество, как одну из форм соучастия, как данность содеянного, однако, в силу своей как бы производности от первых двух признаков, они не могут учитываться на стадии отграничения организованной группы от преступной организации.

Установление такого признака, как цель совершения преступным сообществом тяжких и особо тяжких преступлений в силу его формализованности не представляет собой особых трудностей. Однако, известную сложность в силу его оценочности вызывает определение такого признака, как сплоченность преступного сообщества.

Одни авторы под сплоченностью понимают "четкость и сменность взаимодействия ее групп, подразделений, конкретных соучастников, выполняющих преступные задания организации”0. Другие рассматривают ее "как социально-психологическую характеристику преступного сообщества, отражающую общность участников в реализации преступных целей”0. Третьи считают, что "сплоченность предполагает обычно наличие в преступной организации сплоченных организационно-иерархических связей, тщательной конспирации, наличие в обороте значительных денежных средств, установление связей с правоохранительными органа­ми (коррумпированность), наличие системы защитных мер (внутренняя контрразведка), наличие охранников, боевиков и наемных убийц. Преступное сообщество, как правило, предполагает вооруженность соответствующей преступной организации новейшими видами оружия, в том числе, и зарубежного производства”0.

Четвертые отмечают, что "сплоченность сообщества обеспечивается наличием единой кассы ("общака") из взносов преступных доходов, подразделений по разведке, лоббированию, коррумпированию с конспирацией, четкими правилами взаимоотношений и санкциями за нарушение неписаных уставов сообщества, территориальными и властными притязаниями, иерархией подчинения по вертикали и взаимодействия с внешними структурами правоохраны, власти и управления по гори­зонтали”0.

Таким образом, резюмируя вышесказанное о понятии сплоченности под последней понимается в первом случае уровень (степень) взаимодействия участников преступного сообщества, во-втором социально-психологическая характеристика сообщества, в третьем и четвертом случаях установление сплоченности у соучастников посредством перечисленных тех или иных характеризующих ее признаков. Очевидно, что уровень (степень) взаимодействия конкретных соучастников отнюдь не "приземляет" оценочного понятия "сплоченность", поскольку предложенное определение по содержанию само является оценочным, не имеющим достаточно четких контуров.

Вместе с тем, чтобы мы не понимали под сплоченностью: то ли это дружная, единодушная, организованная0 деятельность или это социально-психологическая характеристика преступного сообщества с точки зрения правоприменения не суть важно, важно другое - определение тех признаков (черт, критериев), которые характеризовали бы преступную деятельность соучастников, как преступное сообщество, что собственно, и делается, как мы уже отмечали, рядом авторов.

Криминологические исследования позволяют видеть наиболее типичные признаки, относящиеся к преступному сообществу (преступной организации), примерный перечень которых можно было бы закрепить в постановлении Пленума Верховного Суда РФ, как это сделано применительно к характеристике организованной группы.

В ч. 4 ст. 35 УК РФ говорится о преступном сообществе не только как о сплоченной организованной группе (организации), но и об объединении организованных групп, созданных в тех же целях. Отнесение законодателем объединения организованных групп к одному из видов преступного сообщества обусловлено не только и не столько увеличением количественного состава (и соответственно возможностей) преступников, сколько наличием признака объединенности этих групп, что предполагает структурно-системное взаимодействие членов организованных групп, функциональное распределение долей, иерархическое взаимодействие руководителей и исполнителей, материальную связанность, круговую поруку и прочее0. Соответственно следует различать организованные группы как часть объединения (преступной организации) и группы как структурные подразделения преступного сообщества. К последним относятся группы из двух и более лиц, включая руководителя, который в рамках и в соответствии с целями преступного сообщества (преступной организации) осуществляет определенное направление его деятельности, например, подготовку преступления, подыскание места сбыта имущества добытого преступным путем или наркотических средств; обеспечение преступного сообщества транспортом или иными техническими средствами; установление связи с должностными лицами государственных органов, представителями коммерческих и других организаций для обеспечения безнаказанности преступного сообщества и совершаемых им преступных деяний, отмывания денежных средств или иного имущества, при­обретенного незаконным путем и т.п.; создание условий для сокрытия членов преступного сообщества, средств или орудий совершенных преступлений, следов преступлений, либо предметов добытых преступным путем и т.д0. Такого рода группы (структурные подразделения) могут обеспечивать разведку, связь, охрану, правовое, медицинское обеспечение и прочее.

