Структурные и прагматические особенности директивных высказываний (42340)

Посмотреть архив целиком

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Тамбовский государственный университет имени Г.Р. Державина


Институт филологии

Кафедра французской филологии






Дипломная работа


«Структурные и прагматические особенности директивных высказываний»














Тамбов 2008


План


Введение

1. Теория речевых актов

1.1 Определение речевого акта

1.2 Основные понятия теории речевых актов

1.3 Классификация речевых актов

1.4 Невербальные компоненты коммуникации. Их роль в ходе общения

2. Директивный речевой акт

2.1 Определение директивного речевого акта

2.2 Определение директивной интенции

2.3 Перлокутивная функция директивных высказываний

2.4 Основные перфомативы класса директивов

2.5 Формальные особенности директивов

2.6 Факторы и условия, обеспечивающие успешность директивного речевого акта

2.7 Коммуникативные неудачи при реализации директивных речевых актов

2.8 Классификация директивов

2.9 Аспекты изучения директивных речевых актов

2.10 Средства выражения директивных речевых актов

3. Особенности употребления директивов во французской разговорной речи

Заключение

Библиография




Введение


Дипломная работа посвящена изучению функционирования французских директивных речевых актов в процессе коммуникации.

В данном исследовании под «директивами» понимается категоричный (запрет, требование, инструкция) или некатегоричный (совет, просьба, предложение) вид побуждений, которые, в первом случае, могут исходить только от индивидуумов, располагающих полномочиями осуществления подобных речевых актов, во втором случае – от индивидуумов, нуждающихся в совете или помощи собеседника.

В связи с особой социальной значимостью побуждений языковеды всегда проявляли к ним большой интерес (Е.И. Беляева, Н.Г. Закутская, Я.Н. Еремеев, А. Вежбицкая, М.М. Бахтин, А.В. Дорошенко и др.). Важно отметить, что лингвистика достаточно хорошо изучила многие важные аспекты побуждений (в том числе и директивов), их структурные особенности, морфолого-синтаксические свойства, некоторые прагматические характеристики побудительных высказываний, поэтому эта тема продолжает оставаться в высшей степени актуальной.

Объектом исследования данной работы выступает функционирование директивных речевых актов в процессе речевого взаимодействия людей в диалоге. Диалог – это форма речи, состоящая из обмена высказываниями – репликами, на языковой состав которых влияет непосредственное восприятие, активизирующее роль адресата в речевой деятельности адресанта [В.Н. Ярцева, 1998:135]. Директивные высказывания, хотя и вычленяются из диалога в исследовательских целях, но, тем не менее, они являются лишь компонентами диалога, неразрывно связаны со всеми внешними компонентами (ситуацией, контекстом, психологическими и социальными характеристиками коммуникантов) и имеют свое значение только в составе этих связей. Именно такой подход к директивным высказываниям определяет актуальность и научную новизну работы.

Директивность является одной из основных характеристик высказывания; все высказывания можно по этому критерию разделить на директивные и недирективные. Директивное высказывание есть сложный продукт коммуникации, зависящий от волеизъявлений коммуникантов, особенностей коммуникативного контекста, социокультурной и национально-языковой среды [Я.Н. Еремеев, 2004: 5].

Осуществляемый в работе анализ директивных речевых актов имеет целью выявление структурных и прагматических особенностей французских директивов.

Из цели вытекает и ряд задач:

1) а) дать определение речевого акта;

б) выявить основные понятия теории речевых актов;

в) сопоставить классификации речевых актов разных языковедов;

г) рассмотреть исследования речевых актов на современном этапе развития лингвистики;

д) ознакомиться с невербальными компонентами, сопровождающими речевой акт;

2) а) дать определение директивного речевого акта, директивной интенции;

б) ознакомиться с основными перфомативами класса директивов;

в) рассмотреть основные факторы, определяющие перлокутивную функцию высказывания;

г) выявить языковые средства, используемые в качестве интенсификоторов и деинтенсификоторов директивных высказываний;

д) проанализировать факторы, влияющие на успешность общения или же, в противном случае, на возникновение коммуникативных неудач;

е) изучить классификацию директивных речевых актов;

ж) ознакомиться с аспектами изучения директивных речевых актов;

з) рассмотреть средства выражения директивных высказываний;

и) проанализировать директивы, встречающиеся во французской разговорной речи, в структурном и прагматическом аспектах.




1. Теория речевых актов


1.1 Определение речевого акта


По мнению многих ученых, в частности Е.В. Милосердовой, современное прагматическое направление в лингвистике позволяет глубже исследовать специфику языкового поведения человека, то есть его речевых действий в соответствии с правилами поведения, иначе говоря, специфику речевых актов [Е.В. Милосердова, 2004:149].

Понятие «речевой акт» является одним из наиболее популярных в современной лингвистической науке. Оно не имеет единственного определения. По мнению В.Б. Гудковой «речевой акт представляет собой единство социального (объективного) и индивидуального (субъективного) и содержит целый комплекс фактов лингвистического и экстралингвистического характера» [В.Б. Гудкова, 2003: 2].

Н.Д. Арутюнова дает следующее определение речевого акта: «речевой акт представляет собой элементарное (минимальное) звено языковой коммуникации, являющееся продуктом актуализации предложения в конкретной ситуации общения и направленное на достижение определенной иллокутивной цели» [Цит. по А.В. Черная, 2004:44].

Л.С. Гуревич в своей работе «Коммуникативный акт в рамках теории речевой деятельности» рассматривает это понятие как «сложное в языковом, психологическом плане образование, в котором задействованы интерлокутивные силы, где реплика-стимул и реплика-реакция актуализируют содержательную, конструктивную и ситуативную общность, и где прагматическая составляющая является диалогическим единством» [Л.С. Гуревич, 2006:400].

О.И. Москальская употребляет иллокутивный акт в значении поступка, входящего в состав внеязыкового контекста и имеющего целью определенное воздействие на адресата речи [Цит. по Н.А. Бут, 2004:53].

Иную трактовку речевого акта находим у Р.И. Карчевски. Он под речевым актом понимает «минимальную коммуникативную единицу текстового уровня, совершаемую в соответствии с принципами и правилами речевого поведения, принятыми в данном обществе, выступающую в виде целенаправленного действия говорящего для достижения взаимопонимания между участниками коммуникации» [Р.И. Карчевски, 2002:129–130].

И.Е. Папулинова, рассматривает речевой акт как деятельность и выделяет две его стороны: формальную и содержательную [И.Е. Папулинова, 2000:167].

Таким образом, мы видим, что точка зрения на определение речевого акта каждого из вышеперечисленных лингвистов объективна и верна. Исследователи, давая объяснение этого понятия, принимали во внимание лингвистические и экстралингвистические факторы построения речевого акта. Разница во взглядах обуславливается тем, что лингвисты анализируют речевой акт с разных позиций, акцентируют свое внимание в большей степени или на формальной стороне речевого акта, или на содержательной. Исследуя речевой акт с точки зрения его структуры, можно дать следующее определение этого понятия: высказывание говорящего, оформленное с помощью различных видов предложения (побудительного, повествовательного, вопросительного), лексическое наполнение и синтаксическая структура которого зависит от интенций говорящего, коммуникативного контекста и сферы общения. С содержательной стороны речевой акт представляет собой действие адресанта по отношению к адресату, осуществляемое в определенной ситуации общения и направленное на реализацию определенного замысла говорящего.


1.2 Основные понятия теории речевых актов


Центральным понятием теории речевых актов является, по мнению Дж. Остина, разграничение локутивного акта, то есть акта произнесения некоторого высказывания, его фонетическая и графическая оболочка, иллокутивного – акта сообщения данному высказыванию определенной иллокутивной силы, то есть выражения в нем интенции говорящего, и перлокутивного – акта восприятия адресатом высказывания и распознания его иллокутивной силы [Дж. Остин, 1986: 22 – 30].

Следующим важным понятием теории речевых актов является понятие намерения (интенции) говорящего. Так, П. Грайс определил в термине намерения понятие субъективного значения высказывания, или «значения говорящего». По П. Грайсу, «субъективное значение высказывания есть намерение говорящего получить с его помощью определенный результат, благодаря осознанию слушающим этого намерения» [П. Грайс, 1989:217].

Л.М. Михайлова под интенцией понимает коммуникативную направленность высказывания. Она считает, что понятие «интенция» включает в себя как функционально четко выраженные иллокуции вопроса, приказа, просьбы, команды, предложения, пожелания, так и сообщение информации, а также передачу эмоционального состояния [Л.М. Михайлова, 2002:5].

По словам Н.А. Бут, применительно к речевым действиям можно говорить о языковых конвенциях, которые действуют на уровне локутивного акта и определяют локутивное или языковое значение высказывания [Н.А. Бут, 2004:45].

Для теории речевых актов свойственно понятие «установки». Т.Е. Доброва пишет о том, что в работах Сидоркова, Бабенко термины «установка» и «речевая установка» используют как синонимы иллокутивного акта. Команский понимает этот термин более широко, как мотивация высказывания, определяющаяся целью воздействия и получением от него желаемого результата. Г.Ф. Мусаева рассматривает этот термин в рамках теории текста, где он приобретает значение направленности текста, его роли в коммуникации с точки зрения адресата [Цит. по Т.Е. Добровой, 2004:10–11].

Сама же Т.Е. Доброва использует данный термин в понимании В.В. Богданова, который под «установкой» имеет в виду то, что находится в центре внимания говорящего [Т.Е. Доброва, 2004:14–15].

Для успешной реализации коммуникативной установки важно знать такое понятие как «коммуникативная среда», которая, по мнению О.Ю. Цветкова, характеризуется последовательностью функциональных типов высказывания, каждый из которых обладает своей интенцией, способствуя тем самым реализации коммуникативной установки [О.Ю. Цветков, 2002:5].

Вышеперечисленные понятия теории речевых актов имеют большое значение в прагматике и в совокупности играют важную роль при анализе речевого акта, особенно при выделении типов речевых актов и при их построении. Так, одно и то же высказывание говорящий может произнесьти с разной интонацией в зависимости от его интенций и установок, которые предопределяют коммуникативную среду речевого акта, а также в зависимости от коммуникативного контекста и ситуации.


1.3 Классификация речевых актов


Заслуга Дж. Остина состоит не только в том, что он первым сформулировал теорию речевых актов, но и в том, что он предложил классификацию речевых актов, которая в дальнейшем послужила отправной точкой для других языковедов в выделении типов речевых актов. Существует большое количество классификаций. Рассмотрим некоторые из них.

Итак, Джон Остин предложил выделять пять классов перфомативных (иллокативных) актов:

  1. вердиктивы, с помощью которых говорящий выражает свою оценку чего или кого-либо;

  2. экзерситивы, служащие для осуществления власти говорящего (приказания, распоряжения и т.п.);

  3. комиссивы – выражение обещаний и обязательств;

  4. бехабитивы регулируют общественное поведение, взаимоотношения коммуникантов и т.д. (например, поздравления, извинения и пр.)

  5. экспозитивы определяют место высказывания в ходе беседы (я признаю, отрицаю и т.д.) [Дж. Остин, 1986: 101].

Базисными видами иллокутивных актов Дж. Серль считает следующие пять: репрезентативы (или ассертивы), которые представляют реальное положение дел адресату; директивы, которые каузируют (или определенным образом влияют на деятельность адресата); комиссивы – акты, возлагающие на говорящего некие обязательства, и декларации, которые вносят определенные изменения в реальное состояние вещей [Дж. Серль, 1978: 252].

Классификации Дж. Остина и Дж. Серля являются основными, общепринятыми. В дальнейшем они лишь расширялись и дополнялись некоторыми типами речевых актов.

Классификация А. Вежбицкой содержит восемь иллокутивов: сообщения, просьбы / приказы, вопросы / запреты / позволения, требования / возражения, предостережения / угрозы, советы / наставления, действия, обозначаемые глаголами этикетного поведения, экспозитивы [А. Вежбицкая, 1985: 251–273].

В своей диссертационной работе Н.А. Бут также рассматривает классификации В. Вундерлиха и Л.Л. Федоровой. Первый классифицировал речевые акты на основе их пяти функций. Он различал восемь классов: директивы (просьбы, приказы, распоряжения, нормативные акты), комиссивы (обещания, объявления, угрозы), эротетические речевые акты (вопросы), репрезентативы (утверждения, констатации, отчеты, описания, объяснения), сатисфактивы (извинения, благодарность, оправдание), ретрактивы (невозможность выполнить обещанное), декларации (называния, определения, приговоры, открытия, заседания) вокативы (обращения, вызовы).

Л.Л. Федорова выделяет следующие типы речевых воздействий: социальные воздействия (приветствия, прощания, представления, благодарности, извинения, прощения, соболезнования, обязательства,); волеизъявления (приказ, вопрос, пожелание); разъяснение и информирование (сообщение, предупреждение, исповедание) и, наконец, оценочные и эмоциональные речевые воздействия. К оценочным воздействиям она относит такие моральные оценки, как порицание, осуждение, похвала, одобрение.

В свою очередь, М.М. Бахтин предложил классификацию речевых жанров, организованную по принципу полевой структуры. Среди них он выделял, во-первых, императивные речевые жанры, включающие просьбу, приказ, мольбу и требование, во-вторых, жанры, имеющие целью воздействия на эмоции, в их число входят жалоба, утешение, угроза, оскорбление и шутка [Цит. по Н.А. Бут, 2004:64].

В практике использования термины «речевой акт» и» речевой жанр» не разграничиваются исследователями достаточно четко, но, тем не менее, И.В. Труфанова в своей статье «О разграничении понятий: речевой акт, речевой жанр, речевая стратегия, речевая тактика» говорит о том, что нельзя идентифицировать понятия» речевой акт» и» речевой жанр». Она рассматривает их отдельно [И.Т. Труфанова, 2001:57–58].

Точка зрения И.В. Труфановой на разграничение «акта» и» жанра» для нас более близка, так как сами определения этих двух понятий в словаре подтверждают справедливость данной точки зрения: акт – это поступок, действие [Л.С. Шаумян, 1964:30], то есть языковая единица, которая может быть представлена в виде одного предложения, а жанр – это разновидность художественного произведения [Л.С. Шаумян, 1964:233]. Здесь мы видим соотнесенность с более крупной единицей языка, с текстом. Определяя жанр того или иного текста, мы принимаем во внимание не одно, а несколько предложений. Таким образом, термин «акт» чаще всего рассматривается на уровне высказывания, а термин «жанр» – на уровне текста.

В.Г. Гак различает акты речи по их общей интенции. Прежде всего, он подразделяет их на информативные и неинформативные. Первые связаны с передачей или запросом информации. К ним относятся констатация, обещания, побуждения, вопрос с различными подразделениями каждого из основных типов. К неинформативным относятся различные «социальные» акты: приветствия, поздравления и т.п. [В.Г. Гак, 1998: 628–630].

Используя в качестве отправной точки общепринятые классификации Дж. Остина и Дж. Серля, в лингвистической науке исследователи выделяют следующие речевые акты: Г.К. Хамзина акцентирует внимание на акте аргументации и акте возражения. По ее мнению, они характерны для многих жизненных ситуаций, требующих языкового общения людей [Г.К. Хамзина, 1996: 78–79].

