Августовский путч 1991 года (56509)

Посмотреть архив целиком

Сахалинский Государственный Университет

Институт истории, социологии и управления











Контрольная работа:

Августовский путч 1991 года







Выполнила:

Шистерова К.М.

Студентка 5к, ОЗО.

Проверила:

Шалкус Г.А.


Содержание


Введение

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Заключение

Литература



Введение


События 19-20 августа 1991 года занимают особое положение в отечественной литературе. С одной стороны, можно констатировать что тема не обделена вниманием, а с другой - то что преобладают издания мемуарного и публицистического плана, где хотя и освещаются многие важнейшие стороны кризиса, целостная картина все же отсутствует1.

Остаются без ответа достаточно крупные вопросы, в числе которых и вопрос о том, кто же в те дни совершал переворот? Публикации обнаруживают не менее трех различных позиций по этому поводу.

Наиболее распространенной является версия сформулированная российским руководством еще 19-21 августа 1991 года. Согласно этой версии "Путч" попыталась осуществить "имперская" реакционная партийно-государственная номенклатура, которая противилась глубоким демократическим преобразованиям, проводимым прежде всего российскими властями. Тогда же в 1991 названием "Коричневый путч красных. Август 1991г.". Обложка книги была украшена знаком соединявшим звезду и свастику.

Согласно второй версии, главным инициатором неудавшегося "переворота", являлся президент СССР. Сторонники этой версии полагают, что М. С Горбачев, провоцируя столкновение российских и союзных властей, рассчитывал на их взаимное ослабление и большую уступчивость в будущем.В.С. Павлов же считает, что таким образом президент СССР хотел избавиться от своего окружения, которым он тогда тяготился2. При этом как предполагали некоторые авторы, Горбачев действовал в сговоре с Ельциным.3

И наконец третья версия принадлежит Г.Х. Попову, который весной 1992 года в интервью руководителю Санкт-Петербургского телевидения Б.А. Курковой, заявил, что в августе 1991 г. "путч" совершили демократы, чем не мало шокировал собеседницу.

Противники ГКЧП обычно акцентируют внимание на событиях собственно августа 1991 г., указывая на противоправный характер действий и документов заговорщиков. Участники и сторонники ГКЧП подчеркивают, что их выступление явилось отчаянной попыткой остановить действие тех деструктивных процессов, которые начались задолго до августа 1991 года, привели советское общество к глубокому кризису и поставили под вопрос существование самого государства.



Глава 1


К середине 1991 года деструктивные процессы в стране развивались столь интенсивно, что для восстановления элементарной управляемости обычных мер было уже не достаточно. И это осознавали все политические силы. За право вывода страны из кризиса боролись два четко обозначившихся центра политической власти: союзное руководство, за вычетом Горбачева и российские лидеры. На бескомпромиссность противостояния повлияло то, что за каждым из них стояли не просто личностные амбиции, а различные представления о путях экономического, политического и национально-государственного развития страны. Первые выступали за социалистический выбор, развитие системы Советов, сохранения единого государства в рамках СССР. Вторые заявляли о приверженности либеральным подходам в экономике, о необходимости изменения советской системы, считали возможным осуществить это лишь в рамках конфедеративного союза государств.

Высшие руководители СССР резко возражали против намеченного на 20 августа подписания текста Союзного договора, и всячески старались ему помешать, ведь он означал прекращение существования единого союзного государства. Президент СССР был одним из разработчиков этого договора и инициатором его скорейшего подписания, причем отказавшимся выполнять решения носившие для него обязательный характер4. По мнению ряда высших руководителей СССР, единственное что могло предотвратить крах страны, это введение режима чрезвычайного положения, который мог бы положить конец "войне законов" и восстановить управляемость государством в рамках СССР. Однако проблема состояла, в том что введение режима чрезвычайного положения осуществлялось президентом СССР с последующим утверждением Верховным Советом СССР, а глава государства длительное время пойти на этот шаг не решался. Поэтому в правовом плане перед будущими заговорщиками стояла практически не решаемая задача: реально "надавить" на президента мог лишь Верховный Совет, созвать который до 20 августа было уже тогда не возможно. По сути высшие должностные лица Союза оказались перед дилеммой: либо молча смириться с подписанием договора, либо попытаться предпринять что-либо, причем в обеих ситуациях их позиция была бы юридически не безупречной. Во втором случае перед сторонниками сохранения союза было три варианта действий: попытаться все же склонить президента к введению чрезвычайного положения; под благовидным предлогом постараться "отодвинуть" его на период "не популярных действий"; реально отстранить Горбачева от выполнения обязанностей с последующим вынесением вопроса на Съезд Народных депутатов. В последствии А.В. Крючков сожалел о том, что не был избран последний сценарий5. В августе же 1991 года обсуждались лишь два первых варианта., а учитывая все предшествующие обстоятельства реальным считали лишь второй6. Сильно давил и временной фактор: все нужно было сделать до 20 августа.

