Основы психолого-педагогической коррекции (130156)

Посмотреть архив целиком

  • Определение психологической коррекции


    Психокоррекция – это система мероприятий, направленных на исправление недостатков психологии или поведения человека с помощью специальных средств психологического воздействия.

    Психокоррекции подлежат недостатки, не имеющие органической основы и не представляющие собой такие устойчивые качества, которые формируются довольно рано и в дальнейшем практически не изменяются.


    2. История возникновения психолого-педагогической коррекции


    Психокоррекция возникла в рамках специализации психологии и дефектологии. Первый период – описательный, связан с описанием медицинских наук и педагогических вопросов коррекции аномального развития. Э. Сеген предложил комплексный подход к воспитанию умственно отсталых детей и описал оригинальные методы коррекции и диагностики перцептивного и умственного развития детей (методика «Доска Сегена»). Пётр Трошин предложил оригинальные методы диагностики и психокоррекционных воздействий, направленных на изучение перцептивных, мнемических, познавательных процессов.

    Второй период – этап возникновения теории и практики психокоррекции. Психокоррекция на этом этапе тесно связана с внедрением экспериментально-психологических методов в систему психологических исследований; появляются методы коррекционной работы. Этот этап связан с именем М. Монтесори. Она разработала коррекционные материалы, направленные на развитие познавательных (сенсомоторных) процессов ребёнка. Центральным звеном её теории является «концепция сензитивных периодов развития ребёнка».

    А.Н. Граборов разработал систему коррекционных занятий по развитию памяти, произвольного движения. В.П. Кащенко – методы педагогической коррекции, направленные на коррекцию трудного поведения детей.

    Третий период связан с именем Л.С. Выготского, который создал единую концепцию аномального развития, наметил основные направления коррекции и заложил методологические понятия психокоррекции как самостоятельного направления. Также разрабатывались психодиагностические и коррекционные процедуры к другим категориям детей (дети с нарушением речи, зрения, слуха).

    Четвёртый период связан с интенсивным формированием практической психологии. В это время создаются системы психологической помощи конкретным группам детей с конкретными дефектами; вводится должность практического психолога в специальных и учебных учреждениях.


    3. Отличие психологической коррекции от других видов психологической помощи


    Психологическая помощь включает в себя: психодиагностику, психокоррекцию, психотерапию, психологическое консультирование, профориентацию и др.

    По мнению Р.С. Немова, разница между понятиями «психотерапия» и «психокоррекция» состоит в следующем:

    психотерапия – это система медико-психологических средств, применяемых врачом для лечения различных заболеваний,

    психокоррекция – совокупность психологических приемов, используемых психологом для исправления недостатков психологии или поведения психически здорового человека.

    Термин «коррекция» буквально означает «исправление».

    Психокоррекция – это система мероприятий, направленных на исправление недостатков психологии или поведения человека с помощью специальных средств психологического воздействия.

    Психокоррекции подлежат недостатки, не имеющие органической основы и не представляющие собой такие устойчивые качества, которые формируются довольно рано и в дальнейшем практически не изменяются.

    Выделяют специфические черты психокоррекционного процесса, отличающие его от психотерапии.

    Психокоррекция ориентирована на клинически здоровую личность людей, имеющих в повседневной жизни психологические трудности, проблемы, жалобы невротического характера, а также на людей, чувствующих себя хорошо, однако желающих изменить свою жизнь либо ставящих перед собой цель развития личности.

    Коррекция ориентируется на здоровые стороны личности независимо от степени нарушения.

    В психокоррекции чаще ориентируются на настоящее и будущее клиентов.

    Психокоррекция обычно ориентируется на среднесрочную помощь (в отличие от краткосрочной – до 15 встреч – помощи при консультировании и долгосрочной – до нескольких лет – помощи при психотерапии).

    В психокоррекции акцентируется ценностный вклад психолога, хотя отклоняется навязывание определенных ценностей клиенту.

    Психокоррекционные воздействия направлены на изменение поведения и развитие личности клиента.

    Различие между психотерапией и психокоррекцией заключается в том, что психотерапия имеет дело с различного рода нарушениями у людей, страдающих различными видами соматических или психических заболеваний (расстройств). Многие аномалии психики и поведения людей, которые проявляются в заболеваниях, похожи на те, с которыми имеет дело психолог, занимающийся психокоррекцией. Однако людей, обращающихся за помощью к психотерапевту, обычно называют больными или пациентами, а тех, кто нуждается только в коррекционной помощи, именуют клиентами.



    4. Элементы психокоррекционной ситуации


    Несмотря на различие в теориях, целях, процедурах и формах коррекционной работы, психологическое воздействие сводится к тому, что один человек пытается помочь другому.

    Коррекционная ситуация включает в себя 5 основных элементов:

    1. Человек, который страдает и ищет облегчения своей проблемы. Человек, который имеет целый ряд проблем различного рода и нуждается в психологической помощи, в психокоррекции, – это клиент.

    2. Человек, который помогает и благодаря обучению или опыту воспринимается как способный оказывать помощь, – это психолог, психокорректор.

    3. Теория которая используется для объяснения проблем клиента. Психологическая теория включает психодинамику, принципы научения и другие психические факторы.

    4. Набор процедур (техник, методов), используемых для решения проблем клиента. Эти процедуры непосредственно связаны с теорией.

    5. Специальные социальные отношения между клиентом и психологом, которые помогают облегчить проблемы клиента.

    Психолог должен стремиться к созданию такой атмосферы, которая позволяет клиенту с оптимизмом смотреть на решение своих проблем. Такое специальное отношение является фактором, характерным для всех форм воздействия.


    5. Основные принципы психологической коррекции


    1. Принцип единства диагностики и коррекции – отражает целостность процесса оказания психологической помощи как особого вида практической деятельности психолога. Подробно рассмотренный в трудах Д.Б. Эльконина, И.В. Дубровиной и др., этот принцип является основополагающим всей коррекционной работы, так как эффективность коррекционной работы на 90% зависит от комплексности, тщательности и глубины предшествующей диагностической работы.

    2. Принцип нормативности развития. Нормативность развития следует понимать как последовательность сменяющих друг друга возрастов, возрастных стадий онтогенетического развития. Кроме понятия «возрастная норма» психологу приходится встречаться с понятием «индивидуальная норма», которая позволяет наметить в пределах возрастной нормы развития программу оптимизации развития для каждого конкретного клиента с учетом его индивидуальности и самостоятельного пути развития.

    3. Принцип коррекции «сверху вниз». Данный принцип, выдвинутый Л.С. Выготским, раскрывает направленность коррекционной работы. В центре внимания психолога стоит завтрашний день развития, а основным содержанием коррекционной деятельности является создание «зоны ближайшего развития» для клиента (у Л.С. Выготского такими клиентами выступали дети). Коррекция по принципу «сверху вниз» носит опережающий характер и строится как психологическая деятельность, нацеленная на своевременное формирование психологических новообразований.

