Философское понимание права (159207)

Посмотреть архив целиком


Содержание


Философское понимание права

Формула и содержание философского понимания права

Значение философского понимания права

Литература



Философское понимание права


Зачатки философского понимания права восходят к глубокой древности, но четкое воплощение этот подход получил в классической немецкой философии, у Канта и Гегеля.

Вопрос "что такое право?", рассуждает Кант - "может, смутить правоведа": "... что говорят или говорили законы в том или ином месте, в то или другой время, он еще может указать; но право ли то, чего они требуют и каков всеобщий критерий, на основании которого можно вообще различать правое и неправое, - это остается для него тайной, если он хоть на время не оставляет указанные эмпирические принципы и не ищет источник этих суждений в одном лишь разуме (хоти бы упомянутые законы и служили ему для этого хорошим руководством), чтобы установить основу для возможного положительного законодательства".

Итак, конкретное содержание законов - всего лишь материал для поисков всеобщего критерия или принципа права, представляющего собою теоретическую абстракцию.

Гегель нашел удачную терминологию для выявленных Кантом двух сторон понимания права, Гегель различал философское и прикладное определения права.

Первое предназначалось для философов и законодателей, а второе - для практической юриспруденции и граждан. Прикладное понимание права - это закон, реальные нормы, гарантируемые государством. А философское понимание, которое Гегель называет также идеей права, - это свобода.

Сравнение с естественно-правовыми концепциями. Философское понимание права близко к теории естественного права, но не совпадает и не смыкается с ней.

Как и школа естественного права, философское понимание носит идеальный характер, исходит не из действующего права, а из того, каким право должно быть.

Как и школа естественного права, философское понимание представляет собой элемент дуалистического восприятия права. Оно не мыслится само по себе, но только в соотношении с действующим правом.

Философское понимание права, как и естественное право, представляет собою одно из парных понятий, вторым в данном случае является позитивное или естественное право.

В отличие от естественно-правовой школы, в философском понимании права нет детализации, которая в естественном праве может быть столь же подробной, как в позитивном. Философское понимание не содержит конкретных норм, но только общее правило, норму норм или закон законов.

Философское понимание распространяется как на действующее, так и на естественное право. Оно лежит (применительно к действующему праву должно лежать) в основе того и другого.


Формула и содержание философского понимания права


Образцом философского понимания служит знаменитое кантовское определение: "Право есть совокупность условий, при которых произвол одного (лица) совместим с произволом другого с точки зрения всеобщего закона свободы".

Слово "произвол" употребляется здесь не в современном, негативном, а в архаичном смысле, как синоним свободы, проявления свободной воли. Это становится ясным из другого варианта кантовского определения как бы дающего инструкцию каждому гражданину: "Действуй внешним образом так, чтобы свободное проявление твоего произвола могло быть согласовано со свободой каждого по общему закону".

Гегель делает это определение более лаконичным, (но зато менее понятным для тех, кто не знаком с мыслями Канта и его предшественников): "идея права есть свобода", а система права - "царство осуществленной свободы".

В философском определении Канта слово свобода (или произвол, как его синоним) употребляется трижды. Право призвано обеспечить свободу человека, создать условия для ее обеспечения, но, как ни парадоксально это может показаться, обеспечение свободы предполагает се ограничение.

Свобода гарантируется тем, что она вводится в определенные рамки, устанавливаются ее пределы, границы.

Ф.К. Савиньи (1779-1861), выдающийся немецкий юрист, один из крупнейших представителей исторической школы права в капитальном исследовании "Система современного римского права" следующим образом развивает мысль Канта: "Человек находится посреди внешнего мира и самым важным элементом в его окружении является контакт с подобными ему по своей природе и судьбе.

Чтобы свободные люди, сосуществующие в условиях такого контакта способствовали, а не мешали друг другу в своем развитии, должны быть признаны невидимые границы, в которых существованию и деятельности каждого лица гарантируется свобода возможностей в условиях безопасности. Правила, посредством которых эти границы определяются, и эта возможность действовать свободно гарантируется, и есть право".

Философское понимание права как свободы получило широкое признание. Будучи в сущности правильным, оно нуждается в разъяснениях, и определении меры и характера свободы, се сочетания с несвободой.