Выделение двух видов организованных групп должно предполагать, на наш взгляд, и соответствующую реакцию законодателя на предмет ответственности руководителей этих организаций. Однако, исходя из санкций ч.1 и 2 ст. 210 УК РФ ответственность руководителя структурного подразделения далеко не адекватна руководителю организованной группы - для первого наказание предусмотрено в виде лишения свободы на срок от семи до пятнадцати лет с конфискацией имущества или без таковой, для второго же мера наказания значительно ниже: лишение свободы от трех до десяти лет с конфискацией имущества или без таковой. Вместе с тем степень общественной опасности руководители организованной группы в том или ином конкретном случае может быть не менее высока, например, обусловленная характером совершенного преступления.

Неоднозначно в литературе решается вопрос об определении количественного состава лиц, входящих в объединение организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп. Так, по мнению Л. Гаухмана и С. Максимова, это должна быть группа из двух или более указанных лиц, характеризующаяся устойчивостью и целями разработок планов и условий для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, а также направленностью на слаженную совместную деятельность представленных этими лицами организованных групп0. В свою очередь А.В. Наумов пишет следующее: "Объединение организованных групп, созданных в целях совершения тяжких и особо тяжких преступлений - это преступное сообщество, состоящее из относительно автономных устойчивых групп специально созданных в качестве его структурных подразделений или в разное время соединившихся под единым руководством. Отсюда следует, что такое объединение не может состоять из двух-трех лиц, а должно насчитывать гораздо большее количество членов (участников)”0. Однако, поскольку объединение организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп и указанные в ч. 4 ст. 35 УК РФ объединения организованных групп по существу одно и то же, то позицию Л. Гаухмана и С. Максимова следует считать правильной.

В правовой литературе имеются разночтения также и по вопросу о квалифицирующем признаке, который предусмотрен ч. 3 ст. 210 УК РФ совершение деяний ответственность за которые установлена ч. 1 или 2 этой статьи, лицом с использованием своего служебного положения. Особенность этого квалифицированного состава определяется специальным субъектом. Безусловно, к таковому относятся лица, правовое положение которых определено в примечании к ст. 285 УК РФ, то есть должностные лица, и в ч.1 примечания к ст. 201 УК РФ, то есть лица, выполняющие управленческие функции, либо организационно-распорядительские или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой или иной организации, не являющейся государственной или муниципальной.

Однако, имеется позиция, согласно которой под служебным положением понимается выполнение лицом не только должностных, управленческих функций, но также и производственно-профессиональных функций (сторож, уборщица, врач и т.п.)0. По-видимому, говоря об использовании служебного положения, как квалифицирующем признаке применительно к данному составу, следует учитывать возможности лица, являющегося членом преступного сообщества и выполняющего определенные служебные функции.

Вряд ли уборщица или врач, используя свои профессиональные обязанности (функции) смогут оказать существенное содействие или играть особую роль в организации и деятельности преступного сообщества (преступной организации). Совсем другое дело, когда такого рода преступные действия совершает должностное лицо либо лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации.


Заключение


Преступления, совершаемые группой преступников, всегда представляли большую общественную опасность, нежели аналогичные деяния, совершаемые отдельными индивидами. В первом случае в преступную деятельность одновременно вовлекается несколько (иногда значительное число) лиц, что вносит определенную специфику в механизм и иные составляющие криминальной деятельности, а главное, влечет за собой, как правило, наступление более тяжких последствий. И это вполне закономерно.