Речевой акт предложения услуг или какой-либо субстанции рассматривается Л.В. Цуриковой как гибридный, так как наряду с коммуникативными ролями, характерными для директивных речевых актов (Исполнитель, Бенефициант, Ответственный за принятие решений об исполнении предуцируемого действия), в речевом акте предложения услуг или субстанции выделяются комиссивные по характеру коммуникативные роли Получателя услуги или субстанции и Обеспечителя, гарантирующего получения адресатом предложенной услуги или субстанции [Л.В. Цурикова, 1996:79].

Т.М. Ломова, В.В. Юмашева выделяют экспрессивный речевой акт сожаления, иллокутивной целью которого является выражение психологического состояния говорящего [Г.М. Ломова, В.В. Юмашева, 1996:51].

В современной лингвистике исследуется также речевой акт комплимента. В статье Г.С. Двиняниновой «Комплимент: коммуникативный статус или стратегия в дискурсе?» он рассматривается как социальное и эмоциональное речевое воздействие, а социальное речевое воздействие, по ее мнению, – это особые ситуации общения, в которых не происходит передачи информации как таковой, а осуществляются определенные социальные акты. При этом основным мотивом-целью адресантов комплиментов считается улучшение эмоционального состояния их адресатов [Г.С. Двинянинова, 2001:103–105].

Н.А. Трофимова в своей работе пишет, что Дж. Серль рассматривает извинение как стандартный пример экспрессивных речевых актов. Тогда как Р. Ратмайр утверждает, что извинение имеет собственную иллокутивную цель и является одним из видов директивов [Цит. по Н.А. Трофимова, 2006:56–60].

Сама же Н.А. Трофимова считает, что директивы направлены на внеязыковой мир событий и действий с целью его изменения, а в извинениях речь идет об оценке действий говорящего, поэтому она пришла к выводу, что извинения нужно рассматривать как полиинтенциональные речевые акты, как направленные адресату просьбы о прощении, осложненные выражением таких эмоций, как сожаление о произошедшем, раскаяние [Н.А. Трофимова, 2006:59–60].

На наш взгляд, извинение включает в себя элементы экспрессивного и директивного речевых актов, то есть, с одной стороны, говорящий, извиняясь, воздействует на эмоциональную сферу слушающего и стремится загладить свою вину, с другой стороны, он побуждает адресата изменить существующее положение дел в положительную или отрицательную сторону: принять извинение или же отвергнуть, а так как директивы не всегда носят категоричный характер, и реакция слушающего может быть выражена не только совершением физического действия, но и вербального, то извинение в данном случае рассматривается как вид директивного речевого акта, в котором приоритетную позицию занимает адресат, а его ответ расценивается как показатель успешности или неуспешности осуществления речевого акта извинения со стороны говорящего

А.Г. Гурочкина в своей работе исследует коммуникативный акт умолчания. По ее мнению, он имеет место в том случае, когда по определенным причинам прерывается актуализация развернутого речевого действия, но полностью сохраняется его иллокутивная сила. [А.Г. Гурочкина, 1998:14–15].

Анализируя существующие точки зрения на место поздравительных высказываний в системе речевых актов, значительно отличающиеся друг от друга в зависимости от концептуальной установки, Л.М. Мудрик пришел к выводу, что поздравление представляет собой этикетный перформатив, основной коммуникативной интенцией которого является стремление говорящего вызвать у адресата определенные положительные эмоции, т.е. воздействовать на его эмоциональную сферу [Л.В. Мудрик, 2002:134].

И.Б. Лазебная выделяет речевой акт агрессии. По словам И.Б. Лазебной, в обыденном языке слово «агрессия» означает множество разнообразных действий, которые нарушают физическую или психологическую целостность другого человека, наносят ему материальный ущерб, препятствуют осуществлению его намерений, противодействуют его интересам или же ведут к его уничтожению [И.Б. Лазебная, 2006: 395–397].

Н.Б. Ершова выделяет речевые акты «юстификатив» и «контрадиктив», которые относятся к категориям контраргументации и служат для обозначения речевых действий, выражающих решительный протест против утверждаемого факта [И.Б. Ершова, 2000:234–244].

Таким образом, можно сказать, что и в настоящее время речевые акты представляют большой интерес, находятся в центре внимания и изучаются многими исследователями. Классификации речевых актов расширяются и дополняются новыми видами, то есть рамки исследования речевых актов растягиваются.




1.4 Невербальные компоненты коммуникации. Их роль в ходе общения


В своих работах исследователи затрагивали многие вопросы, касающиеся речевых актов, в том числе, и использование невербальных компонентов, сопровождающих речевые акты. Практически во всех исследованиях отмечаются значимость невербальных компонентов, как носителей определенных значений, и важность их роли в процессе общения.

Е.Л. Васильева считает, что для большинства невербальных компонентов не существует ограничений в их использовании в разных типах речевых актов. Например, невербальный компонент посмотреть на кого-либо/что-либо свойственен всем типам речевых актов. Однако существует целый ряд невербальных компонентов, характерных только для определенного типа речевых актов.

Так, например, директивным речевым актам свойственны жесты, которым присуще значение директивности (прикоснуться пальцами к губам). Директивные речевые акты просьбы сопровождаются такими невербальными компонентами, как молитвенно воздеть руки, встать на колени, говорить жалобно, умоляюще, печально, плакать: невербальный компонент говорить тихо, спокойно, нежно характерны как для речевого акта просьбы, так и для речевого акта совета. Дейктические невербальные компоненты свойственны речевому акту указания и побуждения, невербальный компонент покачать указательным пальцем употребляется в речевом акте угрозы и предупреждения. Для речевого акта вопроса типичны невербальные компоненты, выражающие состояние удивления, подозрительности, недоверия (поднять брови, говорить удивленно) [Е.Л. Васильева, 2002: 3–5].

Из вышесказанного следует, что акт речи включает в себя не только высказывания участников, но и языковое выражение разнообразных сопутствующих фактов, в том числе и невербальных средств. Выбор того или иного невербального компонента зависит от типа или подтипа речевых актов, то есть избирательность невербальных компонентов – важнейший компонент успешной коммуникации.




2. Директивный речевой акт


2.1 Определение директивного речевого акта


Из вышеизложенного материала следует, что центральное место в речевом акте занимает иллокуция, тип речевого воздействия. По мнению В.И. Карасика, наиболее существенным признаком для выделения того или иного типа речевого действия является интенция говорящего. «Практически в любом речевом действии мы сталкиваемся с воздействием, даже если сообщаем о чем-то или выражаем эмоции» [В.И. Карасик, 2002: 69]. Но существует тип речевых актов, для которых воздействие на партнера является ведущей характеристикой. Рассмотрим подробнее директивы как тип речевых актов.

М.А. Кулькова в статье «Народные приметы через призму теории речевых актов» рассматривает директивный речевой акт как «выражение волеизъявления говорящего, направленное на каузацию деятельности адресата» [М.А. Кулькова, 2006: 467–468].

Исследователи сходятся во мнении, что особенность директивного речевого акта состоит в том, что он направлен на то, чтобы изменить окружающий мир с помощью речевого действия. Так, М.А. Кулькова пишет о том, что в работах многих лингвистов директивный речевой акт справедливо характеризуется как двусторонний инициативный речевой акт. Он знаменует начало речевой интеракции в диалогическом единстве, для успешной реализации которой требуется ответная реакция со стороны адресата. Ожидаемая реакция адресата состоит в том, чтобы он выполнил каузируемое действие [М.А. Кулькова, 2006: 471].




2.2 Определение директивной интенции


Прежде чем перейти к описанию характеристик директивного речевого акта и аспектам его изучения мы кратко остановимся на определении директивной интенции, а также на рассмотрении перлокутивной функции высказываний.

Е.И. Беляева дает следующее определение директивной интенции: «это стремление одного из коммуникантов оказать на собеседника, адресата такое воздействие, которое могло бы побудить последнего совершить определенные действия, исполнения которого первый из коммуникантов, отправитель желает по тем или иным причинам» [Е.И. Беляева, 1992:10–15].


2.3 Перлокутивная функция директивных высказываний


Однако, чтобы осуществить определенные воздействия на адресата через речевую деятельность, адресант должен использовать определенные языковые средства для достижения желаемого для себя результата, определяющегося во многом реакцией слушающего, которая, в свою очередь, также поддается лингвистическому анализу, то есть мы говорим о перлокутивной функции высказывания М.С. Веденькова пишет, что «при определении перлокутивной функции высказывания огромную роль играют контекст, знание ситуации, при которой совершается языковая коммуникация, а также лингво-стилистичекое оформление высказывания. Исследователь также говорит о том, что именно намек нередко способствует определению перлокутивной функции [М.С. Веденькова, 1989:27–28].

Таким образом, перлокуция – это один из компонентов в структуре речевого акта, который является результатом реализации интенции адресанта и показателем успешности общения. Перлокутивная функция высказывания в большей степени зависит от учета экстралингвистических факторов, ситуации, пресуппозиции, от отношений коммуникантов. Чаще всего для достижения желаемого для адресанта результата, то есть для того, чтобы слушающий положительно отреагировал на побуждение говорящего, последний прибегает к отбору лексических средств и синтаксических конструкций для построения своего высказывания.


2.4 Основные перфомативы класса директивов


А.О. Стеблецова употребляет термин «перфоматив» в широком и узком смысле. В широком смысле он обозначает высказывания, произнося которые, говорящий осуществляет некое действие (извинение, приказание, поздравление и т.д.) и которые не являются ни истинными, ни ложными. В узком же смысле термин «перфоматив» употребляется для обозначения глагола, который является ядром высказываний и употребляется в форме первого лица, единственного числа, настоящего времени, изъявительного наклонения» [А.О. Стеблецова, 1995:68].

Перфомативные глаголы можно сгруппировать согласно выполняемым ими коммуникативным функциям.

Так как для настоящей работы исследование директивов представляет наибольший интерес, поэтому рассмотрим только перфомативы, относящиеся к этому виду речевых актов.

А.О. Стеблецова считает, что общий класс директивов представлен несколькими группами перфомативных глаголов, вводящих перфомативные высказывания. Это группы реквестивов, суггестивов и прескриптивов.

  1. Реквестивы – речевые акты, которые вводятся перфомативными глаголами, выполняющими функции просьбы или запрета. К ним относятся: спрашивать, требовать.

  2. Суггестивы – речевые акты, которые вводятся перфомативными глаголами, выполняющими функцию: предложения, совета, предупреждения, приглашения. К этому виду директивных актов относятся следующие перфомативные глаголы: предлагать, приглашать, советовать, рекомендовать.

  3. Прескриптивы – речевые акты, которые вводятся перфомативными глаголами, выполняющими функцию заказа. К ним относятся приказывать, бронировать [А.О. Стеблецова, 1995:70].


2.5 Формальные особенности ДРА


2.5.1 Интенсификаторы высказываний

По мнению, Н.В. Карповской, необходимость выбора говорящим языковых средств для наиболее эффективного воздействия на реципиента определяется прагматической ситуацией. В целях утяжеления коммуникативного веса компонентов высказывания исследователь предлагает использовать способы и средства его интенсификации. Исследования Н.В. Карповской в этой области показали, что повторы вносят в предложение не только различные экспрессивные оттенки, имеющие ту или иную прагматическую направленность, но и увеличивают степень категоричности [Н.В. Карповская, 1996:40].


2.5.2 Деинтенсификаторы высказываний

Чаще всего для успешной реализации своей интенции говорящий использует не интенсификаторы, а, наоборот, деинтенсификаторы. По мнению А.И. Приходько, одним из наиболее распространенных средств деинтенсификации являются аппроксиматоры, то есть группа единиц приблизительной номинации, которые помогают говорящему избегать точного именования объекта, признака отношения, а также факторов, способствующих однозначной коммуникации [А.И. Приходько, 2006:291–292].

Для снижения категоричности высказывания употребляют и другие средства деинтенсификации. Например, Е.В. Алференко предлагает использовать вводные фразы хезитации или сочувствия, указывать на субъект оценки, выражать надежду, что говорящий не будет против такого критического суждения, ограничить зоны молчания. Но также исследователь разделяет точку зрения Дж. Лича в том, что формулы вежливости и обращения способствуют деинтенсификации директивных высказываний и, как следствие, реализации замысла говорящего и успешной коммуникации [Цит. по Е.В. Алференко, 1996:7].


2.6 Факторы и условия, обеспечивающие успешность директивного речевого акта


Как правило, в лингвистической науке, изучая речевые акты, больше внимания уделяется успешной их реализации. В прагмалингвистических работах, посвященных изучению общения, большинство исследователей акцентируют свое внимание на путях и способах достижения успешного общения. Е.К. Теплякова замечает, что анализируются главным образом условия, способствующие установлению взаимопонимания; детально рассматриваются те или иные типы взаимодействия между коммуникантами, факторы, обеспечивающие это взаимодействие, выделяются постулаты, максимы, необходимые для достижения успешного общения [Е.К. Теплякова, 1998:8].

Так, Е.И. Беляева в своей работе исследует два внешних фактора, обеспечивающих успешность директивного речевого акта:

а) способность адресата декодировать семантическое и, что не менее важно, прагматическое содержание высказывания адресата;

б) соответствие поведения адресата на высказывание и исходной интенции отправителя этого высказывания, то есть той интенции, наличие которой у последнего побудило его вступить в коммуникацию с адресатом [Е.И. Беляева, 1992:16–18].

Голландский исследователь Г.А. Ван Дейк утверждает, что для успешной коммуникации большое значение имеет и знание коммуникативной ситуации. Он выделяет следующие критерии:

Тип социальной ситуации (личная, общественная, институциональная / формальная – суды, больницы; неформальная – салон автобуса, ресторан), характеристика участником коммуникации (позиции – роли, статусы; свойства – пол, возраст; отношения – превосходства, подчиненности; авторитета; функции – семейные (отец, сын), общественные, государственные (слуга, судья)) [Цит. по Н.Б. Ершова, 1996: 146].

Помимо перечисленных выше факторов на способ выражения коммуникативной интенции, по мнению Дж. Лича, влияют также некие общие принципы речевого этикета и принцип вежливости. [Дж Лич, 1985: 247].

Пол Грайс главным принципом речевого общения считал Принцип кооперации. В этом принципе П. Грайс выделяет четыре более конкретных постулата:

  1. Качества – высказывание должно быть истинным;

  2. Количества – высказывание должно содержать не больше и не меньше информации, чем это необходимо для данной цели;

  3. Отношения – релевантность высказывания по отношению к теме;

  4. Способа – ясность выражения [Цит. по Я.Н. Еремеев, 2000:105].

Речевой этикет предполагает также соблюдение в речевых актах принципа вежливости. Е.И. Беляева предлагает определить вежливость в общем виде «как принцип социального взаимодействия, в основе которого лежит уважение к личности партнера [Е.И. Беляева, 1992:40–41].




2.7 Коммуникативные неудачи при реализации ДРА


2.7.1 Причины коммуникативных неудач

Наряду с изучением успешного общения в лингвистике рассматривается проблема коммуникативных неудач. По мнению Е.К. Тепляковой, использование прагмалингвистического подхода к изучению данной проблемы позволяет рассмотреть причины возникновения коммуникативных неудач [Е.К. Теплякова, 1998:11].