    4. Принцип коррекции «снизу вверх». При реализации этого принципа в качестве основного содержания коррекционной работы рассматриваются упражнение и тренировка уже имеющихся психологических способностей. Этот принцип реализуется в основном сторонниками поведенческого подхода. В их понимании коррекция поведения должна строиться как подкрепление (положительное или отрицательное) уже имеющихся шаблонов поведения с целью закрепления социально-желательного поведения и торможения социально-нежелательного поведения. Таким образом, главной задачей коррекции «снизу вверх» становится вызывание любыми способами заданной модели поведения и ее немедленное подкрепление. В центре коррекции – наличный уровень психического развития, понимаемого как процесс усложнения, модификации поведения, комбинации реакций из уже имеющегося поведенческого репертуара.

    5. Принцип системности развития психической деятельности. Этот принцип задает необходимость учета в коррекционной работе профилактических и развивающих задач. Системность этих задач отражает взаимосвязанность различных сторон личности и гетерохронность (т.е. неравномерность) их развития. Реализация принципа системности развития в коррекционной работе обеспечивает направленность на устранение причин и источников отклонения в психическом развитии. Успех такого пути коррекции базируется на результатах диагностического обследования, итогом которого становится представление системы причинно-следственных связей и иерархии отношений между симптомами и их причинами.

    6. Деятельностный принцип коррекции. Согласно данному принципу основным направлением коррекционной работы является целенаправленное формирование обобщенных способов ориентировки клиента в различных сферах предметной деятельности, межличностных взаимодействий, в конечном счёте в социальной ситуации развития. Сама коррекционная работа строится не как простая тренировка навыков и умений, а как целостная осмысленная деятельность, естественно и органически вписывающаяся в систему повседневных жизненных отношений клиента.


    6. Требования к готовности психолога к психокоррекционному воздействию


    Основные компоненты профессиональной готовности к коррекцнонному воздействию

    Теоретический компонент: знание теоретических основ коррекционной работы, способов коррекции и т.д.

    Практический компонент: владение конкретными методами и методиками коррекции.

    Личностная готовность: психологическая проработанность у психолога собственных проблем в тех сферах, которые он предполагает корректировать у клиента.

    Психолог, самостоятельно осуществляющий коррекционную работу, должен иметь базовую фундаментальную подготовку в области психологии и специальную подготовку в области конкретных методов коррекционного воздействия.

    Теоретический компонент предполагает: знание общих закономерностей психического развития в онтогенезе; знание периодизации психического развития; знание проблемы соотношения обучения и развития; представление об основных теориях, моделях и типах личности; знание о социально-психологических особенностях группы; знание условий, обеспечивающих личностный рост и творческое развитие.

    В общей профессиональной подготовке возможны три основных подхода: приверженность одной теории, одному подходу; эклектизм – приверженность многим подходам; общий континуальный подход.

    Приверженность одному подходу позволяет глубже проникнуть в предмет, получить исчерпывающие знания теории и практики, но в то же время накладывает определенные ограничения, связанные как раз с возможностями одного подхода, одного метода.

    Эклектизм ведет к тому, что специалист знает кое-что выборочно из различных теорий и практик. Работа такого специалиста может быть эффективной (особенно на начальных этапах), однако скоро он столкнется с недостатками поверхностной подготовки, с отсутствием основных, стержневых, базовых представлений.

    Общий континуальный подход – это профессиональный подход, при котором специалист первоначально является последователем одной теории и изучает все, что известно в данной области, а затем, приобретя профессиональный фундамент и профессиональный опыт, начинает выходить за пределы базовой для него теории. Такой профессионал может использовать концептуальные представления одних теорий, а техники и практические подходы – других.

    Практический компонент подготовки заключается в овладении конкретными методами и методиками коррекции. Глубокое овладение конкретными методами и методиками позволяет избежать как непрофессионализма, так и профессиональной деформации личности.

    Личностная готовность к коррекционной работе.

    Если психолог аффективен, он не может продуктивно работать с клиентами, имеющими проблемы аффективной сферы, корректировать до тех пор, пока не выяснит причины и особенности собственной эффективности.

    Если психолог обладает слабыми волевыми усилиями, его коррекция волевой активности детей будет носить формальный характер.

    Если взрослый чувствует себя нелюбимым и одиноким, ему будет трудно воспитать счастливых и любящих детей.

    Личностная неподготовленность может проявиться в виде психологических барьеров к требованиям коррекционного общения. Если психолога в детстве строго наказывали или наказывали физически и он пережил травму личного унижения, то коррекционное требование – не унижать клиента (ребенка), которого также наказывают физически и который находится в состоянии депрессии, таким психологом может игнорироваться. Взрослый может считать это требование необязательным: меня били в детстве, а я вырос достойным человеком. В результате между психологом и клиентом возникает эмоциональный резонанс.

    Аналогичные эмоциональные состояния у психолога и клиента (например, стрессовая реакция в сходных ситуациях) могут усиливать друг друга и мешать коррекционному процессу.

    Особенности личностных проблем, эмоционально-волевого склада взрослого репродуцируются в возрастающих объемах в личности ребенка. Происходит навязывание ребенку, воспроизведение уже им самим стереотипов взрослого.

    Личностная готовность осуществлять коррекцию предполагает наличие у взрослого потребности идти не от себя, а от ребенка и его проблем.

    Может существовать вариант центрации на модели личности, когда коррекционное воздействие осуществляется после соотнесения особенностей переживания и поведения ребенка с определенным образцом (возрастным, половым, культурным, национальным и т.д.). В данном случае взрослый займет как бы нейтральную позицию по отношению к содержанию образца, но способы воздействия опять же будут зависеть от особенности его личности. В процессе естественного общения взрослого и ребенка должна постоянно осуществляться взаимокоррекция, т.е. взрослый должен проявлять гибкость, непредвзято относиться к реакциям ребенка в процессе взаимодействия и постоянно предлагать ему разнообразные варианты реагирования, проводить работу над собой.


    7. Понятие психологической этики. Этический кодекс психолога


    Границы профессиональной компетентности

    Психологи и психотерапевты занимаются профессиональной деятельностью только в границах своей компетентности, которая определяется образованием, формами повышения квалификации и соответствующим профессиональным опытом.

    Запрет на «двойные отношения»

    (Двойными называются те отношения, в которых психолог, кроме профессиональной, выступает еще в какой-либо роли по отношению к клиенту).

    Психологи предпочитают не вступать в контакт с клиентами за пределами профессиональных отношений, в том числе и после окончания терапии, поскольку подобные контакты могут нанести вред клиенту.

    В ситуациях, когда психолог не может избежать внепрофессиональных отношений с клиентом, он должен учитывать силу своего влияния и минимизировать вред, причиняемый внепрофессиональными отношениями.

    Психологи не берут к себе в качестве клиентов тех, с кем находились или находятся в сексуальных, родственных или иных близких отношениях (Муж/ жена, друзья, хорошие знакомые, соседи и др.).

