Советское общество во второй половине 60-х - первой половине 80-х годов (59508)

Посмотреть архив целиком











Советское общество во второй половине 60-х – первой половине 80-х годов


План:


Вступление…………………………………………………………………..……3

  1. Попытки реформирования экономики. Хозяйственная реформа 1965 г………………………………………………………………………………3

  2. Нарастание застойных явлений в экономике, общественно-политической и духовной жизни страны в 70-е годы…………………………10

  3. Диссидентство………………………………………………….…..17

Заключение…………………………………………………………….…………23

Использованная литература…………………………………………..………...24


Вступление.


Рассматриваемый исторический период представляет собой очень большой интерес. Во-первых, это почти что наша эпоха. Я родилась на ее закате, первое прочитанное мною слово было «СССР» (я училась читать по газетам). А потом было трудное детство, в которое совсем не хочется вернуться. Что же там забыли (или потеряли) те, кто до сих пор стонет и тоскует по тем годам, когда «все так было хорошо»?

  1. Попытки реформирования экономики. Хозяйственная реформа 1965 года.


Хрущев канул в Лету. Практически все годы правления Брежнева в открытой прессе о нем не упоминали. И это не просто штрих, а уже целая черта на лице эпохи: ведь им самим точно так же был предан забвению Сталин.

К руководству страной пришли новые люди. И новая метла помела по-новому. Правда, высший государственный пост поделили два человека разной направленности – партийным лидером стал, если можно так назвать, аграрий Л.И. Брежнев, правительство возглавил сторонник рыночных методов хозяйствования А.Н. Косыгин. И получилось то, что получилось.

Первые шаги нового руководства КПСС подтвердили общую политико-экономическую закономерность отечественной истории – каждая новая смена советских руководителей начинала с критики нетерпимого положения, сложившегося в сельском хозяйстве, обещала скорое решение «продовольственной проблемы», а заканчивала предложениями о нормировании продовольствия и призывами к экономии хлеба (продналог и нэп при Ленине, всеобщая коллективизация при Сталине, подъем целины при Хрущеве).

Вот и Брежнев не скупился на критику волюнтаристских методов Хрущева.

Реформу 1965г. в промышленности связывают с именем главы Правительства СССР А.Н. Косыгина. В его докладе на октябрьском Пленуме ЦК КПСС были использованы предложения известного экономиста Е.Г. Либермана. Однако Брежнев – Генеральный секретарь ЦК КПСС – к этой затее, как он назвал предложения Косыгина, относился скептически.

Но положение дел в экономике страны было таково, что надо было уже что-то делать. В отдельных районах страны из-за нехватки продуктов питания возникла необходимость ввести нормированное снабжение населения (по талонам) и скрывать ситуацию стало невозможно. Поэтому реформа Косыгина поначалу пошла. Вернули отраслевое (отказавшись от хрущевского территориального) управление народным хозяйством – министерства. Заговорили о некоторых рыночных экономических категориях – расширении самостоятельности предприятий, о рычагах стимулирования производства (цена, прибыль, премия, кредит и т.д.), предполагалось планировать сверху меньше показателей, чем раньше.

Поначалу новшества эти вызвали определенный энтузиазм в обществе. Тем более что удалось добиться и кое-каких результатов: цифры выполнения планов восьмой пятилетки были действительно несколько выше, чем в предшествующую хрущевскую семилетку. В строй вступило 1900 крупных промышленных предприятий и объектов, в т.ч. Красноярская ГЭС, автозавод в Тольятти («Жигули») и т.д. Улучшаются условия жизни рабочих – в ряде отраслей повышается зарплата. Построено свыше 11 млн. квартир. Повысились закупочные цены на сельхозпродукцию. С 1 июля 1966 г. вводилась ежемесячная оплата труда колхозников деньгами и продуктами (до этого они работали за трудодни и палочки – за каждый отработанный в колхозе день ставилась палочка, а в конце года по числу заработанных «палочек» осуществлялся расчет продукцией. «Живых» денег у колхозников не было).

Но постепенно сказывались расхождения в этом вопросе двух первых лиц государства, и новые методы хозяйствования стали сворачиваться. Особенно ускорилось сворачивание реформ после известных событий 1968 года в Чехословакии. Те, кто сразу усмотрел в экономических преобразованиях угрозу политической стабильности, только повода дожидались, чтобы эту реформу придушить.

Отказ от проведения экономических реформ был зафиксирован в решениях декабрьского (1969) Пленума ЦК КПСС. Там содержались обычные требования – об улучшении использования резервов производства и усилении режима экономии в народном хозяйстве. На место экономических рычагов управления вновь выходят командные методы, призывы к борьбе с нарушителями государственной и трудовой дисциплины.

Скрытно нарастало экономическое неравенство республик. В самом невыгодном положении оказывалась Российская Федерация. Однако в союзных республиках крепло убеждение, что именно Россия виновата в проблемах каждой из них.