В своей работе Е.К. Теплякова рассматривает коммуникативные неудачи, возникающие при реализации речевых актов побуждения по вине и говорящего, и слушающего. По ее мнению, аномальные высказывания встречаются во всех типах директивах [там же].

Первоначально рассмотрим коммуникативные неудачи, возникающие по вине говорящего. В данном случае, пишет Е.К. Теплякова, коммуникация может не состоятся из-за того, что ошибочно выбранная стратегия поведения говорящего, а именно: игнорирование фактора учета социальных ролевых отношений, личностных качеств и убеждений собеседника; неоправданная убежденность в обладании правом требовать, приказывать, распоряжаться собеседником, приводит к тому, что слушающий оказывается не готов выполнить ожидаемое от него действие, то есть коммуникативной неудачи [Е.К. Теплякова, 1998:12].

Что касается коммуникативных неудач, возникающих при осуществлении императивных побуждений по вине слушающего, то Е.К. Теплякова на первое место выдвигает чисто субъективный фактор – желание / нежелание слушающего выполнять требуемое от него действие. Коммуникативные неудачи в данном случае обусловливаются непринятием со стороны слушающего пропозиционального содержания обращенного к нему побуждения [там же].

Таким образом, неуспешная коммуникация представляет собой частое явление, причины ее возникновения связаны как с фактором говорящего, так и с фактором слушающего. В большинстве случаев ответственность за эффективность коммуникации лежит как на адресанте, так и на адресате.


2.7.2 Вопросительные высказывания в аномальных коммуникативных ситуациях

С.В. Минина считает, что анализ вопросов в аномальных коммуникативных ситуациях позволяет понять природу коммуникативного дискомфорта и неудач. Так, причиной уточняющих вопросов является использование неопределенных обозначений для реферанта, места и времени действия, что указывает на неважность конкретности этих понятий для говорящего. Аномальные коммуникативные ситуации могут быть связаны, по мнению исследователя, с переспросом. К непониманию и, как следствие, переспрашиванию приводят нерелевантные вопросы участника речевого акта. По замечанию С.В. Мининой, переспрашивание может быть вызвано непониманием пропозиционального содержания высказывания, намерений собеседника, а также из-за употребления собеседником специальной, разговорно – сниженной или неупотребительной лексики [С.В. Минина, 2006:84–91].

Из вышесказанного следует, что уточнение и переспрос со стороны слушающего помогают говорящему понять, в чем заключается ошибка изложения его мысли, его намерений, что он должен подкорректировать, изменить в ходе беседы или же какую информацию нужно добавить, чтобы возобновить общение со своим собеседником и добиться успешной реализации интенции. Что касается адресата, то данные вопросы помогают ему дешифровать интенции говорящего и, тем самым, правильно отреагировать на них.




2.8 Классификация директивных речевых актов


В зависимости от особенностей перечисленных выше характеристик коммуникативной ситуации и ее участников директивное высказывание может принимать вид просьбы, приказа, совета, инструкции и пр.

По словам Я.Н. Еремеева, каждому типу директивных высказываний соответствуют определенные признаки прагматического контекста [Я.Н. Еремеев, 2004:33].

Е.И. Беляева в своей монографии «Грамматика и прагматика побуждения: Английский язык» предлагает следующие прагматические признаки для описания различий между основными типами директивов:

а) облигаторность выполнения действия для адресата;

б) бенефакторность действия для одного из коммуникантов;

в) приоритетность положения говорящего или адресата [Е.И. Беляева, 1992:16–20].

Используя эти признаки для своей типологии, Е.И. Беляева выделяет три типа директивных речевых актов:

  1. прескриптивы, для которых характерны приоритетность позиции говорящего и облигаторность выполнения действия для адресата (признак бенефактивности действия здесь нерелевантен);

  1. реквестивы, для которых характерны приоритетность адресата, необлигаторность действия и бенефактивность для говорящего;

  1. суггестивы, для которых характерны приоритетность говорящего, необлигаторность и бенефактивность действия для адресата [там же].

В.И. Карасик выделяет категоричные и некатегоричные директивные речевые акты.

Категоричные директивы, к которым исследователь относит приказы, инструкции, запреты, выражают волю говорящего, при этом мнение адресата не принимается во внимание [В.И. Карасик, 2002: 69–73].

Л.Г. Карандеева выделяет еще один вид директивных речевых актов – требование, который, по ее мнению, основан на прагматической пресуппозиции нежелания адресата выполнить каузируемое действие [Л.Г. Карандеева, 2006: 10].

Некатегоричные директивы, по мнению В.И. Карасика, являются более сложным образованием по сравнению с первыми, поскольку говорящий в силу разных причин пытается снизить степень оказания прямого воздействия на адресата. К некатегоричным директивам он относит: речевой акт извинения, просьбы, рекомендации [В.И. Карасик, 2002:75].

Т.И. Шеловских к данной категории относит и речевой акт совета [Г.И. Шеловских, 1996:164–165].

Одним из широко дискутируемых видов речевых актов является речевой акт угрозы. Н.А. Бут в своей диссертационной работе рассматривает угрожающие высказывания отдельно от директивных и говорит об их отличиях [Н.А. Бут, 2004:64].

Р.И. Качевски считает, что определение места речевого акта угрозы в общей системе осложняется чаще всего скрытым, имплицитным характером. Он рассматривает угрозу как сочетание директива с каким-либо другим иллокутивным актом, который способен имплицировать директивную цель. Таки образом, исследователь предлагает называть угрозу косвенным директивом с явной или скрытой пропозицией [Р.И. Качевски, 2002:129–130].

А.Ю. Маслова относит угрозу к речевым актам с высокой степенью категоричности и рассматривает ее как один из «чистых» видов директива. Она считает, что в данном случае адресат сталкивается с желанием адресанта достичь коммуникативной цели во что бы то ни стало. При невозможности добиться желаемого с первой попытки отправитель угрозы прибегает к таким языковым и неязыковым средствам, которые могут расцениваться как насильственное воздействие, или давление на предполагаемого исполнителя действия. В связи с этим угроза, несомненно, относится к речевым ситуациям, в которых коммуникант использует тактику коммуникативного давления. [А.Ю. Маслова, 2004:75].

На наш взгляд, было бы справедливо рассматривать речевой акт угрозы как один из видов директивов. В данном случае мы разделяем точку зрения А.Ю. Масловой, так как считаем, что в речевом акте угрозы, как и в любом другом директиве, говорящий воздействует на слушающего, побуждая его к совершению или несовершению какого-либо действия, бенефактивного для говорящего. В данных высказываниях роль контекста играют последствия, о которых говорит адресант и с которыми может столкнуться его собеседник, в случае, если он не прислушается к мнению говорящего и не выполнит требуемого действия.

Т.В. Абрамова, анализируя основные формы общения людей, пришла к выводу, что все чаще в повседневной жизни мы встречаем косвенные формы речевого взаимодействия, которые возможны при наличие общих принципов уважения к собеседнику, в избежании разного рода помех при общении [Т.В. Абрамова, 2000:127].

М.А. Кулькова рассматривает косвенный речевой акт как речевой акт намека, который предназначен для выполнения вспомогательной роли в осуществлении другого иллокутивного акта [М.А. Кулькова, 2006: 468].

Кандидат филологических наук Л.Р. Безуглая считает, что теория косвенности пытается дать ответ на вопрос, каким образом говорящий может при помощи некоторого высказывания выражать не только то, что оно непосредственно обозначает, но и нечто иное; и каким образом возможно понимание этого слушающим [Л.Р. Безуглая, 1999:3].

Е.М Кулеш в работе «Косвенное побуждение как особый речевой акт» рассматривает основные средства реализации косвенного побуждения. Он указывает на то, что они могут быть представлены как разнообразные синтаксические конструкции, реализующие свои вторичные функции в процессе коммуникации. Один из видов моделей, выражающих косвенное побуждение, представлен в виде так называемых вопросов с отрицанием. Следующая конструкция – это конструкция с придаточными предложениями, особенностью которых является то, что именно контекст или фоновые знания коммуникантов определяют их связь с ситуацией побуждения. По замечанию ученого, в ряде коммуникативных контекстов такие конструкции имеют больше шансов на успех, чем императивы. Для выражения косвенных побуждений используют также фразы, состоящие из императива и короткого вопроса. Такое побуждение звучит более вежливо, так как адресату предоставляется возможность принятия самостоятельного решения и с точки зрения достигается больший эффект [Е.М. Кулеш, 2006:308–309].

Из вышеизложенного следует, что особенностью косвенного побуждения является имплицирование желания говорящего побудить адресата к выполнению некоторого действия, что позволяет, с одной стороны, следовать принципу вежливости, а с другой стороны, эффективно реализовывать свои задачи.


2.9 Аспекты изучения директивных речевых актов


В связи с тем, что существует большое количество типов и подтипов директивных речевых актов, выделяют разные аспекты их изучения. Например, Н.Г. Закутская исследовала директивы на основе личностных характеристик персонажей реалистической драмы, то есть она изучала влияние индивидуальных качеств личности и ее психического состояния в момент реализации общения на выбор того или иного типа директивного речевого акта.

Ею замечена тенденция некоторых коммуникантов, которых можно было бы отнести к типу «сильных», «волевых» личностей, использовать для побуждения преимущественно прескриптивные директивные речевые акты, часто не считаясь со статусом собеседника и с обстановкой общения, в которой уместнее было бы использование реквестивного директивного речевого акта. Напротив, «слабые», «безвольные» личности, часто с заниженной самооценкой, неоправданно прибегают к использованию суггестивов там, где более адекватными были бы реквестивные или даже прескриптивные директивные речевые акты [И.Г. Закутская, 2001:108–112].

А.О. Стеблецова фиксирует внимание на тексте делового письма, который, по ее мнению, может служить достаточно показательным материалом для анализа коммуникативно-прагматического воздействия и используемых для этого речевых стратегий.

Анализируя образцы деловой корреспонденции, А.О. Стеблецова пришла к выводу, что текст практически любого делового письма представляет собой вид коммуникативно-прагматического воздействия на адресата: письмо-заказ воздействует на адресата, побуждая его к действию по изменению предметной ситуации; письмо об уходе в отставку воздействует на адресата, изменяя его представление о статусе адресанта [А.О. Стеблецова, 2001: 238–241].

М.Г. Шевцова вводит такое понятие, как директивный стиль, в который входит язык официальных документов. Директивный стиль функционирует в разных сферах человеческой деятельности [М.Г. Шевцова, 2003: 220–223].

О.А. Давыденкова исследует директивы на основе рекламного дискурса. В рекламе используется косвенная императивность, которая предполагает периферийные способы выражения побуждений. В таких ситуациях, прежде чем выступить с прямым побуждением, говорящий выясняет с помощью утверждающего вопроса готовность адресата к совершению действия [О.А. Давыденкова, 2002:161–162].

С.А. Попова предлагает исследовать директивы на основе литературной рецензии. В прагматическом плане, по замечанию автора, функции рецензии направлены не только на убеждение, но и на дальнейшее побуждение к определенным действиям [С.А. Попова, 2003:103–104].

Директивные высказывания могут встречаться в речи журналиста. Г.В. Свищев определил в качестве структурной единицы организации интервью диалогические единства (ДЕ). По мнению исследователя, особенностью данного типа ДЕ является использование в речи журналиста побудительных реплик, которые представлены как вопросительными предложениями со значением побудительности (косвенные речевые акты), так и собственно побудительными предложениями (прямые речевые акты). При этом вопросительные предложения представляют собой менее категоричную форму побуждения [Г.В. Свищев, 2006:288–289].

Таким образом, побудительные реплики прямых и косвенных речевых актов в речи журналиста являются реакцией на высказывания собеседника и а то же время служат стимулом к продолжению беседы.


2.10 Средства выражения директивных речевых актов


2.10.1 Побудительные предложения

В языке существуют разные средства выражения директивных речевых актов. Грамматическое ядро плана выражения директивных речевых актов, по мнению Е.И. Беляевой, составляет категория императивной модальности, которая реализуется в директивном речевом акте в форме императивных предложений. Императивные предложения употребляются в основном для выражения прескриптивных директивных речевых актов, когда налицо прагматическая пресуппозиция облигаторности выполнения действия, обеспеченная приоритетной позиционной ролью говорящего [Е.И. Беляева, 1992,65].

М.В. Агасандова, исследуя односоставные побудительные инфинитивные предложения французского языка, пришла к выводу, что значение каждого побудительного речевого акта конкретизируется в рамках определенного прагматического контекста, в частности определяется приоритетностью позиции говорящего по отношению к адресату. В императивных предложениях коммуникативная установка выражается интонацией [М.В. Агасандова, 1996:3].

Однако, как замечает Е.И. Беляева, императивные предложения не являются самыми частотными средствами выражения директивных речевых актов. Наиболее многочисленную группу средств выражения директивов составляют косвенные эксплицитные способы выражения: вопросительные и повествовательные предложения.


2.10.2 Повествовательные предложения

Повествовательные предложения имеют широкое распространение как косвенная форма выражения директивной интенции. С точки зрения модальной характеристики повествовательные предложения делятся на две группы: 1) предложения с модальными глаголами, входящими в составное модальное сказуемое; 2) предложение с глагольными предложениями в форме индикатива [Е.И. Беляева, 1992:72].


2.10.3 Вопросительные предложения

Особый интерес представляют вопросительные предложения, поскольку, по мнению М.В. Агасандовой, их всеобъемлющая структура вмещает такое разнообразие различных речевых смыслов, которые умещаются в диапазоне от так называемого прямого до так называемого обратного смысла [М.В. Агасандова, 1996:4].

Е.И. Беляева подразделяет вопросительные предложения на эксплицитные и имплицитные. В зависимости от того, называются ли в них компоненты ситуации побуждения она выделяет вопрос-побуждение, вопрос-разрешение, вопрос-намек [Е.И. Беляева, 1992: 65–72].

Таким образом, директивные высказывания могут быть выражены с помощью побудительных, повествовательных и вопросительных предложений. Побудительные и повествовательные предложения обычно используются для того, чтобы побудить адресата совершить какое-либо физическое действие, вопросительные предложения чаще всего используются, в одних случаях, для побуждения адресата к вербальному действию, то есть к сообщению какой-либо информации, в других, для побуждения адресата к физическому действию через косвенные формы выражения интенций говорящего.

Особенности употребления директивов во французской разговорной речи

В данной дипломной работе директивы рассматриваются в двух аспектах: структурном и прагматическом.

Структурный аспект

Побудительные предложения

Если говорить о структурном аспекте, то в современной лингвистике давно признано, что директивная интенция чаще всего выражена с помощью побудительных предложений, так как, по мнению В.Г. Гака, первичной функцией этого типа предложения является выражение побуждения к действию в разнообразных его проявлениях: приказ, разрешение, запрещение, совет, призыв, пожелание и т.д. [В.Г. Гак, 2000: 663].

Итак, побудительные предложения предполагают ответную реакцию адресата, воздействуют на волю, побуждают его к действию, говорящий ожидает выполнения требуемого действия. Побудительные предложения характеризуются повелительной интонацией, часто экспрессивной. По структуре императивные предложения самые простые из всех, которыми может выражаться директивная интенция. Главный элемент их – глагол, употребленный в повелительном наклонении. Такая форма волеизъявления считается наиболее употребительной и простой.