    Этические аспекты оплаты услуг психолога, психотерапевта

    Стоимость консультации психолог устанавливает самостоятельно и информирует о ней во время первого контакта с клиентом.

    Психологи воздерживаются от получения подарков и других услуг от клиентов.

    Уважение личности и суверенитета клиента

    Психолог и психотерапевт уважает личность и суверенитет клиента. В отношении клиента недопустима дискриминация на основе его возраста, пола, национальности, вероисповедания, сексуальной ориентации, того или иного физического или психического расстройства, языка, социо-экономического статуса или иного отличительного признака.

    Правило конфиденциальности

    Психолог обязан обеспечить неприкосновенность информации, сообщаемой клиентом, и не имеет права разглашать ее без согласия самого клиента, за исключением случаев, когда разглашение информации способно предотвратить серьезную угрозу жизни и здоровью самого клиента или другого человека.

    Во время научного или профессионального обсуждения (супервизии) психологи – консультанты и психотерапевты должны устранить или изменить информацию, которая могла бы привести к идентификации клиента со стороны третьих лиц.

    Обсуждение информации, полученной от клиентов, допустимо в соответствии с научными или профессиональными задачами и только с теми лицами, кто ясно представляет границы обсуждения этой информации.

    Использование материалов работы с клиентом в публикациях или научных выступлениях допустимо только с согласия клиента и устранения из текста любых признаков, по которым личность клиента могла бы быть идентифицирована другими людьми.

    Правило «Не навреди»

    В своей профессиональной деятельности психолог и психотерапевт исходит из интересов клиента.

    Психолог должен осознавать степень влияния своих личных проблем на эффективность работы с клиентом. В случае если личная проблема психолога совпадает с проблемой клиента и является препятствием в работе, психолог обращается к коллеге за супервизией.

    Если личная проблема психолога становится непреодолимым препятствием и ограничивает его трудоспособность, психолог решает вопрос о прекращении работы с данным клиентом и передаче его другому психологу-консультанту или психотерапевту.

    Этические аспекты начала психотерапии

    Психолог начинает работу с клиентом только при условии его информирования. Информирование подразумевает, что клиент обращается за помощью к психологу по собственной воле и без нажима со стороны, понимает суть происходящего и осведомлен о возможных последствиях предстоящей работы.
    Если клиент не может дать осознанного согласия, психологи получают согласие от тех людей, которые, в соответствии с законом, несут за него ответственность.

    В случае, если клиент не имеет совсем или имеет искаженное представление о специфике предстоящей работы, психолог в доступной для клиента форме проясняет необходимые вопросы, а так же информирует клиента о возможных последствиях предстоящей работы.

    При выяснении запроса клиента и определения целей работы психолог не поддерживает нереалистических целей клиента и не дает ему гарантий результата, достижение которого невозможно.

    Вне зависимости от того, кто оплачивает психотерапию, терапия проводится только в интересах клиента.

    Этические аспекты прекращения психотерапии

    Психолог прекращает работу с клиентом, когда становится ясно, что клиент не нуждается больше в его услугах.

    Психолог обязан заранее информировать клиента о прекращении или перерывах в работе. Перед прекращением терапии психолога выясняет актуальное состояние клиента и проводит соответствующую подготовку по завершению работы.

    Если продолжение работы психолога невозможно вследствие непреодолимых обстоятельств (переезд, состояние здоровья, потеря работоспособности и т.д.), он предпринимает необходимые действия для перехода клиента к другому специалисту.


    8. Особенности разглашения психологической информации


    Обеспечение тайны результатов обследования. Вопрос, возникающий в особенности в связи с использованием личностных тестов, касается посягательства на тайну личности. Для эффективности обследования, может быть, необходимо держать испытуемого в неведении относительно специфических способов, которыми должны интерпретироваться его ответы на любой тест. Однако личность не должна подвергаться какому-либо обследованию обманным путем. В этой связи первостепенное значение имеет обязательное ясное понимание испытуемым способов и целей использования его диагностических результатов. Таким образом, любые методы психологического исследования, а не только тесты таят в себе возможность проникновения в тайну личности. Какова бы ни была цель обследования, сохранение тайны личности, по мнению А. Анастази, включает два ключевых понятия: релевантность и информированное согласие. Информация, которую предоставляет индивид, должна соответствовать цели диагностирования. Важность этого принципа состоит в том, что все практические усилия должны быть направлены на установление валидности методики для конкретной диагностической или прогностической цели, с которой он применяется. Понятие «информированное согласие» нуждается в следующем пояснении. Обследуемый должен быть, конечно, осведомлен о цели обследования и характере возможных данных, которые могут быть получены, а также о дальнейшем способе их употребления. Однако ему не могут быть показаны образец теста или бланк протокола, так как такая информация обычно делает тест недействительным, лишает его силы. Диагностические процедуры и экспериментальные планы, которые охраняют право индивида отказываться от участия в обследовании и, следовательно, защищают тайну его личности, осложняют работу психолога и повышают требования к его квалификации. При правильных взаимоотношениях и взаимном уважении психолога и обследуемого число отказов от участия в диагностировании может быть сведено к незначительной величине.

    Конфиденциальность. Основной вопрос ставится так: «Кто будет иметь доступ к диагностическим результатам?» С одной стороны, существует необходимость неразглашения содержания теста и опасность неверного понимания тестовых оценок, с другой – объективная необходимость для разных лиц знать результаты тестирования. В настоящее время усилилось осознавание индивидом собственного права иметь доступ к результатам своего обследования. Должны быть соблюдены соответствующие меры предосторожности, направленные против неправильного использования и неверной интерпретации диагностических результатов. Один из этических вопросов конфиденциальности обследования школьников состоит в том, сообщать ли родителям ученика результаты тестирования, но исследователи чаще всего приходят к мысли, что важнее определить, как это делать.

    Если обследование проводится в учреждении, например в школе, суде или при оформлении на работу, индивид должен быть заранее проинформирован о его целях, о том, как будут использоваться его результаты, и об их доступности тем лицам, кто в них заинтересован. Разные ситуации возникают, когда диагностические результаты запрашиваются людьми, например, в тех случаях, когда будущий наниматель или колледж просят предоставить им данные тестового обследования индивида, проведенные в школе. В таких случаях требуется получить согласие индивида на передачу данных. Это же относится и к обследованию в клинике или консультации, а также к тестированию, осуществленному с исследовательскими целями. Другая проблема относится к сохранению диагностических данных в учреждениях. С одной стороны, данные об индивидах, получаемые и сохраняемые в течение длительного времени, могут быть очень полезными не только для исследовательских целей, но и для правильного понимания и консультирования самого индивида. Однако их ценность предполагает правильное использование и правильную интерпретацию. В случаях, когда данные получены либо для длительного использования в интересах индивида, либо для научных целей, для предотвращения неправильного их применения необходимо, чтобы доступ к ним находился под чрезвычайно строгим контролем.