А на местах люди так и не успели понять, что же такое настоящий хозрасчет, и, под влиянием партийных эмоций, начали его высмеивать.

«Таким образом, …директивная экономика сумела довольно быстро нейтрализовать робкие шаги по реформированию хозяйственного механизма». В стране устанавливается неосталинизм – верность старым идеологическим ценностям, «идеологической дисциплине», помноженной на неведомую при Сталине «стабильность в руководстве».

  1. Нарастание застойных явлений в экономике, общественно-политической и духовной жизни страны в 70-е годы.


Начало стагнации в экономическом развитии страны историки относят к середине 70-х годов. Несмотря на то, что капиталовложения в сельское хозяйство даже превысили плановые, успехи этой отрасли были более чем скромными. Сказались, конечно, тяжелые засухи 1972 и 1975 гг., неурожайный 1974-й. Рассказывают, в 1972-м так порезали скот, что общественное животноводство уже никогда не оправилось от этого ущерба. Кормить его было нечем. В наши места завозили из Белоруссии солому, а местное население мобилизовали на заготовку еловых лапок. Даже в столицах по четвергам в общепите ввели «рыбные дни». А на местах все больше ощущалась нехватка мяса, колбасных изделий, сливочного масла. На территории Новосильского района 3 маслозавода все 100% своей продукции отправляли в Москву. Сгущенку с брендом «п. Верховье Орловской области» (мама говорит, вкусная была, - лучшая в стране) можно было вполне встретить где-нибудь в Кулунде на каком-нибудь закрытом военном заводе имени Верещагина, но никогда – на прилавках местных магазинов. Так что мы вполне могли гордиться тем, чего никогда в глаза не видели и не кушали.

К 1980 году у нас уже перестают стесняться того, что мы широко закупаем зерно за рубежом. Директивная экономика, подавлявшая ростки нового, объективно подошла к пределу своих возможностей. Практически были исчерпаны свободные людские ресурсы (понятие «домохозяйка» исчезло из обихода – все женщины работали, или это было синонимом «тунеядка»), снизилась рождаемость. И без того низкие темпы экономического роста достигались в основном за счет продажи нефти и увеличения производства алкоголя.

В целом это был период, когда больше проедали, чем создавали. Наступил товарный голод. Конечно, по сравнению с нищетой 30-х и послевоенных годов, положение основной части населения улучшилось. Все меньше людей жило в коммуналках и бараках. В быт входили телевизоры, холодильники, радиоприемники. У многих появились домашние библиотеки. Бесплатными были медицина и образование.

Но была и обратная сторона у этой «медали». Перестала повышаться средняя продолжительность жизни. К началу 80-х СССР опустился на 35-е место по этому показателю и на 50-е по уровню детской смертности.

Ядром всей системы была Коммунистическая партия, слившаяся с государством. Партийно-государственная бюрократия представляла верхний, наиболее влиятельный слой советского общества. Такой автономный клан как директорский корпус после реформы 1965 г. сосредоточил в своих руках крупные средства. Аграрная элита контролировала не только местные партийные органы. Обновление кадров шло очень медленно – только естественное убытие чиновников давало возможность занять эти посты претендентам. А без стимулов продвижения по служебной лестнице руководители становились равнодушными к порученному им делу.

Кадровая стагнация порождала сращивание бюрократии с теми участками экономики, которые они контролировали – так создавалась основа коррупции.

Еще один важный крупный слой советского общества интеллектуальная элита, интеллигенция, - лица, не обладающие властью над какими-либо другими социальными слоями. Часть ее номенклатура интегрировала в свою сферу, подчиняя жестокому контролю (путем воздействия привилегиями). Основная же масса интеллигенции имела невысокие доходы. От мыслительного труда их отвлекал и частый физический труд – вынужденные поездки «на картошку» или работа на овощной базе по графику, а также возделывание и уборка сахарной свеклы в колхозах. У молодежи быстро открывались глаза на социальную несправедливость.

По принципу снежного кома накапливались проблемы и у работников собственно физического труда – рабочих и крестьян. По данным историка Л.М. Алексеевой, за послесталинское 30-летие произошло 76 забастовок: 3 из них состоялись во второй половине 50-х, 17 – в 60-е, 25 – в 70-е, 31 – в начале 80-х. Люди требовали повышения зарплаты, сохранения льготных отпусков, отмены периодического пересмотра норм и т.д. Это, главным образом, были требования сохранить условия, привлекавшие работников на предприятия. В специальном партийном документе сообщалось, что прошли забастовки рабочих в Свердловске, Литве, Эстонии, Челябинской области, на Украине, в Севастополе, Красноярском крае.


Случайные файлы

Файл
27050.rtf
24129.rtf
177714.rtf
59237.rtf
30588.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.