  • N' interrompez pas! Ne me mettez pas en colère! [Ionesco, 1954: 133].

On frappe.

  • N’entrez pas! [Dorin, 1954: 191].

  • Vous êtes ridicule. Ne vous inquiétez pas. [Ionesco, 1954: 98].

  • Où est-il? Ne mentez pas! [Sagan, 1970: 114].

Как видно из примеров, глаголы, составляющие неразвернутые побудительные предложения, употребляются чаще всего в отрицательной форме. Это объясняется тем, что в данной конструкции обычно реализуется речевой акт запрета, предотвращения какого-либо действия, то есть интенции говорящего направлены на несовершение действия.

Иногда встречаются еще более эллиптические высказывания, содержащие в себе или субъект, или объект, или какую-либо характеристику, то есть в этих предложениях отсутствует глагол.

– Ce soir, un peu de be-bop, au lit très tôt et demain à dix heures, tous en selle! [Sagan, 1970: 53].

 Vite! [Sagan, 1970:111].

Но, тем не менее, анализируя директивные речевые акты персонажей реалистической драмы, мы пришли к выводу, что чаще всего они прибегают к использованию развернутого высказывания. Расширение структуры предложения осуществляется с помощью второстепенных членов предложения, а также с помощью междометий и вводных слов.

Наиболее общеизвестна и употребительна следующая конструкция: глагол плюс прямое или косвенное дополнение. Важно отметить, что дополнение может быть выражено разными частями речи:

а) местоимением

– Il y aurait beaucoup à dire là-dessus. C' était un homme très cultivé, très fin. Vous avez lu ses premières poèmes?

  • Autrefois.

  • Relisez-les. [Anouilh, 1986: 39].

б) существительным

  • Rendez-nous ce service! [Ionesco, 1754: 60].

  • Enlevez votre casque! [Ionesco, 1954: 49].

  • N' accablez pas cette enfant! [Sagan, 1970: 58].

в) придаточным предложением

  • Allons voyons ce qui ne vas pas! [Sagan, 1970: 104].

  • Ecoute, je sais que te parais malandroit et très homme d' affaire [Sagan, 1970:104].

г) указательными местоимениями

  • Ne dites plus tout ça de lui! [Anouilh, 1986: 110].

  • Ne dis pas ça! [Sagan, 1970:43].

В данном случае дополнение играет роль минимального контекста. Оно используется для уточнения, конкретизации объекта действия, его направленности и ситуации в целом.

В ходе исследования было выявлено, что в побудительных предложениях глагол может употребляться не только в повелительном наклонении, но и в сослагательном. Qu'ils arrivent! Je l' attends. [Sagan, 1970:54].

Наиболее часто для выражения совета по поводу внешнего вида, характера, поведения адресата персонажи художественных произведений используют конструкцию: глагол в сослагательном наклонении (обычно глагол être) плюс определение, которое, в свою очередь, может быть выражено:

а) прилагательным

 Ne soyez pas amer. Je vous rajouterai quelques répliques à l' avant – scène. [Anouil, 1986: 81].

  • J' ai mal aux dents. Vous vous embrouillez.

  • C' est vous qui m' embrouillez. Soyez attentive! [Ionesco, 1954:130].

  • J'étais mannequin. Je n'allais pas me taper des choucroutes si?

  • Ne soyez pas vulgaire. Une femme à l'heure actuelle, pêut dire qu'elle s' est tapée Arthur ou Roberto, jamais une choucroute ni aucun plat même regionale. [Sagan, 1970:10].

б) причастием прошедшего времени

  • Benoît?

  • Oui

  • Ne sois pas faché! Ça ne durera pas. [Dorin, 1986:209].

в) фразеологическим оборотом

  • Ne soyez pas terre à terre. Quand on a ce front, ce regard, cette allure, on ne se promène pas seul dans les bois. [Sagan, 1970: 46].

г) существительным

Ne soyez pas dindon, embrassez plutôt la conspirateur [Sagan, 1970:870].

Такие директивы, как просьба, совет или требование могут также выражаться в предложениях, построенных из глагола в повелительном наклонении и инфинитива. Чаще всего побуждение к действию направлено на 2 лицо.

Essayez de me comprendre à demi-mot! Je n' ai plus le temps de me répéter trois fois. [Jamiaque, 1986:355].

  • N' espérez pas me faire croire que je suis fou. [Jamiaque, 1986:255].

  • Arrête de parler de moi comme d'un etalon d'un gigolo ou d'un homme à femme [Sagan, 1970:22].

Из вышеперечисленных примеров видно, что директивный коммуникативный акт может содержать в себе предложения различных типов. Как правило, одно из них является собственно директивным, а другое – мотивационным, раскрывая причины, вызывающие необходимость этого действия. По отношению к первому второе предложение выступает в роли вспомогательного, благодаря которому уточняются и декодируются интенции говорящего.

При коммуникации глаголы, имеющие директивную иллокутивную силу, сочетаться не только с элементарными языковыми единицами (со словами и словосочетаниями), но и с предложениями, использование которых необходимо для пояснения требований, желаний адресата.

Ne me dis pas que tu retrouves le joli temps passé dans cette suite de bouffonneries. [Sagan, 1970:47].

Dis qui vous permet de faire cela. [Jamiaque, 1986:264].

Mon bon Edmond…ce mot rachète tout. Venez que je vous embrasse. [Sagan, 1970:110].

Для снятия категоричности, для побуждения адресата к выполнению каузируемого действия в более мягкой форме адресант прибегает к использованию следующей конструкции: глагол «laisser» плюс инфинитив.

  • Laisse-moi réfléchir… mais en 1950 je n' étais pas heureux du tout. J'étais amoureux fou de Solange Bergen, je ne pensais qu'à elle. [Sagan, 1970:19].

  • Laisse-moi vous poser, à mon tour, quelques questions. [Ionesco, 1954:46].

  • Attends! Laisse – te raconter, tu me gâches tous mes effects. [Dorin, 1986:211].

Побудительным предложениям в большей степени, чем повествовательным и вопросительным, свойственны две черты: установление контакта с собеседником и эмоциональность. Это отражается в широком использовании в них обращений, междометий, формул вежливости (s'il vous plait, excusez-moi):

  • Excusez-moi, Monsieur, faites attention, je vous recommande le calme [Ionesco, 1954:97].

  • Dépêchez-vous. Allez à votre cuisine, s'il vous plait. [Ionesco, 1954:497], усилительных частиц (bien, donc, un peu, voir).

Обращения весьма различны. Они могут быть обусловлены постоянными и устойчивыми характеристиками людей (имя, пол, национальность, профессия, возраст, характер).

  • Je vais lui annoncer votre arrivée. Il descend tout de suite! Entrez, Mademoiselle. [Ionesco, 1986:150].

  • Ne t'affole pas, Henri, c'est le choc. [Sagan, 1970: 57].

  • Mais allez, mon bon, allez! [Sagan, 1970:46].

Таким образом, обращение усиливает иллокутивную силу высказывания, действуя на адресата подобно вежливым формулам, то есть способствуя его благорасположению к говорящему и его просьбе.

Междометия, по мнению В.Г. Гака, также необходимы, так как человеческая речь нуждается в средствах, которые могли бы непосредственно выражать эмоции и психологические реакции [В.Г. Гак, 2000: 663].

Выражая реакцию говорящего, междометия часто ставятся в начале предложения:

Ah! Mais voilà notre brillant lauréat chargé de ses lauriers tout neuf. Entrez! Entrez! mon cher Larose, asseyez-vous. [Dorin, 1986:224].

Ah! Non ne gâche pas notre plaisir. [Sagan, 1970:79].

Ah! Non tais-toi [Sagan, 1970:101].

Также они используются в качестве «зачина» начинающей реплики.

  • Et ben, dis donc! Ils sont plutôt longs vos petits mots [Dorin, 1986:179].

  • Ben, lis la letter! Qu'est-ce qu'il dit? [Sagan, 1970:50].

  • Tiens, donne-moi un peu de ton élexir [там же].

Чаще всего междометия, соотнесенные со 2 лицом, выражают побуждение, поощрение, повеление, протест:

  • Allez, va, Sylviane! [Sagan, 1970:15].

  • D'elle-même. Allez viens! On va se faire une beauté [Sagan, 1970:83]

  • Dites donc, l'homme au crie, répondez par oui ou par non à la question d'Henri [Sagan, 1970:42].

  • Allons, Edmond, frottez votre menton barbu conre ma joue barbue, en signe d' affection virible [Sagan, 1970:111].

  • Arrêtez, voyons, arrêtez. C'est un scandale! [Anouilh, 1986:50].

Такие междометия, как «je vous en prie»,» veux-tu», используются для снижения степени категоричности, для установления контакта с собеседником, для создания благоприятной атмосферы общения:

Ah! Eh bien, entrez, je vous en prie! Asseyez-vous! [Dorin, 1986:184].

  • Ah! vous êtes Aline… mais oui, bien sûr. Asseyez-vous, je vous en pris [Sagan, 1970:115].

  • Louis, arrête, vuex-tu! Et cesse de boire, je t'en prie! [Sagan, 1970:11].

  • Ah, je vous en prie, Edmond, lavez-vous les mains avant vous êtes plein de cambouis… Et si on vous surprenait! [Sagan, 1970,45].

Таким образом, во французском языке существует большое количество вводных слов, междометий, обращений, которые используются не только для передачи эмоционального, экспрессивного состояния говорящего, но и выступают в качестве интесификаторов иллокутивной силы.

Повествовательные предложения

Иногда директивные высказывания принимают форму повествовательных предложений. Повествовательные предложения употребляются в качестве средств побуждения к действию. Говорящий прибегает к их использованию для того, чтобы не придавать высказыванию категоричного вида, так как «мягкие» директивы имеют больше шансов на претворение в дело, чем императив. Причина этого проста: адресат может положительно отреагировать на требование или просьбу адресанта только при наличии коммуникативного контекста, в котором последний уточняет для чего, с какой целью его собеседник должен выполнить то или иное действие, то есть контекста, содержащего в себе достаточную мотивацию к совершению предлагаемого действия. Если такой мотивации нет, то адресат не посчитает нужным исполнить действие, которое ему навязывается без основательных причин. Поэтому для успешной реализации своей интенции говорящий в данном случае прибегает к использованию косвенного речевого акта, выраженного с помощью повествовательного предложения, воспроизводящего в более или менее полном виде директивный инвариант, и, тем самым, выражая то, что в случае употребления императива являлось бы коммуникативным контекстом.

Je suppose qu'à un moment la conversation est dévinée puisque le lendemain, elle s'est retrouvée dans le lis de petit. [Dorin, 1986:235].

  • Oh si! Qu'est que vous voulez que je fasse? Un voyou, un gavroche, un demeuré?

  • No! Rien de tout ça. Je voudrais que tu joues un fils, un bon fils qui aime tendrement son père. [Dorin, 1986:217].

Повествовательные предложения имеют значение побудительных:

а) при глаголах, выражающих побуждение, разрешение, запрет, приглашение, просьбу. Для данного случая характерно использование следующей конструкции: глагол плюс инфинитив:

Je ne m'assiérai pas. Et je vous défends de m'appeller par mon prénom. [Sagan, 1970,115].

Si Sylviane était nue ça me rappellerait irrésistiblement «Le déjeuner sur l'herbe de Monet.

Je vous prie d'être poli, Louis [Sagan, 1970:10].

Oui

Mon père!

Ah! Quel tare!

Corrine! Je t'interdis de dire ça. [Sagan, 1970:36].

Как видно из примеров, глагол чаще всего употребляется в настоящем времени изъявительного наклонения. Но возможно употребление и условного наклонения:

Je vous demanderais d'emporter une affiche pour la faire signer à votre fils [Dorin, 1986:242], а также глагола в прошедшем времени:

Mon petit, je vous ai dit de trouver une autre phrase, pas de parler tout le temps [Sagan, 1970:14].

Используя в своем высказывании глагол в условном наклонении, говорящий еще в более мягкой форме выражает требовательность выполнения действия, под этой формой адресант старается скрыть категоричность высказывания с целью установления контакта со своим собеседником, а также с необходимостью и желанием реализации интенции.

б) при глаголах долженствования во 2‑м лице, поскольку желание говорящего может интерпретироваться как обязанность для слушающего. В данном случае для смягчения категоричности используются обращения.

Vos parents, Mademoiselle, ont parfaitement raison. Vous devez poussez vos études. Je m'excuse de vous le dire, mais c'est une chose nécessaire. La vie contemporaine est devenue très complexe. [Ionesco, 1954:94].

  • Tu dois me prevenire, Léon, par téléphone (se retournant vers son frère) [Dorin, 1986:198].

  • Tous les alcooliques le sont. C'est leur péché mignon. Et maintenant, vous devez aller vous nettoyer, Edmond, vous êtes encore plus repoussant que d'habitude [Sagan, 1970:44].

  • Vous devriez vous laver les mains, Edmond, je vous l'ai déjà dit [Sagan, 1970:46].

в) с помощью модальных, безличных оборотов (il faut, il est nécessaire), в этом случае в предложении глагол употребляется в сюбжонктиве, что доказывает способность повествовательных предложений функционировать в значении побудительных, так как сюбжонктив выражает волеизъявление, требование, приказ, желание:

Il est nécessaire qu'il soit resté aussi gentil parce que les gens le sentient et je suis sûre que c'est pour ça qu'il leur est aussi sympathique [Dorin, 1986:232].

  • On peut vous donner aucune régle. Il faut avoir du flaire et puis c'est. Mais pour en avoir, il faut étudier, étudier et encore étudier [Ionesco, 1954:132].

  • Alors, si vous voulez bien me permettre, mes excusesje vous dirais qu'il faut se mettre au travail. Nous n'avons guère de temps à perdre [Ionesco, 1954:95].

Нужно заметить, что в последнем примере для смягчения требования говорящий использует вежливую формулу «si vous voulez bien me permettre», которая способствует установлению контакта между коммуникантами, а также увеличению доли уверенности адресанта в том, что его собеседник выполнит каузируемое действие.

г) с помощью глаголов, обращенных к плану будущего. Чаще всего используется ближайшее будущее (future immédiat). В предложениях с такой конструкцией (aller + infinitif) реализуется речевой акт предупреждения, совета, иногда угрозы.

  • Je vais donc vous prier d'écouter avec la plus grande attention mon cours, tout prépare [Ionesco, 1954, 118].

  • Je vais prendre ce cahier et le flanquer au feu. Oui, au feu. On n'a pas le droit [Sagan, 1970:24].

Косвенная побудительность может выражаться не только простыми, но и сложноподчиненными повествовательными предложениями, чаще всего с придаточным условия. Адресант побуждает своего собеседника к совершению того или иного действия, говоря о том, что может случиться, если адресат его не выполнит.

Si tu fais le mystérieux, je te confisque ta bouteille [Sagan, 1970:48].

Bien sûr! Je vous le rapporterai quand Louvent l'aura signé! [Dorin, 1986:229].

  • Si tu dis la vérité, le destin a bien fait les chose. Ton fils a la concierge et tu peut espérer la posterité [Dorin, 1986:247].

  • Mademoiselle, si vous n'arrivez pas à comprendre profodément ces principes, ces archetypes arithmétique vous n'arriverez jamais à faire correctement un travail de polytechnicien [Ionesco, 1954:113].

