Борьба женщин за свои права (141152)

Посмотреть архив целиком

Содержание


Введение ……………………………………………………………….. 3

Глава I. Положение различных слоев американской женщины XIX в. …………………………………………………………………. 11

§1. «Милая светская женщина» Севера и леди-южанка: права и бесправие дам высшего класса ……………………………………… –

§2. Эволюция положения американской работницы в XIX столетии ………………………………………………………………. 15

§3. Цветные женщины: рабыни и индианки ……………………….. 19

Глава II. Борьба женщин за свои права …………………………….. 22

§1. С войны за независимость по вторую половину XIX века ……... –

§2. Во второй половине XIX в. ……………………………………… 31

§3. С I мировой войны по 1920 год …………………………………. 38

Заключение …………………………………………………………… 50

Примечания …………………………………………………………... 53

Список источников и литературы …………………………………... 55


Введение


Феминизм в отечественной историографии долгое время считался частью рабочего и социалистического движения. Самостоятельно этот вопрос не рассматривался и поэтому не получил широкого развития, отсюда немногочисленность использованной литературы. Как отмечает О. Воронина, классики марксизма-ленинизма и деятели социалистического движения (Бебель, А. Коллонтай и др.) считали борьбу женщин за свои права «чисто буржуазной затеей».1

Ф. Энгельс в письме Л. Лафарг обозвал поборниц женских прав «полубуржуазными ослицами».2 А. Коллонтай в работе «Социальные основы женского вопроса» высказала мнение, что именно пролетарки, работающие в рядах мужчин, двинули вперед женский вопрос. По ее мнению, феминистки начали свою агитацию гораздо позже, только с половины XIX века. Критикуя правых феминисток, из средних и высших слоев общества, А. Коллонтай обвиняет и левых, социально мыслящих феминисток в двойственности их тенденции: «Программа рабочей партии содержит все, к чему вы стремитесь; если вы не играете двойной игры, если вы искренни, то примкните к ней».3

Таким образом, в советской историографии не было условий для детальной разработки этого вопроса. В то же время он очень актуален и важен для современности.

До сих пор в различных уголках земного шара женщины не равны в своих правах с мужчинами. В большинстве стран Азии и Африки женщина по прежнему остается рабой мужчины: в Египте и Саудовской Аравии (а сейчас и в некоторых чеченских семьях) девочкам делается варварская операция женского обрезания, а три года назад в саудовской школе при пожаре сгорело 15 девочек только потому, что религиозная полиция не дала им выбежать на улицу без паранджи! Для Китая и Индии актуальна иная проблема – резкий рост числа абортов в случае, если УЗИ показывает, что пол эмбриона женский – давняя традиция умерщвления девочек-младенцев в цивилизованном мире приобрела своеобразное выражение, особенно на фоне китайского лозунга «одна семья – один ребенок» (Статистика оказалась столь удручающей, что власти этих стран запретили врачам сообщать родителям пол будущего ребенка).

У нас в России этот вопрос также актуален, особенно в контексте терактов женщин-смертниц. Женщин с такой психологией порождает общество, априори ставящее женщину в неравное положение с мужчиной: низкий социальный статус, отсутствие образования (Роза Нагаева, согласно свидетельствам родственников, даже не умела читать), жизнь, «зацикленная» на замужестве – именно невозможность выйти снова замуж или продолжить нормальную жизнь вне брака, давление со стороны родственников мужа толкают потенциальную смертницу на своеобразное «сати», дополняющееся соображениями мести (кстати, в некоторых наиболее отсталых областях Индии традиционное «сати» еще практикуется наряду с варварской традицией умерщвления новорожденных девочек).

С другой стороны, в журнале «Власть» приводится мнение исламского богослова, который утверждает, что во многом на потенциальных смертниц давит манера организаторов террора обращаться с ними как с равным, называя «сестрой», уверяя женщину в важности ее поступка. В мире, где женщина никогда не может даже подумать о том, чтобы сравняться с мужчиной, такое мнимое равноправие очень льстит самолюбию забитых женщин, заставляет их почувствовать самоценность... на краткое время оставшейся жизни. Таким образом, доминирующее мужское общество становится предпосылкой женского терроризма.

Это наиболее шокирующие факты. Но разве европейская цивилизация избавлена от половой дискриминации?

Да и в повседневной жизни рядовая российская женщина стакивается с дискриминацией. Для успешной карьеры в государственном учреждении или частной фирме женщине необходимо быть более высококвалифицированным специалистом, чем коллеги-мужчины – ведь при прочих равных предпочтение всегда отдается сильному полу. По статистике работающие женщины более образованны, чем мужчины, но заработная плата у них почти на треть ниже.

Так что сегодня представительницы слабого пола чаще всего либо безработные, либо работают на самых малооплачиваемых должностях. Общественное мнение годов предлагает женщине единственную альтернативу: стать женой преуспевающего бизнесмена.4

В 1995 году был даже издан специальный президентский указ о назначении женщин на государственные посты. Однако фактически он так и не был выполнен. Женщин ни в правительстве, ни в президентской администрации не прибавилось. В Совете Федерации, который представляет собой верхний срез региональной элиты, лишь две женщины (из 178 членов палаты). В Государственной Думе - женщин всего 10,2% (в Думе предыдущего созыва их было 13,5%). При этом по-настоящему влиятельных политиков среди женщин почти нет: Хакамада, Старовойтова да еще скандальная Валерия Новодворская. Все остальные – не столько женщины-политики, сколько «женщины в политике».5

О ситуации в нашей области можно судить по недавним выборам в мэры: единственная за многие годы женщина, выступившая в нашем регионе на выборах в муниципалитет, набрала мизерный процент голосов да и сама, как признается, участвовала «из интереса», не надеясь на существенный результат.

С другой стороны, в «странах победившего феминизма» уже давно назревает иная ситуация – предпосылки антифеминистской революции.

В США из соображений политкорректности ведутся споры о том, чтобы заменить в названиях традиционных профессий и других слов, содержащих приставку «man», при употреблении к представительнице слабого пола, на приставку «fem», в Великобритании женщины требуют права участвовать в богослужении, а Евросоюз настаивает на допуске женщин на священную гору Афон (на что Греция резонно отвечает, что в Ватикане-то пока женщины избирательным правом не пользуются)… А в Конституции Украины есть совсем уж потрясающая фраза: «женщины пользуются правами наравне с мужчинами», хотя до этого и так говорится, что у всех людей права одинаковы – для тех, кто не понял, что женщины – люди? Или перестраховка поликорректных парламентариев? Естественно, что доведенное до абсурда «равноправие» уже начинает утомлять.

«Возможно, мы на пороге, так сказать, антифеминистской революции – в конце концов, стала же пресловутая политкорректность предметом насмешек и карикатур. В Штатах вышли из моды процессы по поводу харасмента и мужчины продолжают ухаживать за женщинами, не боясь угодить под суд за свои сексуальные домогательства. Потому что настрадавшийся мир уже не в силах переварить радикальные теории жизнеустройства…».6

И, наконец, возвращаясь нас к извечному вопросу – что есть равенство? О каком равенстве мы говорим в мире, где изначально люди одни рождаются сильными и слабыми, умными и глупыми, больными и здоровыми, талантливыми и бездарными? Черная феминистка белл хукс (пишется с маленькой буквы) писала, что белый феминизм как движение, направленное на наделение женщин социальными правами наравне с мужчинами, проблематичен: «Поскольку мужчины не являются равными в обеспечивающей господство белых капиталистической патриархальной классовой структуре, то с какими мужчинами женщины хотят быть равными?»

Что вообще такое есть феминизм и равенство с мужчинами? Считать ли отсутствие в России женской воинской обязанности дискриминацией, поскольку таким образом женщины «исключены и из доступа к оружию (а оружие - это власть, а исторически - и вся категория гражданства: гражданин тот, кто носит оружие и защищает patria), секретным разработкам, многим профессиям и всему остальному пирогу ВПК»? Или считать советскую шпалоукладчицу идеалом равноправной женщины?

Таким образом, мы видим, что спектр гендерных проблем, обсуждаемых и дискутируемых сейчас в прессе очень широк, и для разрешения всех этих вопросов следует хорошо разбираться в истоках и предпосылках женского движения – к сожалению, многие дискурсанты плохо владеют подобными базовыми знаниями. Поэтому тема данной дипломной работы представляется весьма актуальной.

Цель работы – изучение итогов, целей и особенностей феминистского движения В Соединенных Штатах Америки.

Задачи таковы:

1) показать положение женщин в США в конце XVIII – начале XX вв. в динамике и развитии и определить предпосылки развертывания феминистского движения;

2) проследить этапы борьбы американских женщин за свои права.

