Быт и нравы дворян в XIX веке (56767)

Посмотреть архив целиком

Негосударственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

"Санкт-Петербургский Гуманитарный университет профсоюзов"

Самарский филиал

Факультет: культуры

Заочное отделение

Специальность 071401 "Социально-культурная деятельность"





Контрольная работа

Дисциплина: "История Санкт-Петербурга"

Тема: "Быт и нравы дворян в XIX веке"




Выполнил: Измайлов А.А.

Студент группы 2-06-2018

Проверила: к. ист. н., доцент

Токмакова Лидия Петравна








САМАРА 2008


В центре моего исследования - быт и нравы русского дворянства в XIX веке. Особенность как церемониального, так и будничного быта и нравов определяется его игровым характером. В обществе необходимы хорошие манеры и сдержанность в обращении, при дворе же эти качества еще необходимее. Так или иначе, жесткие "рамки светского приличия" вызывали естественную реакцию недовольства и у дворян "средней руки", и у представителей аристократических кругов: "... цепь отношений, приличий и обязанностей мгновенно накинута на душу, как аркан горского разбойника, и влечет бедную из минутной независимости в рабство и тревогу, называемую - светской жизнию, где ум изгибается и коварствует, язык лжет и лицо, как искусный актер, играет такие роли, каких настоятельно требуют обстоятельства".

В данной контрольной работе я ограничился рассказом о внешних формах поведения - большое внимание уделяется нравственной стороне светского воспитания и культуре русского застолья. В последние годы интерес к дворянскому застолью резко возрос. Цель, которую ставил автор, - расписать быт обеденного ритуала поэтапно. В работе приводятся примеры свидетельства как наших соотечественников, так иностранных путешественников.

У нас на Руси отпустить гостя без обеда почиталось тогда неучтивостью и погрешением.

Все иностранные путешественники отмечают необычайное гостеприимство русских дворян. "Нет никого гостеприимнее русского дворянина"1.

"В то время гостеприимство было отличительной чертой русских нравов, - читаем в "Записках" француза Ипполита Оже. - Можно было приехать в дом к обеду и сесть за него без приглашения. Хозяева предоставляли полную свободу гостям и в свою очередь тоже не стеснялись, распоряжаясь временем и не обращая внимания на посетителей: одно неизбежно вытекало из другого. Рассказывали, что в некоторых домах, между прочим, у графа Строганова, являться в гостиную не было обязательно. Какой-то человек, которого никто не знал ни по имени, ни какой он был нации, тридцать лет сряду аккуратно являлся всякий день к обеду. Неизбежный гость приходил всегда в том же самом чисто вычищенном фраке, садился на то же самое место и, наконец, сделался как будто домашнею вещью. Один раз место его оказалось не занято, и тогда лишь граф заметил, что прежде тут кто-то сидел. "О! - сказал граф. Должно быть, бедняга помер".

Действительно, он умер дорогой, идя по обыкновению обедать к графу".

Персонаж другого анекдота, рассказанного великой княжной Ольгой Николаевной, умер не перед обедом, а "после своего последнего появления на обеде": "При воспоминаниях о Москве я не могу забыть князя Сергея Михайловича Голицына... Его стол был всегда накрыт на 50 персон. Об этом существовал анекдот: тридцать лет подряд появлялся в обеденный час у него человек, исчезавший сейчас же после десерта. В один прекрасный день его место осталось незанятым. Куда он девался? Никто не мог ответить на это. Кто такой он был? И этого никто не мог сказать. Тогда стали узнавать, куда он делся, и выяснилось, что он умер ночью после своего последнего появления на обеде. Тогда только узнали его имя. Это очень показательно для беспечной патриархальной жизни прежней России".

По словам французской актрисы Фюзиль, жившей в России с 1806 по 1812 год, "В русских домах существует обычай, что раз вы приняты, то бываете без приглашений, и вами был бы недовольны, если бы вы делали это недостаточно часто: это один из старинных обычаев гостеприимства"

"Известно, что в старые годы, в конце прошлого столетия, гостеприимство наших бар доходило до баснословных пределов, - пишет П. А Вяземский. - Ежедневный открытый стол на 30, на 50 человек было дело обыкновенное. Садились за этот стол, кто хотел: не только родные и близкие знакомые, но и малознакомые, а иногда и вовсе незнакомые хозяину".

У Всеволода Андреевича Всеволожского "даже в обыкновенные дни за стол садилось 100 человек".

"Едем с женою к гр. Вязмитиновой; звала обедать, да нельзя: отозваны мы к Хрущовым богачам, на Пречистенку*", - пишет А Я. Булгаков брату, - вообрази, что у них готовят обед на 260 человек".


¹ Ансело Ф. Указ. Соч. С.56.

* Дом А П. Хрущова сохранился, сейчас в нем находится Гocyдapственный музей А С. Пушкина.


Знаменитый балетмейстер И.И. Вальберх сообщает из Москвы жене в 1808 году: "Я всякий почти день бываю у Нарышкина, он очень ласков со мной; но это может быть для того, чтоб я его ничего не просил, да, правду сказать, и нет время: у него всякий день человек по пятидесяти..."