    Сообщение результатов обследования. Психологи много размышляют о том, как сообщать результаты обследования в форме содержательной и пригодной для использования. Ясно, что информацию нельзя передавать в том виде, в каком она получена. Ее нужно сопровождать объяснениями психологов-профессионалов. Например, когда родителям сообщают тестовые оценки их детей, рекомендуется устроить общее собрание, на котором консультант или школьный психолог объяснит цель и характер выводов, которые целесообразно сделать на основе полученных результатов, и границы использования данных. Затем можно раздать родителям письменные сведения об их детях и дать объяснения на конкретном примере, для какого-либо родителя, позволившего это сделать. Независимо от того, в каком виде сообщаются тестовые данные, важное условие заключается в том, чтобы предоставить их с помощью описания уровней выполнения, а не только в числовой форме. Особенно существенно соблюдать это условие для тестов интеллекта, которые интерпретируются неверно чаще, чем тесты достижений. При сообщении результатов учителям, школьным администраторам, нанимателям рабочей силы и другим лицам следует соблюдать такие же предосторожности. Сообщения об уровне выполнения и качественные описания, сделанные простым языком, предпочтительнее специфических числовых данных, за исключением тех случаев, когда результаты теста сообщаются опытному, хорошо подготовленному психологу-профессионалу. При сообщении результатов любых диагностических методов желательно принимать во внимание характеристики, особенности того человека, кому передается информация. Это касается не только его образовательного уровня и знаний по психологии и тестологии, но также и его ожидаемой эмоциональной реакции на информацию. Если речь идет о родителях или учителях, например, то их эмоциональные конфликты с ребенком могут препятствовать спокойному и рассудительному восприятию фактической информации о ребенке. Последняя, но не менее важная проблема касается сообщения результатов обследования самому индивиду, будь, то ребенок или взрослый. В этом случае, как и при сообщении, данных третьему лицу, применимы те же самые меры предосторожности против неправильной интерпретации. Однако здесь особенно важна индивидуальная эмоциональная реакция на информацию, если индивид занят изучением своих собственных достоинств и недостатков. Когда индивиду сообщают его диагностические результаты, следует не только сопровождать их интерпретацией, проводимой компетентными психологами, но нужно создать благоприятные возможности для индивидуальной консультации каждого, кто может быть эмоционально обеспокоен такой информацией. Например, студент колледжа может быть серьезно обеспокоен, озадачен, узнав о том, что он плохо выполнил тест школьных возможностей. Способный школьник может приучиться к лености и безынициативности или может стать непослушным и перестать действовать сообща с товарищами, если он обнаружит, что по своим способностям он намного превосходит своих сверстников. Развитие серьезных личностных нарушений может быть ускорено, если больному индивиду сообщить его оценку по личностному тесту. Такие вредные воздействия могут возникать, конечно, независимо от того, правильной или неправильной является сама оценка. Даже в том случае, если обследование было тщательно проведено, а полученные оценки правильно интерпретированы, их знание без возможности обсудить их в дальнейшем может быть вредным для индивида.


    9. Показания к применению групповой и индивидуальной психокоррекции


    Психокоррекция на практике применяется в двух формах: индивидуальной и групповой.

    В случае индивидуальной психокоррекционной работы психолог работает с клиентом один на один при отсутствии посторонних лиц. Во втором случае он работает с группой клиентов, которые в психокоррекционном процессе взаимодействуют не только с психологом, но и друг с другом.

    Достоинством индивидуальной психокоррекции является то, что она обеспечивает конфиденциальность, тайну и по своему результату бывает более глубокой, чем групповая. Все внимание психолога направлено только на одного человека

    Необходимыми условиями индивидуальной психологической коррекции являются следующие:

    добровольное согласие на получение такой помощи;

    доверие клиента к психологу;

    активность клиента и его творческо-исследовательское отношение к собственным проблемам;

    право клиента принимать или не принимать оказываемую помощь;

    право клиента самому решать вопросы в своей жизни.

    Противопоказаниями для групповой психокоррекционной работы могут служить сильно выраженная возбудимость и эмоциональная неуравновешенность клиента, трудный характер, физическая болезнь, недостаточный уровень интеллектуального или морального развития и т.п.

    Индивидуально-психологическая коррекция – это обоснованное воздействие психолога на дискретные характеристики внутреннего мира человека (Г.С. Абрамова). Принятие решения о проведении индивидуальной психологической коррекции, путях ее осуществления определяется представлением психолога о содержании своей коррекционной работы.

    Специфика групповой психокоррекции заключается в целенаправленном использовании групповой динамики, т.е. всей совокупности взаимоотношений и взаимодействий, возникающих между участниками группы, включая и психолога, в коррекционных целях. Групповая психокоррекция не является самостоятельным направлением психокоррекции, а представляет лишь специфическую форму, при использовании которой основным инструментом воздействия выступает группа клиентов, в отличие от индивидуальной психокоррекции, где таким инструментом является только сам психолог.

    Психокоррекционная группа – это искусственно созданная малая группа, объединенная целями межличностного исследования, личностного научения, самораскрытия. Это взаимодействие «здесь и теперь», при котором участники изучают происходящие с ними процессы межличностного взаимодействия в данный момент и в данном месте. Среди коррекционных групп выделяют группы для решения проблем, для обучения межличностным взаимоотношениям, роста (самосовершенствования).

    Психокоррекционные группы могут быть центрированы преимущественно на руководителе (группы тренинга умений) или на ее членах (группы встреч).

    Состав группы определяется ее типом (группа встреч, группа умений и т.д.), а также формой и содержанием предполагаемой психокоррекционной работы.

    Противопоказанием для групповой психокоррекционной работы является низкий интеллект клиента.


    10. Применение идей З. Фрейда в психокоррекции. Основные стадии психоанализа. Применение психоанализа – техники. Требования к личности психоаналитика


    В классическом психоанализе структура личности включает в себя три основных компонента:

    1. «Эго», или «Я», – центральная инстанция саморегуляции личности. «Ego «контролирует поведение, уравновешивая импульсы человека с требованиями социального окружения, осуществляет рациональный анализ окружающей ситуации, вырабатывает план поведения, ориентируясь на окружающую среду.

    2. «Супер Эго», или «Сверх Я», – моральная инстанция личностного «Я», производящая оценку действий или намерений с точки зрения их допустимости, с учетом общественных норм, правил, ценностей, идеалов. Представляет собой усвоенную, интериоризованную (как правило, через родителей или ближайших взрослых) шкалу ценностей.

    3. «Ид», «Оно» – биологический компонент, первичный источник психической активности, вместилище инстинктов, управляемое принципом удовольствия. Сохраняется неизменным на протяжении всей жизни человека. Это неосознаваемая часть личностного «Я», выступающая импульсивным энергетическим источником влечений и действий.

    Из конфликта между «Ид», «Эго» и «Супер Эго» возникает боязнь. Фрейд различал три вида боязни:

    1. Невротическую.