Хронологические рамки работы: с войны за независимость1 по 1920 год (получение женщин равных прав с мужчинами).

Предмет исследования – феминизм (фр. Feminisme, от лат. Femina - «женщина») -в широком смысле - стремление к равноправию женщин с мужчинами во всех сферах жизни общества, в узком смысле – женское движение, целью которого является устранение дискриминации женщин и уравнение их прав с мужчинами.

Синонимом можно назвать термин «эмансипация женщин». Эмансипация (лат. – emancipatio) – у римлян обозначало освобождение из-под отцовской власти. Отсюда произошло общее значение-освобождение от зависимости и ограничения.

Таким образом, эмансипация женщин – стремление к уравнению прав обоих полов, исходящее из мысли, что первоначально все человеческие индивидуумы были равны между собой и что неравенство полов обязано своим происхождением насильственному подчинению женщин мужчинами.

В качестве основного источника мы опирались на материалы сборника «Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе».7 В сборнике представлены включены произведения известных общественных деятелей и литераторов – Ж. Санд, А. Адамс, Г. Ибсена, С. Энтони и др. Включенные в сборник произведения отражают историю 150-летней борьбы женщин за свои права – со времен Американской революции по сороковые годы XX в. Среди проблем, о которых идет речь в сборнике – брак как инструмент подавления и эксплуатации, желание женщины самой распоряжаться своей свободой, экономическая зависимость женщины.

К сожалению, историография проблемы на русском языке крайне скудна.

В работе С. Эванс «Рожденная для свободы»8 раскрывается история жизни американских женщин с XVI столетия. В центре сочинения – судьбы американских женщин: коренных американок, первооткрывательниц, рабынь, иммигранток, фабричных работниц, матерей, домохозяек, аристократок.

Первой отечественной работой по проблемам феминизма является сборник «Феминизм: Восток, Запад, Россия».9 Причина этого – следствие господствовавшей в СССР политико-идеологической установки, игнорирующей феминистское направление мысли. В книге впервые в отечественной литературе сделана попытка теоретического осмысления феминизма. Особенность сборника – культурологический подход, позволяющий представить своеобразие постановки феминистской проблематики в контексте различных культур и социальных систем.



Глава I. Положение различных слоев американской женщины XIX в.


§1. «Милая светская женщина» Севера и леди-южанка: права и бесправие дам высшего класса


«Милая светская женщина» в северных штатах и «леди» в южных – таковы были представительницы высшего класса и верхней прослойки среднего, то есть женщины, стоящие на самой высокой социальной ступени общества. Но насколько они были свободны?

Испокон веков девушка, выходившая замуж, как бы «переходила из рук в руки», то есть из-под опеки отца попадала в собственность мужа. «… Из папиных рук перешла в твои»,10 - говорит героиня пьесы Г. Ибсена. Фактически, она всю жизнь была зависима от мужчин и не имела личной свободы.

Под влиянием Просвещения и Революции в обществе возщникает идеал «республиканского брака».11 Джудит Саргент Муррей так описывала свои представления о нем: «… общность суждения, взаимная дружба и взаимное доверие, но прежде всего взаимная терпимость».12 Происходит романтизация брака, романтическая любовь стала воспеваться в литературе.

Но брак так и не стал равноправным: feme covert (замужняя женщина) по-прежнему находилась под опекой мужа, и, в отличие он незамужней, не имела права распоряжаться своим имуществом, заработной платой и т. д. Поэтому вдову могли лишить ее доли в состоянии мужа (или семьи), поскольку она была лишь «частью» его собственности.13 Перед женщиной стоял один выбор – стать иждивенкой.

Брачный контракт предоставлял женщине или ее попечителям право контроля над собственностью, составлявшей ее долю имущества. И все же браки, где женщина пользовалась самостоятельным правом владения имуществом, составляли всего 1 – 2% от общего числа.14 Таким образом, большинство замужних женщин по-прежнему находились в тесных рамках опекунства.

Кроме того, женщине из высшего класса было практически невозможно работать, хотя бы даже учительницей, как это могли делать представительницы среднего класса. «Нам больно видеть, как благородная женщина вынуждена зарабатывать себе на жизнь трудом… - гласит источник. – Приличия требуют, чтобы респектабельные женщины более последовательно избегали полезных усилий и в большей степени демонстрировали свою праздность, чем мужчины того же социального класса».15 (Кстати, даже неудобные платья, корсеты и пр. должны были показать, «… что владелица этого платья обычно не занимается и не может заниматься полезным трудом»16).

Соответственно, для женщины самым перспективным способом устроить свою жизнь было замужество, причем существовало общее убеждение в том, что замужней женщине вообще не следует работать, поскольку ее и так обеспечивает муж. Тот факт, что женщина работает, мог повредить репутации всей семьи, так как это означало бы, что семья бедствует.

Из соображений престижа вытекало еще одно правило: женщина должна быть «украшением» дома, в то время как «к мужчине слова «украшение дома» не применимы».17 Торнстайн Веблен (1858 – 1929) в «Теории праздного класса» (1899) так описывает предназначение женщины, приписываемое ей мужчинами: «Долгом женщины было проводить свой досуг таким образом, чтобы весь свет видел, что мужчина, глава семьи, способен содержать человека, чье существование полностью посвящено заботе о его удобстве, его доме и поискам удовольствий. Женщина должна была потреблять огромное количество товаров вне зависимости от жизненной необходимости, только для того, чтобы продемонстрировать способности мужчины как добытчика».2

Поэтому большую часть времени женщин из обеспеченных классов проводили в светском общении и поездках за покупками.18

Однако времена менялись, и к концу века «леди» и «милая светская женщина» стали яростно подвергаться нападкам феминисток. Консервативный элемент аристократки мешал женскому движению, являясь олицетворением «исконно женской роли». Особенно раздражало феминисток то, что многие дамы были вполне довольны своим положением.

«Вопрос о положении женщины осложняется наличием дамы, - писала Э. Джемс Патнем. – Ее судьба зависит от того, что происходит в стане мужчин, а не в стане женщин. …Дама стала в некотором смысле опасным элементом общества. Ее образование и опыт если не антиобщественны, то по крайней мере явно необщественны. …Дама остается как внушительное доказательство его [кавалера, мужчины] былого господства».19



§2. Эволюция положения американской работницы в XIX столетии


В начале XIX в. часть американских женщин получила (ненадолго, правда) возможность работы, самостоятельности и самоутверждения.

Появление гидравлического пресса (1790), прядильной машины «Дженни» (1807) и механического ткацкого станка (1813) ознаменовало собой начало индустриальной эры; при этом в текстильной промышленности доминировал женский труд. Согласно одному из статистических документов 1816 г., в производстве хлопчатобумажных тканей было занято 66 000 женщин, 24 000 мальчиков и 10 000 взрослых мужчин.20

В советской историографии традиционно рассматривали жизнь рабочих как тяжелую и беспросветную всегда, однако источники свидетельствуют, что вплоть до 30-х гг. XIX в. В Америке фабричные работницы имели возможность заработать на приданое, содержать семью и даже обеспечить дорогостоящее обучение в колледже мужчинам семьи. Работодатели в этот период, стремясь привлечь девушек и сломить сопротивление родителей, селили их в общежитиях, обеспечивали присмотр и религиозное воспитание с тем, чтобы родители не беспокоились о нравственном состоянии дочерей.

Большинство девушек-работниц рассматривали работу на текстильной мануфактуре как способ оказать помощь семье: освободить от обузы родителей, скопить денег на приданое, непосредственно поддерживать семейный бюджет, отправляя деньги домой. Нередко они – женщины! – становились главным кормильцем семьи. «Бережливые и экономные»,21 по свидетельству источника, они клали зарплату на счет в банке, куда шли проценты. Затем «… возвращались в родные места, покупали землю, обзаводились семьями, строили дома и начинали новую жизнь. Некоторые «фабричные девчонки» содержали овдовевших матерей и спившихся, безработных больных отцов. Многие работали, чтобы младшие братья и сестры получили образование».22

Х. Х. Робинсон писала, что многие девушки стремились «… вывести в люди кого-либо из мужчин в семье, сделать из брата или сына джентльмена, послав его учиться в колледже. Я знаю девушку, отдававшую братьям все свои деньги до последнего цента, чтобы те смогли выучиться и получить профессию… Многие мужчины обязаны своим нынешним положением «фабричным девчонкам».23

С другой стороны, финансовая независимость позволяла и по-иному распоряжаться деньгами – по своему усмотрению. Люси Энн, «фабричная девчонка» из Массачусетса, говорила: «За это время я скопила денег на образование, и разве я не имею права на это? Или я должна отправиться домой и, как примерная девочка, отдать деньги отцу в руки, а значит, распрощаться с моими кровными сбережениями?».24

В любом случае, «они («фабричные девчонки») покидали текстильные фабрики… унося с собой дух независимости и уверенности в своих силах».25

Однако в 30-х гг., когда общежития «фабричных девчонок» стали для работодателей опасной силой, такому положению дел пришел конец.