Любая преступная группа как одна из разновидностей малых социальных групп людей не является простым (механическим) сложением некоего числа индивидов, совместно совершающих преступления. Каждая преступная группа, с точки зрения психологии и социологической теории «малых групп», объединяя на основе совместного осуществления общественно опасной деятельности нескольких человек с явным стремлением к достижению преступной цели, с той или иной степенью организованности, фактически превращается в единый субъект криминальной деятельности. В таком коллективном субъекте преступления появляются новые, не свойственные отдельному преступному индивиду свойства, цели, возможности и пр.

В преступном действии, совершаемом группой лиц, происходит объединение индивидуальных способностей, общих и специальных знаний, умений, профессиональных навыков (особенно преступных), и др. Весьма существенно, что со временем происходит разделение преступного труда (с учетом состава группы это разделение может быть и профессиональным).

В этой связи нельзя не согласится с мнением о том, что даже в простейшем виде групповое действие нельзя рассматривать как простое механическое сложение действии отдельных субъектов. Соответственно, независимо от особенностей отдельных видов групповых преступлений (кража, грабежи, разбойные нападения, мошенничество, угоны автомобилей и др.) членами таких групп (в условиях разделения преступного труда) используются более продуманные, подготовленные и опасные способы совершения и сокрытия совместных преступных акций, коллективно выбирается или готовится соответствующая благоприятная для преступной деятельности обстановка. Вследствие чего создаются условия для оптимального достижения конечных криминальных целей, часто недоступных одному индивиду. Особенно тщательно продумываются, совершаются и скрываются групповые преступления в сфере экономики.

Современная организованная преступность зародилась в результате социально-экономической политики, проводившейся в СССР и приведшей к дестабилизации и перекосам в экономике страны, росту преступлении, связанных с хозяйственной деятельностью, крупным хищениям и взяточничеству. Организованная преступность не только и не столько уголовно-правовое понятие, сколько сложное социальное явление. Профессиональная же преступность - чисто уголовно-правовое явление, не обладающее политическими свойствами.

Ответственность за организацию преступного сообщества (преступной организации) впервые предусмотрена уголовным законодательством России. Очевидно, что появление данной нормы в Уголовном кодексе РФ обусловлено необходимостью усиления борьбы с различными формами проявления организованной преступности. Констатация только факта наличия преступной организации представляет значительную угрозу для общества и государства.


Список литературы


  1. Уголовный кодекс Российской Федерации.

  2. Уголовный кодекс Российской Федерации. Постатейный комментарий. М., 2007. С.76.

  3. Уголовный кодекс Российской Федерации (Постатейный комментарий) / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой и Г.М. Миньковского. М., 2007. С. 77.

  4. О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997г. № 1// Бюл. Верховного Суда РФ. 2007. № 3. С. 2

  5. Определение Верховного суда РФ от 30 декабря 1999 г. По уголовному делу по обвинению Сергеева по ч. 2 ст. 210 и ч. 4 ст. 228 УК РФ.

  6. Постановление Пленума Верховного Суда СССР № 12 от 30 ноября 2000 г.

  7. Архив Иркутского областного суда.

  8. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995 г. № 9. С.14.

  9. Водько Н. П. Уголовно-правовая борьба с организованной преступностью. М., 2000. С. 22

  10. Гаухман Л., Максимов С. Указ. соч. С. 13.

  11. Гаухман Л. Д., Максимов С. В. Уголовная ответственность за организацию преступного сообщества. М., 2007. С. 9.

  12. Галиакбаров Р.Р. Квалификация преступлений по признаку их совершения организованной группой// Рос. юстиция. 2000. № 4. С. 47–50.

  13. Гуров А.И. “Организованная преступность - не миф, а реальность”. Москва, 12002

  14. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. М., 2007. С. 71.

  15. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. В.И. Радченко. М., 2006. С. 39.