    2. Реалистическую.

    3. Моральную.

    С чувством боязни связаны чувства вины и механизмы психологической защиты «Я». Фрейду принадлежит важнейшая идея защитных механизмов психики и их характеристика.

    Защита проявляется в том, что клиент сопротивляется влиянию психолога. Это выражается в том, что его «Эго» защищает себя (с целью избежать боязни) от тех переживаний, которые для него неприемлемы.

    Формы такого сопротивления могут быть самыми различными: юмор, молчание, засыпание и т.д. Но наиболее существенным в коррекционной практике является такая форма сопротивления, как перенос (трансфер), т.е. перенесение на психолога чувств, вызванных в свое время другими значимыми для клиента лицами.

    Данный феномен имеет и обратную сторону, т.е. возможен перенос чувств со стороны психолога на клиента, в таком случае он называется «контрперенос».

    Основными психологическими механизмами «Ego» – защиты являются следующие: рационализация, отрицание, регрессия, вытеснение, проекция, инпроекция, идентификация, интеллектуализация, образование реакции, замещение, сублимация, компенсация, ритуал, изоляция, частичная компромиссная реакция.

    Цели коррекции. В основе психоаналитической коррекции лежит представление о том, что аномальное поведение человека является следствием неадекватной интерпретации им своих чувств, потребностей и побуждений. Исходя из такого понимания человеческого поведения, основной целью коррекции выступает помощь клиенту в понимании и осознании им причин его плохого приспособления к реальности и оказание ему помощи в возможности адаптации к ней.

    Таким образом, коррекционная работа психоаналитика строится в двух основных направлениях:

    1. Работа с клиентом над осознаванием неосознаваемого (мотивов фиксации защитных механизмов, способов поведения) и принятие клиентом адекватной и реалистической интерпретации.

    2. Работа с клиентом по усилению его «Ego» для построения более реалистичного поведения.

    Техники

    Психоанализ заключается в поиске скрытых болезненных очагов в пространстве бессознательного и психологической помощи человеку в осознании и переоценке тревожащих его переживаний.

    Основные стадии психоанализа

    Психоанализ как психокоррекционный процесс включает следующие процедуры:

    – конфронтацию;

    – прояснение (кларификацю);

    – интерпретацию;

    – проработку.

    Конфронтация используется для того, чтобы показать клиенту, что он чего-то боится, избегает, для выделения, обособления того психического феномена, который должен стать предметом анализа.

    Кларификация состоит в четкой фокусировке значимых деталей.

    Интерпретация предполагает преобразование неосознанных деталей и явлений в осознанные.

    Проработка включает комплекс процедур и процессов, которые необходимо осуществить после инсайта. Это наиболее трудоемкая часть психоаналитической работы, так как требуется большое количество времени и усилий для преодоления сопротивления, которое выступает помехой на пути преобразования личности.

    Наиболее важной из этих процедур является интерпретация, все остальные ей подчинены: они либо ведут к ней, либо делают ее более эффективной.

    Классический психоанализ включает в себя пять базисных техник:

    1. Метод свободных ассоциаций.

    2. Толкование (интерпретация) сновидений.

    3. Интерпретация.

    4. Анализ сопротивления.

    5. Анализ переноса.

    1. Метод свободных ассоциаций заключается в том, что психолог-аналитик предлагает клиенту высказывать любые предположения, которые появляются у клиента и отражают его переживания. Высказывания могут вестись в случайном порядке, они являются спонтанными, непроизвольными. Для консультанта-аналитика важны следующие моменты:

    – содержание высказываний;

    – последовательность высказываний;

    – блокировка высказываний.

    2. Толкование (интерпретация) сновидений клиента. Во время сна ослабляются защитные механизмы и проявляются скрытые от сознания переживания. Сновидения – это не только иллюстрация подавленных переживаний, но и процесс их перевода в более приемлемую для сознания форму. Именно эту функцию сновидения Фрейд обозначил как «работа сновидения».

    Задача консультанта-аналитика состоит в обеспечении интерпретаций, раскрытии латентного содержания сновидений и побуждении клиента к высказыванию свободных ассоциаций, связанных со сновидением, а отсюда и помощь ему в осознании реальных событий прошлого и настоящего, вызвавших те или иные картины снов.

    3. Интерпретация представляет собой разъяснение неясного или скрытого для клиента значения некоторых аспектов его переживания или поведения. При этом неосознанные феномены становятся осознанными. Интерпретация включает три основные процедуры:

    1. Идентификацию (обозначение).

    2. Разъяснение (собственно толкование).

    3. Перевод толкования на язык повседневной жизни клиента.

    Основные правила интерпретации:

    Идти от поверхности вглубь.

    Интерпретировать то, что клиент способен уже принять.

    Прежде чем интерпретировать то или иное переживание клиента, необходимо указать ему на защитный механизм, лежащий в его основе.

    4. Анализ сопротивления. Основные функции этой техники – обеспечить осознание клиентом своих защитных механизмов и принять необходимую конфронтацию по отношению к ним, учитывая, что именно сопротивление «Его» является главной помехой осознания личных проблем. Главное правило психоаналитика заключается в использовании для интерпретации наиболее очевидных защитных механизмов. Существенным моментом в анализе сопротивления является не преодоление «Его» (ибо психологическая защита необходима), а именно осознание защиты как психологического механизма, вслепую действующего там, где, как оказывается, защитная функция уже не нужна.

    5. Анализ переноса. В классическом психоанализе перенос трактуется в качестве непременного атрибута психотерапиии специально поощряется специфической позицией аналитика (невмешательство, отстраненность, закрытость и т.д.).

    Анализ «невроза переноса» – ключевой момент, так как он способствует осознанию фиксаций, определяющих поведение и переживание клиента таким образом, что фигура психолога становится как бы фантомом, на который налагаются отношения и переживания, связанные с эмоциональными травмами первых лет жизни клиента. Смысл анализа переноса состоит в обнаружении подлинных психоэмоциональных основ, зафиксированных форм поведения, интерпретации их и тем самым помощи в их проработке и изживании.


    11. Применение теории А. Адлера в психокоррекции


    А. Адлер во многих отношениях занимал позиции, не совпадающие, а иногда противоположные взглядам 3. Фрейда. Он ввел многие новшества в теорию и практику психокоррекционной работы. Человек, по А. Адлеру, прежде всего сознательное существо, которое само себя определяет к жизни посредством свободы выбора, смысла жизни и стремления к самореализации. Главное препятствие на пути самореализации человека – базисное чувство неполноценности, в преодолении которого состоит личностное развитие. Концепция Адлера построена на принципах целостности, социальности, целевой ориентированности и гуманизма и во многом стала предтечей гуманистического направления в коррекционной работе.

