Эллинистический период в философии (159717)

Посмотреть архив целиком

1. Философия эллинистического периода: эпикуреизм, скептицизм, стоицизм



В конце IV и начале III в. до н.э. в Греции одновременно действует несколько философских школ. Наследницей философской и научной мысли Аристотеля является школа перипатетиков. В первое время после смерти Аристотеля ее представители продолжают естественнонаучные исследования и занимаются интерпретацией его философских и логических воззрений. Наиболее выдающимися из них в указанный период были Теофраст (прим. 370–281 до н.э.) и Эвдем из Родоса. Учение Теофраста во многом сходно с учением Аристотеля. В них он рассматривал проблемы как «первой философии», так и логики, где, очевидно, непосредственно ссылался на Аристотеля. Можно согласиться с оценкой Теофраста Гегелем, которая в принципе характеризует и других представителей школы перипатетиков: «…хотя он и был знаменит, он все же может почитаться лишь комментатором Аристотеля. Аристотель представляет собою как раз такую богатую сокровищницу философских понятий, что в нем можно найти много материала для дальнейшей обработки…».

Эвдем из Родоса является автором ряда трудов об истории отдельных наук, популяризирует учение Аристотеля. В области этики он, однако, усиливает идеалистическую тенденцию, утверждает тезис о том, что наивысшее благо заключается в духовном созерцании, т.е. в созерцании божества. В отличие от Эвдема два других ученика Аристотеля  Аристоксен и Дикеарх  подчеркивают и развивают материалистические тенденции в этическом учении Аристотеля.

После смерти Теофраста школу перипатетиков возглавил Стратон из Лампсака. Его интересы были сосредоточены на области природы, хотя среди названий работ, которые приводит Диоген Лаэртский можно найти труды как по логике, так и по проблемам этики. По мнению историка философии В.Ф. Асмуса, Стратон критически относился к некоторым идеалистическим элементам учения Аристотеля. Он отвергал те мысли Аристотеля, которые вели к дуализму.

Наряду со школой перипатетиков в Афинах продолжала свою деятельности и платоновская Академия. Непосредственно после смерти Платона во главе Академии становится Спевсипп (409–339 до н.э.), который в основном сохраняет в ней дух Платона, его идеи последнего периода творчества. После него руководство Академией осуществляет один из самых самобытных (исключав Аристотеля) учеников Платона – Ксенократ из Халкедона (396–314 до н.э.). Однако и он, в сущности, не выходит за рамки идей Платона. Ксенократ делил философию на диалектику, физику (философию природы) и этику (у Платона это деление только обозначено). Он различает также три вида познания: мышление, ощущение и представление.

Совсем иной способ мышления в платоновской Академии у Гераклида из Понта и Евдокса из Книда. От оригинального платоновского учения об идеях они отклоняются настолько, что лишь с трудом их можно назвать последователями Платона. Гераклид, например, считал, что основой всех вещей являются наименьшие, далее неделимые тела. Он вносит определенный вклад в область астрономии.

В дальнейшем этическое учение развивал его ученик Крантор из Сол, который выступал против воззрении киников и отстаивал тезис об умеренности страстей. Страсти сами по себе продукт природы, они не должны быть умерщвлены, но только умерены. Во время схолархата Аркесилая (318–214 до н.э.) в Академии начинает усиливаться влияние скептицизма. Весьма резко Аркесилай выступает против учения стоиков о каталептических представлениях. Отвергал он наличие объективных критериев истины и утверждал, что мудрый человек должен «придерживаться рассудка».

Скептические позиции занимал и Карнеад (ок. 214 – 129 до н.э.), создатель определенной версии теории вероятности (пробабилизм). Он отвергает объективный критерий истины, будь то на уровне чувственного познания или мышления. При этом он ссылается на то, что на уровне чувственного познания существуют явления, известные как обман чувств, а на уровне мышления – логические апории.

В I столетии до н.э. академическая философия постепенно приходит к упадку.

Эпикуреизм

Эпикуреизм (Эпикур, Лукреций, Гораций) исходит из того, что любому ощущению, чувству должна предшествовать «ощутимость» как некое первосвойство, некая аксиома. Атомы стали мыслительными конструкциями, аналогиями ощутимости бытия, которые могли менять свои направления, а источник их движения находился в них самих. Такой же ощутимостью были и боги, которые уже поэтому ни от чего не могли зависеть: «ни они не воздействуют на мир, ни мир не может воздействовать на них».