Дореволюционные русские авторы дали убедительные комментарии к "идее права", лежащей в русле приведенного определения Савиньи.

П.И. Новгородцев писал: "Право не мыслимо без элементов равенства и свободы, хотя бы и в скромном их проявлении" и ту же самую мысль подтверждал как бы от противного: "В самом понятии права содержится ограничение свободы и размер этого ограничения может весьма существенно меняться".

Б.Н. Чичерин, во многом следовавший гегелевской философии права, пояснял, что закон определяет права и обязанности граждан, т.е. "свободу с ее границами", и полагал, что эти границы и есть основное начало права как идеи, как нормы свободы".

В.С. Соловьев различал свободу как фактическую принадлежность личности, которая совпадает с силой и другими возможностями человека и определяется только ими, и "свободу как право", предполагающую ее ограничение.

Критерий ограничения слободы. В реальной жизни, в обществах с развитой правовой системой свобода гражданина ограничивается позитивным правом (в российской традиции - в основном законами).

Но эта формальная констатация не отвечает требованиям философского понимания права, как и нормативистское определение (право есть совокупность норм, установленных или санкционированных государством).

Философское понимание предполагает выявление принципа ограничения свободы, а не фактическое установление ее границ. Таким принципом служит недопустимость посягательства на свободу других лиц.

Право основывается не только на определенной свободе, но и на определенном равенстве.

Ты свободен, но ты обязан признавать, что и другие люди в равной степени свободны. Значит, ты свободен в той степени, в какой ты не посягаешь на свободу других лиц.

Итак, принцип ограничения свободы, заключенный в праве, состоит в том, что человек свободен только в той мере, в какой он не посягает на свободу других людей.

"Право, - пишет И. Кант, - есть ограничение свободы каждого условием согласия ее со свободой всех других насколько это возможно но некоторому общему закону".

Позитивное право, четко определив, что допускается и что запрещено, делает возможным такое согласование свободы граждан.

Но помимо позитивного права, отличающегося конкретностью своих предписаний, необходимо и общее определение меры свободы, содержащееся и философском понимании права. Оно выступает на первый план и превращается в единственный критерий правовой оценки действия в случаях неразвитости позитивного законодательства или коллизий в действующих нормах.

Всякий выход за рамки установленной таким образом меры свободы представляет собою нарушение права или (когда формального несоблюдения действующих норм нет) злоупотребление правом.

Категорический императив как нравственная сущность философского понимания (или идеи) права. Смысл права состоит в согласовании своей свободы со свободой других лиц.

Действующее право представляет собою техническое средство для решения этой задачи, поскольку оно содержит конкретные указания что следует, а чего не следует делать.

В основе права не только утверждение своей свободы, хотя ею следует дорожить, но и уважение свободы других.

Право - это инструмент взаимного приспособления, средство сосуществования, предполагающее взаимные обязанности и взаимное уважение.

Это свойство права очень удачно выразил П.И. Новгородцев: "Но из понятия личности вытекают не только ее притязания, но и ее обязанности... Отсюда рождается обязанность взаимного признания.

В принципе общественные обязательства и предъявляются личности не каким-либо нравственно высшим, чем она, существом - государством, - а ее собственным законом, присущим ей стремлением к идеальной норме".

Последнюю мысль можно было бы выразить и в более всеобъемлющей и не вызывающей разногласий форме: обязательства предъявляются личности и государством в форме позитивного права, и обществом, и самим гражданином в форме свойственного обществу и гражданину сознания.

В основе же и того, и другого, и третьего лежит общепризнанный принцип, известный как золотое правило нравственного поведения и названный Кантом категорическим императивом.

Этот принцип получил признание во всех развитых цивилизациях, он содержится в Ветхом и Новом Завете, у Конфуция и в других источниках. Суть его в том, чтобы не делать другому того, чего ты не хочешь, чтобы делали тебе.

Категорический императив представляет (должен представлять) нравственную основу права. Именно к нему и сводится, в конечном счете, философское понимание права.

И определение права Канта, и гегелевская формула "будь лицом и уважай других в качестве лиц" соответствуют евангельскому "возлюби ближнего своего, как самого себя", хотя применительно к праву этот принцип не столь всеобъемлющ и не столь абсолютен.