По-прежнему оплачиваемая работа вне дома представлялась решением множества проблем, с которыми сталкивались женщины. Однако приблизительно для двух третей всех работавших в 1900 г. женщин реальность обернулась не финансово самостоятельностью и удовлетворением личных проблем, а изнурительной работой за мизерную плату либо в качестве прислуги, либо в потогонных условиях фабричных цехов. На рубеже веков в США 20,6% женщин старше 16 лет работали.

При этом, поскольку доходы других членов семьи редко имели существенное значение, создалось постоянное и твердое убеждение в том, что женский труд может быть только второстепенным и низкооплачиваемым: таким образом, женщине можно было платить меньше, потому что она не должна содержать семью. Так как низкооплачиваемый женский труд, как и детский, составлял конкуренцию высокооплачиваемому мужскому труду, что вело к уменьшению зарплаты у мужчин, то для мужчин лучшим выходом было, чтобы женщины вообще не работали, оставаясь в полной экономической зависимости от них, а если работали бы, то только на самых низкооплачиваемых местах.

Женская рабочая сила во второй половине XIX века была в основном, сконцентрирована в нескольких чисто женских отраслях промышленности, особенно в текстильной и в швейной, а также в пищевой. Женщины, которые занимались индивидуальным трудом, работали, в большинстве случаев, в секторе обслуживания. Об изнурительном труде женщин Т. Худ написал знаменитую «Песню о рубашке»:

«Швея! Этой ниткой суровой

Прошито твое бытие…».26

Надо сказать, что положение незамужней работницы и замужней очень отличалось. Большинство рабочих жен мало следили за домом, поэтому рабочие высказывались следующим образом: «Если бы квалифицированный рабочий получал то, что ему причитается, и каждый человек, занимающийся полезным трудом, имел подобающее вознаграждение, жена могла бы следить за домом, а не зарабатывать на хлеб».27

Таким образом, не работающая женщина была исключительно мерилом успеха мужчины, работающая – свидетельством его неудачи на жизненном поприще. Собственного значения работа женщин в глазах общественности не имела, женщины должны были работать исключительно «по нужде».

Таким образом, мы снова возвращаемся к определению «женского предназначения», если так можно выразиться, «женской карьеры»: выйти замуж. Именно так его представляли мужчины и высшего, и низшего класса Америки XIX века.


§3. Цветные женщины: рабыни и индианки


Во многих коренных американских общинах женщины играли немалую роль в экономической, общественной и религиозной жизни, обладая также определенным влиянием и независимостью в политике. И когда поселенцы из Европы начали пытаться привнести свои принципы в общественную жизнь некоторых племен (как, например, доминирование мужчин в сельском хозяйстве), коренные американки зачастую оказывали сопротивление тем изменениям, которые лишали их независимости.

От индейцев, отправившихся «дорогой слез» в резервации, потребовали принять правовые институты европейцев. «Оцивилизовывание» коснулось, к примеру, женщин-черокезов, издревле осуществлявшими контроль над землей, ведущих генеалогическое древо по женской линии.

Но мужчины этого племени, естественно, с радостью воспользовались предоставленной возможностью и стали требовать, чтобы женщины следовали заповедям белых. Мужчины отняли у черокезок коммерческое земледелие, семья превратилась в патриархальную ячейку, генеалогия стала вестись, естественно, по мужской линии.

«Там, где расовая дискриминация сопровождалась притеснением женщин, викторианские нормы женского поведения показали свой жестокий оскал»,28 - делает вывод С. Эванс.

Что касается афроамериканок, то здесь ситуация оказалось совершенно противоположной: рабство позволило занять им главенствующее положение в семье – как правило, матриархальной, где могло быть много детей от разных мужчин, поскольку в условиях рабства мало кому удавалось осздать постоянную семью. Именно вокруг черных женщин образовалось ядро афроамериканской культуры.

Однако даже в то время когда большая часть белых женщин получила хоть какое-то образование, большинство негритянок читать, естественно, не умело. Здесь уже было дело не в их поле, а в расе: доступ к получению образования для черных до Гражданской Войны был практически закрыт. На Юге обучать раба чтению было запрещено законом. «Образование [рабов] подорвало бы саму идею расового превосходства, лежавшую в основе рабства, и подтолкнуло бы [рабов] к борьбе за освобождение». Свободным черным жителям Севера не разрешалось посещать многие из средних школ. Так в середине XIX столетия в штате Огайо черные жители обязывались платить налог на образование, но при этом их детям не разрешалось посещать школы.

С 1807 г., с запретом на ввоз рабов, эксплуатация рабыни перешла на новый уровень. Многие дельцы и плантаторы стали практиковать принудительное «размножение». С одной стороны, из-за ценности потомства был заметно облегчен труд беременным рабыням, с другой – их заставляли рожать максимально часто, «на износ», «спаривали» с рабом, иногда с белым надсмотрщиком или просто бродягой для «производства» мулатов и квартеронтов. Широко была распространена продажа детей: «Я родила 13 детей, и почти всех их продали в рабство, но, когда я рыдала от горя, никто, кроме Христа, не слушал меня!»,29 - говорила бывшая рабыня Соджернер Трут.

Не надо забывать и о сексуальной эксплуатации рабынь хозяевами. Белый плантатор утверждал свое господство над белыми и цветными женщинами совершенно противоположными, но едва ли не одинаково унизительными способами: от белой леди требовалась безоговорочная чистота, особенно до брака, в то время как она прекрасно знала, как развлекается ее муж, отец, сын с негритянками, мулатками, квартеронками, окторонками.

Наконец, следует отметить и тот факт, что, в отличие от белых женщин, цветные – как негритянки, так и индианки – были лишены возможности объединяться в ассоциации.

Таким образом, у женщин различных социальных слоев американского общества были как преимущества положения по сравнению с другими слоями, так и недостатки. Недостатков было, как можно заметить, гораздо больше, тем более что общество постоянно пыталось лишить женщин их преимуществ, как то было с «фабричными девчонками», индианками некоторых племен или чернокожими матерями-главами семейств. И что примечательно: женщина постоянно сталкивалась с унижениями от мужского общества, будь то белая леди-южанка или ее чернокожая рабыня…



Глава II. Борьба женщин за свои права


§1. С войны за независимость по вторую половину

XIX века


Постепенно происходят глобальные изменения той роли, которую играют женщины во всех областях жизни – политике, производстве, экономике. Этот процесс сопровождается ростом женского самосознания.

На XVIII в. – первую половину XIX века приходится первая волна – борьба за достижение юридического равноправия полов. Ее началом можно назвать движение женщин Франции, возмущенных специальным декретом, запретившим им участвовать в митингах, собраниях, демонстрациях, вообще посещать публичные места и собираться в группы. Этот декрет противоречил с принципами Великой французской революции, закрепленными в ее основном документе-«Декларации прав человека и гражданина». А первым документом феминизма явилась вышедшая в 1791г. из-под пера Олимпии де Гуж «Декларация прав женщины и гражданки». Первый этап отличался своей сравнительной малочисленностью участников и слабой организованностью.

В Америке вследствие войны за Независимость и политический кризис политизировалось не только сознание женщин, но и содержание их частной жизни. Женщины, ранее не питавшие интереса к политике, быстро приобщились к политической мысли и включились в политические дискуссии.

Просвещенные женщины конца XVIII столетия в своих письмах и дневниках все чаще затрагивали политические вопросы. Однако культурная традиция, отделяющая непосредственно женскую сферу деятельности от общественно-политической, вновь и вновь заставляла их оправдываться за свою дерзость.

Абигайль Смит Адамс (1744 – 1818) в 1776 г. пишет письмо своему мужу, Джону Адамсу, второму президенту Америки с просьбой уделить внимание «дамам» в новом законодательстве. Тон Абигайль Адамс в письме мужу шутливо-серьезен. Несомненно, она рассчитывала таким образом смягчить шокирующее воздействие своих столь не характерных для женщины открытых высказываний. Неудивительно, однако, что она считала себя вправе просить новое правительство о предоставлении женщинам более широких возможностей. Привыкнув к частому отсутствию мужа Абигайль целиком взяла на себя и воспитание детей, и заботы по дому и ферме, преодолевая многочисленные невзгоды и беды военного времени. Письма Абигайл к мужу свидетельствуют о смелости и патриотизме этой женщины перед лицом голода, инфляций, эпидемий.

