История России: историография, источники (57622)

Посмотреть архив целиком

ВСЕРОССИЙСКИЙ ЗАОЧНЫЙ ФИНАНСОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ

ИНСТИТУТ





КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА


По дисциплине «Отечественная история»

на тему «История России: историография, источники»


















Москва – 2009


План


1. Историография

2. Источники по истории России



1. Историография


Зачатки историографии возникли в России вместе с образованием Московского централизованного государства и обусловливались его политическими потребностями. Исторические сказания и летописи тогда впервые начали сверять и сводить воедино. В 1512 г. было составлено первое обозрение всемирной истории. Единая общая идея связала «Степенную книгу», которая передавала в «постепенном» порядке деятельность русских князей и митрополитов. Ее составили на основе древних летописей митрополиты Макарий и Афанасий при Иване Грозном. Образец нового подхода в понимании истории — Никоновская летопись, в ее основание легли не только все прежние летописи, но и множество сведений, заимствованных из греческих хронографов. В 1674 г. в Киеве был издан первый учебник по русской истории — «Синопсис» Иннокентия Гизеля. Петр I понимал значение истории для государства Российского и поручил ее составление членам Петербургской Академии наук.

Это были ученые-немцы Г.З. Байер, Г.Ф. Миллер и А.Л. Шлёцер. В середине ХVIII в. они разработали норманнскую теорию происхождения Древнерусского государства, утверждали мысль о неспособности русского народа к самостоятельному историческому творчеству. Вместе с тем они внесли неоценимый вклад в изучение русской истории. С 1732 по 1766 г. в России издавался многотомный сборник материалов по русской истории «Sammlung russische Geschichte» на немецком языке. Первым его редактором стал Г.Ф. Миллер — активный собиратель материалов по русской истории, которые составили знаменитые Миллеровские портфели. А.Л. Шлёцер явился основоположником научной критики источников в России. Суть ее сводилась к сличению различных списков летописи с целью выявления первоначального текста, свободного от искажений.

В противовес норманистам первый русский ученый-академик М.В. Ломоносов в труде «Древняя Российская история» отстаивал идею самобытности русского народа и государственности. Первый обобщающий обзор русской истории до смутной эпохи XVII в. принадлежал В.Н. Татищеву. Он пользовался источниками, которые теперь уже утрачены. Его пятитомный труд «История Российская», издание которого началось только после смерти автора в 1768 г., представляет собой подробный сборник летописных данных, изложенных в хронологическом порядке. Само историческое развитие он объяснял не столько деятельностью исторических личностей, сколько совершенствованием человеческого разума.

Первая популяризаторская книга по русской истории принадлежала перу Екатерины II — «Записки касательно Русской истории». В них изложение событий доведено до ХIII в. В центре внимания автора семитомной «Истории Российской» М.М. Щербатова была история взаимоотношений самодержавия и дворянства. И хотя в исторических сведениях он зачастую не успевал тщательно разбираться, но собрал интереснейшие приложения, особенно дипломатические документы ХVI—ХVII вв. Исторические труды другого талантливого историка ХVIII в. И.Н. Болтина были созданы в полемике с клеветническим сочинением о России француза Леклерка и взглядами М.М. Щербатова. Процесс исторического развития он ставил в прямую зависимость от изменения нравов и определял климатом и географической средой. Болтин стремился выявить общие черты в развитии разных стран. Он впервые выдвинул положение, что удельный порядок на Руси не отличался от западноевропейского феодализма.

Лидера просветительского направления в дворянской историографии ХVIII в. Н.И. Новикова в истории интересовала нравственная сторона, мотивы поступков людей. Самым его замечательным деянием на поприще истории было издание в 1788—1791 годах 20-томного сборника исторических документов и исследований под названием «Древняя Российская Вивлиофика». Таким образом, наряду с попытками дать обзор русской истории в ХVIII в. зародилось и стремление подготовить источниковую базу для написания такой истории. Наконец, в ХVIII в. зародилось и революционное течение русской исторической мысли, связанное с историческими изысканиями А.Н. Радищева. Он первым среди отечественных мыслителей связал проблему уничтожения крепостничества с задачей устранения самодержавия революционным путем. Он придавал огромное значение роли народных масс в истории. К числу великих деятелей истории он относил не венценосцев, а тех, кто способствовал прогрессу общества, а также народных вождей.

