Специфика философского знания (158842)

Посмотреть архив целиком

Министерство образования и науки Самарской области

Министерство имущественных отношений Самарской области

Тольяттинский индустриально-педагогический колледж










Практическая работа по дисциплине

«Философия»





Выполнил: экстерн Григорьев А.А.

Проверил: преподаватель Чернова С.Н.

Оценка _______________









Тольятти.


Содержание


1. Специфика философского знания и его функции

2. Бытие. Проблема бытия в русской религиозной философии (конец XIX-XX вв)

3. Сознание. Сознание и бессознательное: «Маркс и Фрейд»

Список используемой литературы


Специфика философского знания и его функции. Основные разделы философии


Философия – мировоззренческая форма сознания. Однако не всякое мировоззрение можно назвать философским. У человека могут быть достаточно связанные, но фантастические представления об окружающем мире и о себе самом.

Научное знание безразлично к смыслам, целям, ценностям и интересам человека. Напротив, философское знание – это и есть знание о месте и роли человека в мире. Такое знание глубоко личностно, императивно (т. е. обязывает к определённому образу жизни и действия). Философская истина объективна, но переживается она каждым по- своему, в соответствии с личным жизненным и моральным опытом. Только так знание становится убеждением, защищать и отстаивать которое человек будет до конца, даже ценой собственной жизни. В этой главнейшей своей функции философия есть не что иное, как стратегия жизни – учение о том, «каким надо быть, чтобы быть человеком».

Английский философ Б.Рассел определил место философии в духовной жизни человека как «ничейную землю» между наукой и религией – двумя основными формами освоения им мира. Подобно науке, философия полагается на разум, но в то же время философские проблемы таковы, что однозначного ответа на них получить невозможно. Иначе говоря, вопросы философии, вопросы мировоззрения нельзя разрешить исчерпывающе, раз и навсегда именно потому, что с каждым шагом истории, прежде всего с каждым новым, более высоким уровнем общественных отношении, в общественном мире человека складываются иные ситуации, созревают иные противоречия. И чтобы понять, осмыслить, оценить их, требуется напряженная и безостановочная работа философской мысли, которая находится в несколько иной плоскости, нежели мысль ученого.

Философ не довольствуется объективной картиной мира. Он обязательно «вписывает» в неё человека. Отношения человека к миру – вечный предмет философии. Вместе с тем предмет философии исторически подвижен, конкретен, «человеческое» измерение мира изменяется с изменением сущностных сил самого человека.

Сокровенная цель философии (как и религии) – вывести человека из сферы обыденности, увлечь его высшими идеалами, придать жизни его истинный смысл, открыть путь к самым совершенным ценностям. Но если религия – это массовое сознание, то философия – сознание элитарное, требующее не только таланта, но и профессиональной выучки.

Органическое соединение В философии двух начал – научно-теоретического и практически-духовного – определяет специфику её как совершенно уникальной формы сознания, что особенно заметно проявляет себя в её истории – в реальном процессе наследования, развития идейного содержания философских учений, которые исторически, во времени связаны между собой не случайным, а необходимым образом. Все они – лишь грани, моменты единого и целого. Так же, как и в науке и в других сферах рациональности, в философии новое знание не отвергает, а диалектически «снимает», преодолевает свой прежни уровень, т. е. включает его в себя как свой частный случай. В истории мысли, подчеркивал Гегель, мы наблюдаем прогресс: постоянное восхождение от абстрактного (отвлеченного, одностороннего) знания к знанию все более и более конкретному (полному, многостороннему). Последовательность философских учении – в основном и главном – такова же, как и последовательность в логических определениях самой идеи, т.е. история познания соответствует объективной логике познаваемого предмета.

Однако закону восхождения, закону прогресса, как и власти, времени, не подчиняется практически духовная (ценностная) составляющая философского знания. Она сродни искусству, к истории которого тоже нельзя подходить с мерками «выше – ниже».

Историческое бытие философии двойственно, а потому и уникально: как наука, постигающая реальные отношения в объективном мире и познании, она развивается, её построения преходящи (что и подчеркивал в своей историко-философской концепции Гегель). Но как ценностно-личное проявление духа, как смысложизненная ориентация сознания философское учение прорывает пелену времени, оно обращается к Вечности, а потому ни «устареть», ни уступить своё уникальное, не заменимое ничем и никогда место в культуре её новым образованиям оно не может. «Новое» и «старое» - на равных – представляют мировую философию, независимо от веков и тысячелетий, разделяющих их по времени.