Однако ее супруг не был настроен всерьез воспринимать идеи жены: «Не мог без улыбки читать твои предложения по законодательству. Нам твердят, что наша борьба повсеместно вызывает ослабление власти, что дети и школьники отказываются повиноваться воспитателям, что в школах и колледжах неспокойно, что индейцы режут свою стражу, а негры бунтуют против своих хозяев. Из твоего письма я открываю, что взбудоражен и еще один народец, гораздо более многочисленный и могущественный».30

Итак, второй Президент Америки насмешливо отнесся к предложениям супруги, а его обращение к женщинам – «народец» вполне демонстрирует шовинистическое отношение мужского общества революционной, просветительской Америки к женщинам (Вот козел!)

Позже Абигайль Адамс вела переписку с еще одним американским патриотом – М. Уорреном. Вспоминая, как она в письмах мужу вымаливала его отстоять права женщин, и особенно замужних, Абигайль не без гордости писала: «Я изрядно послужила на благо своего пола», хотя в действительности ее ходатайство результатов не возымело. Еще долгое время замужняя американка не могла владеть собственностью, подписывать контракты от своего имени и даже распоряжаться собственной заработной платой.

Однако энергия женщин находила выходы в определенного рода деятельности, в частности, в миссионерской и просветительской которую было бы ошибочно недооценивать в рамках продвижения женщинами своих идей.

После Революции стал популяризироваться образ матери-республиканки, материнский долг – женская миссия и задача. Ханна Матер Крокер писала в 1818 г.: «Долг и почетная миссия женщины… зародить в сердце юноши первое семя добродетели, любовь к богу и своей родине, а также все те добродетели, которые помогут ему стать блестящим государственным деятелем, солдатом, философом и христианином».31

С одной стороны, это способствовало и росту консервативных начал: «Апостол Павел знал, что говорит, когда советовал женщинам заниматься домом и семьей, - писала г-жа Джон Сэнфорд. – В доме царит мир, а в делах по хозяйству есть что-то успокаивающее. Дом может не только укрыть от невзгод, но и уберечь от любых заблуждений и ошибок».32

С другой, вопрос о женщинах-матерях вызвал бурное обсуждение необходимости женского образования и послужил толчком к основанию женских академий, первых учреждений, где молодые девушки могли получить серьезное академическое образование. К 1840 г. 38% белых американок в возрасте от 5 до 20 лет посещали школы.33 К 1850 году большинство белых женщин умели читать и писать, тогда как в предыдущем столетии многие из них не могли даже поставить свою подпись. Борьба за доступность образования стала важной частью борьбы женщин за равноправие с мужчинами.

В 1789 г. в трудовое законодательство штата Массачусетс впервые наравне с учителями были включены учительницы.34 Число образованных молодых женщин росло пропорционально повсеместному массовому спросу на учителей там, где граждане хотели овладеть грамотой.35 Дело в том, что на женщин нужны были меньше затраты. Учительнице можно было платить вдвое и втрое меньше, нежели учителю. Директорские и иные ответственные посты они, естественно, никогда не занимали.

Одной из проповедниц равного образования была Эмма Харт Вилард, которая разработала собственную методику обучения и готовила своих студентов к работе учителями. Виллард убедила городской совет города Трои в штате Нью-Йорк финансировать основание Женской семинарии Троя, открывшейся в 1821 году как первое учебное учреждение для девочек. Среди предметов, преподававшихся в семинарии, была физиология (наука о функциях частей человеческого тела), считавшаяся в то время неприемлемой для изучения девочками. С развитием методики обучения Виллард началась кампания за улучшение женского образования.

Френсис Райт, Катарин Бичер и Мэри Лайон, несмотря на различия во взглядах, также внесли свой вклад в кампанию за расширение уровня образования женщин в начале XIX века. Благодаря их совместным усилиям, был расширен круг изучаемых женщинами предметов, улучшено качество подготовки преподавателей, сняты ограничения, позволяющие получать образование лишь белым представительницам высшего класса, а также обеспечено право на образование ради образования, а не только в рамках подготовки к роли домохозяйки.

В религиозно-нравственной сфере женщины добились также немаловажных успехов, продемонстрировав даже возможность контроля над мужчинами!

Как известно, европейцы, иммигрировавшие в Северную Америку в XVII и XVIII веках, считали, что женщины менее интеллектуально развиты, чем мужчины, и что, соответственно, они не могут принимать участие во многих аспектах социальной жизни наравне с мужчинами. Такое мнение было особенно явно выражено в вопросах религии, в ограниченном доступе женщин к образованию и профессиональным карьерам, в общественных собраниях, диктовавших нормы поведения женщин, в исключении женщин из политической жизни и неравенстве женщин и мужчин перед законом.

Хотя многие колонисты, бежавшие в Новый Свет в поисках убежища от церковной кары, верили в равенство души, их религиозные убеждения, тем не менее, отводили женщине второстепенную роль.

Однако после 1800 г., когда в результате религиозного возрождения и осознания своей миссии произошла солидаризация женщин, они активизировали свои усилия по созданию разнообразных ассоциаций и институтов. Мощное движение, известное как Второе Великое пробуждение, тесно связанное с пренебрежительным отношением мужского мира к женщине и коммерческого (то есть тоже мужского) мира к религии. Когда два этих фактора соединились, получилась гремучая смесь.

В 1834 г. была создана Национальная женская организация против проституции, двойной морали и других проявлений (предположительно мужской) безнравственности. В течение 10 лет образовалось более 400 филиалов женского общества реформы морали. В своей газете «Адвокат» они обличали «хищную природу», «безрассудство», «наглость» мужчин, «погрязших во грехе».36

Хотя активистки и не победили проституцию, но оказали значительное влияние на нормы поведения. В первое десятилетие XIX в. Количество незаконных детей заметно сократилось.

Движение за трезвость было еще более широким шагом к установлению контроля за поведением мужчин.37

Однако самым политизированным из всех движений стал аболиционизм, возникший в начале 30-х гг. В 1833 г. в Филадельфии было образован Женское общество борьбы против рабства. В 1836 г. в Нью-Йорке состоялся съезд женщин-аболиционисток. «Я думаю, от негров на Юге до женщин на Севере – все толкуют о правах, и белые мужчины очень скоро попадут в переделку»,38 - говорит современница.

Многие женщины вместе с мужчинами боролись за отмену рабства, это была одна из форм борьбы за равноправное общество. «Когда напишут правдивую историю движения противников рабства, множество ее страниц будет посвящено женщинам, поскольку борьба рабов была в большой степени и борьбой женщин», - пишет Фредерик Дуглас (1817 – 1895). Но многих из тех, кто, наконец, обнаружил, что негры обладают определенными правами точно так же как другие члены человеческого общества, еще предстояло убедить, что женщины тоже могут на что-то претендовать.

Многие женщины приняли участие в движении за отмену рабства в 30-х годах XIX века. После формирования женщинами обществ за моральные и религиозные реформы, как например запрещение проституции и против алкогольной дискриминации женщин, многие американцы начали признавать участие женщин и в борьбе за запрещение рабства. Образовывались женские отделения организаций по борьбе за отмену рабства, оказывающие поддержку тем обществам, которыми руководили мужчины. Тем не менее, некоторые из женщин, как например Сара и Анжелика Гримке, не остановились на этом уровне.

Сестры Гримке родились в семье рабовладельцев в штате Южная Каролина. Переехав на Север уже во взрослом возрасте, они приняли активное участие в движении за отмену рабства. Сестры Гримке зарекомендовали себя как яростные борцы за освобождение рабов и великолепные ораторы. Однако, лишь немногие мужчины выказывали интерес к встречам, на которых выступали Гримке.

В 1834 году «Американское Общество за Отмену Рабства» провело кампанию сбора подписей под письмом в Конгресс, демонстрируя масштаб общественной поддержки движения. Женщины также приняли участие в кампании, собирая подписи жителей окрестностей. Как писала позже Элеанора Флекснер, «От обычных домохозяек, матерей и сестер потребовалось не меньше мужества, чем от сестер Гримке, чтобы переступить через общепринятые каноны, не обращать внимание на неодобрительные взгляды со стороны и прямое вмешательство мужчин, и прийти на первое в их жизни общественное собрание, или в первый раз пройти с петицией в руках по незнакомой улице, стучась в дома и собирая подписи под тем, что одобрялось далеко не всеми».