Первое двадцатилетие XIX в. прошло под знаком «Истории государства Российского» Н.М. Карамзина. Его фундаментальный 12-томный труд, издававшийся в 1816—1829 годы, представлял собой первый цельный взгляд на историческое прошлое страны. Это единство задавалось изучением главнейшего, с точки зрения Карамзина, процесса — создания национального государственного могущества России. Внутри него он выделил три периода: древний (до Ивана III), средний (до Петра I) и новый (до начала XIX в.). Художественно-историческая картина Карамзина довлела над русской исторической мыслью в силу своей цельности, хотя и подвергалась заслуженной критике. Так, журналист Н.А. Полевой упрекал Карамзина за невнимание к истории русского народа и создал свой труд «История русского народа», альтернативный карамзинской цельной схеме исторического процесса. Однако он пробовал чисто механически накладывать выводы и термины историков Запада на русскую действительность. Для новой общей точки зрения на российскую историю, по словам петербургского профессора Н.Г. Устрялова, написавшего в 1836 г. «Рассуждение о системе прагматической русской истории», еще не наступило время.

Цельное научное историческое мировоззрение сложилось в России в 40-е годы XIX в. Этому способствовало, во-первых, появление строгих исторических изысканий на базе оформления первой школы ученых-архивариусов во главе с директором Московского архива Коллегии иностранных дел Н.Н. Бантыш-Каменским. Наследники Миллера привели архивный материал в идеальный порядок и на основании него создали целый ряд серьезных научных исследований. Во-вторых, в русском обществе получили распространение взгляды на историю Шеллинга и Гегеля. Они заставили отечественных мыслителей искать ту абсолютную идею, которая определяет место и назначение русского народа в мировом историческом процессе.

Одним из первых, кто взял на себя труд исторически обосновать особый путь развития России, отличный от пройденного Западом, был историк и публицист М.П. Погодин. Особый путь России он связывал с призванием варягов, мирным началом русской государственности, который противопоставил германскому фактору завоеваний галло-римлян. Основу же этого русского пути, свободного от классовой борьбы и революций, составляют «единение царя с народом», развитие общины и патриархальные отношения между крестьянами и помещиками. Близкой, хотя и не совпадавшей вполне с теорией М.П. Погодина, была сформировавшаяся в 1839—1845 годы славянофильская концепция исторического процесса. Их связывал тезис о самобытности исторической судьбы России как условия избавления ее от социальных революций. Славянофилов привлекала не столько политическая история, сколько этнография славянства, историю которого они мыслили на основе противопоставления западноевропейскому миру. По их мнению, самобытная русская жизнь достигла своего расцвета в эпоху Московского государства, а Петр I повернул это правильное течение в ложное русло иностранных заимствований. В целом же исторические размышления славянофилов были более философскими и публицистическими, нежели научными. Наиболее серьезные работы по истории западных и южных славян в русле славянофильских идей были написаны О.М. Бодянским и А.Ф. Гильфердингом.

В среде оппозиционного славянофильству западнического направления общественной и исторической мысли господствовало убеждение в том, что Россия должна пройти по западноевропейскому пути развития как наиболее прогрессивному. Западники выступали с критикой крепостных порядков, ратовали за рост промышленности, транспорта, торговли. К их числу принадлежали ученые-историки Т.И. Грановский, С.М. Соловьев, К.Д. Кавелин и Б.Н. Чичерин. Вместе с западниками выступали и революционеры-демократы — В.Г. Белинский, А.И. Герцен и Н.П. Огарев. Правда, в отличие от западников-либералов они выступали против идеализации буржуазных порядков и признавали необходимость утверждения социализма революционным путем. Следующее поколение революционных демократов-шестидесятников в лице прежде всего Н.Г. Чернышевского развили взгляд на революцию как главный двигатель прогресса в истории. При этом Чернышевский ближе других подошел к пониманию роли материальных интересов как основы общественных антагонизмов.

Новый цельный взгляд на историю после Н.М. Карамзина разработал профессор Московского университета С.М. Соловьев, который с 1851 до 1879 г. издавал 29-томную «Историю России с древнейших времен». Первоначально его воззрения на русскую историю назывались «теорией родового быта», а впоследствии после оформления школы последователей Соловьева она получила имя историко-юридической или государственной школы. Находясь под сильным влиянием германской исторической школы, русские государственники видели главный стержень русской истории в естественной смене одних законов общежития другими. Всю историю они представили в виде последовательного органически стройного перехода от родового быта к семейному, а потом к государственному, который окончательно оформляется реформами Петра Великого. Взгляды С.М. Соловьева были поддержаны К.Д. Кавелиным. Смену стадий истории он изображал схемой: «Род и общее владение, семья и вотчина или отдельная собственность, лицо и государство».


Случайные файлы

Файл
1.doc
26572.rtf
161871.rtf
154945.rtf
140559.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.