Однако и теоретическая составляющая философского знания, т.е. его внутренняя логика, наследуется гораздо более сложным образом, чем знание специально-научное. Сложнее потому, что философская идея многозначна, она может быть развита, продолжена в разные, даже противоположные направления. И каждый её продолжит по своему и сделает свои выводы.

Особого объяснения и внимания требует к себе сам факт существования и развития – в относительной самостоятельности по отношению к мировой философии – философии национальной (философии отдельного народа). Это ещё одно отличие философии от науки. Русская, немецкая, французская философия - понятия не только допустимые, но и совершенно необходимые для того, чтобы вести речь о реальном процессе рождения и жизни философских идей в мире и цивилизации. Идеи философии глубочайшим образом выражают «душу» народа, его внутренний и духовный опыт и заключающиеся в нем тенденции как грань, момент общечеловеческого.

Русская философия (русская идея), развивалась в сотворчестве, но и в определенной «оппозиции» к философии Запада. Из глубинных недр народного духа и сознания, из нравственного опыта поколении, из трагического опыта своей истории она сделала глубочайшие, проницательные выводы, сформулировала бескомпромиссные императивы о том, что ценность человеческой жизни абсолютна, что эксперименты насилия над естественным ходом жизни людей недопустимы, что никакой «прогресс» - ни научный, ни технический, ни социальный – не стоит слезинки ребёнка, не может и не должен быть куплен ценой разрушения личности. Составляя стержень национального самосознания, национальная философия открывает такие истины, вырабатывает такие ценности, которые невозможно понять и принять, не соучаствуя в жизни и делах своих сограждан и соотечественников.

Философское знание есть единство истины и заблуждения. Но в философии данные понятия наполняются, своим особым смыслом. Этот смысл – социально-исторический, социально-нравственный, он необходимо включает в себя оценку не только нашей мысли, но и связанного с ней, основанного на ней нашего действия. Однако лишь то действие истинно, которое отвечает высшим целям, высшему предназначению человека – развитию его универсальных, интеллектуальных и духовных сил. Истина, как истинная жизнь, есть следование таким императивам и ценностям, которые не ограничивают, не сужают, а расширяют и развивают сущностные силы и творческие способности человека. Заблуждение, со своей стороны,- тоже не простая логическая, субъективная ошибка, не «недосмотр» или «недочет», тем более, не «подвох» злоумышленников, а неизбежное следствие того, что «ошибается» сама история. Так, надежды христиан на приход «царствия божьего», как и уверения коммунистов о том, что «все дороги» ведут в наш век к обществу свободы, равенства и братства, можно «списать» в ошибки, поскольку не подтвердилось ни то, ни другое! Но в этих ошибках заключалось и глубоко истинное содержание. Нравственный императив (идеал, мечта), конечно, не есть еще сама реальность, но она – её «знак» из будущего.

Идейные построения философии обладают огромной притягательной силой. Идеи выражают потребности времени, и если это время пришло, то никакие преграды и препятствия (цензура, административно-уголовная борьба с инакомыслием и т.п.) не в силах сдержать, остановить натиск философских идей, их мощное влияние на умы и сердца современников.

Отличительной чертой философского творчества является еще и то, что оно глубоко личностно. Личность, образ жизни философа неотделимы от его мысли. Многообразие, неповторимость, неожиданность и даже парадоксальность философских идей, концепции, учений – не слабость, а сила философского творчества. Это многообразие (плюрализм) для каждого мыслящего человека есть «приглашение»к сотворчеству, «собеседованию»с великими умами, есть реальное условие сделать собственный выбор своей жизненной позиции, соразмерив его с опытом предшественников.

Философский плюрализм не нужно смешивать с эклектикой – бессистемным, беспринципным смешиванием разнородных представлений и взглядов в голове одного человека, без какой либо даже попытки самостоятельного, критического отношения к ним. Именно о таком – эклектическом – «многознайстве» ещё древние философы говорили, что оно не есть признак мудрости, а потому бесполезно. Плюрализм же, не покушаясь на собственные, внутренние убеждения личности, требует от человека лишь одного: уважения и к другим мнениям, признания и за другими права на защиту своих идей и ценностей. В этом смысле философски, мировоззренческий плюрализм – прямая противоположность идеологической нетерпимости, догматизму и фанатизму. Он является незыблемой нормой демократического общества. О таком плюрализме сказал когда-то Вольтер: «Я не согласен ни с одним Вашим словом, но готов отдать жизнь за то, чтобы Вы могли его свободно сказать».


Случайные файлы

Файл
131492.rtf
145026.rtf
100779.rtf
9014-1.rtf
174880.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.