В 1840 году в Лондоне состоялась «Всемирная Конвенция за Отмену Рабства». В делегацию от США вошли несколько женщин, включая будущих активных борцов за права женщин Лукрецию Мотт, основателя первого женского «Общества за Отмену Рабства», и Элизабет Кейди Стэнтон, посещавшую «Женскую семинарию города Трои.» По наблюдению некоторых американцев, организаторы конвенции предусмотрели места только для участников-мужчин, отведя женщинам места на галерках, позволяющие слышать выступления мужчин, но не выступать или участвовать. Результаты конвенции подтолкнула Стэнтон и Мотт на проведение в США конвенции за права женщин.

С включением женщин в работу по одному политическому вопросу, мужчинам стало сложнее удерживать их в стороне от других проблем. Одна из деятелей движения за отмену рабства писательница Лидия Мария Чайлд отмечала, что, привлекая женщин к общественной борьбе, мужчины-лидеры реформистских движений превратили семью в живущий организм, и уже невозможно вернуть женщину к роли только лишь домохозяйки. Получив доступ к инструментарию и тактике политических перемен, женщины приступили к поиску путей применения их для улучшения условий их собственной жизни.



§2. Вторая половина XIX века


Вторая волна движения женщин за свои права охватывает вторую половину XIX в. Она характеризуется появлением многочисленных феминистских организаций в ряде стран. Об актуальности требований говорит появление во второй половине XIX в. многочисленных феминистских организаций в ряде стран. В 1888 г. был создан Международный совет женщин, к началу ХХ в. в него входили Соединенные Штаты, Великобритания, Австралия, Норвегия, Нидерланды.

Выдвигаются требования предоставления женщинам избирательных прав, которые открыли бы им доступ к политической деятельности, обеспечили социальное равенство.

В это время многие женщины Соединенных Штатах стали покидать свои домашние обители. Кто-то активно выступал с лекциями, кто-то занялся политикой, участвуя в женских антирабовладельческих обществах, тысячи женщин нашли себе работу вне дома: структурные изменения в экономике и появление новой техники изменили и сильно расширили область применения наемного женского труда. Очевидной переменной в их жизни стало увеличение количества рабочих мест: продавщиц в магазинах, служащих в конторах и учреждениях и т.п.

Кроме того, для женщин открыли несколько высших учебных заведений. Правда, долгое время на девушку, получившую образование, смотрели как на неудачницу, которая утратила всю свою женственность и обаяние и превратилась в «синий чулок», которую вряд ли кто возьмет в жены. Тем не менее постепенно в США получение официального среднего образования женщинами среднего класса стало обычным делом, даже если оно отличалось от мужского по объему и качеству. Однако в университетах, несмотря на изменения по отношению к женскому обучению, обучалось еще очень немного женщин.

К концу XIX века активно действовали суфражистки (от англ. – suffrage – избирательное право), отстаивавшие политико-правовое равенство женщины; социалистки, защищавшие идеи равной оплаты женского труда и участие женщин в профсоюзах; радикальные феминистки, пропагандировавшие идеи сознательного материнства и контроля над рождаемостью; христианские женские благотворительные общества. В результате медленных завоеваний всех этих феминистских потоков, к концу XIX – началу XX века общественные стереотипы и нормы уже позволяли женщине выходить за пределы дома с тем, чтобы получить образование, работу.

Женщины постепенно отвоевывают себе экономическую значимость, утраченную еще в доисторические времена, поскольку вырываются из дома и, работая на заводе, по-новому принимают участие в производстве. Такой переворот становится возможным благодаря машине, ибо разница в физической силе между работниками мужского и женского пола в большинстве случаев нивелируется. Поскольку резкий скачок промышленности требует гораздо больше рабочих рук, чем могут предложить работники мужского пола, привлечение женщин становится необходимым. Это и есть та великая революция, которая в XIX в. преображает участь женщины и открывает перед ней новую эру.

В развитии идей феминизма немаловажную роль сыграл суфражизм начала XX – движение за предоставление женщинам избирательных прав, которые открыли бы им доступ к политической деятельности, обеспечили социальное равенство. Сьюзен Б. Энтони (1820 – 1906) пишет, что «отсутствие права голоса означает невозможность строить и налаживать свою жизнь или распоряжаться ею. Не имеющие права голоса всегда вынуждены делать ту работу, получать ту заработную плату, занимать то место, которые определяют для них те, кто имеет право голоса. Не имеющий этого права находится в положении нищего: бери, что дают, иначе не получишь ничего».

Считалось, что женщинам не нужно право голоса для защиты самих себя, т. к. их обеспечивают мужчины. Статистические данные свидетельствуют, что огромное количество женщин сами зарабатывали себе на жизнь. Они вынуждены были работать в лавках и на фабриках за ничтожную плату. Женщины-работницы, занятые в различных сферах, время от времени объединялись в профсоюзы и устраивали забастовки, чтобы добиться справедливости от своих хозяев так же, как это делали мужчины. Но не известно ни об одном успешном выступлении женщин. В газетах их осмеивали и писали, что если работницам не нравится заработок, то они «вольны взять расчет и выйти замуж». В случае с мужчинами ни один редактор не решился бы на подобное, потому что понимал: стоит ему высмеять или обличить этих мужчин, как не только они, но и все остальные мужчины, члены профсоюза из этого города, во время следующей избирательной компании проголосуют против кандидатов, за которых ратует этот самый редактор. Если бы женщины могли участвовать в выборах, они бы в своем городке «поддерживали равновесие политических сил». «Есть множество женщин, которые точно так же, как мужчины, вполне способны быть директорами или управляющими школ, и тем не менее, хотя три четверти учителей – женщины, почти все они назначаются на второстепенные должности, получая при этом половину или в лучшем случае две трети того, что зарабатывает мужчина. И все дело только в том, что они женщины. Именно для того, чтобы миллионы женщин, зарабатывающих на жизнь, могли так же, как мужчины распоряжаться своим трудом, они должны быть наделены правом голоса. Сейчас, когда произошла великая революция в экономике и женщина может работать и зарабатывать там же, где это делает мужчина, нельзя не прийти к выводу, что она должна обладать равными с мужчиной полномочиями, чтобы защитить себя. Речь идет о праве голоса – символе свободы и равенства. Без этого ни один гражданин не в состоянии сохранить то, что имеет, ни тем более получить то, чего не имеет».39

С 1850 года и каждый последующий год в течение десятилетия за исключением 1857 в городе Уорсестер штата Массачусетс проходила национальная конвенция за права женщин. На ранних этапах деятельности борцы за права женщин концентрировались в основном на праве контролировать собственность и заработанные средства, праве на развод, на получение образования и трудоустройство, а также праве на защиту своих интересов в суде. Юридический статус женщины в США практически не изменился с 1800 года. Замужние женщины не имели права подписывать контракты, они не могли полностью распоряжаться своими же сбережениями и собственностью, даже доставшейся по наследству, в случае развода женщина не могла оставить себе детей.

Эрнестина Роуз, иммигрантка из Польши, собрала сотни подписей под петицией с требованием гарантированных прав на собственность замужним женщинам штата Нью-Йорк. В ответ на петицию в 1848 году был принят «Акт о Собственности Замужних Женщин».40

Тем не менее, многие законодатели по прежнему оставляли без ответа требования женщин о праве на собственность для замужних, праве на развод и праве на содержание детей после развода. Без гарантированного права на голосование, женщины не могли оказывать достаточного влияния на тех, от кого зависело внесение изменений в законодательство. Борцы за права женщин были не в силах изменить дискриминационные законы без права на участие в голосовании, но добиться этого права можно было только путем изменения законодательства.

На время Гражданской войны движения за права женщин были приостановлены. Но женщины-активисты движения за отмену рабства все же продолжали свою деятельность, собирая подписи под петицией за принятие Тринадцатой поправки к Конституции США, запрещающей рабство. В мае 1863 года Сюзан Энтони и Элизабет Стэнтон организовали «Национальную Ассоциацию Женщин». К августу 1864 года они собрали 400.000 подписей за принятие Тринадцатой поправки и представили их в Сенат США.

В конце Гражданской войны многие активисты борьбы за отмену рабства включились в движение за право голосовать для черных. Стэнтон добивалась включения права на участие женщин в голосовании в это движение, но многие его сторонники выступили против стратегии Стэнтон. Они считали, что, будучи объединенным с достаточно непопулярным вопросом голосования женщин, движение за право черных на участие в голосовании было бы обречено на провал.