Вопросительные предложения

Как показывают примеры, в сложноподчиненных предложениях с придаточным условия (показателем которого является союз «si») может выражаться речевой акт совета, рекомендации, предупреждения. Часто для выражения смягченной просьбы или приказания используются вопросительные предложения. В данном случае говорящий чаще всего прибегает к прямому порядку слов в своем высказывании

Tu ne veux pas venir me voir demain? [Dorin, 1986:237].

Tu veux me passer le telephone? [Dorin, 1986:196].

Veux-tu allez le voir? [Sagan, 1970:117].

Как показывают примеры, главной особенностью вопросительных высказываний, по сравнению с императивными и повествовательными, является их ориентация на вербальный диалог с собеседником. Даже высказывания, направленные на побуждение адресата к физическому действию, предполагают и вербальную реакцию, которая обычно предшествует физическому действию или является единственной реакцией, если адресат не может или не хочет исполнять это действие. Например, в качестве реакции на первый из выше написанных вопросов, адресат не только отвечает словесно, но в случае положительного ответа совершает и физическое действие (навещает друга), то же можно сказать и о других примерах. Вопросительная форма во французских высказываниях сравнительно нередко используется в побудительных актах речи как способ вежливого выражения вопроса или просьбы. Часто употребляются обороты «voulez-vous», «pouvez-vous» или «ne pourriez-vous pas», к которым присоединяется инфинитив, а иногда придаточное предложение:

Voulez-vous me dire exactement les questions que vous désirez que je leur pose? [Sagan, 2970:121].
  • Voulez-vous entrer, Cageot? [Sagan, 1970:128].
  • Oh! Monsieur Larose, voulez-vous bien me dédicacer votre livre? C'est pour maman. Elle s'appelle toujours Berthe [Dorin, 1986:237].

Данные примеры показывают, что вопросительные предложения используются в функции побудительных и признаками такого значения являются не только модальные глаголы (vouloir, pouvoir), но и употребление условного наклонения.

Pourquoi ne leur offririons-nous pas un des sept plateaux d'argent don’t on nous a fait don à notre mariage ànous et qui ne nous ont jamais servi à rien? [Ionesco, 1954,18].

Что касается вопросительных слов, то они также употребляются в высказывании, имеющем побудительный характер:

Où as-tu mis le revolver? [Sagan, 1970, 15].

Comment oses-tu comparer ma mission educative? [Jamiaque, 1986,268].

Часто для выражения речевого акта просьбы в более вежливой форме адресант использует конструкцию «Puis-je +infinitif»:

Puis-je donc vous demender de vous asseoire? [Ionesco, 1954, 95].

Voilà votre disque!

Merci. C'est le disque de votre fils. Mon neveu est un de ses grands admirateures et il aimerait avoire une dédicace. Puis-je vous charger de ce petit service? [Dorin, 1986,229].

Иногда вопросительные высказывания возникают в процессе диалога и служат для уточнения отдельных моментов. Как правило, они сводятся к предыдущей реплике собеседника или ее части, вызвавшей непонимание или удивление:

  • Puis-je te faire remarquer, chérie, que e n'est pas son prof de letters que nous avons à table.

  • Ce n'est pas son prof? [Jamiaque, 1986:271].

  • Il est cinq heures.

  • Cinq heures?

  • Oui, dans une demi-heure l'émissions de Laurent [Dorin, 1986:238].

Прагматический аспект

Как было определено в теоретической главе данной дипломной работы, общим коммуникативным назначением директивного речевого акта является стремление говорящего побудить адресата совершить действие. Вместе с тем в каждой конкретной ситуации общения ДРА может расцениваться по-разному: как приказ, как просьба, разрешение, мольба, то есть каждый вид ДРА совершается с определенными целями, в определенных условиях и имеет определенную направленность. Поэтому для выделения прагматических типов ДРА, по мнению Е.И. Беляевой, существенны параметры приоритетности / неприоритетности говорящего, пресуппозиции облигаторности и бенефактивности каузируемого действия, а также необходимо учитывать такие параметры, как число исполнителей каузируемого действия, желательность / нежелательность его для одного из коммуникантов, степень стандартизованности ситуации общения [Е.И. Беляева, 1992:53].


Реквестивы

Просьба

Просьбу можно рассматривать как ядерный речевой акт в классе реквестивов, так как в этом виде ДРА приоритетную позицию занимает адресат, контролирующий выполнение действия, бенефактивного для говорящего. Действие в реквестивных ДРА, в частности в речевом акте просьбы, не подлежит обязательному выполнению, то есть адресат вправе отказаться от того, чтобы помочь адресанту. Поэтому говорящий, чтобы не подвергнуться реальной опасности, не получить отказ со стороны адресата, использует разнообразные приемы и средства, чтобы обеспечить успешность ДРА и добиться желаемого перлокутивного эффекта. Следовательно, в речевом акте просьбы принцип вежливости является обязательным для говорящего. От него требуется максимальная тактичность в том, чтобы деликатно побудить к действию, которое совершается за счет усилий адресата, но направлено на удовлетворение потребностей говорящего. Для этого говорящий часто прибегает к косвенной форме выражения своего коммуникативного намерения. Таким косвенным средством выражения речевого акта просьбы является вопрос. В подобных ситуациях, прежде чем выступить с прямым побуждением, говорящий выясняет с помощью вопроса готовность адресата к совершению действия:

Leurs sales mains? Vous pourriez être polie, Mademoiselle? Ne grondez pas [Anouilh, 1969: 60].

Ne pourriez – vous pas nous en avancer, vous? [Ch. Grandvallet, 1856:124].

Voulez – vous sonner, mon ami? [O. Feuillet, 1876:18].

Речевой акт просьбы может быть выражен и эксплицитно. В таком случае в семантической структуре предложения существуют элементы, формы, явно указывающие на директивное коммуникативное намерение, чаще всего глаголы в императиве плюс формулы вежливости, уточняющий оборот n'est-ce pas, используемые для снижения категоричности, а также глагол «prier» в инфинитиве:

Je vous en prie, répondez-moi, où se trouve-t-il? [H. Bazin, 1970:69].

Daignez – vous rappeler cette soirée qui décida de mon sort [O. Feuillet, 1876:13].

Veuillez me rendre cette letter; il y a une erreur d'adresse. Vous la reprendrez demain [O. Feuillet, 1876:29].

  • Entr'ourez, s'il vous plait, les rideaux[Mme Manoel de Grandfort, 1856:7].

  • Avouez, ma chére, qie mon rôle dans tout cela serait bien embarrassant si je n'avais pas le bonheure à votre sujet de penser comme eux[Mme Manoel de Grandfort, 1856:20].

Желая осуществить задуманное иллокутивное воздействие на слушателя, желая, чтобы адресат выполнил его просьбу, адресант в своем высказывании использует формулы вежливости:

Ayez simplement la bonté de me dire où est ma femme et je me sauve [O. Feuillet, 1876:111].

Ne pleure plus, s'il te plait, nounou. Alors, ma vieille bonne pomme rouge [Anouilh, 1969:45].

Sois aimable pour lui, je t'en prie [O. Feuillet, 1876:103].

Je vous en prie de bien vouloir annoncer au comte d'Estier que Mme Malou est à l'appreil et désire lui parler [Simenon, 1972:39].

Обращения, также как и формулы вежливости, указывают на то, что приоритетность сохраняется за адресатом, и именно от него зависит успешная реализация данного вида ДРА.

– Amenez-moi, chère amie, vos gens forts aimables. Dites m'en seulement le chiffre à cause de mon couvert [O. Feuillet, 1876:22].

– Allez, vieux, parle [A. Camus, 1950:104].

– Laisse-moi tranquille, Marie! Ce garçon est assez grand pour en savoir plus long [Simenon, 1972:92].

Для снижения степени категоричности и облигаторности действия высказывание говорящего может включать придаточное предложение, несущее дополнительную информацию, например,

  • Viens me voir quand tu voudras.

Не рассматривая вторую часть предложения, мы можем предположить, что говорящий приказывает своему собеседнику прийти его навестить, то есть в таком случае мы могли бы говорить о прескриптивном речевом акте, но именно придаточное предложение указывает на то, что действие, которое должен совершить адресат, не является обязательным, и приоритетность принадлежит адресату, реализация просьбы зависит от него. Следовательно, перед нами реквестивный речевой акт, а точнее речевой акт просьбы.

Еще более вежливым способом осуществления ДРА просьбы служит составной речевой акт, состоящий из двух или более директивных и недирективных предложений. В недирективных, то есть вспомогательных предложениях говорящий подробно раскрывает свои интенции: для чего, с какой целью он просит своего собеседника совершить то или иное действие. Употребление развернутого высказывания способствует также увеличению доли уверенности говорящего в том, что слушающий выполнит его просьбу:

Laisse-nous, nourrice. Il ne fait pas froid, je t'assure; c'est déjà l'été. Va nous faire du café. Je voudrais bien un peu de café, s'il te plait, nounou. Cela me ferait du bien [Anouilh, 1969:46].

Ah non! Laisse-moi! Ne me caresse pas! Ne nous mettons pas à pleurnicher ensemble, maintenant. Tu as bien réfléchi, tu dis? Tu penses que toute la ville hurlante contre toi, tu penses que la douleure et la peur de mourir c'est assez! [Anouilh, 1969:49].

Ferme la porte, tu vas laisset sortir le chien [H. Bazin, 1970:61].

Что касается выбора форм выражения просьб, то здесь важную роль играют отношения между говорящим и слушающим. Так, по замечанию Е.И. Беляевой, далекая дистанция между коммуникантами не допускает употребления императива, говорящий в данном случае предпочитает вопрос-побуждение с модальными глаголами [Е.И. Беляева, 1992:96], то есть говорящий, плохо знающий своего собеседника, в частности, его характер, эмоциональную сферу, его отношение к адресанту и к обсуждаемому вопросу, не сможет добиться успешной реализации своего замысла, если он употребит только императив в высказывании, так как данное высказывание может быть негативно воспринято слушающим, и адресат откажется от продолжения разговора и от выполнения требуемого действия, поэтому говорящий в данном случае стремиться выбрать такие лексические единицы и построить свое высказывание так, чтобы слушающий положительно отреагировал на его просьбу. Таким образом, одним из средств, с помощью которого адресант может реализовать свою интенцию, является употребление вопроса – побуждения вместо императива.

Даже в отношениях между начальником и подчиненными, носящих, как правило, прескриптивный характер, так как основная задача первого – отдавать приказы, а последних – их выполнять, правила вежливости предписывают некатегоричное обращение к адресату. Например, обращение комиссара Мегре к подчиненным:

Voulez-vous envoyer deux voitures chez m. Malou? [Simenon, 1972:64].

К свидетелю:

Vous ne voulez pas prendre le tram, monsieur Alain [Simenon, 1972:54].

Vous pourriez, vous dispenser de tuer ma fille [O. Feuillet, 1876:62].

Из вышеперечисленных примеров мы видим, что интонация, синтаксические структуры высказывания, его лексическое наполнение зависит в какой-то степени от характера, настроения начальника, от его отношения к подчиненным, поэтому иногда прескриптив может быть оформлен как просьба.

В целом, одно и то же высказывание в разных ситуациях расценивается по-разному. Для разграничения видов ДРА нужно знать коммуникативный контекст. Так, например, на первый взгляд можно предположить, что высказывания:

Viens, Stepan, nous devons convenir des signaux [A. Camus, 1950:35].

Laisse-le. Tu n'est pas le seul, Yanek. Schweitzer, non plus la première fois n'a pas pu [A. Camus, 1950:53].

Il n'y a rien à manger dans la maison… Il faut que tu ailles acheter quelque chose [Simenon, 1972:36].

J'ai un peu de monnaie dans mon sac. Passe-lemoi. Achète du pain, du beurre, du lait [A. Camus, 1950:86] носят прескриптивный характер: говорящий требует выполнить то или иное действие. Но, зная из ситуации и контекста, что между собой общаются близкие люди, что адресант не занимает приоритетную позицию, а адресат, в свою очередь, вправе отказаться от выполнения действия, бенефактивного для его собеседника, мы с легкостью можем сказать, что вышеперечисленные высказывания относятся к реквестивам, представляют собой речевые акты просьбы.

И, наоборот, при близкой социально-психологической дистанции между коммуникантами императив является наиболее распространенной формой [Е.И. Беляева, 1992:101] В нижеприведенных примерах общаются между собой друзья и родственники, поэтому императив здесь уместен:

  • Ne laisse pas couler tes larmes dans toutes petites rigoles puor des bêtises comme cela-pour rien. Je suis pure, je n'ai pas d'autre amoureux qu'Hémon, mon fiancé, je te le jure. Garde tes larmes, garde tes larmes [Anouilh, 1969:45].

  • S'il te plait, pars, Hémon. C'est tout ce que tu peux faire encore pour moi, si tu m'aimes [Anouilh, 1969:55].

  • Cherche-moi un cordon pour ma lampe de secours [H. Bazin, 1970:59].

По мнению Е.И. Беляевой, в срочных просьбах, при высокой значимости некоторой потребности используются высказывания с модальным глаголом «devoir», которые по своей функции близки к прескриптивам [Е.И. Беляева, 1992: 13]:

  • Tu dois être prêt à nous remplacer, le cas échéant et maintenir la liaison avec le Comité Centrale [A. Camus, 1970:20].

  • Nounou, tu ne devrais pas être trop méchant ce matin [Anouilh, 1969:44]

  • Vous devez rester dans votre rôle [Saint-Exupéry, 47].

В данных высказываниях говорящий оставляет слушающему меньшую свободу выбора выполнять или не выполнять действие, то есть речевой акт просьбы с глаголом «devoir» близок к речевому акту требования. Адресант обязывает адресата совершить каузируемое действие.

Практически во всех вышеприведенных примерах просьба выражается в ситуациях, определяемых социальными отношениями. Но также этот вид ДРА может выражаться статусными ролевыми отношениями:

Je voudrais parler à la patronne, s'il vous plait [Simenon, 1972:77].

Entrez donc, mademoiselle, je suis à vos orders dans instant [H. Bazin, 1970:20].

Таким образом, просьба выражается с помощью следующих структурных вариантов: 1) императив, 2) вопрос-побуждение, 3) вопрос-разрешение. Универсальной формой выражения просьбы в речи является вопрос-побуждение, обладающий широтой распространения. Выраженная с помощью вопроса – побуждения просьба оказывается приемлемой практически во всех типах коммуникативных ситуациях, в то время как другие варианты имеют ограниченную сферу употребления.

Мольба

По выражению Е.И. Беляевой, мольба представляет собой вариант речевого акта просьбы, отличительным признаком которого является наличие сильного мотива у говорящего, который заставляет его пытаться преодолеть сопротивление адресата, используя различные тактики настаивания [Е.И. Беляева, 1992:14].Говорящий прибегает к данному виду РА, находясь в трудной ситуации, выход из которой, по мнению адресанта, поможет ему найти его собеседник. Чаще всего для выражения речевого акта мольбы говорящий употребляет в своем высказывании выражение «je vous en supplie», «je vous en prie», которые способны вызвать жалость, сочувствие со стороны адресата, что приводит к успешной реализации просьбы говорящего:

Je vous en supplie, ne le faites pas. Laissez-moi mourir ou je vous haïrai mortellement [A. Camus, 1950:124].