По словам Э.И. Стогова, в доме сенатора Бакунина "всякий день накрывалось 30 приборов. Приходил обедать, кто хотел, только дворецкий наблюдал, чтобы каждый был прилично одет, да еще новый гость не имел права начинать говорить с хозяевами, а только отвечать. Мне помнится, что лица большею частью были новые... После обеда и кофе незнакомые кланялись и уходили".

На 30 человек в будние дни был обед и у графа А И. Остермана - Толстого. "С ударом трех часов подъезд запирался, - вспоминает Д.И. Завалишин, - и уже не принимали никого, кто бы ни приехал. В воскресенье стол был на 60 человек, с музыкой и певчими, которые были свои; обедали не только в полной форме, но и шляпы должны были держать на коленях".

К числу причуд хозяина "относилось еще и то, что у него в обеденной зале находились живые орлы и выдрессированные медведи, стоявшие во время стола с алебардами. Рассердившись однажды на чиновничество и дворянство одной губернии, он одел медведей в мундиры той губернии".

Не столь многолюдны были "родственные" и "дружеские" обеды. "К обеду ежедневно приезжали друзья и приятели отца, - рассказывает сын сенатора А.А. Арсеньева, - из которых каждый имел свой jour fixе*. Меньше 15-16 человек, насколько я помню, у нас никогда не садилось за стол, и обед продолжался до 6-ти часов".

Cyeверныe хозяева строго следили, чтобы за столом не оказалась 13 человек. Вера в приметы и суеверия была распространена в среде как помещичьего, так и столичного дворянства.

"Батюшка мой, - пишет в "Воспоминаниях о былом" Е.А. Сабанеева, - был очень брезглив, имел много причуд и предрассудков... тринадцати человек у нас за столом никогда не садилось".

В эту примету верил и близкий друг А.С. Пушкина барон А.А. Дельвиг. По словам его двоюродного брата, "Дельвиг был постоянно суеверен. Не говоря о 13-ти персонах за столом, о подаче соли, о встрече с священником на улице и тому подобных общеизвестных суевериях".

Не менее дурным предзнаменованием считалось не праздновать своих именин или дня рождения.

Приятель Пушкина по "Арзамасу", знаток театра, автор популярных "Записок современника" С.П. Жихарев писал: "Заходил к Гнедичу пригласить его завтра на скромную трапезу: угощу чем Бог послал... Отпраздную тезоименитство свое по преданию семейному: иначе было бы, дурное предзнаменование для меня на целый год".

"Итак, мне 38 лет, - сообщает в июле 1830 года своей жене П. А Вяземский. - ... Я никому не сказывал, что я родился. А хорошо бы с кем-нибудь омыться крещением шампанского, право, не из пьянства, а из суеверия, сей набожности неверующих: так! Но все-таки она есть и надобно ее уважить".


*Опредeленный день (фр).


Чиновный люд "под страхом административных взысканий" спешил в день именин поздравить начальство. В записках А.К. Кузьмина содержится любопытный рассказ о том, как отмечал свои именины в 30-е годы прошлого столетия губернатор Красноярска: "К почетному имениннику должно было являться три раза в день. В первый раз - в 9 часов утра с поздравлением, и тут хозяин приглашает вас обедать или на пирог: пирог тот же обед, только без горячего, с правом садиться или не садиться за стол. В два часа пополудни вы приезжаете на пирог или к обеду и, поевши, отправляетесь домой спать, а в 8 часов вечера гости собираются в третий раз: играть в карты и танцевать до бела света. Дамы приезжают только на бал, а к обедам не приглашаются".

Славное было время! Были явные поцелуи, были и тайные.

Сохранились многочисленные свидетельства о том, как приветствовали друг друга хозяева и гости, приглашенные на обед, ужин, вечер или бал.

"Теперь я хочу рассказать, каким образом приветствуют друг друга мужчина и женщина, - пишет М. Вильмот. - Дама подает вошедшему джентльмену руку, которую тот, наклонясь, целует, в то же самое время дама запечатлевает поцелуй на его лбу, и не имеет значения, знаком ли ей мужчина или нет. Таков тут обычай здороваться, вместо наших поклонов и реверансов".

"Всякая приезжающая дама должна была проходить сквозь строй, подавая руку направо и налево стоящим мужчинам и целуя их в щеку, всякий мужчина обязан был сперва войти в гостиную и обойти всех сидящих дам, подходя к ручке каждой из них".

Еще подробнее об этом церемониале говорится в воспоминаниях Н.В. Сушкова: "Съезжаются гости... каждый гость и каждая гостья кланяются или приседают при входе в приемную, на восток и запад, на полдень и полночь; потом мужчины подходят к ручке хозяек и всех знакомых барынь и барышень - и уносят сотни поцелуев на обеих щеках; барыни и барышни, расцеловавшись с хозяйками и удостоив хозяина ручки, в свой черед лобызаются между собою. После таких трудов хозяин приглашает гостей для подкрепления сил по-фриштикать* или, как чаще говорилось тогда, перекусить до обеда и глотнуть для возбуждения аппетита"2.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.