Четырнадцатая поправка к Конституции США, впервые представленная в Конгресс в 1866 году, гарантировала равную защиту перед законом для всех американских граждан. Но тогда в тексте поправки употреблялось слово «мужчина», подразумевая, что лишь мужчины считались гражданами. До момента принятия поправки вопрос об участии в голосовании женщин рассматривался только на уровне штатов, поскольку не федеральная конституция, а именно конституции штатов конкретно указывали на право мужского населения участвовать в голосовании. Обеспечение такого права для женщин требовало принятия дополнительной поправки к конституции, фиксирующей гражданство женщин, а, соответственно, и их право на голосование.

Четырнадцатая поправка была ратифицирована в июле 1868 года, а шестью месяцами позже Конгресс представил Пятнадцатую поправку, в которой говорилось следующее: «Право граждан США на участие в голосовании не будет отрицаться или каким-то образом изменяться Правительством США или какого-либо из штатов на основе расовой принадлежности, цвета кожи или предыдущего нахождения в рабстве». Сюзан Энтони и Элизабет Стэнтон безуспешно пытались добиться включения в текст поправки слов «сексуальной принадлежности». Вопрос права женщин на участие в голосовании послужил темой женского движения на последующие полвека.

Стэнтон и Энтони организовали «Национальную Ассоциацию за Права Женщин», в которую могли входить только женщины. Ассоциация работала по вопросам различного вида несправедливости, с которой приходилось сталкиваться женскому населению. Главной задачей Ассоциации было добиться принятия поправки к конституции, гарантирующей право женщин на участие в голосовании, что объяснялось убеждением в том, что «введение изменений от штата к штату — процесс долгий, изнурительный и бесперспективный».

Сюзан Энтони оставалась активистом движения за права женщин вплоть до своей смерти в 1906 году. Элеанора Флекснер писала, что кончина Энтони ознаменовала конец целой эпохи. По ее словам, Энтони была последней из гигантов, положивших начало борьбе за улучшение условий жизни женщин. Когда ушла из жизни Энтони, уже немногие ставили под сомнение смысл и неизбежность приобретения женщинами права на участие в выборах. Оставался единственный вопрос, «Когда?»


§3. С конца XIX в. по 1920 год


Элеонора Флекснер отмечала, что «период с 1896 по 1910 год стал известен среди активистов борьбы за права женщин, как «бой игрушечных барабанов.» Вопрос права женщин на участие в голосовании поднимался в шести штатах, и во всех шести был проигран. Конгресс не предпринял никаких новых действий по Поправке Энтони. Тем не менее, у движения начали появляться новые лидеры. Гэрриет Стэнтон Блэтч, дочь Элизабет Кейди Стэнтон, вернулась в 1902 году в США, проведя 20 лет за границей. Блэтч участвовала в различных общественных движениях в Великобритании, включая кампанию за право женщин на участие в голосовании, что вооружило ее богатым опытом общественной борьбы. В США Блэтч основала собственную организацию под названием «Политический Союз Женщин.» Задачей Блэтч было изменить движение за права женщин, ставя более жесткие требования, а также привлекая к участию в движении работающих женщин.

Поскольку большинство работниц не входили в профсоюзы, некоторые феминистки решили исправить это положение. Были созданы лиги потребителей, выявляющие те торговые и промышленные предприятия, где плохо обращались с женщинами. А в 1903 г. была образована Лига женских профсоюзов – с ее помощью представительницы среднего класса боролись за улучшение условий труда. Лига поддерживала забастовки с участием женщин, оказывала существенную помощь бастующим в защите прав арестованных, организации пикетов, бесплатных кухонь и социальных пособий.

В результате Конгресс США санкционировал проведение детального исследования, посвященного положению работающих женщин и детей. Был сделан доклад «Женщины и дети, работающие по найму в США», который изучался с 1908 по 1911 года, состоял из 19 томов. Это привело к основанию в 1920 году Женского бюро при департаменте труда США.41

К октябрю 1908 года «Политический Союз Женщин» насчитывал 19.000 членов и применял в своей деятельности новую тактику, в том числе работу с профсоюзами, организацию членства на основе политической ориентации районов, проведение кампаний против тех законодателей, которые не хотели разрешать участие в голосовании женщин, наблюдение на избирательных участках в день выборов, а также проведение парадов протестов, ставших традиционными во многих городах по всей стране. Как отмечала газета «Нью-Йорк Таймс», парады протестов принесли уважение деятельности женского движения. К тому же, многие молодые женщины стали называть себя феминистками и выступать не только за политические права, но также и за социальные и культурные свободы для женщин.

В 1910 и 1911 годах женщины добились права на участие в голосовании в штатах Вашингтон и Калифорния. В Калифорнии женщины пристально следили за проведением выборов, начиная с будок для голосования и вплоть до работы клерков, подсчитывающих количество бюллетеней. Подсчет голосов показал тогда, что референдум за право участия женщин «выиграл со средним преимуществом в один голос по каждому избирательному участку в штате.»

В 1912 году референдумы были проведены в шести штатах и женщины добились права на участие в голосовании в Аризоне, Канзасе и Орегоне. В Мичигане предварительные результаты предсказали победу женщин, но окончательное голосование оказалось все же не в их пользу. Губернатор штата Мичиган обвинил виноделов (которые опасались, что женщины будут выступать за запрещение алкоголя) в подтасовке результатов голосования, но победы женщинам так и не удалось добиться.

Конгресс не рассматривал вопрос о принятии Поправки Энтони с 1896 года. Положение изменилось, когда Элис Пол, бывшая активистка движения за права женщин в Великобритании, возглавила кампанию за внесение изменений в конституцию. В своей деятельности Пол использовала такую тактику, как акты гражданского неповиновения и публичные голодовки, с которыми она познакомилась в Великобритании. К Пол присоединилась Люси Берне, ещё одна американка с опытом общественной борьбы в Великобритании. Одной из их первых акций был парад протеста в столице США Вашингтоне в день инаугурации президента Вудро Уилсона в марте 1913 года. К тому времени, когда президент прибыл в Вашингтон, все зрители уже ушли, чтобы увидеть парад женщин. Парад собрал 5000 участников и вылился в обширную демонстрацию, привлекшую значительное внимание к вопросу о правах женщин.

В 1913 году Элис Пол основала «Союз Конгресса» с целью добиться принятия поправки к конституции. В июне 1916 года Союз был преобразован в «Национальную Партию Женщин». В 12 штатах, где к тому времени право женщин на участие в голосовании уже было утверждено «Партия Женщин» начала подготовку активистов к предстоящим президентским выборам. В результате в 1916 году как Республиканцы, так и Демократы поддержали право женщин на участие в выборах. Но несмотря на проводимую партией кампанию против президента Уилсона, он был вновь переизбран, что заставило партию пересмотреть стратегию своей деятельности.

Женщины медленно, но верно отвоевывали свои права. В период I Мировой Войны 1914 – 1918гг. феминистки повсюду прекратили свою деятельность, возобновив ее ненадолго после войны. Однако война показала необходимость и ценность женского труда в то время, когда мужчины были призваны в армию. Это было повсеместной тенденцией, однако в США несколько в меньшей степени, поскольку как такового участия в войне Штаты не принимали.

В США в 1918 г. прошел закон о федеральной поправке к Конституции о женском избирательном праве в Палате представителей, но Сенат отклонил поправку. И только благодаря усилию активисток движения, спустя год, а для некоторых штатов чуть позже, 26 августа 1920 года, 19-я поправка стала частью конституции США после ратификации тридцатью шестью штатами.3

Получение женщинами США избирательных прав, а также рост их занятости привели к спаду феминистского движения, которое вновь начинает активизироваться лишь после окончания II Мировой Войны.

В январе 1917 года активисты «Национальной Партии Женщин» пикетировали Белый Дом (такого еще не случалось за всю предыдущую историю США), молча стоя у ворот с плакатами, на которых было написано обращение к президенту: «Господин Президент, что вы собираетесь делать с правом женщин на участие в голосовании?» А когда США вступили в Первую мировую войну, то в ответ на декрет президента, заявляющий, что война «обезопасит мировую демократию», партия выступила с плакатами «Демократия должна начинаться дома».

На конференции в декабре 1917 года «Ассоциация за Право Женщин на Участие в Голосовании» заявила, что сделает все возможное для смены большого числа сенаторов и представителей в случае, если до выборов 1918 года Конгресс не примет поправку к конституции о праве женщин на участие в голосовании. Но, хотя Палата Представителей приняла поправку Энтони в январе 1918 года, Сенату на голосовании в октябре не хватило для ее принятия двух голосов.