Идея введения чрезвычайного положения в августе 1991 года не была новой. С 1990 года неоднократно ставился вопрос о введении чрезвычайного положения на территории всей станы или в ряде регионов как вариант президентского правления. Причем тема не просто обсуждалась: Горбачев давал конкретные поручения по подготовке соответствующих материалов. Правоохранительные органы не однократно получали на этот счет указания в связи с событиями в Прибалтике, Закавказье, Молдавии, Южной Осетии и регионах особой забастовочной активности. Не раз обсуждалась ситуация и в Москве. Поручения президента носили прикладной характер: они касались подготовки соответствующих постановлений, обращений, содержали перечень необходимых организационных и чрезвычайных мер7. На общесоюзном уровне вопрос регулярно поднимался с ноября 1990 года. В декабре 1990 года на 4 съезде народных депутатов были утверждены предложения Горбачева о реорганизации исполнительно-распорядительных органов власти СССР и о введении формы президентского правления.29 декабря 1990 года был подписан совместный приказ министра внутренних дел и министра обороны об организации совместного патрулирования, не однозначно воспринятый различными политическими силами.

В практическую плоскость вопрос о введении режима чрезвычайного положения перешел в середине 1991 года. На открытом заседании Верховного совета СССР 17 июня 1991 года, после доклада премьер-министра В.С. Павлова на необходимости его введения настаивали председатель КГБ В.А. Крючков, министр внутренних дел Б.К. Пуго и министр обороны Д.Т. Язов. По перечню ведомств которые они представляли и с учетом сфер, которыми они занимались, можно сделать вывод о том, что о применении решительных мер говорили люди, каждодневно и остро ощущавшие последствия потери управляемости социальными процессами. Однако тогда, в разгар "новоогаревского процесса", президент СССР не поддержал членов своего кабинета. В то же время поручения Горбачева продолжать анализ ситуации, изучать возможности полного или частичного введения чрезвычайного положения в стране или в отдельных ее частях, применения жестких мер, прежде всего для предотвращения экономического краха, получали как указанные должностные лица, так и другие ответственные работники аппарата президента и руководители ЦК8. Им предлагалось работать и "ждать момента". Последнее поручение Крючков, Язов и Пуго получили перед самым отъездом Горбачева на юг. О большой степени доверенности этой версии, может свидетельствовать тот факт, что позже уже находясь в Форосе, генеральный секретарь взялся за подготовку статьи о недопустимости введения чрезвычайного положения9. Не трудно предположить, что в случае потенциального успеха, подобного мероприятия, статью "о вреде", можно было бы без труда переделать в статью "о пользе"; не менее основательной будет и догадка о том, что он знал (или догадывался), что могло произойти, но ничего не предпринял (или что-то предпринял, но это осталось неизвестным) 10. В пользу этой версии говорит заявление, сделанное Горбачевым для журналистов 22 августа 1991 года: "Всей правды вы никогда не узнаете!"11.

Создание ГКЧП и его действия 17-19 августа достаточно, хотя и противоречиво, отраженны в литературе. Намного меньше внимания уделено "содержательной " стороне деятельности "гекачепистов", связанной прежде всего с первым пакетом документов появившихся от их имени 19 августа.


Глава 2


Потерпев неудачу в попытках убедить Горбачева внести в его текст необходимые изменения, высшие руководители СССР решили действовать самостоятельно. В отсутствие президента, когда он находился на отдыхе в Крыму, 18 августа, на одном из объектов КГБ в Москве, был создан Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП). В его состав вошли: О.Д. Бакланов (первый заместитель председателя Совета Обороны СССР), В.А. Крючков (Председатель КГБ СССР), В.С. Павлов (Премьер-министр СССР), Б.К. Пуго (министр внутренних дел СССР), В.А. Стародубцев (Председатель крестьянского союза СССР), А.И. Тизяков (президент ассоциации государственных предприятий и объектов строительства, промышленности, транспорта и связи), Д.Т. Язов (министр обороны СССР), Г.И. Янаев (вице-президент СССР). Состав комитета должен был продемонстрировать единство высших органов власти и основных социальных групп и их озабоченности судьбой Союза. В тот же день прервал отпуск и вернулся в Москву Председатель Верховного Совета СССР А.И. Лукьянов, который однако в состав ГКЧП не вошел.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.