Идея права - ограниченное и формализованное толкование евангельской максимы, предназначенное для специфической области юридических отношений.

Тем не менее, в соответствии с этой идей право предполагает нравственное содержание, а всякое отступление от пего, даже не являющееся формальным правонарушением, означает искажение природы права, злоупотребление правом.

"Если, не нарушая материальных границ своего права, индивид использует его в ущерб другому индивиду, если, соблюдая букву права, он нарушает его дух, тогда говорят, что он злоупотребляет своим правом, но никак не употребляет его на пользу, и такое злоупотребление не может иметь юридических оправданий", - пишет французский юрист Ж. Карбонье.

Эта важнейшая проблема, вытекающая из философского понимания права, еще не получила законодательного решения и тщательной теоретической разработки, хотя и привлекает к себе внимание не только за рубежом, но и в нашей стране.

Категорический императив должен лежать в основе права, но не исчерпывается им, он шире и выше права. Это нравственный принцип, который охватывает все стороны человеческой жизни, все общественные отношения, а не только регулируемые правом. Сфера права уже, чем сфера нравственности.

Соотношение права и нравственности точно выражено формулой "право есть этический минимум", "право - это минимум нравственности", известной по трудам немецкого юриста Г. Еллинека, а в нашей стране ассоциирующейся, прежде всего с именем русского философа В.Г. Соловьева.

Эта формула воспроизводится и в "Основах социальной концепции Русской Православной Церкви", принятых в 200 г.

"Право, - читаем в этом документе, - содержит в себе некоторый минимум нравственных норм обязательных для всех членов общества... Основополагающий принцип права - "не делай другому того, чего не желаешь себе".

Право вносит свою очень существенную специфику в универсальный принцип нравственности.

В области правового регулирования категорический императив приобретает обязательную силу, его соблюдение не зависит только от воли лица, оно становится принудительным, за неисполнение нравственного предписания в случаях, охватываемых правовым регулированием, грозит государственная кара.

Ясно, что к правовому регулированию любое общество прибегает только в тех случаях, когда нарушение нормы приобретает значительную социальную опасность.


Значение философского понимания права


Гегель полагал, что философское понимание права предназначено для философов и творцов законов, а практикующий юрист и подданный государства должны исходить из прикладного понимания.

Это верно с той точки зрения, что в повседневной жизни следует руководствоваться позитивным правом (прикладное понимание у Гегеля носит вполне позитивистский характер), поскольку оно обязательно.

В то же время нет оснований отказывать в возможности критически оценивать действующие законы, исходя из философского понимания нрава, и сознательному гражданину, и практикующему юристу, думающему не только о заработке.

Кант не делает таких оговорок, выдвигая "всеобщий критерий, на основании которого можно вообще различать правое и неправое".

Его определение права представляет собой общую абстрактную формулу, модель, по которой должна строиться любая правовая норма.

Но эта абстракция очень важна и для законодателя, и для юриста, и для любого гражданина, ибо она позволяет "установить основу для возможного положительного законодательства".

"Понятие права, - пишет Кант, - это чистое (т.е. абстрактное, отвлеченное - О. М), но направленное на практику понятие".

Всеобщий критерий или принцип права должен постоянно применяться при оценке, толковании, применении и совершенствовании правовых норм.


Литература


1. Алексеев П.В. Философия. Учебник. - М.: ТЕИС, 1996. - 580 с.

2. Основы современной философии: Учебник / Под ред. М.Н. Росенко. - СПб.: Издательство "Лань", 1999. - 295 с.

3. Скирбек Г. История философии: Учебное пособие. - М.: Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС, 2003. - 715 с.

4. Философия: Учебное пособие / Под ред. В.И. Кириллова. - М.: Юристъ, 2001. - 376 с.

5. Философия: Учебник для вузов / Под ред. Лавриненко В.Н. - М.: Культура и спорт, ЮНИТИ, 1998. - 584 с.

6. Философский словарь / Под ред. М.Т. Фролова. - М.: Политиздат, 1991. - 560 с.




Случайные файлы

Файл
143652.doc
148875.doc
31816.rtf
153020.rtf
8759.rtf