Ассоциация продолжала угрожать переизбранием оппозиции. 20 мая 1919 года поправка была вторично принята Палатой Представителей, а в 4 июня ее принял и Сенат. Борьба за ратификацию поправки к конституции заняла сравнительно немного времени. «Ассоциация женщин» организовала активную поддержку поправки, и 26 августа 1920 года женщины всех штатов США получили гарантированное право на участие в голосовании.

На этом можно было бы и завершить наше исследование, но нам кажется интересным остановиться еще на двух с трудом отвоеванных правах женщин – праве заниматься профессиональным спортом и праве на планирование рождаемости.

С позиций социального дарвинизма и позитивизма большинство представителей науки и образования единодушно противостояли попыткам женщин добиться социального равноправия. Доктор Эдвард Кларк в США и Доктор Генри Маудслей в Англии стали классиками концепции о физиологически обусловленных ограничениях физической, умственной и социальной активности женщин. Доктор Роберт Барнес (1887), разъясняя преобладающую в научных кругах точку зрения, утверждал: «Функции овуляции, беременности, лактации и менопаузы по очереди доминируют в женском организме, истощая его и не оставляя достаточных для иной деятельности энергетических ресурсов». В 1887 г. председатель Британской Медицинской Ассоциации предложил, чтобы в интересах социального прогресса и улучшения человеческой расы образование и другие виды активности были запрещены конституцией как потенциально опасные, вызывающие перегрузку женского организма и неспособность произвести здоровый результат. Научный подход такого рода сопровождался солидными статистическими выкладками.

В этом ученые столкнулись с мощной оппозицией в виде спортивного движения.

В конце XIX – начале XX вв. в русле общемировых тенденций изменения социальной значимости женщины трансформируется и ее телесный имидж в целом (именно телесность является символом гендерной дифференциации и источником мифа об «ограниченных возможностях слабого пола»). Соответственно меняется и отношение к ее потенциальному участию в международном физкультурно-спортивном и олимпийском движении. А это в более широком смысле ассоциировалось со свободами социально-политического характера и проявлением равноправия женщин. В поствикторианскую эпоху феминистическое движение значительно расширило географические границы, организационно оформилось и потеряло значительную часть эмоциональной стихийности первого этапа. Идея улучшения индивидуального и общественного положения женщин стала захватывать сознание все более широкого круга передовых людей.42

На фоне этого противостояния остро проходили дискуссии об интеллектуальной и биологической состоятельности женщин. Миф об ограниченных возможностях слабого пола и традиционные представления о фемининности значительно затрудняли процесс вступления женщин на международную физкультурно-спортивную арену.

Такая точка зрения господствовала в конце XIX в., серьезно затрудняя полноценное участие женщин в международном физкультурно-спортивном движении. Наиболее активно процессы эмансипации протекали в Соединенных Штатах Америки, где к началу века существовало более 1000 женских клубов.43

Однако женщины не оставляли надежд и усилий занять достойное место на международной спортивной и олимпийской арене: организовыва ли собственные спортивные общества и федерации, участвовали в различных соревнованиях, пытались найти оригинальные методики физического воспитания девушек. Так, в 1906 г. состоялся первый официальный женский Чемпионат мира по фигурному катанию, проведенный в Давосе (Швейцария) по инициативе Международного Союза Конькобежцев (I.S.U.). Эти соревнования стали образцом для проведения многочисленных национальных открытых чемпионатов по этому виду спорта, как то: чемпионаты Германии 1911, Австрии 1913, США 1914 гг.

Основанная в 1908 г. Международная Федерация Плавания (F.I.N.A.) стала одной из немногих спортивных ассоциаций, занявших либеральную позицию по отношению к женскому спорту. Наибольшее распространение этот вид спорта получил у американских спортсменок. В этой связи нельзя не упомянуть о Шарлотте Эпстейн (1884 - 1934) - известной общественной деятельнице, которая много сделала для развития женского спорта в Соединенных Штатах. Ш. Эпстейн основала в 1914 г. Национальную Женскую Лигу Спасения, и осенью того же года благодаря активным действиям Лиги Любительский Атлетический Союз (Amateur Athletic Union) официально начал регистрировать женские состязания по плаванию. В 1916 г. Союз организовал первый женский национальный чемпионат для женщин, который включал 6 упражнений вольным стилем на различные дистанции, однако в этом же году была сделана неудачная попытка провалить участие спортсменок в соревнованиях по плаванию со стороны этой же организации. В 1917 г. г-жа Эпстейн основала в Нью-Йорке Женскую Ассоциацию Плавания в надежде улучшить существующее положение вещей и вывести женские состязания из-под контроля агрессивно настроенных "промужских" организаций. Очень скоро клуб стал лидером женского плавания в Соединенных Штатах, и в 1918 г. его спортсменки внесли свой вклад в список мировых рекордов.

Несмотря на то что в начале века закостенелый в отношении женского спорта этикет несколько изменился, широкая общественность крайне негативно относилась к тому, чтобы женщины занимались "традиционно мужскими" и "противоречащими самой женской природе" видами спорта, например легкой атлетикой.

Женское освободительное движение выразилось, в частности, в стремлении освоить все новые виды спорта, продемонстрировав тем самым свое социальное равноправие и биологическую полноценность. Доказывая свое право и способность заниматься различными видами спортивной деятельности, спортсменки встречали непонимание не только со стороны большинства своих неспортивных сограждан, но, что самое удивительное, со стороны самих основателей современного олимпийского движения (Пьер де Кубертен, Эвери Брендедж).44

Особенно тяжело было отвоевать право на участие в таких видах спорта, как легкая атлетика. История легкой атлетики наглядно иллюстрирует борьбу женщин с гендерными стереотипами, неприятием нового "активного" имиджа женщины. Наиболее успешно защищали свои позиции американки - на раннем этапе современная легкая атлетика тесно связана с судьбой феминисток США. Уже в 1905 г. в США былo сообщено o 14 женских легкоатлетических рекордах.45

Впрочем, борьба за право участия в «неженских» видах спорта продолжилась и в 30-х гг., выйдя на очередной ивток противостояния.

Опираясь на женские клубы, FSFI во всем мире поддерживала женское спортивное движение. Национальные первенства, "женские олимпиады" вызывали растущий интерес спортсменок всего мира. Президент FSFI Элис Миллье обратилась к сессии МОКа (1935) с меморандумом, в котором просила исключить женские состязания из программы олимпиад. При этом она ссылалась на то, что проведение соревнований по женским видам спорта является исключительной задачей FSFI. К счастью, МОК с заслуживающей внимания дипломатической тонкостью отразил эту акцию, получившую широкую поддержку со стороны прессы.

Еще один вопрос, тесно связанный с физиологией и спорами ученых рубежа века – вопрос о контроле за рождаемостью.

Маргарет Сангер (1883 – 1966) считала целью своей жизни – «дать каждой женщине право распоряжаться своим телом». В 1915 г. она начала широкомасштабную компанию, цель которой – преодолеть законодательные преграды на пути распространения врачами противозачаточных средств и информации об их использовании. Она считала право на добровольное материнство «ключом к храму свободы».

М. Сангер пишет, что большинство женщин из рабочих семей не располагают сколько-нибудь достоверными знаниями о противозачаточных средствах и, следовательно, рожают детей с такой быстротой, что их семьи, и их класс в целом оказались слишком многочисленными. Отсюда и многие тяготы, которыми обременено общество в целом; в свою очередь они порождают нужду, болезни, тяжелые условия жизни и общую нищету среди рабочих.46

И женщина первой же страдает от голода, она хуже одета, рабочий день ее не имеет предела, даже если ее не гонят на фабрику для того, чтобы пополнить скудный заработок мужа. Это ее здоровье страдает в первую очередь и уже не восстанавливается от домашней работы, подорванное постоянными беременностями и постоянным уходом за детьми. К сверхурочному тяжелому труду женщины не относятся законы о восьмичасовом рабочем дне; никакие законы не защищают ее слабого здоровья от болезней, вызванных беременностями и родами. По статистическим данным Департамента труда Соединенных Штатов в 1913 г. в США около 15 тысяч женщин умерли от послеродовых осложнений. И эти данные, по мнению врачей сильно занижены!47

В рассматриваемый период времени сторонницам этого подхода не удалось добиться желаемого – это дело будущего. Однако ростки права женщины на «свободное материнство» были заложены уже здесь. Однако о влиянии этого отвоеванного права споры не прекращаются по сей день: именно здесь коренится непримиримое ныне противоречие между ортодоксальными феминистскими организациями, видящими в «свободном материнстве» один из главнейших принципов женской свободы, а с другой стороны – противниками абортов, выступающих за право ребенка на жизнь начиная с момента зачатия. Наконец, для современной России актуально противостояние выросшей на идеях М. Сангер и ее последовательниц организации планирования семьи РАМП и ее противников, справедливо видящих в ней экспансию «тайного геноцида», базирующегося на озвученной выше теории «не плодить нищету», уже не среди американских рабочих, правда, а среди «развивающихся стран», в том числе и России…

Таким образом, показанный нами период в развитии женского движения за свои права в Америке имеет немаловажное значение: известные нам сегодня достижения и проблемы зародились именно в рассмотренный нами период: и право женщины на работу и спорт, и абсурд политкорректности и харресмента, и возможность свободного использования противозачаточных средств, и развитые фашизмом и некоторыми современными организациями идеи об ограничении рождаемости «неполноценных», и многое другое. Поэтому эта тема должна изучаться дальше и более глубоко.