  16. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.И. Бойко. Ростов-на-Дону, 2006. С. 451-452.

  17. Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М., 2006. С. 302

  18. Новое уголовное право России. Общая часть. Учебное пособие /Под ред. Н.Ф. Кузнецовой. М., 1996. С. 59 ; Криминология. М., 2004. С. 292-311.

  19. Ожегов С. И. Указ. соч. С. 772.

  20. Организованная преступность. Проблемы, дискуссии, предложения. "Круглый стол" / Отв. ред. А.И. Долгова, С.В. Дьяков. М., 1999. С. 16-17;

  21. Основы борьбы с организованной преступностью / Под ред. В.С. Овчинского, В.Е. Эминова, Н.П. Яблокова. М., 2006.

  22. Основы борьбы с организованной преступностью. Монография / Под ред. В.С. Овчинского, В.Е. Эминова, Н.П. Яблокова — М.: «ИНРА-М», 2006


0 Гаухман Л.Д., Максимов С. В. Уголовная ответственность за организацию преступного сообщества. М., 2007. С. 9.

0 Бюллетень Верховного Суда РФ. № 4. С. 7.

0 Галиакбаров Р.Р. Квалификация преступлений по признаку их совершения организованной группой// Рос. юстиция. 2004. № 4. С. 47–50.

0 О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997г. № 1// Бюл. Верховного Суда РФ. 1997. № 3. С. 2

0 Определение Верховного суда РФ от 30 декабря 1999 г. По уголовному делу по обвинению Сергеева по ч. 2 ст. 210 и ч. 4 ст. 228 УК РФ.

0 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 12 от 30 ноября 2000 г.

0 Архив Иркутского областного суда.

0 Ожегов С. И. Указ. соч. С. 772.

0 Водько Н.П. Уголовно-правовая борьба с организованной преступностью. М., 2000. С. 22

0 Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М., 2006. С. 302

0 Гуров А.И. “Организованная преступность - не миф, а реальность”. Москва, 2002

0 Основы борьбы с организованной преступностью. Монография / Под ред. В.С. Овчинского, В.Е. Эминова, Н.П. Яблокова — М.: «ИНРА-М», 2006

0 Основы борьбы с организованной преступностью. Монография / Под ред. В.С. Овчинского, В.Е. Эминова, Н.П. Яблокова — М.: «ИНРА-М», 2006

0 Гаухман Л., Максимов С. Ответственность за организацию преступного сообщества // Законность. 2007. № 2. С.13

0 Гаухман Л., Максимов С. Ответственность за организацию преступного сообщества // Законность. 2007. № 2. С.13

0 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995 г. № 9. С.14.

0 Гаухман Л., Максимов С. Указ. соч. С. 13.

0 Уголовный кодекс Российской Федерации (Постатейный комментарий) / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой и Г.М. Миньковского. М., 2007. С. 77.

0 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. М., 2007. С. 71.

0 Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М., 2006. С. 302 ; Организованная преступность. Проблемы, дискуссии, предложения. "Круглый стол" / Отв. ред. А.И. Долгова, С.В. Дьяков. М., 1999. С. 16-17; Основы борьбы с организованной преступностью / Под ред. В.С. Овчинского, В.Е. Эминова, Н.П. Яблокова. М., 2006.

0 Новое уголовное право России. Общая часть. Учебное пособие /Под ред. Н.Ф. Кузнецовой. М., 2006. С. 59 ; Криминология. М., 2004. С. 292-311.

0 Этимологически "сплоченный" интерпретируется, как "дружный, единодушный, организованный".: Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1999. С. 754.

0 Уголовный кодекс Российской Федерации. Постатейный комментарий. М., 2007. С.76.

0 Гаухман Л., Максимов С. Указ. соч. С.15.

0 Гаухман Л., Максимов С. Указ. соч. С.15.

0 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. В.И. Радченко. М., 2006. С. 39.

0 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.И. Бойко. Ростов-на-Дону, 2006. С. 451-452.