    Основные положения концепции А. Адлера

    Субъективное восприятие действительности. Согласно концепции А. Адлера, мир воспринимается с позиций «системы отсчета», т.е., в сущности, проявляется феноменологическая ориентация. Адлер не отрицал внешнеобъективную обусловленность поведения человека, но считал ее менее значимой, чем влияние на сознание и подсознание ценностей, целей, представлений, системы самооценок и выводов, которыми руководствуется человек в своем реальном поведении. А отсюда ее центральное для психокоррекции Адлера понятие «частная логика», т.е. система представлений и способов рассуждений, свойственных данному клиенту. Любимый афоризм Адлера: «Надо смотреть не в рот человеку, а на его кулаки» (Мартин Лютер).

    Целостность и целесообразность. Основной предпосылкой концепции Адлера выступает рассмотрение личности как неделимой целостности, являющейся интегральной частью социума. Поэтому основной упор в коррекционной работе делается на внутриличностные проблемы клиента, а не на межличностные. Отсюда следует положение о том, что все человеческое поведение носит целенаправленный характер. В коррекционной работе важен учет сразу трех моментов: 1) прошлого опыта клиента; 2) настоящей ситуации и 3) направления движения.

    Комплекс неполноценности и компенсация. Появившаяся в 1907 г. идея о неполноценности того или иного органа человека как существенного обстоятельства, оказывающего влияние на поведение, в совокупности с понятием компенсации стали фундаментальными положениями в концепции Адлера. Неполноценность, ее компенсация и социальная среда – это три переменные, результирующая сила воздействия которых приводит к формированию стремления к значимости и превосходству.

    По Адлеру индивидуальность – это неповторимый путь выработки способа самоутверждения, стиля жизни. Утверждая, что поведение личности целенаправлено, Адлер в своих ранних работах говорил о прототипе как о первичной форме адаптации индивида к жизни. Этот прототип формируется в течение от 3 до 5 лет жизни. Большинство прототипов неосознаваемы. Важно другое – как только прототип (план) адаптации возник, он становится костяком, который обрастает смыслами, почерпнутыми из жизненного опыта, и обладает направляющей силой.

    Адлер считал, что цели поведения человека не меняются в течение жизни, изменяется только система отношений, а отсюда одна из основных задач – коррекция этих отношений. Идея Адлера лежит в основе последующей теории когнитивного диссонанса Фестингера.

    Телеология вымысла – еще один базисный термин. Адлер предполагал, что люди живут вымыслом и представлениями о должном, и на поведение человека гораздо больше влияют ожидания, связанные с будущим, чем события прошлого. Адлер исходил из того, что люди, определяя с помощью вымысла свои личные цели, тем самым (посредством этих целей) определяют свое поведение и стиль жизни.

    Удовлетворенность жизнью исходит от социального интереса как основы человеческого существования. По Адлеру, здоровая личность – это личность, способная к продуктивной социальной активности, которая, в свою очередь, предполагает социальное личностное чувство, поведение и когнитивное допущение.

    Социальное личностное чувство – это принадлежность дому, общности, вера в других, мужество быть несовершенным, человечность, оптимизм.

    Социально-ориентированное поведение – это помощь, участие, кооперация, эмпатия, ободрение, улучшение, реформация, уважительность.

    Когнитивные социально-ориентированные допущения: «Мои права и обязанности равны правам и обязанностям других»; «Мои личные цели могу быть достигнуты во благо общности»; «Выживание общества зависит от желания и способности граждан учиться жить вместе в гармонии»; «Я полагаю, что к другим стоит обращаться так же, как я бы хотел, чтобы другие обращались ко мне»; «Решающая мера моего характера то, какова степень, до которой я продвинут благополучием моего сообщества».

    Идея социального интереса Адлера основана на предположении, что человек не самодостаточное существо, и поэтому он должен учиться взаимозависимости.

    Цели коррекции вытекают из основных положений концепции. Их можно представить следующим образом:

    снижение чувства неполноценности;

    развитие социального интереса (просоциальной направленности);

    коррекция целей и мотивов с перспективой изменения стиля жизни.

    Позиция психолога. Психологи, работающие в адлерианском русле, в центр своей деятельности выдвигают когнитивные аспекты психокоррекции, основная предпосылка их работы – найти ошибку в «картине мира» клиента, из-за которой возникают психологические проблемы. Возможны четыре типа ошибок.

    1. Недоверие.

    2. Себялюбие.

    3. Нереалистические амбиции.

    4. Недостаток уверенности.

    Требования и ожидания от клиента. Основное для клиента – занять партнерскую позицию, т.е. позицию «на равных» по отношению к психологу. От клиента ожидаются активность, ответственность, стремление к сотрудничеству и взаимное доверие. Главное направление совместного поиска – базисные ошибки в мышлении о мире, поиск возможностей их коррекции. Клиент трактуется как «растерявшийся», «обескураженный», поэтому подбадривание, обращения к его личностным ресурсам – важное условие совместной работы. В начале психокоррекционных воздействий именно клиент формулирует условие контракта: цели, план осуществления, возможные препятствия, пути эффективного преодоления и т.д.

    Техники

    Техника психокоррекционной работы данного направления включает в себя следующие процедуры: установление правильных отношений, анализ и проработка личностной позиции клиента, подбадривание, поощрение развития самопонимания (инсайта) и помощь в переориентации. Эти процедуры соответствуют следующем четырем этапам психокоррекции:

    1. Установление правильных отношений. Основа этого этапа – формирование соответствующие установок в отношении клиента: уважительность, вера в возможности и способности человека, активное слушание, проявление искреннего интереса, поддержка и подбадривание. Для этого используются коммуникативные навыки и умения.

    2. Анализ личностной динамики. Главное на этом этапе – понимания, осознания специфики жизни клиента важное место уделяется опросу о целях жизни: «В чем вы идите свое предназначение?»; «Вам нравится то, на что вы расходуете свою жизнь?» и т.д. Для этого существуют специальные техники.

    Опросник семейного созвездия содержит вопросы типа: «Как ваш отец относится к детям?»; «Кто был любимым ребенком в семье?»; «В каких отношениях вы были с отцом и матерью?»; «Каким ребенком вы были?» Смысл подобных вопросов – получить картину восприятия и раннего эмоционального опыта клиента, повлиявших на дальнейшее личностное развитие.

    Набор вопросов «Раннее воспоминание». Спрашивается примерно следующее: «Я бы хотел услышать о ваших самых первых детских воспоминаниях»; «Пожалуйста, расскажите что-нибудь из самых первых ваших впечатлений» либо «Хотелось бы услышать ваше самое яркое воспоминание, относящееся к первым шести годам жизни». Как правило, число таких просьб ограничивают четырьмя. В ответах клиента фиксируют: доминирующую тему; повторяющуюся реакцию; позицию (участник или наблюдатель); одиночество или включенность в группу; центральное чувство, которое выражается в воспоминаниях.

    Анализ сновидения. В отличие от классического психоанализа в адлерианском подходе отсутствует фиксированная символика. Большое значение уделяется детским снам. Кроме того, сновидения рассматриваются как репетиция будущих действий.