Заключение


Традиционно женщину возводили на пьедестал, видели ее роль главным образом в создании и сохранении семейного очага, в воспитании детей. Но это не мешало использовать женский труд на тяжелых работах и закрывать глаза на неравенство в заработной плате мужчин и женщин. Когда возросла потребность в рабочей силе, женщины пополнили ряды наемных работников. И это притом, что долгое время замужняя женщина не могла владеть собственностью, подписывать контракты от своего имени и даже распоряжаться собственной заработной платой.

Когда в 30-х годах XIX века, участвуя в движении за запрещение рабства, женщины вошли, наконец, в политику, они почувствовали как эффективность своей борьбы за социальные преобразования, так и свое неравное положение по сравнению с мужчинами внутри движения и в обществе в целом. Участие женщин в таких движениях подтолкнула две волны феминистской активности: кампанию за право голосовать (борьба, продолжавшаяся в течение 72 лет) и движение за права и свободы женщин в 60-х и 70-х годах.

Общество стало постепенно отходить от жесткой привязки тех или иных экономических и поведенческих норм по признаку пола, от традиционных понятий о построенном на гендерном факторе разделения домашних, родительских обязанностей и трудовой активности вне дома.

Таким образом, к началу XX века феминистское движение сумело охватить широкие слои общества, стало более массовым и организованным, подкреплялось идейной основой и сочувствием со стороны наиболее прогрессивных мужчин. Женщины смогли добиться для себя уже значительных прав и создали предпосылки для дальнейшей реорганизации общества.

Наконец, в 1920 году в США были провозглашены равные права граждан независимо от пола.

Женская эмансипация характеризуется как один из наиболее проблемных аспектов индустриальной фазы общественного развития, а феминизм XIX века определяется как объединение женщин с целью достижения полного и фактического равноправия с мужчинами. Процесс интеграции женщин в различные сферы общественной деятельности в XIX - начале XX вв. был крайне противоречив и мучительно труден.

Например, несмотря на то что впервые женское радикальное движение оформилось в Англии еще в 1866 г., реальных шагов к политической и социальной эмансипации женщин не было сделано до 20-х г. XX в., когда в ряде стран был официально признан политический статус женщин. О том, насколько острым было противостояние, ярко свидетельствуют 53 года борьбы американских феминисток: от первого государственного референдума избирательного права в Штате Канзас до заключительной ратификации 19-й поправки в 1920 г. В течение этого времени было проведено 56 референдумов мужчин-избирателей, 480 кампаний, для того чтобы заставить законодательные органы представить проект поправок избирательного права, 47 кампаний, чтобы получить государственное конституционное соглашение для конституционного оформления избирательного права женщин, 277 кампаний, чтобы получить официальное согласие правящих партий, и так далее.


Источники


Адамс А. Из переписки Джона Адамса и его жены Абигаль Адамс в годы Революции // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 20 – 23.

Акт о собственности замужних женщин Нью-Йорка // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 103 – 106.

Бебель А. Женщина и социализм // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 276 – 285.

Декларация чувств. Резолюции. Сенека – Фоллз, 1848 // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 107 – 116.

Джеймс Патнем Э. Дама. // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 333 – 342.

Ибсен Г. Кукульный домик // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 242 – 254.

Коллонтай А. Социальные основы женского вопроса.

Мотт Л. Не христианская религия, а козни церковников…// Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 137 – 142.

Райт Ф. Курс публичных лекций // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 40 – 48.

Робинсон Х. Х. Труд на первых фабриках в Новой Англии // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 77 - 87.

Соджернер Трут. Разве я не женщина? // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 130 – 136.

Торнстайн Веблен. Теория праздного класса // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 286 – 306.

Худ Т. Песня о рубашке // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 88 – 90.

Энгегельс Ф. Письмо Лауре Лафарг от 2 октября 1891 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 38. С. 145.


Литература


Воронина О. Женщина и социализм //Феминизм: Восток, Запад, Россия. М.,1993. С. 205 – 225.

Еникеева Д. Познакомлюсь с мужчиной для разовых встреч… М., 2000.

Истягина-Елисеевa Е. А. Женская эмансипация как фактор развития международного физкультурно-спортивного движения 1860 – 1920 гг. (исторический аспект) // Теория и практика физической культуры. 2000. №6.

Климонтович Н. Рокировочка полов // Правда Владивостока. 23.06.2004

Шенар А. Куда идет феминистское движение? // Сегодня. 1996. 26 апреля. С. 6.

Эванс С. Рожденная для свободы: М., 1993.

http://eiao.chat.ru Андроцид, или дискриминация мужчин (бывший миф о власти мужчин)


Примечания


1 Как известно, начало эмансипации женщин относится к Великой французской революции, а появление термина «emancipation de la femme» - к эпохе июльской революции 1830 г. Но первоначально женское движение возникло в Северной Америке – в период войны за Независимость 1775 – 1783гг.

2 Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. С.287.

3 Эванс С. Указ. Соч. С.179.

1 Воронина О. Женщина и социализм //Феминизм: Восток, Запад, Россия. М.,1993. С. 205 – 225.

2 Энгегельс Ф. Письмо Лауре Лафарг от 2 октября 1891 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 38. С. 145.

3 Коллонтай А. Социальные основы женского вопроса.

4 Еникеева Д. Познакомлюсь с мужчиной для разовых встреч… М., 2000.

5 Шенар А. Куда идет феминистское движение? // Сегодня. 1996. 26.

6 Николай Климонтович. Рокировочка полов // Правда Владивостока. 23.06.2004; см. также http://eiao.chat.ru Андроцид, или дискриминация мужчин (бывший миф о власти мужчин)

7 Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992.

8 Эванс С. Рожденная для свободы: М., 1993.

9 Феминизм: Восток, Запад, Россия. М., 1993.

10 Ибсен Г. Кукульный домик // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 247.

11 Эванс С. Указ. соч. С. 70.

12 Там же. С. 70.

13 Робинсон Х. Х. Труд на первых фабриках в Новой Англии // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 85.

14 Эванс С. Указ. соч. С. 72.

15 Торнстайн Веблен. Теория праздного класса // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 298.

16 Там же.

17 Там же.

18 Эванс С. Указ. соч. С. 69.

19 Джеймс Патнем Э. Дама. // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. Дама. С. 343.

20 Эванс С. Указ. соч. С. 48.

21 Робинсон Х. Х. Указ. соч. С. 83.

22 Там же. С. 83.

23 Там же. С. 83.

24 Цит. по: Эванс С. Указ. соч. С. 90.

25 Робинсон Х. Х. Труд на первых фабриках в Новой Англии. С. 87.

26 Худ Т. Песня о рубашке // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 89.

27 Цит. по: Эванс С. Указ. соч. С. 94.

28 Там же. С. 99.

29 Соджернер Трут. Разве я не женщина? // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992. С. 132.

30 Адамс А. Из переписки Джона Адамса и его жены Абигаль Адамс в годы Революции. С. 23.

31 Цит. по: Эванс С. Указ. соч. С. 74.

32 Там же. С. 75.

33 Там же. С. 79.

34 Там же. С. 69.

35 Там же. С. 77.

36 Там же. С. 81 – 82.

37 Там же. С. 88.

38 Соджернер Трут. Указ. соч. С. 132.

39 Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. С.196.

40 Акт о собственности замужних женщин Нью-Йорка // Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. М., 1992.

41 Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. С.344.

42 Истягина-Елисеевa Е. А. Женская эмансипация как фактор развития международного физкультурно-спортивного движения 1860 – 1920 гг. (исторический аспект) // Теория и практика физической культуры. 2000. №6.

43 Там же.

44 Там же.

45 Там же.

46 Феминизм: проза, мемуары, письма, эссе. С. 436.

47 Там же. С. 437.

15




Случайные файлы

Файл
73924.rtf
70903.rtf
92300.rtf
CBRR2953.DOC
76751-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.