Подлинным источником познания, который никогда нас не обманывает, являются чувства. Объективно существующие вещи «источают» потоки атомов, каждый из этих потоков внутренне содержит образ вещи, который запечатлевается в душе. Результат этого воздействия есть ощущения, которые истинны, если соответствуют вещам, и ложны, если способны передавать иллюзорную видимость соответствия вещам. Ощущения являются основой для формирования представлений, которые сохраняются в памяти. Их совокупность может быть названа прошлым опытом. Имена человеческого языка фиксируют представления. Значением имен служат представления, соотнесенные через образ (поток атомов) с вещью.

Кроме обычных пяти органов чувств, Эпикур выделяет наслаждение и страдание, которые являются оценочным комплексом, позволяющим различать не только истину и ложь, но также добро и зло. Отсюда вытекает знаменитый принцип свободы эпикурейства, который на самом деле выступает не просто как некоторая внутренняя активная позиция, а как выражение самого устройства мира. Это была не субъективная воля человека, но объективное положение дел. То, что способствует наслаждению, является добром, а то, что приносит страдание, является злом.

Стоицизм

Стоицизм (III век до нашей эры – III век нашей эры) по многим позициям существенно отличался от эпикуреизма. Стоики не принимали механистического атомизма эпикурейцев, согласно которому человек являлся таким же сцеплением атомов, как курица и червяк. По их мнению, атомизм принципиально не мог объяснить нравственную и интеллектуальную сущность человека. Не принимали стоики также и эпикурейской этики наслаждения ради наслаждения, противопоставляя ему спокойное восприятие мира таким, каким он является.

В раннем стоицизме придается огромное значение проблеме смысловой значимости слова. Смысл слова изначален. Это особое состояние (лектон), присущее только слову, некое осмысление существующего в виде особого организма. Только участие разума превращает звук голоса в осмысленный язык. Соответственно основой познания является получаемое от воздействия предмета на органы чувств восприятие, которое меняет состояние нашей материальной души (Хрисипп) или даже «вдавливается» в нее как в воск (Зенон). Возникший в результате отпечаток-впечатление составляет основу представления и вступает в связь с представлениями других людей. Представления будут истинными, если они одинаковы у многих людей, совместное переживание представлений является критерием их истинности. То есть понятия возникают как общее различных восприятий, как некое предвосхищение внутреннего логоса. Признание представления (а значит, и понятия) в качестве истинного связано с очевидностью его соответствия реальности и одновременно с одинаковостью способов установления такого соответствия у всех людей.

Учение о природе стоиков признает в качестве единственно достойного для философского исследования бытия только то, что действует или страдает, то есть тело. Существует два тесно связанных друг с другом основания бытия. Первое – пассивное, ему соответствует материя, второе – деятельное, это – форма, понимаемая стоиками как логос. Логос – это мировой разум, который одухотворяет материю, лишенную свойств, и тем самым вызывает ее планомерное развитие. Он неразрывно связан с материей, пронизывает ее. Именно поэтому все в мире происходит так, как задумано божественным логосом. В мире нет случайности, все происходит с необходимостью. И все же стоики считают свободу человека возможной. Но возможна она не для всех, а лишь только для тех, кто проникнет своей мыслью в божественный план.

Средний стоицизм представлен такими фигурами, как Панеций (180 – 110 годы до нашей эры) и Посидоний (135 – 51 годы до нашей эры), которые «переносят» стоическое мышление на римскую почву, смягчая ее изначальную этническую жесткость.

Здесь активно разрабатываются проблемы теологии. Бог трактуется как логос, являющийся первопричиной всего, носящий в себе разумные зародыши всех вещей. Из разумности логоса следует целенаправленный ход вещей и событий. В среднем стоицизме получает дальнейшее развитие платоновская мысль о мире идей, и Космос перестает трактоваться только как нечто вещественное, а понимается как отражение мира идей (Посидоний). Соответственно Космос из вещественного организма превращается в организм вещественно-смысловой, в котором большое значение имеют внеразумные факторы, например, судьба.

Поздний стоицизм связан с именами Сенеки (4 год до нашей эры – 65 год нашей эры), Эпиктета (50 – 138 годы нашей эры), и Марка Аврелия (121 – 180 годы нашей эры). В центре философических исследований здесь стоят моральные вопросы и проблема жизненной ориентации человека. Изменяется представление о личности. До этого человек рассматривался как наивысшее произведение природы. Жестокая эпоха данного периода, связанная, в частности, с усилением гонений на возникшее христианство, продолжает трактовку человека как существа ничтожного и одновременно беспомощного. Но все же многие идеи позднего стоицизма были приняты потом христианскими мыслителями и даже писателями эпохи Возрождения.


Случайные файлы

Файл
CBRR5335.DOC
65221.rtf
118024.rtf
47624.rtf
164775.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.