    Приоритеты. Выделяют четыре приоритетные ценности, важные для осмысления жизни: 1) превосходство; 2) контроль; 3) комфорт и 4) желание быть приятным. С целью установления свойственных клиенту приоритетов его просят рассказать о своем обычном дне: что он делает, как себя чувствует, что думает, чего избегает под любым предлогом и какие чувства вызывает у других. При этом в задачу консультанта не входит изменение приоритета, а только приложение усилий по осознанию его.

    Подведение итогов. По каждой из предыдущих техник готовится резюме. Резюме обсуждается с клиентом, причем сам клиент читает текст резюме вслух, при этом обращается внимание на его невербальное поведение. Смысл процедуры – нахождение главных ошибок в суждении о мире: гиперобобщения типа: «Нет в жизни счастья»; неверие и неосуществимые цели, например: «Я хочу нравиться всем»; ошибочное восприятие жизненных требований, например: «Все несправедливы ко мне»; отрицание собственной основополагающей ценности типа: «Я – конченый человек»;.мнимые ценности, например: «Главное – добиться своего, неважно, какой ценой».

    От консультанта требуется ориентировка в системе осознаваемых допущений клиента по отношению к резюме.

    3. Подбадривание. На этом этапе работы основная функция – признание личного мужества клиента, его духовных сил и главное – наличия свободы выбора в поступках на основе приобретенного самопознания.

    4. Поощрение инсайта. Задача психолога – создание условий для инсайта (озарения) путем сочетания психологической поддержки и конфронтации, а также

    соответствующих интерпретаций с тем, чтобы высветить для клиента его неосознаваемые цели, ложные ценности, стиль жизни. В интерпретациях полезны намеки, подсказки и предположения, с помощью которых снижается уровень психологической защиты клиента. Реальное самопонимание – вот смысл третьего этапа.

    5. Помощь в переориентации. Эта заключительная стадия работы известна также под названием «Воплощение инсайта в действие». Существуют специальные приемы, способствующие изменению прежних целей и принятию новых решений.

    Антисуггестия (парадоксальная интенция) – смысл этой техники состоит в многократном преувеличении пропорций нежелательной активности, благодаря чему обеспечивается помощь клиенту в осознавании неадекватности и неуместности нежелательных действий. Смысл техники не только в том, что она идет в ногу с защитными механизмами благодаря отлаженному механизму действия, но и в том, что принудительное, многократно усиленное осуществление действия, с которым следовало бы бороться, обесценивает это действие для клиента.


    12. Применение теории К.Г. Юнга в психокоррекции


    Что касается практического применения типологии, начало которой было положено К.Г. Юнгом, то, во-первых, это психорегуляция и психокоррекция. Положительный эффект соционики состоит как в том, что она объясняет человеку многие из его проблем, так и в том, что она обращает внимание на сильные стороны, которые у большинства очень мало используются.

    Как уже подчеркивалось, каждый из типов – носитель определенной социальной функции. Тип человека – это его «информационная профессия», все они в равной степени нужны, и один тип ничем не хуже другого. Самым главным психотерапевтическим советом, который следует из теории простейших соционических типов, будет привычный по форме, но наполняющийся в контексте инфопсихоанализа новым смыслом рецепт.

    Будьте собой. То есть развивайте сильные стороны своей личности и пользуйтесь ими на благо свое и других людей. Не стоит совсем забывать о слабых функциях. Лучше, чтобы они не слишком отставали от сильных. Тогда вы дадите возможность своей личности существовать как ей свойственно, а, следовательно, бесконечно развиваться. Окружающие, пользуясь вашей силой, помогут вам преодолевать слабости и вы, вероятнее всего, скоро вовсе перестанете считать свои проблемы серьезными. Проявления типа можно заметить практически во всем, что делает человек. Знание типов предоставляет широкие возможности. Ведь ими во многом определяются и отношения между людьми, ибо никогда не будет полного взаимопонимания у соматика и релатика, у объективика и субъективика и т.д. Вообще, взаимопонимание, сколько-нибудь приближающееся к полному, возможно только у представителей одного сложного типа (у которых все четыре простейших типа совпадают). С точки зрения практики общения это означает, что нельзя требовать от соматика, например, поступков и поведения, свойственных релатикам.


    13. Особенности детского психоанализа (А. Фрейд, М. Кляйн)


    Детские психоаналитики стали первыми понимать и описывать внутренние движения души ребенка, особенности диадных отношений матери и ребенка, формирования его самооценки как носителя различных ролей, в том числе половой. В качестве движущих сил развития психики и организма они признавали не только и не столько биологические факторы, сколько объектные отношения ребенка со значимыми взрослыми. Изучение периодизации психического развития позволяет психиатрам и психотерапевтам переводить язык симптомов нервно-психического расстройства на язык человеческих переживаний, то есть понимать, какие фрустрации переносил человек на протяжении своей жизни. Можно сказать, что черты личности, склад характера взрослого человека отражают те переживания фрустраций, которые он перенес на ранних этапах своей жизни. Огрубляя суть, можно сказать, что многие психосоматические расстройства являются следствием психологических фрустраций в период от 0 до 3 лет, а невротические расстройства являются следствием фрустраций от 3 лет и старше.

    А. Фрейд (1895–1982) придерживалась традиционной для психоанализа позиции о конфликте ребенка с полным противоречий социальным миром. Ее труды «Введение в детский психоанализ» (1927), «Норма и патология в детстве» (1966) и др. заложили основы детского психоанализа. Она подчеркивала, что для понимания причин трудностей в поведении психологу необходимо стремиться проникнуть не только в бессознательные слои психики ребенка, но и получить максимально развернутое знание обо всех трех составляющих личности (Я. Оно, Сверх-Я). об их отношениях с внешним миром, о механизмах психологической защиты и их роли в развитии личности.

    А. Фрейд считала, что в психоанализе детей, во-первых, можно и нужно использовать общие со взрослыми аналитические методы на речевом материале: гипноз, свободные ассоциации, толкование сновидений, символов, парапраксий (обмолвок, забывания), анализ сопротивлений и перенос. Во-вторых, она указывала и на своеобразие техники анализа детей. Трудности применения метода свободных ассоциаций, особенно у маленьких детей, частично могут быть преодолены путем анализа сновидений, снов наяву, мечтаний, игр и рисунков, что позволит выявить тенденции бессознательного в открытой и доступной форме. А. Фрейд предложила новые технические методы, помогающие в исследовании Я. Один из них – анализ трансформаций, претерпеваемых аффектами ребенка. По ее мнению, несоответствие ожидаемой (по прошлому опыту) и продемонстрированной (вместо огорчения – веселое настроение, вместо ревности – чрезмерная нежность) эмоциональной реакции ребенка указывает на то, что работают защитные механизмы, и таким образом появляется возможность проникнуть в Я ребенка. Богатый материал о становлении защитных механизмов на конкретных фазах детского развития представляет анализ фобий животных, особенностей школьного и внутрисемейного поведения детей. Так, А. Фрейд придавала важное значение детской игре, полагая, что, увлекшись игрой, ребенок заинтересуется и интерпретациями, предложенными ему аналитиком относительно защитных механизмов и бессознательных эмоций, скрывающихся за ними.