Oui, oui, je t'en supplie, malgré l'agonie des enfants, malgré ceux qu'on pend et ceux qu'on fouette à mort [A. Camus, 1950:87].

Je vous supplie de ne pas voir dans mes paroles une ce moment [O. Feuillet, 1876:113].

Для усиления иллокутивной силы данного видового варианта ДРА используется повторение оборота «je vous en prie»:

Je vous en prie…Je vous en prie, ne commettez pas cette action [O. Feuillet, 1876:22].

Je vous en prie… Je vous en priede ne pas le faire. Je vous aimerai comme le bon Dieu [O. Feuillet, 1876:25].

Е.И. Беляева выделяет еще один вариант просьбы: запрос о разрешении. Ответная реакция – разрешить говорящему совершить некоторое действие. А. Дорошенко определяет запрос о разрешении как «вынужденную просьбу» [Цит. по Е.И. Беляева, 1992:13], то есть он указывает на то, что сложившиеся обстоятельства вынуждают говорящего обратиться с просьбой к собеседнику, в частности, попросить разрешения на совершение того или иного действия, бенефактивного для первого.

Permettez-moi de vous dire que je connais votre femme depuis longtemps [O. Feuillet, 1876:113].

Vous me permettez de vous conduire un ami qui désire tirer avec vous de vautours sur la Rhune [O. Feuillet, 1876:46].

Permettez-moi avant tout de vous expliquer en quelques mots en quoi consiste le travail. Je suppose que vous n'avez aucune notion du métier [Simenon, 1972:73].

Чаще всего говорящий использует вопрос-разрешение в том случае, когда он обращается к человеку, который старше его по возрасту и выше по социальному положению в обществе, например, сын к матери или отцу; подчиненный к начальнику; слуга к хозяину. Говорящий, стремясь получить положительный ответ со стороны слушающего, усложняет структуру своего высказывания, он прибегает к употреблению различных средств, увеличивающих степень косвенности выражения намерения, обычно такими средствами оказываются формулы вежливости:

Madame, ne m'accorderez-vous pas la faveur de vous accompagner quelques instants [Ch. Grandvallet, 1856:67].

Vous verrez cela si vous me faites l'honneur d'accompagner ces messieurs et vous excuserez l'hospitalité du montagnard [O. Feuillet, 1876:46].

Приглашение

Приглашение совмещает в себе признаки реквестивов и суггестивов: действие одновременно желаемо для говорящего и приятно или полезно для адресата:

Goûtez la galette de la bourgeoise [Simenon, 1972:89].

Vous mangerez bien un morceau de galette avec nous? [Simenon, 1972:86].

Чаще всего в речевом акте приглашения указываются пространственные и временные рамки. Говорящий заинтересован в прибытии адресата в определенное место и в определенное время:

  • Et bien, venez Dimanche prochain diner avec moi à Aguerria et nous chanterons tout à notre aise [O. Feillet, 1876:46].

  • Venez ce soir egayer ma retraite qui est bien triste depui que vous ne la visitez plus [Ch. Grandvallet, 1856:106].

Приглашение, также как и другие виды ДРА, может выражаться косвенно, а именно через вопрос:

Voulez-vous visiter mon jardin? [O. Feuillet, 1876:50].

Voulez-vous passer à table [Saint-Exupéry, 130].



Суггестивы

Совет

Иллокутивная цель суггестивов состоит в побуждении адресата совершить действие, полезное для него с точки зрения говорящего. Как и в реквестиве, адресат сам принимает решение об исполнении каузируемого действия, которое в этом случае не является облигаторным, однако, в отличие от реквестивов, бенефициантом оказывается не говорящий, а адресат. В рамках суггестивов можно выделить две разновидности – совет и предложение.

Совет можно рассматривать как ядерный вид суггестивов. В зависимости от предмета совета, от приоритетности говорящего, от отношений между коммуникантами данный вид ДРА получает разную видовую направленность и оформление. В одних случаях, когда адресат находится в затруднительном положении, он не может выбрать оптимального выхода из трудной ситуации, говорящий, основываясь на своем жизненном опыте, пытается контролировать действия адресата и, тем самым, ставит себя в приоритетную позицию по отношению к своему собеседнику, берет судить о том, что хорошо и что плохо для адресата, предлагая свои варианты решения:

Allons, imite mon exemple [Ch. Grandvallet, 1856:71].

Je pense que de votre côté vous devez render compte de la situation [Simenon, 1972:39]

  • Moi, à ta place, j'essayerais d'entrer au journal [Simenon, 1972:55].

  • Toi, j'espère que tu t'en tireras, mais tu feras mieux d'essayer d'entrer dans l'administration [Simenon, 1972:63].

В других случаях, чаще всего при близкой социально-психологической дистанции между коммуникантами, говорящий может прибегнуть к использованию совета-рекомендации. В большинстве таких высказываний чувствуется неуверенность, сомнение адресата, гипотетичность, выраженные наречием «peut – être».

Il faut peut – être prendre garde à ne pas briser le tube, tu ne crois pas? [A. Camus, 1950:21].

Tout le monde ment. Bien mentir, voilà ce qu'il faut peut – être [A. Camus, 1950:24].

В тех случаях, когда адресат не желает изменить существующее положение дел, говорящий, негативно оценивающий ситуацию, использует речевой акт совета-наставления:

Il faut avoir de l'expérience. Il faut avoir une main ferme pour lancer la bombe. Il faut travailler beaucoup [A. Camus, 1950:30].

Chacun sert la justice comme il peut. Il faut accepter nous soyons différents. Il faut aimer, si nous le pouvons. Crois. [A. Camus, 1950:34].

Аllons, allons, je crois que ce n'est pas tout à fait le moment de désespérer [Ch. Grabdvallet, 1856:76].

Иногда говорящий побуждает адресата к выполнению действия, которое представляет интерес для него самого, хотя и не противоречит интересам адресата, то есть действие бенефактивно для обоих коммуникантов:

Il faut seulement decider si nous laissons échapper définitivement cette occasion ou si nous ordonnons à Yanek d'attendre la sortie du theater [A. Camus, 1950:57].

Se jetter sous les pieds des chevaux?

Non, cela n'est pas nécessaire. Il faudra essayer de fuire.L'Organisation a besoin de toi, tu dois te presenter [A. Camus, 1950:31].

Совет – предупреждение расценивается в лингвистике как косвенное побуждение. А. Дорошенко выделяет предупреждение в отдельный тип ДРА наряду с прескриптивными, побудительными и реквестивными ДРА. Е.И. Беляева не согласна с А. Дорошенко и она относит предупреждение к классу суггестивов [Е.И. Беляева, 1992:19].

На наш взгляд, предупреждение можно рассматривать как один из видов суггестивов, то есть мы в данном случае разделяем точку зрения Е.И. Беляевой, так как речевой акт предупреждения обладает всеми характеристиками, свойственными этому типу ДРА (приоритетность позиции говорящего, необлигаторность действия адресата). Важно отметить, что в речевом акте предупреждения бенефициантом выступает слушающий, то есть в его интересах прислушаться к словам своего собеседника и не совершать действия, неблагоприятного для самого него. Поэтому речевой акт предупреждения не является типом директивного речевого акта, а представляет собой его подтип, то есть не образует самостоятельную категорию, а лишь вариант такого типа директивного речевого акта как суггестива. Если прескриптивы, реквестивы и суггестивы носят наиболее общий характер, то речевой акт предупреждения – это конкретизация последнего.

Таки образом, в совете – предупреждении говорящий делает попытку побудить адресата к совершению некоторого действия, которое является неблагоприятным для последнего, он стремится предотвратить опасную для адресата ситуацию.

Tu ne dois pas l'être. Nous avons tous été comme toi. Tu ne lanceras pas la bombe. Un mois de repas en Finland et tu reviendras parmi nous [A. Camus, 1950:75].

Non, ne pense pas au suicide. C'est dangereux [A. Camus, 1950:32].

Il faut que tu parle car on te prendrait pour te mettre en prison [O. Feuillet, 1876:113].

Из вышеперечисленных примеров видно, что наиболее распространенным средством выражения совета – предупреждения является повествовательное предложение с глаголом «devoir» или с безличным оборотом «il faut».Но также встречаются речевые акты предупреждения, вводимые перфомативным глаголом «prévenir».

Fais porter cela si tu veux, ma chère, mais je te préviens que c'est absolement inutile [O. Feuillet, 1876:124].

На основе всего вышеизложенного материала, касающегося речевого акта совета, можно сказать, что для данного типа ДРА характерны развернутые высказывания, то есть составные речевые акты, так как, советуя своему собеседнику совершить или, наоборот, отказаться от выполнения того или иного действия, говорящий строит свое высказывание из нескольких предложений, в каждом из которых он стремится убедить адресата в том, что данное положение дел неблагоприятно для него, что нужно его изменить. Для этого чаще всего адресант использует второстепенные предложения, в которых он говорит о последствиях, с которыми может столкнуться адресат, если тот не послушает совета и не предпримет никаких действий.

Предложение

Речевой акт предложения относится к суггестивам, так как в данном виде ДРА приоритетную позицию занимает говорящий, считающий себя вправе каузировать действие адресата, которое, в свою очередь, не является обязательным для выполнения. Нижеприведенные примеры доказывают, что часто предложение рассматривается как побуждение к совместному действию говорящего и адресата. В данном случае действие является бенефактивным для обоих участников коммуникативного акта, исполнителями действия являются адресант и адресат, однако, ответственным за принятие решения всегда является последний. Для оформления такого речевого акта предложения говорящий употребляет в своем высказывании императив в 1 лице мн. числе.

Allons admirer vos bipherras [O. Feuillet, 1876:50].

Non, rien maintenant …rien je vous en prie. Remettons-nous tous deux [O. Feuillet, 1876:26].

  • Maintenant revenons et supposons la chose arrivée [Ch. Grandvallet, 1856:106].

В большинстве случаях для расположения к себе собеседника и установления тесного контакта с ним говорящий использует речевой акт предложения, который в некоторых высказываниях предшествует другому речевому акту и способствует успешному его осуществлению. В подобных высказываниях говорящий предлагает собеседнику, например, присесть, отдохнуть или успокоиться, то есть воздействует на эмоциональную сферу адресата:

Asseyez – vous. Mettez – vous à votre aise. Prenez ce fauteuil [O. Feuillet, 1876:31].

Je veux vous montrer les endroits que j'aime. Ayez confiance. Suivex – moi, monsieur [O. Feuillet, 1876:84].

Assieds – toi, Stepan. Tu dois être fatigue après ce long voyage [A. Camus, 1950:18].

В высказывании:

  • Asseyez-vous. Vous avez quelque chose à boire?

  • Non

  • Je dois vous dire quelque chose d'intéressant, vous ne devez pas vous inquiéter. Prenez garde. On peut vous tuer.

Речевой акт предложения предшествует речевому акту предупреждения, с помощью которого говорящий старается подготовить своего собеседника к сообщению плохой новости, старается расслабить и успокоить адресата.

Рассмотрим еще один пример:

Don Thomas, reposez-vous, s'il vous plait et laissez–moi faire mon devoir [O. Feuillet, 1876:98].

Из данного примера видно, что говорящий для того, чтобы слушающий выполнил просьбу, старается расположить его к себе. Для этого он употребляет в своем высказывании речевой акт предложения, предшествующий просьбе: адресант предлагает отдохнуть собеседнику, в то время как он займется своим делом. Для большего смягчения просьбы говорящий употребляет обращение, привлекая те самым внимание адресата.

Вариантом предложения является предложение собственных услуг, в этом случае исполнителем действия будет сам говорящий:

Allons. Au revoir, monsieur Alain. Si vous avez besoin de moi pour n'importe quoi, ne vous gênez pas [Simenon, 1972:45].

Si tu as besoin de n'importe quoi d'un conseil ou d'autre chose, viens me trouvez [Simenon, 1972:101].

Enfin, si jamais vous avez besoin de quelque chose, d'un recommandation, d'une aide quelconque, n'hésitez pas. Un service en vaut un autre. Nous avons quelques relations [H. Bazin, 1970:54].

Прескриптивы

Прескриптивы характеризуются облигаторностью выполнения действия для адресата, приоритетностью позиции говорящего. Исполнителем каузируемого действия является адресат. Источником побуждения – адресант, занимающий более высокое положение в обществе, чем его собеседник, поэтому говорящий считает, что он вправе требовать от слушающего выполнения данного действия.

Существует несколько видов прескриптивных речевых актов. Е.И. Беляева выделяет следующие: запрещение, требование, приказ, разрешение, указание, инструкция, заказ [Е.И. Беляева, 1992:12]. Рассмотрим некоторые из них.

Запрещение

Запрещение – это вид прескриптивов, базирующийся на желании адресата совершить некоторое действие, которое является неблагоприятным для говорящего, поэтому последний старается побудить своего собеседника к несовершению данного действия. В речевом акте запрещения интенции говорящего могут быть выражены эксплицитно: 1) с помощью перфомативных глаголов «défendre», «interdire»:

  • Tais – toi. Je te défends de parler de cela [A. Camus, 1950:66].

  • Je demanderai votre grace aux homes et à Dieu.

  • Non, non, je vous le défends [A. Camus, 1950:124].

  1. с помощью других глаголов, стоящих в императиве и в отрицательной форме, которая является маркером данного речевого акта:

  • Ne me parlez pas comme à votre ennemie. Regardez (elle va fermer la porte). Je me remets à vos [A. Camus, 1950:121].

  • Je ne désire pas que vous fassiez partie de ce qu'on nomme vulgairement – tout Paris [O. Feuillet, 1876:66].

  • Ne l'ouvrez pas, je ne le veux pas [O. Feuillet, 1876:31].

В редких случаях речевой акт запрета выражается имплицитно, через намек:

  • Je puis aller aux nouvelles

  • Non, il faut limiter les risques [A. Camus, 1950:71].

  • Madame n'est pas chez elle (la servante dit à un homme) [M. de Grandfort, 1856:23].

В приведенных примерах мы не видим прямого запрета, но он подразумевается. Например, во втором предложении, где служанка говорит, что мадам нет дома, не позволяет войти мужчине и дает понять, что дама не хочет его видеть.

Для усиления иллокутивной силы высказывания говорящий использует повторение, которое позволяет наиболее эффективно воздействовать на собеседника и запретить ему выполнить данное действие:

  • Oh! Ne me répondez pas, ne me répondez pas surtout! Vous répondez à la grande-duchesse [A. Camus, 1950:113].

Разрешение

Е.И. Беляева считает, что речевым актом разрешения говорящий санкционирует действие, исходя из пресуппозиции, что адресат желает его совершить. Таким образом, желание адресата – не вступать в конфликт с намерениями говорящего [Е.И. Беляева, 1992:17]. Исследователь относит речевой акт разрешения к прескриптивам, но, на мой взгляд, данный вид речевого акта находится на границе между прескриптивами и суггестивами, то есть представляет собой гибридный речевой акт, так как, с одной стороны, в обоих типах директивных речевых актах говорящий находится выше по социальному положению, чем слушающий, занимает приоритетную позицию, что позволяет ему контролировать действия адресата. В таком случае речевой акт разрешения ближе к прескриптивам. Но, с другой стороны, принимая во внимание действие, которое надлежит выполнить слушающему, можно сказать, что оно, также как и в суггестивах, бенефактивно для адресата, и осуществление данного действия зависит только от самого адресата. Главное, что сближает рассматриваемый речевой акт с суггестивами, – необлигаторность выполнения действия:

Ecoutez si cela ne vous convient pas vous être parfaitement libre [Ch. de Grandvallet, 1856:129].

Ce chant vous plait sans doute. Restez si vous voulez l'entendre [O. Feuillet, 1876:65].

Monsieur de Rias et mes vers à propos… Quand?

  • A l'instant même, madame si vous voulez, vous pouvez commencer [O. Feuillet, 1876:18].

Из примеров видно, что речевой акт разрешения менее категоричен, чем другие типы прескриптивов. В большинстве случаях смягчение выражений осуществляется с помощью введения подчиненных предложений «si vous voulez», «si cela vous convient», которые указывают на необлигаторность выполнения действия, но так как его реализация находится в интересах слушающего, то разрешение со стороны говорящего всегда ведет к осуществлению действия, желаемого для адресата.

Требование

Требование – это вид прескриптивов, для которого характерно нежелание адресата выполнять каузируемое действие, то есть адресат настроен против своего собеседника. В таких отношениях между коммуникантами мы наблюдаем дисгармонию и иногда, когда собеседники занимают одинаковое положение в обществе, и адресат не признает приоритетности говорящего, речевой акт требования заканчивается конфликтом. Но, так как прескриптивы исходят от индивидуумов, занимающих более авторитарную позицию в обществе, то чаще всего адресат беспрекословно выполняет требование адресанта, например, подчиненные выполняют требования начальника, дети – требования родителей:

Sale petite brute! Tu l' as fait exprès. Veux – tu me demandez pardon immédiatement?

Je vous demande excuse, ma mère [H. Bazin, 1979:105].

В данном примере мы видим, что благодаря ответной реплике, реплике – реакции, действие реализовано: ребенок попросил извинение у мамы. Но известны случаи, когда речевой акт состоит только из реплики – стимула, в которой говорящий требует совершить то или иное действие, а реплика адресата опускается и заменяется словами автора, помогающими нам определить перлокутивную функцию высказывания, то есть реакцию слушающего на требование говорящего:

Allons, venez, les enfants. Il faut aller vous laver les mains (les enfants ont couru tout de suite dans la sale de bain) [H. Bazin, 1979:49].

  • A table, j'entends que personne ne parle sans être interrogé. Vous vous tiendrez correctement, les coudes au corps, les mains posées de chaque côté de votre assiette [H. Bazin, 1979:37].

В дальнейшем, именно по контексту, мы понимаем, что требование матери было реализовано, и дети вели себя за столом так, как она этого желала.

В зависимости от интонации, с которой говорящий произносит высказывание, от отношений между коммуникантами, от их социального положения в обществе, одно и то же высказывание может расцениваться как речевой акт требования или речевой акт просьбы, то есть при определении вида речевого акта важно знать и учитывать эти факторы. Так, например, высказывания:

Viens, Stepan, nous devons convenir des signaux [A. Camus, 1950:35].

Attendez donc [Ch.deGrandvallet, 1856:128].

Ainsi mettez-vous là [O. Feuillet, 1876:86].

Могут выступать в роли речевых актов просьбы, то есть говорящий обращается к слушающему за помощью, и в данном случае приоритетную позицию занимает адресат, но из контекста, ситуации мы знаем, что разговор происходит между людьми, занимающими разное положение в соцууме: говорящий – начальник или другое лицо, играющее важную роль в обществе, слушающий – подчиненный, социально – психологическая дистанция между коммуникантами далекая, высказывание носит категоричный характер, поэтому мы с уверенностью можем сказать, что вышеперечисленные примеры представляют собой речевые акты требования, где говорящий считает себя вправе оказывать давление и воздействовать на слушающего, так как он по социальному статусу выше, чем его собеседник.

Основным отличием речевого акта требования от речевого акта просьбы является отсутствие формул вежливости, они наиболее употребительны во втором подтипе директивного речевого акта. Практически все речевые акты просьбы сопровождаются формулами вежливости, так как они способствуют смягчению фразы и, тем самым, успешной реализации данного речевого акта. В требованиях говорящему нет необходимости прибегать к формулам вежливости, так как адресат в данном случае обязан послушаться адресанта, осуществить требуемое действие.

В некоторых случаях мы наблюдаем плавный переход от речевого акта требования к речевому акту просьбы, то есть высказывание говорящего содержит два подтипа ДРА, относящихся к разным типам: первый относится к прескриптивам, второй – к реквестивам. Говорящий прибегает к такой комбинации типов речевых актов для того, чтобы добиться успешной реализации своего замысла:

Retire ce crayon!

Personne ne répond.

  • Enfin, voyons, sois serieux et ouvre cette porte, s'il te plait. Ouvre, ouvre, Jean! Ouvre [H. Bazin, 1979:114].

В данном примере адресант видит, что его собеседник не желает выполнять требование, он не признает его приоритетности, тогда говорящий начинает произносить фразы более мягко, то есть меняет интонацию, использует формулы вежливости, обращения, способствующие деинтенсификации категоричности.

Объяснение требования также способствует успешной его реализации. Говоря о том, почему адресат должен совершить то или иное действие, адресант имеет больше шансов на реализацию своего замысла, поэтому он употребляет в речевом акте не только директивное высказывание, но и недирективное, с помощью которого он мотивирует своего собеседника к выполнению требования. Чаще всего объяснение следует за речевым актом требования:

Enlevez ce crayon que bloque votre serrure je ne peux pas introduire ma clef [H. Bazin, 1979:113].

  • Vous alllez justement le rejoinder. Vos vacances ont été longues et si je ne m'abuse assez peu meritée [H. Bazin, 1979:96].

В редких случаях объяснение предшествует речевому акту требования:

Ferdinand, ton père t'attend dans son bureau. Allons! Plus vite que ça [H. Bazin, 1979:97].

Речевой акт требования может сопровождаться не только недирективными высказываниями, но и другими директивными актами, например, речевым актом угрозы, с помощью которого говорящий вызывает страх, боязнь в душе слушающего и, тем самым, послушание с его стороны, которое, в свою очередь, способствует реализации требуемого действия:

En ce qui concerne vos chambres, vous les entretiendrez vous – mêmes. Je passerai l'inspection régulièrement et gare à vous si je trouve une toile d'araignée [H. Bazin, 1979:37].

  • Jean, Dieu, ne permet pas que l'on joue avec sa santé. Je suis obligée d'en réferer immédiatement à votre grand-mère [H. Bazin, 1979:26].

С точки зрения лексического наполнения речевой акт требования может содержать разговорную лексику, которая передает отношение говорящего к своему собеседнику и к предмету разговора:

  • Allezvous rentrez dans vos tanières, vauriens [H. Bazin, 1979:114], где слова «tanières» и «vauriens» означают соответственно «берлоги» и «мерзавцы».

Данное высказывание принадлежит матери, которая негативно относится к своим детям, поэтому, требуя, чтобы они вернулись домой, она употребляет эти слова.

Важно отметить, что речевой акт требования может быть выражен вербальными средствами в сопровождении с невербальными. Так, например, для установления тишины говорящий прикладывает указательный палец к губам и произносит звук «тц», что во французском языке соответствует междометию «pet»:

  • Pet – pet. Le vieux qui revient [H. Bazin, 1979:72].

Данное высказывание можно расценивать не только как речевой акт требования, но и как речевой акт предупреждения, один из видов суггестивов. Употребляя междометие «pet» говорящий, с одной стороны, требует наступления тишины, он ставит себя в приоритетную позицию, поэтому высказывание звучит категорично, но, с другой стороны, он предупреждает своих товарищей о приходе надзирателя и говорит с помощью междометия «pet» то, что для него и для других было бы лучше успокоиться и помолчать, поэтому данное действие бенефактивно не только для адресанта, но и для адресата.

Упрек

Упрек рассматривается как один из видов прескриптивов, так как в данном случае говорящий занимает приоритетную позицию, то он считает себя вправе упрекнуть своего собеседника, высказать свое недовольствие по поводу совершенного промаха со стороны адресата, который, в свою очередь, занимая низшую позицию, обязан послушаться адресанта. Чаще всего упрек можно слышать от начальника, недовольного работой подчиненных:

  • Vous pouvez seulement parler. Mettez – vous à ma place. Alors qu' en pensez – vous [Simenon, 1972:40];

от родителей, которые считают, что их дети, например, плохо выглядят:

  • Tu ne vois pas que ton pantaloon ressemble à un accordéon? Remonte – le [H. Bazin, 1979:59];

или плохо ведут себя за столом:

– Chiffe! Tu ne peux pas te servir de ta fourchette comme tout le monde [H. Bazin, 1979:153];

или по отношению к другим людям:

  • Vous n'avez pas seulement dit bonjour à Marcel [H. Bazin, 1979:30].

Хозяева вправе упрекать своих слуг:

  • Je vous paie pour vous occuper de mes enfants et non pour les dresser contre leure mere. Vous avez admirablement profité des leçons de ma belle mère qui s'entedait bien à ce travail de division. Si je ne puis plus rien obtenir de mes fils. Je sais maintenant à qui je le dois [H. Bazin, 1979:40].

Как и любой другой речевой акт, упрек может сопровождаться другим речевым актом, как показывает исследование, чаще всего относящимся также к прескриптивам, например, речевым актом приказа или требования, то есть говорящий сначала упрекает своего собеседника в чем-либо, а затем дает распоряжение. Например, отец упрекает священника, воспитывающего его детей, в плохой репутации и требует покинуть дом:

– L'abbé vous exagérez, vous déshonorez votre soutane. La mère Mélanie de la «Vergeraie» sort de mon bureau. Il parait que vous avez essayé de tripoter sa fille aînée. Je me doute maintenant du veritable motif pour lequel vous avez dû quitter votre ordre. Je vous retire l'education de mes enfants [H. Bazin, 1979:50].


Указание

Указание – это вид прескриптивов, которое получает развернутое изложение. В данном случае высказывание говорящего состоит из нескольких предложений, где он объясняет своему собеседнику или собеседникам, что они должны, а что не должны делать. К такому подтипу ДРА чаще всего прибегают родители, которые в ответе за своих детей, поэтому, используя речевой акт указания, они стараются направить их на верный путь.

В большинстве случаев речевой акт указания реализуется с помощью повествовательных предложений, в которых стоящий выше по статусу и старший по возрасту адресант непосредственно обращается к нижестоящему адресату. Например, отец дает указание детям по поводу распорядка их дня:

Vous vous lèverez tous les matins à cinq heures. Vous ferez aussitôt votre lit, vous vous laverez puis vous vous rendrez à la chapelle pour entendre la messe du père Trubel, vous irez apprendre vos leçons dans l'ex – chambre de ma soeure Gabrielle, transformée en sale d'études, parce qu'elle est contiguë à celle du père qui aura ainsi toutes facilité pour vous surveiller. A huit heures vous déjeunerez [H. Bazin, 1979:36].

Близким по своему значению к речевому акту указания является речевой акт распоряжения, но во втором случае говорящий призывает собеседника вместе совершить то или иное действие, тогда как в указаниях адресант требует выполнения действия от адресата, поэтому речевой акт распоряжения реализуется с помощью предложений, в которых глагол стоит в 1 л. мн. ч.

Dans trois jours, nous arrivons dans cette ville [H. Bazin, 1979:103].

Угроза

Угроза как тип директивного речевого акта представляет собой запугивание, посредством которого говорящий стремиться изменить поведение своего собеседника. С помощью угрозы, которая в большинстве случаях следует после неисполнения требования, адресант старается вызвать чувство страха у адресата, подчиниться воле говорящего и выполнить действие, идущее вразрез с интересами и желанием слушающего:

Je peux lancer la bombe. Restez – là [A. Camus, 1950:29].

  • Si je ne lance pas la bombe maintenant, je ne la lancerai jamais [A. Camus, 1950:26].

  • C'est fini pour toi! [Simenon, 1972:33].

Речевой акт угрозы редко употребляется в ситуациях общения с людьми, обладающими более высоким социальным статусом. Но если это случается, то угрозы, как правило, исходят от лиц, занимающих более приоритетную позицию в обществе и имеющих больше прав, возможностей, чем его собеседник. Иногда в ситуациях официального общения нижестоящий может прибегнуть к речевому акту угрожающего характера в связи с несправедливым к нему отношением вышестоящего лица.

В зависимости от ситуации можно выделить собственно угрозу и угрожающие предупреждения. Как правило, предупреждения предшествуют угрозам, то есть если адресат не прислушался к словам, предупреждениям адресанта, не выполнил его требование или приказ, то последний вынужден прибегнуть к угрозам. Таким образом, предупреждения выражаются в более мягкой форме. Такие высказывания состоят чаще всего из придаточного предложения условия, в котором говорящий предупреждает своего собеседника, и из главного, где адресант говорит о последствиях, которые ожидают слушающего:

Si vous refusez de lui donner le prix, il faudra faire venir Maïthagarri, car il n'a pas d'autre fiancée [O. Feuillet, 1876:76].

Si vous continuez ainsi vous serez l'honneure de nos jeux de paume où les Basques d'Espagne dominent depuis trop longtemps [O. Feuillet, 1876:80].




Заключение


В ходе написания данной дипломной работы мы пришли к следующему выводу: акт речевого воздействия есть не просто способ осуществления интенции говорящего, но результат взаимодействия всех участников коммуникации. Хотя интенция говорящего по преимуществу активна, направлена вовне, а интенция слушающего рецептивна, тем не менее, необходимо изменяет или влиять на состояние как первого, так и последнего, так как успешность общения зависит как от фактора адресанта, так и от фактора адресата.

Существует большое количество типов речевых актов (вердиктивы, экзерситивы, комиссивы, бехабитивы, экспозитивы, репрезентативы, эксплотативы, частные, общие речевые акты и т.д.), каждый из них имеет свой набор характеристик, но в любом из данных типов мы наблюдаем воздействие говорящего на слушающего. Но есть тип речевых актов, для которых воздействие – это важнейшая характеристика: мы говорим о директивных речевых актах. Изучением директивных высказываний занимались многие языковеды, которые всегда проявляли к ним большой интерес, поэтому эта тема на протяжении уже нескольких лет не теряет своей актуальности. Из вышеизложенной теоретической части следует, что директивность является одной из основных характеристик высказывания; все высказывания можно по этому критерию разделить на директивные и недирективные. Директивное высказывание – это все высказывания, функцией которых выступает оказание определенного воздействия на адресата с целью побуждения его к тому или иному действию. Сюда относятся также и высказывания, где интенция говорящего сводится к просьбе сообщить определенную информацию, то есть вопросы, которые используются для реализации косвенных речевых актов. Для успешного осуществления своего намерения говорящий употребляет в своем высказывании не только вопросы, но и другие деинтенсификаторы директивности: аппроксиматоры, вводные фразы, формулы вежливости и обращения.