    Психоаналитик, по мнению А. Фрейд, для успеха в детской терапии обязательно должен иметь авторитет у ребенка, поскольку детское Супер-Эго относительно слабо и неспособно справиться с освобожденными в результате психотерапии побуждениями без посторонней помощи. Особое значение имеет характер общения ребенка с взрослым: «Чтобы мы ни начинали делать с ребенком, обучаем ли мы его арифметике или географии, воспитываем ли мы его или подвергаем анализу, мы должны, прежде всего, установить определенные эмоциональные взаимоотношения между собой и ребенком. Чем труднее работа, которая предстоит нам, тем прочнее должна быть эта связь», – подчеркивала А. Фрейд. При организации исследовательской и коррекционной работы с трудными детьми (агрессивными, тревожными) основные усилия должны быть направлены на формирование привязанности, развитие либидо, а не на прямое преодоление негативных реакций. Влияние взрослых, которое дает ребенку, с одной стороны, надежду на любовь, а с другой стороны, заставляет опасаться наказания, позволяет в течение нескольких лет развить у него собственную способность контролировать внутреннюю инстинктивную жизнь. При этом часть достижений принадлежит силам Я ребенка, а остальная – давлению внешних сил: соотношение влияний определить невозможно.При психоанализе ребенка, подчеркивает А. Фрейд, внешний мир оказывает гораздо более сильное влияние на механизм невроза, чем у взрослого. Детский психоаналитик с необходимостью должен работать над преобразованием среды. Внешний мир, его воспитательные воздействия – могущественный союзник слабого Я ребенка в борьбе против инстинктивных тенденций.

    Английский психоаналитик М. Кляйн (1882–1960) разработала свой подход к организации психоанализа в раннем возрасте. Основное внимание уделялось спонтанной игровой активности ребенка. М. Кляйн, в отличие от А. Фрейд, настаивала на возможности прямого доступа к содержанию детского бессознательного. Она считала, что действие более свойственно ребенку, чем речь, и свободная игра выступает эквивалентом потока ассоциаций взрослого; этапы игры – это аналоги ассоциативной продукции взрослого.

    Психоанализ с детьми, по Кляйн, строился преимущественно на спонтанной детской игре, проявиться которой помогали специально созданные условия. Терапевт предоставляет ребенку массу мелких игрушек, «целый мир в миниатюре» и дает ему возможность свободно действовать в течение часа.

    Наиболее подходящими для психоаналитической игровой техники являются простые немеханические игрушки: деревянные мужские и женские фигурки разных размеров, животные, дома, изгороди, деревья, различные транспортные средства, кубики, мячи и наборы шариков, пластилин, бумага, ножницы, неострый нож, карандаши, мелки, краски, клей и веревка. Разнообразие, количество, миниатюрные размеры игрушек позволяют ребенку широко выражать свои фантазии и использовать имеющийся опыт конфликтных ситуаций. Простота игрушек и человеческих фигурок обеспечивает их легкое включение в сюжетные ходы, вымышленные или подсказанные реальным опытом ребенка.

    Игровая комната также должна быть оборудована весьма просто, но предоставлять максимальную свободу действий. В ней для игровой терапии необходимы стол, несколько стульев, маленький диван, несколько подушек, моющийся пол, проточная вода и комод с выдвижными ящиками. Игровые материалы каждого ребенка хранятся отдельно, заперты в конкретном ящике. Такое условие призвано убедить ребенка в том, что его игрушки и игра с ними будут известны только ему самому и психоаналитику.

    Наблюдение за различными реакциями ребенка, за «потоком детской игры» (и особенно за проявлениями агрессивности или сострадания) становится основным методом изучения структуры переживаний ребенка. Ненарушаемый ход игры соответствует свободному потоку ассоциаций; прерывания и торможения в играх приравниваются к перерывам в свободных ассоциациях. Перерыв в игре рассматривается как защитное действие со стороны Я, сопоставимое с сопротивлением в свободных ассоциациях. В игре могут проявиться разнообразные эмоциональные состояния: чувство фрустрации и отверженности, ревность к членам семьи и сопутствующая агрессивность, чувство любви или ненависти к новорожденному, удовольствие играть с приятелем, противостояние родителям, чувство тревоги, вины и стремление исправить положение.

    Предварительное знание истории развития ребенка и имеющихся у него симптомов и нарушений помогает терапевту в интерпретации значения детской игры. Как правило, психоаналитик пытается объяснить ребенку бессознательные корни его игры, для чего ему приходится проявлять большую изобретательность, чтобы помочь ребенку осознать, кого из реальных членов его семьи представляют фигурки, использованные в игре. При этом психоаналитик не настаивает на том, что интерпретация точно отражает переживаемую психическую реальность, это скорее метафорическое объяснение или интерпретативное предложение, выдвигаемое для пробы.

    Ребенок начинает понимать, что в его собственной голове есть нечто неизвестное («бессознательное») и что аналитик тоже участвует в его игре. М. Кляйн приводит подробное описание деталей психоаналитической игровой техники на конкретных примерах.

    Так, по обращению родителей М. Кляйн проводила психотерапевтическое лечение семилетней девочки с нормальным интеллектом, но с негативным отношением к школе и неуспешностью в учебе, с некоторыми невротическими нарушениями и плохим контактом с матерью. Девочка не хотела рисовать и активно общаться в кабинете терапевта. Однако когда ей был предоставлен набор игрушек, она начала проигрывать волновавшие ее отношения с одноклассником. Именно они и стали предметом интерпретации психоаналитика. Услышав истолкование своей игры со стороны терапевта, девочка стала больше доверять ему. Постепенно, в ходе дальнейшего лечения, улучшились ее отношения с матерью и школьная ситуация.

    Иногда ребенок отказывается принять истолкование психотерапевта и может даже прекратить игру и отбросить игрушки, услышав, что его агрессия направлена на отца или брата. Подобные реакции, в свою очередь, также становятся предметом интерпретации психоаналитика.

    Изменения характера игры ребенка может прямо подтверждать правильность предложенного толкования игры. Например, ребенок находит в ящике с игрушками испачканную фигурку, символизировавшую в предыдущей игре его младшего брата, и отмывает ее от следов своих прежних агрессивных намерений.

    Итак, проникновение в глубины бессознательного, но мнению М. Кляйн, возможно с использованием игровой техники, через анализ тревожности и защитных механизмов ребенка. Регулярное высказывание ребенку-пациенту интерпретаций его поведения помогает ему справиться с возникающими трудностями и конфликтами.



  • Случайные файлы

    Файл
    13703-1.rtf
    151071.rtf
    ~1.DOC
    14623.rtf
    VDV-1117.DOC




    Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
    Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
    Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.