Особое внимание лингвисты уделяют выделению типов и подтипов директивных речевых актов, наименование которых у разных исследователей различно. В зависимости от характеристик коммуникативной ситуации, ее участников, а также от характера их взаимоотношения одни ученые различают категоричные и некатегоричные речевые акты (В.И. Карасик, Л.Г. Карандеева), другие – прескриптивы, реквестивы и суггестивы (Е.И. Беляева, Дорошенко).

Важно отметить, что основой изучения ДРА служат разные виды дискурса. Например, они изучаются на базе драматических произведений, с помощью текстов делового письма, интервью рекламы и рецензии. В любой ситуации директивные высказывания получают свое оформление.

В практической части нами был проведен анализ директивных высказываний с двух сторон: структурной и прагматической. Что касается первой, директивы могут быть представлены в виде побудительных предложений с простой конструкцией, в которых чаще всего реализуются прескриптивные речевые акты. Реквестивы и суггестивы, как правило, выражаются развернутыми высказываниями, состоящими из нескольких предложений, в которых уточняются и декодируются интенции говорящего, или содержащими вводные слова, междометия, формулы вежливости, способствующие снижению степени категоричности высказывания и увеличению доли уверенности в том, что слушающий выполнить каузируемое действие. Речевые акты, выраженные повествовательными и вопросительными предложениями, представляют собой косвенные директивы, которые получают свою данную прагматическую функцию лишь в условиях конкретной ситуации.

Исследуя директивы с прагматической стороны, мы пришли к выводу, что для каждого типа и подтипа существует свой набор характеристик. Данный аспект исследования директивных высказываний может быть отражен следующей таблицей


Характеристика директива

Прескриптивы

(запрещение, разрешение, требование, упрек, указание)

Реквестивы

(просьба, мольба, приглашение)

Суггестивы

(совет, предложение)

Облигаторность действия

+

-

-

Приоритетность говорящего

+

-

+

Бенефактивность

+ –

+

-


Таким образом, директивность и директивные речевые акты представляют собой весьма широкое поле для исследовательской деятельности. В данной работе были отражены общие вопросы, касающиеся ДРА, специфические черты данного вида речевых актов остались за рамками исследования.




Библиография


  1. Абрамова Т.В. Национальная специфика культуры речевого общения в косвенных речевых актах // Теоретическая и прикладная лингвистика. Межвузовский сборник научных трудов. Вып.2. Язык и социальная среда. Воронеж, 2000 г. Изд-во Воронежский госуд. технич. университет.-155 с.

  2. Агасандова М.В. Односоставные побудительные инфинитивные предложения французского языка в прагматическом аспекте // Актуальные проблемы прагмалингвистики: Тез. науч. конф. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1996.-92 с.

  3. Алференко Е.В. Междометия – единицы языка, непосредственно связанных с говорящим субъектом и отражающих его эмоциональные реакции и волеизъявления // Актуальные проблемы прагмалингвистики: Тез. науч. конф. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1996.-92 с.

  4. Безуглая Л.Р. К проблеме косвенных способов реализации речевых актов // ХДУ №424. Харьков, 1999.-247 с.

  5. Беляева Е.И. Грамматика и прагматика побуждения: Английский язык. Воронеж, 1992.-168с

  1. Бут Н.А. Просодические характеристики ситуативно обусловленных иллокутивных актов группы «минативов» (диссертация), 2004, – 185 с.

  2. Ван Дейк Т.А. Функционирование РА самооправдания (групп юстификативов, контрадиктивов) в прагматич. контексте // Когнит. Семантика: Мат-лы второй Междунар. шк. – семинара по когнит. лингвистике, // 14 сентября 2000. Отв. Ред. Н.Н. Болдырев, редкол. Е. Кубрякова и др. В 2 ч. ч1. Тамбов: Изд-во Тамбовского университета, 2000. – 243с

  3. Васильева Е.Л. Невербальные компоненты коммуникации и речевые акты (автореферат). Минск, 2002.-18 с.

  4. Веденькова М.С. Прагматика и типология коммуникативных единиц языка. Сборник научных трудов. ДГУ, 1989.-136 с.

  1. Вежбицкая А. Речевые акты // Новое в зарубежной лингвистике. М., 1985. Вып. 16. – 320 с.

  2. Гак В.Г. Теоретическая грамматика французского языка. – М.: Добросвет, 2000.-832 с.

  1. Гак В.Г. Языковые преобразования. – М.: Школа, «Языки русской культуры», 1998.-768 с.

  2. П. Грайс. Что такое речевой акт /Грайс // Зарубежная лингвистикаII. М.: Издательская группа «Прогресс», 1999. – 268с

  3. Гудкова В.Б. Металингвистическое описание речевого акта в художественной литературе. Автореферат на соискание ученой степени кандидата филолог. наук. Самара, 2003.-11 с.

  4. Гуревич Л.С. Коммуникативный акт в рамках теории речевой деятельности // Международный конгресс по когнитивной лингвистике: Сб. мат-лов 26–28 сентября 2006/ Отв. ред. Н.Н. Болдырев; Федеральное агенство по образованию, Тамб. гос. ун‑т им. Г.Р. Державина. Тамбов. Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2006.-509 с.

  5. Гурочкина А.Г. Семантика и прагматика умолчания // Проблемы семантического описания единиц языка и речи: Материалы докладов Международной научной конференции, посвященной 50‑летию МГЛУ в 2 ч. Ч1. Минск / Беларусь 10–12 ноября 1998 г.-240 с.

  6. Давыденкова О.А. Вопрос как когнитивная основа реализации имплицитного воздействия английских предложений рекламно-инструктивного характера // Композиционная семантика: Материалы Третьей Междунар. шк. – семинара по когнитивной лингвистике, 18–20 сент. 2002 г./ Отв.ред. Н.Н. Болдырев, редкол.: Е.С. Кубрякова, Е.М. Позднякова, В.Б. Гольдберг и др.: в 2 ч. Ч. 1. Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2002.-211 с.

  7. Двинянинова Г.С. Комплимент: коммуникативный статус или стратегия в дискурсе? // Социальная власть языка: Сб. науч. трудов. – Воронеж: Воронежский государственный университет, 2001. – 270 с.

  8. Доброва Т.Е. Слитные речевые акты при реализации установок говорящего в английской диалогической речи (автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук), 2004.-18 с.

  9. Еремеев Я.Н. Директивные высказывания с точки зрения диалогического подхода // Теоретическая и прикладная лингвистика. – Вып. 2. Язык и социальная среда. Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. -126с

  10. Ершова М.Б. Функционирование речевых актов самооправдания (групп юстификативов, контрадиктивов) в прагматическом контексте) // Когнитивная семантика: Материалы Второй Международной шк. – семинара по когнитивной лингвистике, 11–14 сентября 2000 г. Н.Н. Болдырев; Педкол Е.С. Кубрякова и др. В2 ч ч1, – Тамбов: Издательство Тамбовского ун-та, 2000. – 243 с.

  11. Закутская Н.Г. Директивные речевые акты как средство характеристики психологических особенностей личности // Социальная власть языка: Сб. науч. трудов. _ Воронеж: Воронежский государственный университет, 2001. – 270 с.

  12. Карандеева Л.Г. Ситуативно обусловленная вариативность просодических характеристик директивных (иллокутивных) актов. Автореф. дисс. на соискание ученой степени канд. филологич. наук. Тамбов, 2006.-25 с.

  13. Карасик В.И. Языковый круг: личность, концепты, дискурс. – Волгоград: Перемена, 2002. – 477 с.

  1. Карповская Н.В. Категории интенсивности в прагматическом аспекте // Актуальные проблемы прагмалингвистики: Тез. науч. конф. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1996.-92 с.

  1. Карчевски Р.И. Угроза в терминах типологии речевых актов // Форма, значения и функции единиц языка и речи: Мат-лы докл. междунар. науч. конф. Минск, 16–17 мая 2002, в 3 ч, отв. Ред. И.П. Баранова, Л.В. Зубов, З.А. Харитончик, Е.Г. Задворная и др. Мн МГЛУ, 2002, ч. 2. – 217 с.

  2. Кулеш Е.М. Косвенное побуждение как особый речевой акт // Международный конгресс по когнитивной лингвистике: Сб. мат-лов 26–28 сентября 2006/ Отв. ред. Н.Н. Болдырев; Федеральное агенство по образованию, Тамб. гос. ун‑т им. Г.Р. Державина. Тамбов. Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2006.-509 с.

  3. Кулькова М.А. Народные приметы через призму теории речевых актов // Предложение и Слово: Межвузовский сборник научных трудов/ отв. ред. О.В. Мякшева, – Саратов: Изд-во Саратовского университета, 2006. – 586 с.

  4. Лазебная И.Б. Агрессия как особый речевой акт // Единство системного и функционального анализа языковых единиц: материалы Международной науч. Конф. (г. Белгород, 11–13 апр. 2006 г.) в 2 ч. (под ред. О.Н. Прохоровой, С.А. Моисеевой, – Белгород: Изд-во Бел. ГУ, 2006. – Вып.9. – ч.II – 404 с.

  5. Лич Дж. Зарубежная лингвистика II. пер. с англ./ общ. ред. В.А. Звегинцева, Б.А. Успенского, Б.Ю. Городецкого. – М.: Издательская группа «Прогресс», 1999. – 268с

  6. Ломова Г.М., Юмашева В.В. Экспрессивный речевой акт сожаления // Актуальные проблемы прагмалингвистики. Тез. Докл. Науч. Конф. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1986. – 92 с.

  7. Маслова А.Ю. Специфика коммуникативных неудач в речевой ситуации угрозы // ФН, 2004 г. №3.-127 с.

  8. Милосердова Е.В. Роль модальных компонентов высказывания в реализации его прагматической функуии // Страницы провинциональной филологии: ученые, школы и направления: Материалы I Всероссийской научной интернет-конфереции. М-во образования и науки Рос. Федерации, Тамбов. гос. ун‑т им. Г.Р. Державина.-Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2004.-243 с.

  9. Минина С.В. Прагматический компонент в аномальных коммуникативных ситуациях // Изменяющаяся Россия: новые парадигмы и новые решения в лингвистике: Материалы I Международной научной конференции (Кемерово, 29–31 августа, 2006): в 4 частях / Отв. ред. Е.А. Пименов, М.В. Пименова-Кемерово: Юнити, 2006.-часть3.-340 с. (Серия " Филологический сборник, вып. 8).

  10. Михайлова Л.М. Семантико-прагматические особенности функционирования имплицитных высказываний в диалогической речи (автореферат), 2002.-23 с.

  11. Мудрик Л.В. Прагматические и семантические особенности поздравления // Форма, значения и функции единиц языка и речи: Мат-лы докл. междунар. науч. конф. Минск, 16–17 мая 2002, в 3 ч, отв. Ред. И.П. Баранова, Л.В. Зубов, З.А. Харитончик, Е.Г. Задворная и др. Мн МГЛУ, 2002, ч. 4. – 217 с.

  12. Остин Дж. Слово как действие // Новое в зарубежной лингвистике. М.: 1986. Вып. 17. –131с

  13. Папулинова И.Е. Прагматический аспект высказываний, содержащих прямую речь // Когнитивная семантика: Материалы Второй Международной шк. – семинара по когнитивной лингвистике, 11–14 сентября 2000 г. Н.Н. Болдырев; Педкол Е.С. Кубрякова и др. В2 ч ч1, – Тамбов: Издательство Тамбовского ун-та, 2000. – 243 с.

  14. Попова С.А. Прагматический аспект литературной рецензии //VIII Державинские чтения. Филология и журналистика: Мат.-лы науч. конф. преподавателей и аспирантов. Фев. 2003 г. / Под ред. Н.Л. Потаниной. Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина.2003.-172 с.

  15. Приходько А.И. Апроксиматоры как лексические средства снижения категоричности высказывания // Единство системного и функционального анализа языковых единиц: материалы Международной науч. Конф. (г. Белгород, 11–13 апр. 2006 г.) в 2 ч. (под ред. О.Н. Прохоровой, С.А. Моисеевой, – Белгород: Изд-во Бел. ГУ, 2006. – Вып.9. – ч.II – 404 с.

  16. Свищев Г.В. Модально – экспрессивный аспект диалогов радиоинтервью // Единство системного и функционального анализа языковых единиц: материалы Международной науч. Конф. (г. Белгород, 11–13 апр. 2006 г.) в 2 ч. (под ред. О.Н. Прохоровой, С.А. Моисеевой, – Белгород: Изд-во Бел. ГУ, 2006. – Вып.9. – ч.I – 320 с.

  17. Серль Дж. Что такое речевой акт? // Новое в зарубежной лингвистике. М.: 1986. вып. 17–342 с.

  18. Стеблецова А.О. Использование перфомативов в сфере деловой коммуникации // Коммуникативные и прагматические компоненты в лингвистическом исследовании: Сб. статей. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1995.-152 с.

  19. Стеблецова А.О. Речевые стратегии в тексте делового письма как коммуникативно-прагматический инструмент воздействия на адресата // Социальная власть языка: Сб. науч. Трудов. – Воронеж: Воронежский государственный университет, 2001. – 270 с.

  20. Теплякова Е.К. Коммуникативные неудачи при реализации речевых актов побуждения в диалогическом дискурсе (автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук), Тамбов, 1998 г.-130 с.

  21. Трофимова Н.А. Полиинтенциональность речевых актов извинения // Вестник Ленинградского госуд. университета им. А.С. Пушкина / Научный журнал №2. Санкт-Петербург, 2006.-130 с.

  22. Труфанова И.В. О разграничении понятий: речевой акт, речевой жанр, речевая стратегия, речевая тактика // ФН, 2001 №3.-127 с.

  23. Хамзина Г.К. Языковый стереотип речевых актов аргументации и возражения // Актуальные проблемы прагмалингвистики. Тез. Докл. Науч. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1996. – 92 с.

  24. Цветков О.Ю. Коммуникативная среда побудительного высказывания (на материале анг. языка) автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Белгород, 2002 г.-20 с.

  25. Цурикова Л.В. Прагматический анализ речевого акта предложения // Актуальные проблемы прагмалингвистики. Тез. Докл. Науч. Конф. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1996. – 92 с.

  26. Черная А.В. Просодические характеристики речевых актов группы «ветовиты» (диссертация), 2004. – 191с

  27. Шеловских Т.И. Прагматическое пространство суггестивов // Актуальные проблемы прагмалингвистики. Тез. Докл. Науч. Конф. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1996. – 92 с.

  28. Шевцова М.Г. Директивный стиль как один из функциональных стилей и его жанрово-деловая переписка // Единство системного и функционального анализа языковых единиц. Вып.7 ч. 2, 2003. – 228 с.

  29. Словарь иностранных слов. – Под ред. И.В. Лехина, С.М. Локшиной, Ф.Н. Петрова и Л.С. Шаумяна. – М., 1964. – 784 с.

  1. Языкознание. Большой энциклопедический словарь/ Гл. ред. В.Н. Ярцева. – 2‑е изд. – М.: Большая российская энциклопедия, 1998. – 685 с.

  2. Anouilh Jean «Cher Antoine ou l' Amour rate». Moscou edition «Radouga», 1986, 400p.

  3. Anouilh Jean «Antigone» // Théâtre français d'aujourd'hui. Edition du progress, 1969.-450p.


Случайные файлы

Файл
60819.rtf
18160.rtf
102504.rtf
ЭЛ_ТЕХ~1.DOC
141960.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.